Высматривая путь. Том ІІІ

      Они встретились в полдень. Солнце стояло высоко в небе, его лучи отражались от снежных вершин, окружающих долину, создавая ослепительное сияние. Несмотря на яркий свет, воздух оставался морозным, напоминая о суровой природе этих мест. Каждый вдох обжигал легкие, оставляя после себя облачко пара. Дера, закутавшись в теплый плащ из темно-синего бархата, подбитый мехом, поднялась по крутым и скользким ступеням на крепостную стену. Ее сердце билось чаще обычного, и дело было не только в крутом подъеме. Каждый шаг приближал ее к разговору, которого она одновременно жаждала и страшилась.       На вершине стены, у самого парапета, она увидела знакомый силуэт. Эскель стоял неподвижно, глядя вдаль, словно каменное изваяние на фоне бескрайнего неба. Ветер, резкий и холодный, трепал его темные волосы, а руки были привычно сложены на груди. Его черная кожаная куртка, потертая и испещренная шрамами от многочисленных битв, так резко контрастировал с белизной снега вокруг. Дера на мгновение замерла. Она заметила, как напряжены его плечи, как чуть подрагивают пальцы. Затем, собравшись с духом, она все-таки подошла ближе, чувствуя, как к горлу подступает ком.       — Ты решил уехать, — произнесла она ему в спину, едва дыша от волнения, и это было не вопросом, а констатацией факта.       Эскель медленно повернулся к ней. Его золотистые глаза, обычно полные тепла, сейчас казались потухшими, как угли остывшего костра. Глубокий шрам, пересекающий его лицо, казался особенно заметным в ярком полуденном свете.       — Я должен, — хрипло ответил он. — Весемир считает, что так будет лучше для нас обоих.       — А ты? Ты тоже так считаешь?       Ведьмак долго молчал, его взгляд снова устремился к горизонту, словно ища там ответы на невысказанные вопросы. Ветер усилился, принося с собой запах хвои и далеких снегов.       — Я не знаю, Дера. Я знаю только, что не могу стоять между тобой и твоей судьбой. Ты рождена для великих дел, а я всего лишь ведьмак. Знаешь, я ведь еще тогда понял, что нам придется делать выбор. Помнишь, когда ты у костра выложила мне все, как на духу? В тот момент я осознал, что как прежде уже не будет.       — Ты не просто ведьмак, — горячо возразила она, дернувшись к нему, но вовремя себя остановила и вместо того сжать его руку, сцепила свои в замок. Ее единственный глаз, ясный и полный решимости, встретился с его взглядом. — Ты тот, кто спас меня. Тот, кто показал мне, что такое настоящая любовь. Неужели это ничего не значит?       Эскель всем телом повернулся к ней, и в его глазах Дера увидела отражение своей боли. Он поднял руку, нежно касаясь ее щеки. Даже сквозь кожаную перчатку она ощущала тепло, и льнула к нему словно кошка.       — Значит. Значит больше, чем ты можешь представить. Но мир не добр к таким, как мы, Дера. Ты будешь королевой, а кем я буду рядом с тобой? Тенью? Тайным любовником, которого ты будешь прятать от двора?       Дера подалась вперед, с силой впечатавшись в его грудь, вырвав громкий вздох. Она чувствовала, как бьется его сердце, сильно и ровно, в контрасте с ее собственным, готовым выпрыгнуть из груди.       — Мне все равно, что скажет двор. Я люблю тебя, Эскель. Разве этого недостаточно? Я стану королевой и тогда смогу делать все что захочу! И никто не сможет мне указывать и перечить.       Эскель слабо качнул головой и обнял ее, зарываясь лицом в волосы. Его объятия были крепкими, словно он пытался защитить ее от всего мира.       — Ты такая еще девчонка… Если бы все было так просто. У тебя будут обязательства, ответственность перед целым народом. А у меня есть только мой меч и Путь, — он сделал паузу, словно собираясь с силами для следующих слов. — Тебе нужны будут наследники, нужен будет король. Я же таким никогда не стану, а смотреть со стороны на это все… Не смогу. Это разорвет меня на части.       Ответом ему был всхлип. Они стояли так, обнявшись, словно пытаясь впитать друг друга, запомнить каждое прикосновение, каждый вздох. Ветер снова пронесся порывом, завывая между зубцами стены. Вдалеке, над горными вершинами, начали собираться темные тучи, предвещая приближение бури.       — Когда? — тихо спросила Фредерика, ее голос был едва слышен сквозь шум ветра.       — После твоей коронации, — хрипло ответил Эскель. — Я хочу убедиться, что ты в безопасности, прежде чем уйду.       Она кивнула, не в силах произнести ни слова. Знала, что должна отпустить его, но каждая частичка ее существа кричала против этого. Оставалось лишь крепче прижаться к Эскелю и пытаться забыть хоть на мгновение обо всем что их ждет.       Момент был испорчен шорохом и приглушенным проклятием. Ведьмак инстинктивно напрягся и засопел, а из тени башни к ним вышла Кейра. Ее изумрудное платье, расшитое черными розами, казалось неуместно ярким в суровом пейзаже Каэр Морхена.       — Ох, прошу прощения, — промурлыкала она, но в ее глазах не было и тени раскаяния. — Я не хотела прерывать ваше… прощание. Или это было воссоединение? С вами двумя никогда не угадаешь.       Эскель прищурился и цокнул языком. В воздухе повисло ощутимое напряжение.       — Не думал, что подслушивание входит в обязанности королевской советницы. Или это новое увлечение?       Чародейка растянула пухлые губы в ехидной улыбке.       — О, Эскель, всегда такой умилительно прямолинейный. Я просто беспокоюсь о благополучии нашей будущей королевы. Особенно когда речь идет о… деликатных вопросах. Ты же понимаешь, что корона и постель ведьмака плохо сочетаются?       В ответ ведьмак только вздохнул и устало прикрыл глаза. Дера же, напротив, выпрямилась и, придав своему голосу холодность, которой на самом деле не чувствовала, улыбнулась:       — Спасибо за заботу. Но, может быть, ты направишь свое… беспокойство на что-нибудь более продуктивное? Например, на подготовку к моей коронации, а не на мою личную жизнь?       — А у нас прорезались зубки? Конечно, дорогая, — ответила Кейра, но ее взгляд был прикован к Эскелю. — Я просто хочу убедиться, что некоторые… влияния не помешают твоему восхождению на трон. Ведь ведьмаки так славятся своей способностью к долгосрочным отношениям, не так ли, Эскель?       — А чародейки, видимо, славятся своим тактом и умением не лезть не в свое дело?       Фредерика только нашла в себе силы ответить как следует, как вдруг раздался новый голос:       — Эй, чародейка! Не думаешь, что уже хватит совать свой нос куда не следует? Или ты решила поменять профессию с магички на сплетницу?       Из-за угла вышел Ламберт, его насмешливая улыбка не скрывала напряжения в глазах. Его движения были плавными, как у хищника, готового к прыжку. Кейра повернулась к нему, ее лицо приняло выражение притворного удивления.       — Ламберт, дорогой, какой сюрприз. Я думала, в это время суток ты обычно храпишь в своей берлоге после очередной попойки. Решил присоединиться к цивилизованному обществу?       — Скорее, решил проверить, не затеваешь ли ты очередную интригу. Знаешь, от тебя за версту несет неприятностями. И дешевыми духами, кстати.       — Чтоб тебя, — вздохнула Кейра, устало закатив глаза и скрестив на груди руки. — Твоя паранойя когда-нибудь тебя погубит. Хотя, возможно, это будет не паранойя, а твой острый язык.       — Лучше уж острый язык, чем змеиный, — парировал молодой ведьмак.       Не успела Кейра и глазом моргнуть, как ее одним стремительным движением подхватили и закинули на плечо, словно мешок с картошкой.       — Немедленно отпусти, гнус! — возмущенно воскликнула чародейка, колотя кулаками по спине ведьмака. — Ты, неотесанный мужлан! Я тебя в жабу превращу!       Ламберт лишь усмехнулся, покрепче перехватив ношу.       — Ох, дорогуша, твои комплименты заставляют меня краснеть. Но знаешь, жабы тоже бывают полезны. Особенно когда нужно проверить, не отравлено ли вино.       С этими словами он направился прочь, унося протестующую чародейку. Ее возмущенные крики постепенно стихали вдали, а Эскель и Дера остались стоять в ошеломленном молчании. Фредерика первая не смогла сдержать нервный смешок.       — Да уж. Никогда не думала, что увижу Кейру в таком… положении.       