The Harbinger of Spring

Врачи впустили Юнги только через два часа. Шухуа удалось убедить Суджин пойти домой, принять душ и поспать, а утром вернуться. Врачи хотели оставить Чимина на ночь для наблюдения, переведя его в собственную палату для наблюдения на случай, если он действительно получил травму головы. Дыхание Юнги было прерывистым, когда медсестра повела его по коридору в палату Чимина... Пожалуйста, пожалуйста, не оставляй меня... — Пак Чимин-ши, к вам посетитель. Юнги снова колеблется у двери — ноги приросли к полу. За стеклом он может видеть только закрытые глаза Чимина, бледную кожу и потрескавшиеся мертвецки бледные губы. Юнги делает резкий шаг, заглядывая в комнату. У Чимина на левой руке наложена шина, бинты прикрывают то, что, вероятно, было дорожными ожогами. На стуле лежит куча одежды, чёрные узкие джинсы и шелковая рубашка. Чимин накрашен для клуба, на веки наложены тёмные тени; губы сейчас потрескались, но Юнги может представить, что в какой-то момент они были покрыты блеском. Больничная пижама в белую и серую полоску оттеняют его кожу — он выглядит бледным. Но бодрствующим и живым. — Хён, — хрипит Чимин. Юнги колеблется, пальцы дрожат и колени трясутся, когда он входит в палату. Чимин молчит, широко раскрыв глаза, наблюдая, как Бог приближается к нему. Юнги нужно было самому проследить — нужно было удержать его... — Прости меня, пожалуйста, маленький цветок, — шепчет он. — Могу я... Руки Юнги невесомые и всё ещё дрожащие, когда он протягивает ладонь, чтобы погладить Чимина по щеке — как будто не уверен, настоящий ли он. Чимин устало улыбается, его собственная рука сокращает расстояние между ладонью Юнги и его щекой. Он сам тянется к прикосновению Юнги. Его кожа теплая, и Юнги чувствует дыхание Чимина на своих пальцах. Юнги наклоняется вперед — пока его голова мягко не прижимается к голове Чимина, и он вдыхает слабый аромат яблок и роз под едким антисептиком. Он жив. — Я думал, что потерял тебя, — шепчет Юнги. — Хён, — повторяет Чимин, — я в порядке. Колени Юнги подкашиваются, и он падает на пол, зарываясь лицом в простыни у ног Чимина. Прежде чем он осознает это, рыдания сотрясают его плечи. — Я думал, что снова потерял тебя, — всхлипывает Юнги. Не оставляй меня. Пожалуйста, не оставляй меня. Я люблю тебя. — Пожалуйста, не оставляй меня. Я люблю тебя. Юнги почувствовал, как рука Чимина опустилась ему на голову, пальцы мальчика прошлись по волосам. — Я в порядке, — повторяет Чимин. — Теперь всё будет хорошо.