Моя игра

Артур и подумать не мог, что ему придётся сражаться за внимание Стеши с кем-то. Король опустился в ранге до рыцаря, и это было унизительно, но… Он вошёл во вкус. Артур с готовностью собирался вызвать соперника на дуэль, и пусть победит сильнейший. Но для начала нужно было познакомиться с ним. Стеша наотрез отказалась: — Я, конечно, рада, что ты преодолел своё уныние и решил переключиться на кого-то другого, но моих друзей трогать не нужно. Да и он не гей. Артур пожал плечами и решил действовать другим способом: проследил за ними на перемене и, когда те начали расходиться, пошёл вслед за парнем. Так он узнал аудиторию и за десять минут до конца пары пришёл туда. А уныние, к слову, действительно преодолел и вид счастливых влюблённых пар уже не действовал на нервы. Стало спокойно, так, что он с лёгкостью вернулся к прежнему образу жизни. Когда чего-то ожидаешь, время всегда тянется как резина. Каждая минута, секунда сводит с ума, отдаётся в голове цоканьем часов, простреливает сознание насквозь и заставляет подмечать все до малейшего детали. Оказывается, здесь одна лампочка работает с перебоями, на затоптанном ковре видно несколько бордовых пятен, как будто кому-то разбили нос, а батарея возле окна немного поржавела. Ремонт бы не помешал. Зато ректор разъезжает на новеньком «Астон Мартин», хотя в прошлом году у него была обычная «Хонда». Артур не осуждал. Он втайне завидовал, провожая взглядом автомобиль, и думал, что если бы был ректором, то поступал бы так же. Зачем обновлять дизайн университета, тем более если это корпус, где ты не бываешь даже? Гораздо лучше личное удобство. Наконец, с шумом и галдежом из аудитории повалили студенты, и среди них появилась знакомая вихрастая голова. Артур, чтобы не показаться подозрительным, некоторое время шёл позади, затем, когда тот начал приближаться к аудитории его и Стеши, как бы случайно налетел сзади и извинился: — Ой, прости, не заметил тебя. Кстати, я тебя видел. Я одногруппник Стеши, а ты её друг, да? Она говорила. — А? Да, — ответил парень, потирая ушибленный бок. — Не видел тебя здесь раньше, ты новенький? — Не совсем. Я в начале семестра перевёлся из небольшого городка, но по состоянию здоровья не мог обучаться, пришлось быть на домашнем обучении. Теперь мне лучше. — И как, уже обзавёлся новыми друзьями? Я могу помочь тебе адаптироваться, меня Артур зовут, а тебя? — Макс. Он с сомнением взглянул на протянутую руку и неуверенно пожал её. — У меня отличное предложение! — заявил Артур, улыбаясь во все тридцать два. — Как насчёт выпить за начало дружбы? Я знаю один шикарный бар, там варят обалденное пиво! Я угощаю. Можем пойти прямо сейчас. — Но я вообще-то не пью… Мне противопоказано. «Хиляк», — подумал с презрением и едва не скривился Артур, вслух же ответил: — Там и безалкогольное есть. От него тебе точно вреда не будет. Разве ты против завести новых друзей? Макс вздохнул и неуверенно осмотрелся по сторонам, на телефон. Было видно, что он ещё колеблется, не может выбрать. — Я не против, но мы со Стешей договаривались после пар погулять… — Бабы, — скривился Артур. — Вечно они встают на пути и мешают мужской дружбе. Так я и потерял всех своих братанов. Каждый рано или поздно выбирает юбку, и ты туда же. Но я тебя понимаю, надо же быть как все, с девчонкой, а то зачмырят. Ла-адно, мне не привыкать пить пиво в гордом одиночестве, настоящих мужиков-то уже не осталось! Артур разочарованно покачал головой, отвернулся и демонстративно сделал несколько шагов. Как и ожидалось, на его плечо робко легла чужая ладонь. — Я