Как в рекламе майонеза (нет)

***

      —Спасибо, — Шастун отдаёт наушники Позову прямо в руки и укладывает телефон на колени.       Прямо перед его носом у учителя с ученицей крутится роман. Более того, об этом сейчас узнают ещё и все те, кто смотрит сторис Топольницкой. Но никто, за исключением Шастуна, не был свидетелем того неловкого поцелуя. Хотя... вдруг, на том неловком соприкосновении губ ничего не закончилось? Кто сказал, что эти двое сразу попрощались? Может они там сосались как в последний раз?       Арсений, со своим телосложением, легко мог вжать Юлю в стену отельного лифта.       Противно.       Шастун смотрит на учителя, неприятно кривясь, но резко меняет выражение лица на приветливую улыбку, когда ловит на себе взгляд учителя. Глаза говорят "рад вас видеть, Арсений Сергеевич", пока в голове крутится лишь одно — его классный руководитель встречается с собственной ученицей.       Но зачем тогда Попов сказал Антону, что он гей?       В очередной раз слышится "дзыньк" со стороны лифта. Из него выходит Топольницкая, не видящая ничего, кроме своего телефона. Макияж уже совсем не школьный, а более яркий, но не менее аккуратный и подходящий к её миловидному лицу.       Шатенка садится за столик неподалёку от одноклассников.       Антон следит за каждым движением своего учителя, и конечно, не упускает их обмена улыбчивыми кивками.       Школьник на столько увлечён связью этих двоих, что даже не замечает, как получает свой заказ. Только сейчас шатен понимает, что у него совершенно нет аппетита. Роман, крутящийся прямо перед глазами, интересует намного больше.       На коленках вибрирует телефон.       Пока Макар полностью погружён в своё повествование, Шастун снимает блокировку со смартфона. Павел Алексеевич Во—первых, когда ты пьяный, то громко храпишь 12:07 Во—вторых, мы сейчас идём в музей 12:07 Мы уйдём, я дверь оставлю открытой 12:08 Зайдёшь и кинешь одеяло на мою кровать (пустую) 12:08 Я своё Арсению Сергеевичу кинул, чтобы вопросов не было 12:08 Ещё раз набухаешься — мы тебя точно спалим 12:19       Шатен встречается взглядом с математиком и одними губами проговаривает тихое "спасибо". Всё происходит так, как и договорились за обедом ученик и учитель.       Оксана в последний раз проводит бледно—розовой помадой по губам и защёлкивает стик. Ребята даже не заметили, в какой момент косметичка переместилась в номер парней.       —Отлично выглядишь, — комплимент Макарова заставляет щёки девушки покрыться слегка заметным румянцем.       —Вы идите, я вас догоню, — Антон скатывает позаимствованное утром одеяло в рулон.       Как только дверь издаёт характерный хлопок, говорящий об уходе друзей, на телефон приходит уведомление. Павел Алексеевич Мы ушли 12:36       Парень накидывает куртку, и держа под подмышкой огромный рулон, закрывает номер. Дверь учителей, как и было обещано, открыта. Шастун выполняет свою часть сделки, раскатывая одеяло по всей кровати, когда ему приходит сообщение, сопровождающееся звуком открытия двери.       Антон замирает в страхе, упираясь в "тупик" между кроватью и шкафом. Если это Арсений — Антону жопа. Хоть бы он не заворачивал сюда, хоть бы не заворачивал... Сердце бешено колотится, словно уже готово выпрыгнуть из груди.       Антон совсем не дышит, боясь издать слишком громкий вдох или выдох.       Нахождение второго человека в номере кажется бесконечным, хотя, по сути, оно длилось от силы секунд 20.       Дверь захлопывается. Можно выдохнуть и проверить пришедшее сообщение. Павел Алексеевич Антон, ты ушёл? 12:38 Арс за телефоном поднялся 12:38

Антон

Ещё нет, но меня не заметил

12:40

Павел Алексеевич Быстрее, мы только тебя и Арсения ждём 12:41       Шастун отправляет нейтральное "ок" и отправляется к выходу. Ручка не поддаётся. Ещё, ещё... вообще никак.       Паника.

