Двадцать один цвет безумия.

-Мартин, ты дома? Звонкий девичий голос раздался в прихожей сразу после хлопка входной двери. Щелкнул выключатель - обладательница голоса уже оказалась в зале. Свет разбудил молодого парня, в кресле. Он лениво приоткрыл один глаз, разглядев девушку, счастливо улыбающуюся и расстегивающую пуговицы на пальто, и вздохнул. По лицу сестры было видно, что ей не терпится чем-то с ним поделиться, а, значит, о сне можно забыть. Парень полностью открыл глаза, потянулся и, встав с кресла, беззаботно спросил: -Что случилось, что тебя аж распирает? Девушка повесила пальто в шкаф, тряхнула влажными кудрями, делясь с мебелью мелкими каплями осеннего дождя, и лучезарно улыбнулась. Новости явно были хорошими для нее, и Мартин почувствовал легкое волнение. Несмотря на то, что девушке уже было полных девятнадцать лет, она умудрялась впутываться всюду: и куда надо, и куда совсем не надо, при этом абсолютно не понимая, что хорошо, а что - плохо. Брат опекал ее, заменив семью. Четыре года назад Мартин, будучи безответственным студентом, внезапно узнал, что родители погибли, а его младшая сестра, Ньюкки, осталась на него. -Ну же, - одобряюще улыбнулся парень, отвлекаясь от воспоминаний. -Ладно. Ладно. Слушай, - девушка сделала маленькую паузу, а потом счастливо прокричала: - Коллин сделал мне предложение! Мартин вздрогнул. Казалось, будто ему по голове ударили чем-то тяжелым. В груди холодные пальцы по-хозяйски пожмакали сердце, из-за чего оно пропустило один-два удара. Вцепившись пальцами в спинку кресла так, что они побелели, парень выдохнул. -С тобой все в порядке? Голос Ньюкки кое-как привел его в чувство, хлопнув по бледным щекам. Он кивнул и прохрипел упорно не дающимся голосом: -Это просто слишком неожиданно. Беспокойство исчезло из глаз сестры. Она подошла и обняла брата: -Ты ведь не против? Мартин выдавил из себя подобие улыбки и, наматывая на палец черный локон сестры, заявил уже вернувшимся в норму голосом: -А не рано ли? -Мы с ним уже три года встречаемся! - Воскликнула Ньюкки, поднимая изумрудно-зеленые глаза на брата. -Тебе девятнадцать..., - начал было он, но девушка не дала договорить: -А тебе - двадцать семь! И это не значит, что я буду еще восемь лет ждать неведомо чего! -Не кричи, - поморщился парень, ложа ладони на худые плечи сестры. - Я бы все-таки хотел познакомиться с этим твоим... -Коллином, - подсказала она. -Коллином, правда. Кто он, чем занимается, как хотя бы выглядит? Знаешь, я предпочитаю увидеть его раньше, чем буду выдавать тебя за него же замуж. Лукавая улыбка тронула тонкие губы Ньюкки: -Это не так уж и тяжело. Хочешь, прямо сегодня я позову его к нам? -Сегодня? -Задумчиво произнес Мартин. - А давай. Устроим семейный ужин. -Хорошо! На сколько звать? - Взволнованно спросила сестра. -Часов на шесть-семь. Нужно же приготовить нам поесть, - подумав и глянув на наручные часы, ответил парень. Сестра умчалась звонить своему ненаглядному, а он скользнул на кухню, аккуратно закрыл за собой дверь, защелкнул замок и, прислонившись к стене, тяжело выдохнул. Ну, чего это он так разволновался? Он относится к девушке, как к собственной дочери? Волнуется за нее? Да, просто волнуется. Ньюкки собирается покинуть его. Эта мысль заставляла сжать кулаки, впиться ногтями в свою же кожу, оставляя отпечатки в виде полумесяцев, и вызывала дикое желание набить морду этому ухажеру. Она его, Мартина, сестра! Она... ... имеет право на личную жизнь. Мартин закусил губу, приводя в чувство. Непонятная ему самому ярость потихоньку уходила, оставляя в душе неприятный остаток. Собственнические мысли скрывались в темных уголках сознания, намекая на прощанье, что они еще вернутся. Парень взъерошил темные волосы, еще раз глубоко вздохнул, уже полностью приходя в норму, и взял с верхней полки пухлый блокнот с рецептами. -Ньюкки, ты чего на ужин хочешь? - Крикнул он, раскрывая блокнот. -Даже не знаю... Но Коллин любит кофе, приготовь чего-нибудь из него! - Послышалось из глубин квартиры. -Хорошо, - буркнул себе под нос парень. К приему гостя он готовился особенно тщательно: кулинария была когда-то увлечением Мартина, но за год он свою сноровку все-таки не растерял. Подобрав нужные рецепты в соответствии с тем, что имелось в холодильнике (ему времени ходить по магазину не было, а сестре покупку продуктов не доверял), парень принялся за готовку. В пять, когда почти все съестное было готово, Мартин