All Dolled Up | Наряженный В Куклу

К рассвету Джордж корчился в отчаянии — его мочевой пузырь был готов разорваться. К счастью, действие наркотика начало ослабевать, и Джордж снова смог лучше контролировать руки. Он старательно повернулся всем телом, его руки упёрлись в плечи Дрима, пытаясь вырваться. Это сразу же разбудило блондина, и он схватил Джорджа за запястья, заставив его захныкать. — Мы ещё даже не встали с постели, а ты уже ведёшь себя, как ублюдок. В чём дело? Давай, используй свой голос, Долли. — Блять, отпусти меня, чёрт возьми! Мне нужно поссать! — Джордж грубо огрызнулся в ответ. Вульгарные слова Джорджа были немедленно встречены крепким шлепком по заду, заставившим его взвизгнуть. — Ты НЕ говоришь такие неприличные слова при мне, Долли! Теперь, когда тебе нужно будет сходить в туалет, ты будешь вежливо спрашивать: «Хозяин, можно мне, пожалуйста, сделать «пи-пи» на горшок?» Понял? Лицо Джорджа покраснело не только от ярости, но и от унижения. На самом деле он не стал бы «вежливо» проситься в туалет. Что бы он сделал, так это разозлил Дрима в меру своих возможностей. В мелком акте неповиновения Джордж начал мочиться на чистый матрас — его тёплая моча быстро впиталась в шаровары, а также в простыни. Плечи Джорджа опустились, и он облегчённо вздохнул, выпустив содержимое своего полного мочевого пузыря. Конечно, было унизительно снова мочиться, как ребёнок, но всё же это приятно. Дрим откинул одеяло, а глаза расширились, когда он понял, что делает его кукла. Как только он закончил, самодовольная улыбка расплылась по лицу Джорджа, хотя очень быстро сменившись на ужас. Дрим дёрнул Джорджа за растрёпанные волосы и ударил по лицу. — Плохой мальчик! Ты не мочишься на кровать! — затем Дрим потянул Джорджа за волосы вниз, толкнув его лицом в лужу грязной мочи. Джордж тут же захрипел, изо всех сил пытаясь подтянуться на своих ещё довольно вялых и слабых руках. Это только заставило Дрима надавить сильнее, ткнув Джорджа носом в мокрую лужу недоразумения. — Теперь ты можешь почувствовать запах, грязное отродье! Джордж снова заплакал. Это был уже худший день в его жизни, а он даже не встал с кровати. ~~~~~ Джордж хныкал, извиваясь в ремнях высокого стульчика взрослого размера. Дрим сейчас был в спальне и менял мокрые простыни, а также чистил матрас. Джордж поёживался от дискомфорта и отвращения; Дрим даже не потрудился переодеть пропитанное мочой бельё, оставив его корчиться в нём. Он задрожал, так как моча давно остыла. Боже, ему действительно следовало подумать об этом… — Господи, пожалуйста, спаси меня от этого ада… — несчастный слегка помолился. К сожалению, казалось, что только дьявол слушал его, так как Дрим вышел из комнаты, бросил простыни в стирку и подошёл к своей кукле. Джордж хотел рыдать и умолять Дрима помыть его. Однако одна вещь не позволила ему сделать это: гордость. По крайней мере то, что от неё осталось. А пока он не даст своему похитителю ничего, кроме ненавистного взгляда, чтобы показать, что он всё ещё не сломлен. Дрим вздохнул и поднял Долли со стульчика, поставив его на пол на колени. Джордж застонал, когда его голову опустили на пол, а руки сковали наручниками за спиной. Затем он почувствовал, как наручники защёлкнулись вокруг лодыжек. Когда они были закреплены, наручники на лодыжках и запястьях соединились металлической цепью, затянув его в путы. Дрим отошёл, и Джордж попытался снова встать, но это оказалось почти невозможным. Он вздохнул, тяжело опускаясь на землю. Он услышал звяканье ключей от машины и поднял голову. Он увидел, как Дрим направляется к входной двери. Однако, прежде чем уйти, садист поставил бутылку, полную, вероятно, накачанного наркотиками молока, на противоположную от Джорджа сторону комнаты. — Я ожидаю увидеть эту бутылку пустой к тому времени, как я вернусь, если только ты не хочешь оставить свои грязные трусики до завтра, — с этими словами Дрим ушёл, хлопнув за собой дверью, оставив Джорджа размышлять о своём затруднительном положении. Мысль о том, что его оставят вариться в собственной моче до следующего дня, совершенно отталкивала. Он задумался на мгновение. «Он бы этого не сделал». Он подумал ещё сильнее. Да, он бы это сделал. Чёрт. Он начал раскачиваться взад-вперёд, медленно приближаясь к другой стороне комнаты. Он также использовал подбородок, пытаясь тянуться, и изо всех сил двигал коленями. Примерно через минуту