же не отказывался. Я не против, только сейчас напишу Стеше, чтобы не ждала меня. Артур довольно ухмыльнулся и, пока новый знакомый зависал в телефоне, рассматривал его. Макс выглядел как истинно деревенский парень: отросшие неряшливо растрёпанные русые волосы, тёмно-серый пуловер сверху рубашки и потёртые чёрные джинсы десятилетней давности на вид, а завершают чудный образ кеды, которые наверняка через какие-то пару месяцев пора будет выкинуть на свалку. Ей-богу, Артур уже отвык, что могут ещё так безвкусно одеваться. Его едва не передёрнуло от осознания, что несколько лет назад он и сам был таким же. Но вот фигура у Макса была что надо: рослый и плечистый, крепкого телосложения. Где-то часом позднее оба сидели в небольшом и непримечательном баре, и к ним плывущей походкой шла официантка с двумя стеклянными кружками пива. Вот она подошла к их столику, но того, что случилось дальше, Макс не ожидал точно. По какой-то злополучной иронии судьбы или из-за собственной криворукости официантка, собираясь ставить кружку возле него, слегка опрокинула её, и пиво расплескалось на штаны. Повисла неловкая тишина. Макс смотрел на расплывающееся пятно. Артур тоже косился на него. Официантка стояла, в ужасе прикрыв рот руками, а затем начала судорожно извиняться и пытаться промокнуть пятно салфетками.  — Я… Я… извините… Стекло скользкое… Вот, так должно быть лучше… Только не оставляйте жалобу, пожалуйста, меня зарплаты лишат!.. Глядя на совершенно потерянное выражение лица девушки, искреннее раскаяние, Макс только махнул рукой и пожал плечами. — Ничего, бывает. Он дружелюбно улыбнулся ей. Та — в ответ. А Артур подумал, что было бы неплохо свести их вместе, чтобы отвадить нового знакомого от Стеши. — Ну что, за знакомство? — предложил тост Артур, когда всё уладилось. Макс кивнул. Кружки стукнулись друг от друга, жидкость полилась во рты. Артур прикрыл глаза, наслаждаясь приятным холодом напитка, пробирающим до костей. Вкус был приятным, освежающим, угадывались ягодные нотки. Через одну треть кружки хмель ударил в голову, и завязался разговор, лёгкий и невымученный. — Я бы не подумал, что ты учишься на врача, — с лёгким удивлением отметил Артур. — А я бы не подумал, что ты учишься на финансиста, — парировал Макс, слегка ухмыляясь. — Мог бы предположить, что на дизайнера, стилиста или что-то в этом роде, слишком уж изысканно выглядишь. — Мой предок этого не одобрил бы. Артур принялся рассказывать о непростых отношениях с отцом, о смерти матери, напуская на лицо как можно больше драматизма. Макс поверил, что отец почти шантажом вынудил его поступить туда, куда он скажет, а иначе выставит за дверь и оборвёт все связи, не говоря уже о том, что лишит наследства. Говорил, что учиться непросто, но благодаря помощи Стеши у него всё получается. Макс выслушивал с неподдельным ужасом и сочувствием, а затем вдруг его живот издал утробный звук, парень переменился в лице, скривился, как будто проглотил пять лимонов за раз, и спросил, где уборная. — Тебе плохо? — с беспокойством спросил Артур и заглянул в глаза новообретённого друга. — Давай я тебя проведу. Когда Макс скрылся за дверью туалета, Артур довольно ухмыльнулся и повертел блистер таблеток. Слабительное подействовало быстро и — он не сомневался — эффективно. Смешивание с алкоголем могло привести к очень нежелательным последствиям вроде интоксикации, длящейся несколько дней, а значит, на это время соперник точно будет устранён. У Артура были все причины гордиться собой. Макс, вышедший минут через десять, стал таким бледным, что можно было