Они обменялись взглядами, и напряжение начало ощутимо ослабевать. Эскель хотел что-то сказать, может быть даже что-то смешное, но вдруг замер, прислушиваясь. Дера почувствовала, как по спине пробежал холодок — она уже видела это выражение на его лице, и оно никогда не предвещало ничего хорошего.       — Что такое? — встревоженно спросила она, ее рука инстинктивно потянулась к кинжалу, спрятанному в складках платья.       — Тихо, — прошептал Эскель, вглядываясь в горизонт. Его тело было напряжено, как струна. — Ты слышишь?       Дера прислушалась, затаив дыхание. Сначала она ничего не слышала, кроме завывания ветра и стука собственного сердца. Но потом… Далекий, едва различимый звук рога прорезал полуденную тишину. Звук был низким, гулким, он, казалось, шел из самых недр земли.       — Это… — начала она, но Эскель уже схватил ее за руку. Его хватка была крепкой, почти болезненной, но Дера едва замечала это.       — Быстро, в крепость.       Они бросились к лестнице, ведущей во двор. Воздух, казалось, сгустился от напряжения что едва можно было сделать вдох. А когда они ворвались в главный зал, где уже собрались остальные, Дере показалось что ее сердце и вовсе остановится. Весемир стоял у огромного стола, мрачный и сосредоточенный. Ламберт, все еще тяжело дыша после инцидента с Кейрой, застегивал на груди куртку. Геральт молча смотрел в окно, его рука лежала на рукояти меча.       — Что происходит? — тут же спросила Фредерика, пытаясь восстановить дыхание.       — Похоже, твоя мать решила нанести нам визит, девочка. И не с пустыми руками, — ответил старый ведьмак.       Дера почувствовала, как земля уходит из-под ног:       — Но… как они нас нашли? Каэр Морхен же скрыт от посторонних глаз!       — Видимо, не так хорошо, как мы думали, — проворчал Ламберт. — Или у кого-то слишком длинный язык. А впрочем, нам не привыкать, да, Эскель? Уже вторая осада по твоей вине!       — До осады еще дожить надо. Но, сейчас это неважно, — отрезал Весемир. — Важно то, что они здесь, и нам нужен план.       — У нас есть шанс? — прошептала Фредерика.       Ответить ей не успели. В этот момент в зал вбежала Кейра, ее обычно безупречная прическа была растрепана, а на щеках играл румянец.       — Я наложила примитивные защитные чары, — сообщила она, бросив смущенный взгляд на Ламберта. — Это должно их задержать, но ненадолго.       — Сколько у нас времени? — спросил Эскель.       — Час, может, два. Не больше.       Весемир кивнул.       — Хорошо. Эскель — проверь арсенал, подготовь все, что может пригодиться. Геральт и Ламберт — проверьте, опущены ли ворота. Кейра — усиль защитные чары, насколько сможешь, и будь готова к обороне. Если атаковать не будут — готовимся к осаде.       — А я? Что мне делать? — воскликнула Дера, чувствуя себя беспомощной среди всеобщей суеты.       Весемир посмотрел на нее пронизывающим взглядом. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие, но оно тут же исчезло, уступив место решимости.       — Ты, девочка, ступай в библиотеку. Там есть старые хроники Каэр Морхена. Изучи их. Найди слабые места в крепости, о которых мы могли забыть. А потом подумай, что бы ты сделала на месте своей матери. Как бы ты осаждала эту крепость.       Дера удивленно моргнула.       — Но… я не стратег. Я не знаю ничего о военном деле.       — Зато ты знаешь свою мать, — парировал Весемир. — И у тебя свежий взгляд. Иногда это важнее опыта. Кроме того, — добавил он, чуть мягче, — если ты собираешься править королевством, тебе придется научиться мыслить как правитель. А это значит — видеть картину целиком и принимать трудные решения.       Дера глубоко вздохнула, чувствуя, как тяжесть ответственности давит на плечи. Она бросила быстрый взгляд на Эскеля, ища поддержки. Тот лишь кивнул.       — Хорошо, — сказала она наконец, выпрямляясь. — Я сделаю все, что в моих силах.       — Большего никто и не просит. А теперь иди. Время дорого.       Дера кивнула и быстрым шагом направилась к выходу из зала. У самой двери она обернулась. Ведьмаки уже собрались у стола, обсуждая план обороны. А когда за ней закрылась дверь, Ламберт повернулся к Весемиру с ухмылкой.       — Хитро придумано, старик. Отправил девчонку с глаз долой, чтобы не мешалась под ногами?       Весемир вздохнул, его лицо на мгновение утратило свою обычную суровость.       — Не только. Да, ей будет спокойнее в библиотеке, чем здесь. И да, нам нужно сосредоточиться на обороне, а не беспокоиться о ее безопасности.       — Но? — подтолкнул его Геральт, чувствуя, что Весемир не договаривает.       — Но также это шанс для нее, — продолжил старый ведьмак. — Проявить себя. Может, она и правда найдет что-то полезное в тех хрониках. А если нет… что ж, по крайней мере, она почувствует себя нужной. А это важно для того, кто готовится править.       Эскель, который до этого момента молчал, кивнул.       — Но я надеюсь, ты понимаешь, что если с ней что-то случится…       — Знаю, знаю, — прервал его Весемир.       Ведьмаки вновь склонились над столом, а за стенами Каэр Морхена нарастал шум приближающегося войска.       Библиотека встретила Деру гробовой тишиной. Пыль, потревоженная ее шагами, танцевала в лучах света, проникающих сквозь узкие окна, создавая причудливые узоры в воздухе. Массивные деревянные столы, расставленные между стеллажами, были завалены книгами и свитками, словно кто-то в спешке искал здесь что-то важное. Тусклый свет свечей, расставленных по периметру помещения, отбрасывал длинные тени, придавая библиотеке зловещий вид. Дера на мгновение застыла, ошеломленная масштабом задачи перед ней. Где среди этих тысяч книг и свитков она должна искать информацию об осадах? И как эта информация может помочь сейчас? Чувство беспомощности грозило захлестнуть ее. Вот был бы здесь Киф, он без труда бы прошерстил все это множество книг. Ну или хотя бы подкинул идею как грамотно распорядиться временем, нежели бездумно пересматривать все что попадается под руку.       — Успокойся. Соберись, — прошептала она себе, ее голос эхом отразился от высоких сводов.       Выбора не было. Поэтому пришлось методично осматривать полки, пальцами скользя по корешкам книг, покрытым толстым слоем пыли. Наконец, когда надежда почти была утрачена, в дальнем углу библиотеки Фредерика нашла секцию с историческими хрониками. Среди потрепанных томов выделялся массивный фолиант с тиснением «История. Каэр Морхен». Дера с трудом сняла тяжелую книгу с полки, ее руки дрожали от напряжения. Опустившись за ближайший стол, она открыла фолиант. Запах старой бумаги ударил в нос, заставив ее чихнуть. Пожелтевшие страницы шуршали под пальцами, когда она начала читать, стараясь не обращать внимания на внутреннюю тревогу, которая все нарастала.       Страница за страницей, Дера изучала описания прошлых атак на крепость. Некоторые были отбиты с легкостью, другие едва не стали фатальными для обитателей Каэр Морхена. Внезапно ее внимание привлекла запись о трагической осаде, произошедшей в 1180-х годах. Армия фанатиков, считавших ведьмаков безбожными выродками и чернокнижниками, атаковала крепость. Нападение было спровоцировано растущей ксенофобией, подстегнутой анонимным памфлетом «Монструм, или Ведьмака описание», а также падением спроса на услуги ведьмаков из-за истребления многих видов монстров. Дера с ужасом читала о последствиях той осады. Погибли двадцать два из двадцати трех взрослых ведьмаков, находившихся в замке, а также сорок молодых учеников и испытуемых, проходивших мутации. Лишь Весемиру удалось спастись. Более того, были убиты чародеи, знавшие секреты ведьмачьих эликсиров и трансмутаций. В результате знания о создании новых ведьмаков были безвозвратно утеряны. Эта трагедия положила конец эпохе ведьмаков, сделав их вымирающим видом. Дера поняла, почему Весемир и другие так серьезно относятся к нынешней угрозе. История могла повториться.       Закусив губу, Фредерика продолжила поиски информации о слабых местах крепости. Она должна была найти способ предотвратить повторение той ужасной трагедии! Продолжая листать хроники, она наткнулась на упоминание о подземных источниках, питающих колодцы крепости. В записях говорилось, что во время одной из осад враги сумели перекрыть эти источники, вынудив защитников сдаться из-за жажды. Эта информация заставила Деру насторожиться.       — Нужно проверить, — подумала она, закрывая книгу. Если история повторяется, и нынешние враги знают об этой уязвимости, времени может быть совсем мало.       Сдернув со стены факел, Фредерика тихо выскользнула из библиотеки и направилась к лестнице, ведущей в подвалы. Она уже бывала там однажды с Кейрой, когда чародейке срочно потребовались для чего-то мох и грибы, которые росли в самом влажном месте крепости. Каменные ступени были скользкими от влаги. Спускаясь все глубже, она чувствовала, как холодеет воздух, наполняясь запахами сырости и плесени. В тусклом свете редких факелов Дера продвигалась вдоль стен, ориентируясь на усиливающийся звук текущей воды. Наконец, она нашла то, что искала — природный резервуар, питающий колодцы крепости. К ее облегчению, вода все еще текла. Но кто знает надолго ли. Стоило рассказать срочно остальным о своей догадке. Дера развернулась, готовая бежать наверх, но замерла, услышав звук приближающихся шагов. Кто-то спускался в подвал. Шаги были тяжелыми, уверенными — явно не Кейра или Биргит.       Сердце подскочило к горлу. Что если это вражеский лазутчик? Дера огляделась в поисках укрытия, но инстинкт подсказывал, что бежать ей некуда. Ее рука скользнула к поясу, нащупывая рукоять кинжала, спрятанного в складках платья. Шаги приближались, эхом отражаясь от сводчатого потолка. Дера глубоко вздохнула, готовясь встретить незнакомца лицом к лицу. Из темноты коридора показалась массивная фигура. В неверном свете факелов блеснули янтарные глаза…       — Эскель? — выдохнула Дера, чувствуя, как напряжение отпускает ее.       Ведьмак шагнул в круг света, его лицо было хмурым.       — Дера? Что ты здесь делаешь? Ты должна была быть в библиотеке. Весемир же говорил, что…              — Это все не важно, Эскель! Я нашла кое-что важное, — затараторила она, но ведьмак перебил ее, подняв руку.              — Тихо. Ты совсем не думаешь о своей безопасности. Что бы ты тут не нашла, ты должна вернуться и живо!       — Нет! — Фредерика даже топнула ногой для пущего эффекта, вот только едва ли это подействовало на Эскеля. Он устало вздохнул и схватил ее под локоть. Не причиняя боли, но достаточно крепко, чтобы не вырвалась. — Нужно проверить воду! А что если она отравлена?       Ведьмак остановился, смерил девушку внимательным взглядом, а затем бросил короткий взгляд на каменный резервуар, размерами едва ли больше колодца.       — А что если они сделали подкоп? А что если вода вытекает куда-то не туда или ее отравили? Мы же все здесь умрем! — стояла она на своем.       — Подкоп маловероятен. На это ушли бы недели, если не месяцы. Мы бы заметили.       Эскель хмурился, но Дера видела что он пусть и противится, но все равно обдумывает ее слова. Наконец он отпустил руку девушки, оперся на скользкие камни и заглянул в темную воду. Склонился и принюхался. Затем еще раз, будто не веря своим ощущениям.       — Да, что-то не так. Слабый запах гнили и чего-то еще. Возможно, яд.       — А я говорила! — всплеснула руками та, едва не выронив факел. — Но как они могли добраться до источника?       Ведьмак осмотрелся. Его взгляд остановился на старой, заросшей мхом решетке в дальнем углу подвала.       — Сток. Мы давно им не пользуемся, но он все еще соединен с системой подземных вод, — он обступил Деру и подошел ближе, присел на корточки, изучая решетку. — Сдвинута. И вот здесь. Смотри, — она подсветила ему факелом, — следы. Кто-то пробрался через этот ход.       Фредерика непроизвольно вздрогнула, ощущая как от этих слов спина покрывается испариной и мурашками.       — В крепости значит кто-то есть?       — Возможно, — мрачно ответил Эскель, поднимаясь. — Для начала закроем проход, а затем предупредим остальных.       Как только он просунул пальцы между прутьев и взялся за скользкий ото мха метал, из глубины туннеля донеслись приглушенные звуки — шаги и тихие голоса.       — А вот и ответ на твой вопрос, — прошептал ведьмак, вытаскивая меч из ножен. Металл тихо звякнул в тишине подвала. Он заслонил собой Деру, отталкивая ее к выходу из подвала. — Затуши факел.       