Джордж открыл глаза, чтобы посмотреть, насколько он продвинулся вперед. Он продвинулся примерно на 10 дюймов, если не больше. Джордж закрыл свои стеклянные глаза и издал гортанный крик разочарования. ~~~~~ Джорджу потребовалось двадцать мучительных минут, чтобы добраться до этой проклятой бутылки молока. К тому времени, как он добрался до неё, лицо было багровым и мокрым от пота. Джордж не был уверен, что можно чувствовать себя ещё более отвратительно, чем он уже чувствовал, но, увы, так оно и было. Оказавшись достаточно близко, Джордж зажал янтарный сосок между зубами, перевернулся на спину и начал унизительный акт сосания. Несмотря на то, что рядом никого не было, кто мог бы его увидеть, всё равно это казалось невероятно унизительным. Закончив, Джордж выплюнул пустую бутылку и перекатился на бок, стараясь устроиться как можно удобнее. Прошло совсем немного, и Дрим вернулся, а его тошнотворно-сладкая манера поведения заставила Джорджа заскрипеть зубами. — Привет, Долли! О, кажется, тебе удалось добраться до своего завтрака. Хороший мальчик! Джордж фыркнул на это и вздрогнул, когда почувствовал, как Дрим погладил его по голове. — Я просто хотел развлечь тебя, пока меня не было, — объяснил Дрим, поставив пакеты с продуктами и расстёгивая наручники на лодыжках и запястьях Джорджа, освобождая его от пут. Джордж мог только тихо выдохнуть, когда Дрим спросил: — Хочешь принять ванну, Долли? ~~~~~ Джордж вздохнул с облегчением, как только его мокрые волосы были высушены пушистым полотенцем. Моча, прилипшая к бёдрам и нижней части тела, была смыта, как и пот. Ему всё равно, что он голый или что Дрим воркует над ним. Он просто рад, что снова чист. Однако лицо искажалось от замешательства, пока белый крем для бритья размазывали по его ногам. — Сейчас мы должны сбрить все твои мерзкие волосы на теле, — объяснил Дрим, достав металлическую бритву, и начал проводить ею по правой ноге Джорджа, сбривая маленькие тёмные волоски. Хотя он знал, что это плохая идея, Джордж собрал все оставшиеся силы и ударил своего хозяина ногой прямо в челюсть. Это был не сильный удар, но, тем не менее, это был акт неповиновения. Но, как только он пнул, Джордж поморщился от боли, так как бритва оставила небольшой порез на его колене. У него закружилась голова, когда кровь медленно потекла из раны. Дрим потёр подбородок, его лицо теперь было пугающе суровым и холодным. — Я накажу тебя за это потом. Теперь тебе лучше оставаться на месте, если ты не хочешь, чтобы порезы покрыли всё твоё тело, а наказание стало ещё хуже. Когда он вернулся к бритью, Джордж мысленно пнул себя за то, что был таким идиотом. Что, блять, по его мнению, должно было произойти? Ради бога, он только что пнул человека с бритвой — и теперь ему предстояло понести любое унизительное и/или болезненное наказание, которое этот ублюдок приготовил для него на потом. — Почему ты сегодня такой суетливый? Куклы так не сопротивляются. Они тихие, пока их хозяева с ними играют. — Я не кукла! Я чело-МММФФ! Жалобы Джорджа снова заглушили кляпом-пустышкой. — Акцент на «тихий», дорогуша, — самодовольно сказал Дрим, проводя бритвой по левой руке Джорджа. Закончив брить его конечности, Дрим перешёл к волосам на лице, подмышкам, пупку и, что хуже всего, лобку. Джордж напрягся и покраснел, когда Дрим начал скрести острой бритвой по его самым чувствительным местам. Это было странно интимное ощущение, как кто-то намыливает и бреет всё твоё тело; навязчивое и насильственное чувство, которое Джорджу ни капельки не нравилось. Закончив, Дрим включил воду и смыл всё, что осталось от крема для бритья. Джордж вздрогнул, когда похититель положил руку на его икры, медленно потирая вверх и вниз по чисто выбритому участку. — Хм. Мягкий, как щенок, — он ворковал почти оскорбительным тоном. Джорджу пришлось физически сопротивляться желанию дать Дриму ещё один пинок. Конечно, это был бы слабый удар, но всё же. Вместо этого его руки метнулись к промежности, пытаясь прикрыть всё, что можно, от любопытных глаз хозяина. Как бы сильно он ни ненавидел платья, ещё больше он ненавидел быть голым. Когда его вытаскивали из ванны, Джордж остро почувствовал, как руки Дрима массируют бледную плоть его ягодиц. Это заставило его сосать соску в отчаянной попытке успокоить себя. — Как только ты оденешься, мне интересно, каким будет твоё наказание. Сегодня ты действительно был непослушным.