принять его за ходячего трупа. — Ты как? — Мне плохо… — Его живот по-прежнему громко протестовал против того, что с ним сделали. — Я, наверное, пойду домой, извини. Наверное, булочки в столовой попались просроченные. «О да. Конечно, булочки». — Давай я тебя отвезу. Называй адрес. Макс запротестовал из-за того, что Артур был в подвыпившем состоянии, но тот пообещал быть осторожным, и пришлось сдаться. Доставив его до дома и взяв контакты и обещание оповещать о своём состоянии, Артур спокойно поехал к себе домой продумывать план свидания со Стешей. Это было только начало, первый пункт плана. Не составило труда подговорить официантку помочь, щедро отсыпав ей половину содержимого кошелька, и подсыпать слабительное, пока та колдовала над штанами Макса. Отныне — никакого нытья, только твёрдая и холодная решимость идти дальше, добиваться своего, а какими путями, это уже не имеет значения. За всю свою недолгую жизнь он чётко уяснил: каждый сам за себя. Артур, правда, надеялся, что совесть не даст о себе знать. *** — Ну, рассказывай, как у тебя с ней? Имени называть уже не нужно было: все четверо прекрасно понимали, о ком идёт речь. Артур курил сигарету возле корпуса и поочерёдно осматривал приятелей. Жадно-заинтересованный взгляд Димона, дружелюбный — Веталя и отстранённый — Сёмы. Они, как всегда, собрались возле курилки на большой перемене, хотя курили только Артур и Димон. Всем было интересно, как продвигается пари. А действительно ли всем? Артуру это уже казалось просто традицией, нарушать которую не хотелось, хоть от этих ежедневных собраний уже тошнило. Как и оттого, что он сделал с Максом. Почему-то подумалось, что София была бы им разочарована. А Стеша… Она, если узнает, вообще оборвёт с ним связь. Окончательно. Почему-то от одной мысли об этом внутри всё сжалось и воздух как будто выкачали. Стеше не нужно знать о произошедшем. Ни ей, ни кому-либо ещё. — Нормально. Я устранил соперника на какое-то время. — И что же ты сделал? — с любопытством поинтересовался Димон. — Подсыпал слабительное в пиво. — Ого, да ты смельчак! — в восхищении вскинул брови друг. Артур заметил, как переглянулись Веталь и Сёма, но промолчали. Первый покачал головой и переключил внимание на свой телефон, пальцы забегали по клавиатуре, а поджатые губы и насупленные брови свидетельствовали, что что-то не так. Это было осуждение — молчаливое, бессловное и оттого давящее на грудь, пригвождающее к земле своей тяжестью. Артур, не считая Веталя даже близким другом, всё равно отчего-то очень не хотел терять его расположение. На Сёму же было ровным счётом плевать. — Я пойду, меня Полина ждёт, — бросил Веталь и, не поднимая взгляд, пошёл. Артур затушил сигарету, бросив в лужу, и подавил желание выругаться, слушая болтовню Димона и нелепый восторг. Ещё никогда за десять лет дружбы тот не бесил так сильно. Ещё никогда так не тошнило от самого себя. И он запоздало вспомнил, что собирался никому не рассказывать. Кретин. *** Артур глубоко вдохнул и выдохнул, проверяя телефон, есть ли новые сообщения. Забавно, он как будто вернулся на неделю назад, только в этот раз вместо Стеши был Макс. А чувства те же. То же томительное ожидание, подвешенное состояние и его детище: червь, точащий душу, в которой слабым огоньком горела надежда, что всё образумится. Макс писал, что ему немного лучше, выпил какие-то таблетки, завтра пойдёт в универ. Артур кивнул сам себе и, нервно поправив ворот рубашки, а затем натянув на лицо привычное спокойствие, направился к Стеше в столовой. Сам он отказался от компании приятелей, сославшись, что