Торин снова стала Триной

POV Бильбо Эребор возвращен. Все друзья живы. Почему же я не счастлив? Королева извинилась передо мной, назвав и мудрым, и отважным. Но так ли это на самом деле? Я не признался Торин в любви. Буквально, упустил последний шанс. Трусливый хоббит оставит свое сердце в Горе, а сам вернется в нору. Если я признаюсь сейчас, а королева ответит взаимностью, несмотря на мое предательство (Как она на меня смотрела, когда хотела сбросить! Разве я могу расчитывать вернуть ее любовь?), то стану Королем-под-горой или стыдливо прячущимся любовником? Скорее, второе. А что тогда будет с нашими детьми? Нет, однозначно, только официальный брак со всеми гномьими традициями и формальностями. Торин предложила мне такой ужасный договор со всеми "испепелен", "раздавлен" и прочее! Так почему же я не осмелюсь предложить свою руку и сердце? Разве хуже? Я в любом случае остаюсь с разбитым сердцем. И при молчании, и при отказе. Ноги сами привели меня в лазарет. Торин выглядела куда лучше, чем неделю назад. К счастью, орочье орудие лишь слегка задело ее живот, а яд смогли удалить эльфы. Тауриэль весело хихикала над шутками принцев. К девушке вернулся здоровый румянец. Моя возлюбленная мягко смотрела на племянников, а когда заметила меня, то смутилась. — Бильбо, я рад...рада, что ты здесь. — Торин, я... — Прошу, называй меня Триной. Это моё настоящее имя. — Она печально улыбнулась. — Я много раз просила тебя прийти. Неужели ты сейчас собираешься уйти с Гэндальфом? Тебе всегда тут рады! Ты ещё не видел Эребор во всей красе! И твоя доля... — Ты же знаешь, Трина, мне вовсе не нужно золото. Я чувствовал, как все в лазарете любопытно уставились на нас. Оин даже взял свою ушную трубу. — Да, Бильбо, я знаю, что у тебя всё есть для счастья. — Не всё. Мне нужна ты. Мое сердце сжалось, когда она посмотрела испуганно, но потом на её лице появилась яркая улыбка, глаза светились. Меня же будто подхватил орёл. — Женись на мне, Бильбо Бэггинс. И если ты откажешь, то я последую за тобой в Шир. И уже там стану твоей женой. Я подошел ближе, стал на одно колено, взял руку Трины и поцеловал. — И это всё? А ну целуй в губы! Мы отвернемся. — Оин махнул рукой на молодую троицу. Мы рассмеялись с моей невестой. Наш первый поцелуй получился неуклюжим. Волосы на её лице кололись. Надеюсь, что теперь она их не будет укорачивать. Я млею от взгляда, такое неприкрытое желание. Она схватила меня за локоть, дернула на себя и поцеловала жадно. Успел поставить руки так, чтобы не потревожить её раны. Мягкие губы, требовательный язык. Сладкое тянущее чувство вперемешку с болью от "иголок". И я ловлю себя на восхищении происходящим. Это реально, не сон! — Так. Всё. Остальное после свадьбы. — Оин прервал нас своим ворчанием. — Какой пример подаете детям? — А чтобы не говорил "И это всё?" — Трина осторожно смеялась. Видимо, рана причиняла любимой боль. — Можно хоть походить под ручку? — Только у меня на виду. И медленно.— лекарь открыто ухмылялся. — Поздравляю, тётя...— весело начал Фили. — И дядя! — продолжил Кили. — Искренне за Вас рада. — сказала смущенная Тауриэль.