Дера послушно бросила факел на пол. От соприкосновения с влажным камнем он зашипел, а после того как его старательно притоптали и вовсе потух. Она сжала рукоять кинжала, чувствуя, как адреналин растекается по венам и отступила в тень, чтобы не мешать ведьмаку. Звуки становились все ближе. Теперь можно было даже различить голоса. Внезапно решетка дрогнула, и чья-то рука в кожаной перчатке просунулась между прутьями, стараясь схватиться поудобнее. Эскель действовал молниеносно. Одним прыжком он оказался у решетки и обрушил рукоять меча на руку незваного гостя. Раздался хруст и крик боли, рука исчезла.       — Холера! Эти нелюди нас обнаружили! — донеслось из-за решетки.       — Дера, беги! Предупреди остальных! — крикнул Эскель, готовясь к бою.       — А ты?!       — Беги, кому сказал?!       Фредерика колебалась лишь мгновение. Сжав зубы, она развернулась и побежала к лестнице, ведущей наверх, чудом не поскользнувшись на ступенях. За спиной раздался лязг металла — началась схватка. Она бежала так быстро, как только могла, молясь, чтобы успеть вовремя. Мчась по темным коридорам ее сердце стучало как бешеное. Звуки борьбы из подвала постепенно стихали, но она не могла позволить себе остановиться или оглянуться. Каждая секунда была на счету. Наконец Дера ворвалась в главный зал, тяжело дыша.       — Наемники! В подвале! — выпалила она, едва переводя дух. — Они здесь! Они проникли в крепость!       — Где Эскель? — резко спросил Геральт, вскакивая с лавки.       — Он… он остался сражаться с ними, — ответила Дера, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Их может быть много. Он приказал мне бежать и предупредить вас.       — Как они обошли барьер? — рыкнул Ламберт. — Твоя драння магия ни на что не годиться! — крикнул он Кейре.       — Моя магия не годится?! Ах ты чертов… таракан! Не думаешь своей башкой что они могли попасть сюда до того как я это сделала?! Никто не знает кто тут ошивался до того как графиня прибыла с армией!              Весемир выругался сквозь зубы.       — Ламберт! — крикнул он. — К подвалам, живо! Геральт, ты со мной. Кейра, усиль защиту вокруг крепости. Они могут попытаться прорваться и с других сторон.       Ведьмаки молниеносно вооружились и бросились к выходу. Дера сделала шаг, чтобы последовать за ними, но Весемир остановил ее жестом.       — Ты остаешься здесь, — сказал он твердо. — Ты сделала свое дело, теперь позволь нам сделать наше.       — Но я могу помочь!       — Ты поможешь, оставшись в безопасности, — отрезал Весемир. — Ты — наша главная забота. Если с тобой что-то случится, все это будет напрасно.       С этими словами он развернулся и побежал вслед за остальными, оставив Деру одну в огромном пустом зале. Она стояла, чувствуя себя беспомощной и бесполезной. Где-то в глубинах крепости Эскель сражался за свою жизнь, а она ничего не могла сделать, чтобы помочь ему. Внезапно она вспомнила о Биргит. Где ее верная служанка? В суматохе она совсем забыла о ней. Нужно было найти ее и убедиться, что с ней все в порядке. Сжав кулаки, Дера направилась к выходу. Она не собиралась сидеть сложа руки, пока другие рисковали жизнями. Если она не может сражаться, то хотя бы позаботится о тех, кто нуждается в защите.       Быстро, перебежками двигаясь по коридорам, Фредерика неустанно звала Биргит. Ее голос эхом отражался от каменных стен, но ответа не было. С каждой минутой беспокойство росло. Внезапно она услышала приглушенный шум, доносящийся из-за поворота. Замерла, прислушиваясь. Это были голоса, и один из них определенно принадлежал Биргит. Осторожно выглянув из-за угла, Дера увидела сцену, от которой у нее перехватило дыхание. Ее Биргит стояла, прижатая к стене, а перед ней возвышался незнакомый мужчина в темной одежде. В его руке блестел кинжал.       — Говори, девка! — прошипел он. — Где прячется дочь графини?       Биргит, бледная от страха, упрямо сжала губы и покачала головой.       