не голоден, нет аппетита. Взгляд уже автоматически метнулся к одногруппнице. Та сидела в привычной компании парня и девушки, беседовала с ними негромко, а когда Артур подошёл к ним, разговоры и вовсе стихли. — Привет, к вам присоединиться можно? Ребята неоднозначно переглянулись. — Чего тебе? — Стеша выгнула брови, но не сказала «нет». Артур пожал плечами, сел за стол и налил в одноразовый стаканчик кофе из термоса. Он наконец-то решился брать кофе с собой, потому что здесь точно не знали, каким должен быть этот волшебный напиток. А он знал. Вкус его должен приятно горчить на языке и отдавать кислинкой, аромат — слегка щекотать нос терпкостью и тягучестью, и чем дольше вдыхаешь, тем больше пьянеешь от этого благоухания, наполняешься решимостью и абсолютной безмятежностью. А пенка чувствуется на губах задолго после исчезновения последней капли. Это всё были свойства заварного молотого кофе «Лавацца», который Артур обожал. То, что делали здесь, не годилось даже в подметки. Но, что гораздо хуже, Стеша это пила. Прямо сейчас. — Да так, всего лишь хотел пригласить тебя на свидание. — Серьёзно? Ну и куда в этот раз? Самый крутой ресторан города ты мне уже показал, самый крутой балет — тоже. Что дальше? Какой-нибудь невероятный музей? Лувр, Эрмитаж? — Не угадала. Прогулка по набережной. — Холодно. Видел, какой ветер? — Вечером — да, холодно, после пар — ещё нормально, ветер может утихнуть. Оденься потеплее, и я возьму с собой что-нибудь согревающее. — Водку? — ухмыльнулась Стеша. — Если хочешь, — невозмутимо парировал Артур, сложив руки на груди. Соседи по столу наблюдали за этой сценой с недоумением и интересом. — Стеша-а, у тебя появился поклонник? Так быстро после расставания? Ты что-то не спешила этим делиться, — с лёгким упрёком взмахнула короткими кудрями девушка. — Да ладно, Кир, может, ей просто неловко представлять нам такого состоятельного молодого человека. — Парень взъерошил её макушку и поцеловал. — А может, ты нас всё же познакомишь? Стеша тяжело вздохнула и исподлобья взглянула на Артура. В глазах ясно читались досада и возмущение, отчего они сверкали, а губы, которые та покусывала с такой сексуальной злостью, хотелось поцеловать ещё сильнее. — Это Артур, мой одногруппник. И между нами ничего нет и быть не может. Я предпочитаю менее напыщенных типов. — И именно поэтому ты встречалась с Димоном… сколько?.. Два года? — И именно поэтому я его бросила. — Эй, баста! — Другая девушка с недовольством вскинула руку. — Меня зовут Кира, а это Кирилл. — Кивком указала на парня рядом, чья рука лежала на её плечах. — Мы друзья этой ворчуньи. — О, у вас почти идентичные имена. Поэтому вы вместе? — Артур с интересом осмотрел парочку. — Это уж точно, по велению судьбы! — подтвердила Кира и, выпятив нижнюю губу, с гордостью добавила: — С первого дня первого курса. Два года. — Хотел бы я оказаться на вашем месте, но Стеша держит оборону. — Неудачник, — беззлобно усмехнулся Кирилл, затем, покосившись на объект разговора, добавил: — Выйдем на пару слов? Хочу тебе помочь. Стеша тут же отреагировала свирепым прищуром, подбоченившись, но промолчала. — Что, дружище, совсем плохо? — с сочувствием поинтересовался Кирилл. — Сколько ты уже мучаешься с ней? — Неделю… Но, чувствую, такими темпами — буду ещё недели две. Казалось бы, вот-вот всё начало налаживаться, так нет. Один шаг вперёд — и на два она отскакивает. — Порадуйся, что не на три. Ладно, слушай меня внимательно… Кирилл, осмотревшись по сторонам и убедившись, что их не подслушивают, взмахом руки велел Артуру наклониться.