застелил стол белоснежной скатертью для гостей, расставил столовые приборы, достал тканевые салфетки солнечно-желтого цвета. В центре стола - ваза с водой. Насколько Мартин знал Коллина из рассказов сестры, тот придет непременно с цветами, так что стоит выделить им место на столе сразу. Единственное, что еще он поставил на стол - специальное ведерко, наполненное льдом и водой, с бутылкой шампанского в нем. В гостиную, где парень вел приготовления к встрече жениха сестры с такой же серьезностью и мрачностью, как и тактик к войне, заглянула сама девушка: -Не слишком ли все... торжественно? - аккуратно поинтересовалась она. Ньюкки знала, как относился брат к своему увлечению, и предпочитала не подтрунивать над этим без повода. Впрочем, и по поводу тоже. Он мрачно глянул на девушку, и та, прикусив язык, ретировалась. Ровно в полседьмого в дверь позвонили. Помчалась открывать, конечно же, Ньюкки. Мартин, мрачно проводивший взглядом сестру, окинул критическим взглядом стол. Три большие белые тарелки, на которых лежали по кусочку рыбы, украшенной тушенными овощами, политой кисло-сладким соусом. Рядом, на тарелке, служа гарниром, лежала спаржа, кукуруза, помидоры. Рядом с каждой тарелкой стояла прозрачная пиала, наполненная салатом с рисом и грибами. Сбоку, справа от тарелок, стояла на маленькой белой тарелке небольшая белая кружка, полная капкейка с кофейно-масляным кремом. Слева от тарелки стоял стакан с апельсиновым соком и высокий фужер для шампанского. В центре стола - ведерко с шампанским, пока еще пустая ваза и большое желтое блюдо, полное тостов с красной рыбой. Сойдет. В гостиную вошла Ньюкки, держа за руку высокого коротко стриженного парня. Мартин с долей неодобрения отметил несколько сережек в ухе и пирсингованную бровь. Но в целом гость выглядел прилично. Клетчатая рубашка, джинсы, туфли. Парень поймал себя на том, что начал искать изъяны в женихе сестры. Мотнул головой, стряхивая с себя паутину неприязни к гостю, и протянулась ему руку, представляясь: -Мартин. А гость явно младше его. Лет двадцать-двадцать два. Учится. Брат Ньюкки как то бессознательно пытался зафиксировать как можно больше информации о парне, чтобы задать потом кое-какие вопросы. Возможно, где-то обнаружится прокол. -Коллин, - пожал руку гость. Хватка мощная. Явно занимается спортом. Но не стоит забывать о вежливости: -Приятно познакомиться. Наслышан. -Я тоже, - приподнял уголки губ Коллин. -Приглашаю к столу. -С удовольствием. Обменявшись вежливостями, парни сосредоточились на Ньюкки - кто-то из них должен был отодвинуть ей стул, но вот кто? Поняв их смятение, та уселась без чьей-либо помощи, и парням оставалось только следовать ее примеру. -Шампанского? - Предложил Мартин. Парочка почти синхронно кивнула. Хмыкнув, парень изъял из ведерка бутылку, снял фольгу с верха, провернул проволоку шесть раз ("мюзле" - услужливо подсказала память) и освободил пробку. Переложил бутылку в правую руку, а левой крепко зажал пробку. Слегка прокручивая бутыль с игристым вином, почувствовал, как пробка под давлением медленно выходила в руку. Выждав чуть, пока газ немного выйдет, принялся разливать напиток по бокалам. -Много практики? - Усмехнулся гость, наблюдая за движениями Мартина. -Не то чтобы, - ответил он. -Работал в ресторане? - Вновь полюбопытствовал Коллин, кивая на стол. Видно, Ньюкки рассказала своему ненаглядному, что готовит только парень. -Нет, просто увлечение, - улыбнулся он. Взял в руки бокал, сделал маленький глоток, наслаждаясь вкусом и игрой пузырьков на языке. -Я думаю, ты знаешь, по какому поводу Ньюкки тебя позвала, - начал парень, уперив взгляд в гостя. -Знаю, - кивнул Коллин. Мартин довольно кивнул и, подперев голову руками, с интересом посмотрел на парня: -Ты делаешь Ньюкки предложение, но... Где будете жить? На что? -Я работаю у своего отца, хорошо зарабатываю. Лет через пять займу его место. Есть свой дом, - самодовольно заявил жених. Девушка с обожанием посмотрела на своего парня, а Мартин ревниво - на нее. Такой сестры он не знал. Легкий смущенный румянец на щечках, изумруды глаз светятся любовью и заботой. Ньюкки никогда не смотрела так на своего брата. Мартин бессильно сжал кулаки. Это. Его. Ньюкки. Парень тяжело вздохнул и сделал глоток апельсинового сока, успокаиваясь. Остаток вечера прошел мирно и молчаливо. Они ели, Коллин и Ньюкки тихо общались о своем, а Мартин злился. Злость заполняла каждую клеточку его тела.