Дера поняла, что должна действовать немедленно. Ее рука инстинктивно потянулась к поясу, где был спрятан кинжал, но она остановилась. Она никогда не использовала его и вряд ли смогла бы напасть, но попробовать защититься стоило. Выхватив оружие, она глубоко вздохнула и вышла из-за угла искренне жалея, что так и не смогла потренироваться с Эскелем. А он ведь даже прикупил ей меч еще тогда, в Новиграде.       — Я здесь, — заговорила она дрожащим голосом. — Отпусти ее немедленно.       Мужчина резко обернулся, его глаза расширились от удивления. На мгновение он замешкался, и этого было достаточно. Биргит, воспользовавшись моментом, ударила его локтем в живот и вырвалась.       — Беги, госпожа! — крикнула она, бросаясь к Дере. Она схватила растерявшуюся девушку за руку и побежала, таща ту за собой. Они мчались по коридорам, слыша за спиной тяжелые шаги преследователя.       — Нам нужно найти ведьмаков! — выдохнула Дера на бегу. — Или Кейру!       Они завернули за угол и чуть не столкнулись с Ламбертом, который бежал им навстречу с обнаженным мечом. Дера выронила кинжал, зажмурившись от того как громко он звякнул о каменный пол.       — Наемник! — крикнула Биргит, указывая назад. — Там!       Ламберт, измазанный в крови и грязи, без лишних слов протиснулся мимо них, готовый встретить преследователя.       — Бегите в главный зал, — бросил он через плечо. — Там Кейра. Она защитит вас.       Так и поступили. Задыхаясь от быстрого бега, они ворвались в главный зал, а Кейра, стоявшая у огромного очага, резко обернулась. Ее изумрудные глаза сверкнули в полумраке.       — Слава богам, вы живы, — выдохнула чародейка, опуская руки, которые уже были готовы сплести заклинание. — Что там происходит?       Дера, все еще пытаясь отдышаться, оперлась о массивный дубовый стол. Ее платье было порвано и испачкано, а на лице застыло выражение смеси страха и решимости.       — Мы видели только Ламберта, — выдавила она между вдохами. — Он спас нас. Остальные, должно быть, сражаются.       Кейра нахмурилась, ее тонкие пальцы нервно забарабанили по поверхности стола.       — Проклятье! Как они могли пробраться? Я же все просчитала. Впрочем, не важно, — встрепенулась чародейка. — Это только начало. Подкрепление не заставит себя долго ждать. Более того, мы не видели, сколько их у стен.       Биргит, до этого молчавшая, тихо всхлипнула:       — Что же нам делать, госпожа? Сражаться?       Чародейка покачала головой, ее золотистые локоны качнулись в такт движению.       — Не так быстро, дорогая. Моя магия не всесильна. Я могу создать барьер вокруг крепости, но он не продержится долго. День, может два — не больше. Скажем, от баллист он не спасет.       — Но этого хватит, чтобы отбить первую атаку? — с надеждой спросила Дера.       — Возможно. Однако это не решение. Рано или поздно нам придется встретиться с врагом лицом к лицу. И я напомню тебе, что армия из ведьмаков так себе.       В этот момент двери зала распахнулись. Забрызганные кровью, один мрачнее другого вошли ведьмаки. Эскель сразу же направился к Дере, едва сумев затолкать меч в ножны. Его глаза внимательно осмотрели ее с ног до головы, подмечая порванное платье и пятна грязи на лице.       — Ты в порядке? — спросил он, его голос был хриплым от усталости.       Дера кивнула, хмурясь от запаха сырости и крови, но все же слабо улыбнувшись. Весемир, отерев меч, обвел взглядом собравшихся.       — Мы очистили крепость, но это только начало. Армия графини уже у наших ворот.       — И что теперь? — спросил Ламберт, его голос звенел от напряжения. — Будем сидеть здесь и ждать, пока они не сломают ворота?       — Дера, дорогая, ты должна понять — это твой шанс, — вдруг заговорила Кейра. — Графиня здесь, армия у ворот. Если ты выйдешь к ним сейчас, объявишь о своих правах на трон, многие солдаты могут перейти на твою сторону.       Эскель резко повернулся к чародейке:       — Ты с ума сошла? Это верная смерть!       — Не обязательно, — возразила Кейра. — Я могу защитить ее. Вместе мы сможем переломить ситуацию в нашу пользу.       — Нет, — твердо сказал Весемир. — Это слишком опасно. Графиня не остановится ни перед чем, чтобы устранить Деру.       Ламберт кивнул:       — Старик прав. Нам нужно время, чтобы придумать план получше.       