Антон

Меня А.С. закрыл

12:42

Павел Алексеевич Ходячая проблема 12:42 Бегом звони ему и говори, что тебе плохо 12:43 Мы уже у автобуса, нам с Серёжей не вырваться 12:43       Блять. Соображай, Антоха.       Школьник заходит в точно такую же как и в их номере, ванную комнату. Включает кран и набирает Арсения Сергеевича.       Всего два протяжных гудка.       —Ты где, Антон? — нервный.       —Извините, я не смогу пойти. Мне резко плохо стало, — на фоне слышно "ой, ну как же так", актёрски исполненное Добровольским.       —Ох, ну ты... как умудрился? Всё сильно плохо? — даже через телефон Шастун видит, как Арсений изменился в лице, обеспокоенно поджав губы.       —Нет, просто тошнит немного, — Антон выключает бегущую из крана воду, — может быть, на обеде лишнего съел.       —Ну давай, не скучай там. Поправляйся.       На этом разговор был окончен. Антон усаживается на закрытую крышку унитаза, запуская пальцы в пшеничные волосы.       Он попал.       Что здесь делать около двух часов, если не больше? На экране блокировки мелькают сообщения из уже переименованной беседы "Биба, Боба и Оксаночка наша любимая + Макар". Да, фантазия на названия у друзей прирождённая. Оксик Антон, что за хрень? 12:49 Диба Бома Ты нас кинуть решил? 12:50 Макар Ну ты и пидорас 12:50

Антон

Тихо вы

12:51

Я случайно в номере закрылся

12:51

Макар Это как 12:51

Антон

Потом расскажу

12:52

      Если бы Арс оставил телефон, можно было бы узнать оттуда что-то про отношения Юли и Попова. Словно чувствуя, что Шастун думает о семействе Поповых, наверху выплывает сообщение от Славы. Слава Как твой отпуск? 12:54

Антон

Всё нормально

12:54

Как твоя работа?

12:55

      Никакого интереса, простая вежливость. Слава Ну, вроде как всегда 12:55 Если честно, то я уже успел привыкнуть к тебе 12:56 Думаю, я успел соскучиться за пару суток 12:56       Это... необычно читать. И правда, старые знакомые, раньше связанные только Андреем, стали чуть ли не друзьями. Интересуются делами, в перерывах пьют чай. Кстати, Вячеслав даже зашёл один раз, чтобы повидаться с Майей.

Антон

Взаимно

12:57

Я тоже немного скучаю, Слав

12:58

Слава Ты хоть иногда пиши 12:59

Антон

Обязательно

12:59

      Шастун приятно улыбнулся. Осознание того, что его ждёт дома кто—то помимо мамы греет лучше любой куртки.       Юноша просидел за просмотром инстаграма около получаса, даже не задумываясь о том, что делает это на унитазе. Входящий видеозвонок Лазарюха       —Ало, да?       —Шаст, не отвлекаю?       —Ну... как сказать, — Антон переворачивает камеру и наводит на зеркало напротив себя.       —Эм... мне перезвонить? — растерянное лицо Серёжи лишь заставляет Антона улыбнуться.       —Нет, я просто попал в немного хуеватую ситуацию. Сижу, отдыхаю, — Лазарев опустил телефон, чтобы открыть дверь в общажную комнату.       Шастун послушно дождался, пока собеседник наконец—то ляжет на кровать, устроится поудобнее и возьмёт телефон в правую руку, поставленную на локоть.       —Выдалась свободная минута, решил тебя набрать. Как отдых? — вопрос заставляет задуматься. Какой тут отдых? Роман под носом!       —Да я только вчера приехал. Уже успел в музей сходить и напиться. Веселуха... ты отдыхаешь хоть немного со своим медицинским? — грустный вдох.       —Опять старухи обнаглевшие гоняют. Решили, что если практикант — можно на него свалить делишки, — студент поправляет волосы, и только потом понимает, то только что слышал, — Погоди... ты напился? Серьёзно, Шаст? Рядом же учителя.       Забавный.       —О... Серёж, это ещё мелочи. Я тебе сейчас такое расскажу...

***

      За разговором уходит около двух часов. Антон увлечённо рассказывает о том, что творится вокруг него, где он просыпается и как проводит свободное время. Лазарев жалуется, что отдыха как такового нет совсем. Оба друг друга выслушали и поняли.       На часах уже 17:00       С последней связи со внешним миром прошло почти три часа.       В голове мелькает неожиданная мысль, что никто не вернётся, а Антон так и останется в этом номере навсегда. Он мотает круги, соединяет мебель шагами и съедает виноград из вазочки. Кому есть дело до этой гроздочки? Только если мошке, ходящей по фруктам. Мысль о том, кому можно написать, приходит не сразу.

Антон

Как дела?