Дера переводила взгляд с одного на другого, чувствуя, как разрывается от противоречивых эмоций.       — Но если есть шанс остановить это безумие прямо сейчас… — начала она.       — Нет шанса, — перебил ее Геральт. — Только верная гибель. Мы найдем другой способ.       В этот момент во дворе раздался звук рога. Все замерли.       — Что это? — ахнула Фредерика схватившись за куртку Эскеля.       — Парламентер, — устало выдохнул Весемир. — Вот и разрешился наш спор. Узнаем, что предлагает графиня, а потом примем решение.       — Известно что, — цокнул языком Ламберт и уселся на край стол.       — Наверное, мне нужно выйти? — спросила Фредерика, метаясь по присутствующим взглядом.       — Я выйду с тобой, — вдруг вызвался Весемир. — А ты, Эскель, открой-ка нам лучше ворота.       Пригладив волосы, скорее по инерции, чем по нужде, старый ведьмак двинулся к главной двери. Фредерика засеменила следом, бросив взгляд на Эскеля.       — Дера, дорогая, я… — порывалась Кейра, но была остановлена хмурым взглядом Весемира.       Фредерика же даже не потрудилась обернуться. Нагнав ведьмака, она пристроилась за его спиной по правое плечо и уверенно двигалась к выходу. Чародейка поджала дрогнувшие губы, вызвав у Ламберта смешок.       — Что, дали от ворот поворот? — не удержался он, но ответа так и не получил.       Они вышли во внутренний двор и морозная свежесть сразу обожгла лицо и руки. Резкий холодный воздух словно отрезвил Деру, заставив ее глубоко вдохнуть. Внутренний двор был погружен в тишину, нарушаемую лишь скрипом снега под их ногами. Массивные стены крепости, казалось, нависали над ними, словно молчаливые свидетели. Весемир шел впереди, его шаги были тверды и уверенны, несмотря усталость после недавнего боя. Дера следовала за ним, стараясь держаться так же прямо и уверенно, хотя внутри все сжималось от страха и неопределенности. Когда они подошли к главным воротам, Весемир остановился и повернулся:       — Помни, девочка, мы хоть и будем поступать по совести, но ведьмаки всегда держат нейтралитет.       Дера кивнула, сглотнув комок в горле. Хотелось так много сказать старику. Поблагодарить за то что сделали для нее столь много. Убедить что все будет хорошо. Что он сделает все чтобы крепость не пострадала и все кто в ней — тоже. Вот только едва ли она сама в это верила.       Весемир дал знак, и тяжелые металлические прутья медленно, с протяжным скрежетом поползли вверх. За ними стоял парламентер — высокий мужчина в богато украшенных доспехах с гербом графини на груди. Фредерика не удержавшись, фыркнула. Его лошадь нервно переступала с ноги на ногу, выпуская облачка пара из ноздрей.       — Приветствуем вас в Каэр Морхене. Погодка что-то совсем испортилась, не находите? — произнес Весемир, его голос был спокоен и тверд.       Парламентер окинул взглядом Деру, и на его лице мелькнуло удивление, быстро сменившееся маской официальности. Конь зафырчал и нетерпеливо потоптался на месте.       — Ее Светлость графиня де Бейль предлагает вам сдаться и выдать принцессу Фредерику. В обмен на это всем обитателям крепости будет сохранена жизнь. В противном случае… — он сделал паузу, — Каэр Морхен будет разрушен до основания, а все, кто находятся внутри, погибнут.       Дера почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Она знала, что должна что-то сказать, но слова застряли в горле. Весемир, казалось, почувствовал ее состояние и взял инициативу на себя:       — Предложение хорошее. Щедрое. Мы рассмотрим его. Дайте нам время до заката.       Конь негодующе заржал, а парламентер нахмурился:              — До рассвета. Ни минутой позже.       С этими словами он развернул коня и пришпорил его, вздымая облако серебристого снега. Весемир взмахнул рукой и ворота поползли вниз, а Дера едва ли могла сделать вдох. В груди сдавило так, словно ее хватил удар. Весемир положил тяжелую руку на ее плечо и она с трудом устояла на ногах. Казалось этой тяжести достаточно, чтобы ее прибило к земле. Однако старый ведьмак ничего не сказал, а лишь медленно побрел в сторону лестницы, потирая от холода руки.