17:36

Строчер Насладился временем, которое я дал тебе для отдыха? 17:36 Подожди секундочку 17:37       Шастун ждёт, залипая в одну точку чата. Тишину в номере разрезает громкий звонок. Входящий звонок Строчер       Ну нихуя себе.       Антон думает, стоит ли брать.       Стоит, определённо. Тормозить с этим мужиком нельзя.       —Алло? — в ответ тишина. Звонок был слишком неожиданным. Голос выдаёт взволнованность Антона своей лёгкой дрожью.       —Ты меня боишься что ли? — Шастун вздрагивает от столь внезапного ответа после почти 30 секунд тишины.       Голос извращенца явно чем-то искажённый. Скорее всего, этот мужик на столько богат, что даже может позволить себе аппарат для моментального изменения голоса. Или они не дорогие?       Даже через аппаратуру понятно, что голос достаточно прокуренный. Он больно отдаёт в ушах воспоминаниями о шестом октября.       —Нет, папочка, — Шастун ходит медленными кругами по тёмному отельному номеру, — Почему ты решил позвонить?       —Просто мы так давно не слышали друг друга. Я соскучился, малыш, — даже от сюда понятно, что неизвестный улыбнулся.       —Да, мы и правда давно не общались... — и не хочется повторять тот разговор. Самое главное сейчас — не бояться. Собеседник, словно собака, обязательно это почувствует.       —Как тебе в Питере? — серьёзно? Опять будешь вести себя так, словно мы давние друзья? Хотя, стоит уже привыкнуть.       —Отлично. По музеям, вот, хожу... с друзьями отдыхаю.       —С друзьями? Я не против вписаться в вашу компанию, — что, блять? — Мы с тобой вместе уже почти два месяца, а ты так и не познакомил нас...       —Слушай, э... папочка, — Шастун нервно оглядывается, пытаясь найти в тёмной комнате, которая освещается лишь уличными фонарями, хоть какую—то подсказку, — мне неудобно говорить.       —Со мной тебе всегда удобно общаться, — фу, фу,фу... какая противная интонация.       —Прости, но правда никак. У меня учитель идёт, — Антон нервничает. Он откровенно врёт, желая отложить этот разговор с незнакомцем.       —Допустим, я поверю тебе на первый раз. Но не думай, что сможешь улизнуть от меня. — Звонок обрывается.       Опять эта фраза.       Шастун усаживается на пол, откидывая голову на стоящую рядом кровать.       Отмазался. Только на время. Но отмазался же, да? Но на сколько? И как долго вообще будет длиться это насилие? Антон готов плакать.       Антон слышит открывающуюся дверь.       Антон уверен, что это Павел Алексеевич, поэтому не дёргается.       Угадал.       Воля тянет школьника вверх за плечо и слегка встряхивает.       —Чтоб я ещё хоть раз взялся за то, чтобы выгораживать какого—то малолетнего алкоголика! Бегом пошёл в номер и лёг в постель, как будто не выходил оттуда! Быстро, я сказал! — Шастун лишь испуганно кивает.       Антон почти выпрыгивает коридор, игнорируя режущий глаза свет.       Он открывает номер, включает свет, быстро скидывает куртку, толстовку и джинсы, и ныряет под одеяло. Остаётся просто лежать. Просто лежать с бешено колотящимся сердцем.       Стоп.       Почему он должен притворяться перед друзьями? Они же и так знают первую часть истории, почему нельзя рассказать им и то, что случилось сейчас?       —Антон, ты тут? — Попов? А он чё припёрся?       —Ээ... да. Входите, — Шастун принимает сидячее положение на кровати.       —Как ты себя чувствуешь? — Арсений присаживает на свободный краешек кровати.       Опять сладкий кокос. Теперь это объясняет взъерошенность Паши. Знал, что Арсений придёт.       —Всё нормально. Просто немного подташнивало. Поспал, всё прошло.       Оба улыбаются. Пока учитель молча оглядывает комнату, Шастун может разглядеть абсолютно все черты его лица.       Острые, словно готовые порезать любого, скулы. Слегка не бритая двухдневная щетина. Густые чёрные ресницы. Голубые глаза, притягивающие к себе всё больше и больше. Ровные брови. Его точно не салон красоты родил? Как минимум, косметичкой он пользуется.       —Косметичка? — что? Почему Арсений это спрашивает? Антон вслух размышлял?       —Что?       Брюнет берёт с соседней тумбочки одну из трёх Оксаниных сумочек и внимательно осматривает, крутя в руках.       —Откуда у вас косметичка?       —Оксанина, — боже, а так не ясно?       —А свой номер ей на что? — не отстаёт Попов.       —Она практически живёт у нас, — эта новость явно заинтересовала Арсения. Он убирает вещичку на место и выжидающе смотрит на ученика, — Ничего такого, мы же уже давно дружим. Просто... не хочет она с Юлей жить. Красится здесь, сидит с нами здесь. Даже шампуни свои перетащила. Там она только спит.       —И что же не так с Юлей?       Антон поймал нужную нить, сам того не заметив. А вот и шанс узнать хоть что-то.       —А вы спросите у неё сами, когда опять на мосты пойдёте посмотреть, — в закатанных глазах чётко можно прочитать "я же просил никуда не выкладывать". Только брюнет решает приготовить аргумент, как Шастун обгоняет его, — Или когда опять будете в лифте целоваться.       Шатен довольно улыбается. Это возможность узнать хоть о чём-то. А ещё, возможность полюбоваться растерянным лицом Арса.       —С чего ты взял, что мы...       —Лично видел.       Учитель сам прекрасно осознаёт, что попал.