Морской Мальчик

***

      В Хайгардене это был обычный день, когда слуги приводили в порядок замок с первыми лучами солнца, не забывая будить своих заспавшихся лордов после веселой ночки. И этот день не стал исключением из правил. Как бы прислуге ни хотелось отдохнуть, обязанности выполнять нужно.       Сон Персея был прерван молоденькой служанкой, которая несколько раз постучалась в дверь, прежде чем зайти в его личные покои. Она стояла на пороге с подносом, на котором покоились хрустальный кувшин с вином и два запечатанных письма. Девчушка робко поклонилась, сильно стесняясь полуголого парня, и подала голос.       — Милорд, вороны принесли вам письма из Барроутона и ещё одно из Редфорта, — она ловко юркнула в комнату, после того как Перси разрешил ей войти, и передала письма ему в руки. Она была взволнована и старалась смотреть куда угодно, лишь бы не в сторону воспитанника её Лорда.       Почти все в замке знали о том, что леди Маргери не равнодушна ко второму наследнику Болтонов, и бедной девушке не хотелось попасть под её горячую руку. В ярости она была страшна так же, как и её бабушка - в этом не было сомнений.       Гермина - так звали девушку, что каждый божий день приходила в его комнату, чтобы разбудить парня, любившего поспать, и навести чистоту, при этом не забыв занести какой-нибудь освежающий напиток. Она была одного возраста с ним, но отличалась низким ростом, хрупкой фигурой, густыми, длинными, а также прямыми волосами темно-русого цвета и мелкими хитринками в глазах. Широкое овальное лицо украшало курносый нос и толстые губы.       — Что-то ещё? — спросил он, поднимая голову и отвлекаясь от отдирания восковых печатей с конвертов.       — Скоро подадут завтрак, и лорд Мейс желает видеть вас на нём, как и всех остальных знатных гостей, — девушка отвечала с едва заметным румянцем на щеках.       Персей любил спать без верхней одежды, и каждый день ей представала картина красивого молодого человека с точеной фигурой, который ее вовсе не стеснялся показывать, чем вгонял девушку в краску. Это стало чем-то обыденным, однако легче от этого Гермине не становилось.       — Я буду, — он встал с кровати и направился к шкафу, стоящему в углу комнаты, чтобы наконец-то одеться, — Пока можешь быть свободна, приберешься, когда я выйду из комнаты.       Она слегка кивнула и также ловко юркнула обратно в коридор, оставив Персея наедине с письмами.       Одевшись, он наконец уселся на удобное кресло, стоящее подле кровати, и разочарованно взглянул на конверты. Их было два: на одной печати красовались привычные скрещённые топоры с короной над ними, на другом же отличительный герб дома Редфортов. Ободранного человека было не видать, хотя письмо от отца он ждал больше всего. К сожалению, Русе за все четыре года так и не удосужился отправить хотя бы одного письма, в то время как тётушка Барбри и Домерик писали ему довольно часто.       Домерик всегда писал о том, что скучает по его компании и что ему очень хочется познакомить Перси с братьями Редфортами. О том, как в Долине красиво, и Перси тут обязательно бы понравилось. Рассказывал о своих стычках с горцами и любовных похождениях, описывать которые он совсем не стеснялся.       Тётя же, как всегда, жаловалась на своего старого мейстера про то, что тот не может найти себе нормальную компанию для Кайвассы, да и вообще просто скучает по своему племяннику.       В этот раз письма имели похоже содержание без чего-то особенного, однако каждое слово грело его сердце, поднимая его настроение. Перси тоже скучал по своим родственникам, даже по отцу. Младший Болтон прекрасно понимал, что у Русе есть определенные проблемы с проявлением привязанности, в связи с чем он всегда поддерживал свой образ холодного человека.       Во всяком случае, своих сыновей он любил не меньше, чем любой другой Лорд, возможно даже больше.

***

      Завтрак проходил в просторном зале, украшенном белоснежными колоннами и розами, которые украшали почти все роскошные вещи вокруг. Здесь были широкие стеклянные окна, круглосуточно пускающие солнечные лучи в помещение, согревая всех, кто в нем находился. Мраморные полы, как и все остальное были украшены различными цветами и лозами расходящимися от центра зала во все стороны. В центре же стояли дорогие кедровые столы, занимающие немалое пространство и способные уместить за собой множество гостей.       За столами уже сидели почти все Лорды и их отпрыски, которые были способны встать с кровати этим утром. Все они выглядели, откровенно говоря, паршиво, словно уже несколько недель безостановочно ходят по штормам, пришедшим с Узкого Моря.       Выпито вчера было очень много, все возможные сорта алкоголя и закусок наполняли столы своим разнообразием и радовали пришедших гостей.       Не пили разве что, только те, кто собирался оставаться бодрым все предстоящие дни до общей схватки, дабы попытать счастья поучаствовать в состязании на свежую голову.       Персей сидел между братьями Редвинами, ковырявшими в своих тарелках от отсутствия аппетита.       — Поверить не могу, это просто невозможно, — тихо говорил Хорас, чтобы не тревожить остальных людей в зале страдающих от головных болей, — Я мало чего помню, но то, что ты пил с нами сохранилось в моей памяти чётче той служанки, которую я лапал до того, как мы начали пить.       — Точно, а выглядишь так, словно и капли в рот не взял! — подхватил слова своего брата Хоббер, — А мы сидим и страдаем сейчас.       — Не умеете пить, не пейте. Все просто. Надо знать всему меру.       — Да как же, ты колдун ебучий, не иначе! Все в зале похожи на мертвецов, а ты... в общем не справедливо это. Все Северяне такие сумасшедшие?       — Тащи свою нежную задницу в наше королевство и сам все увидишь, — Перси начинал злиться; братья могли вывести из себя любого человека без особых усилий, просто штурмуя собеседника своей тупостью.       С самого прибытия Редвинов он постоянно оказывался в их компании из-за расположения мест для гостей, что со временем стало его слишком нервировать. Неуместные шутки, глупые разговоры и бесконечные обсуждения женщин начинали выводить его из себя.       — Забудь мы что-нибудь на твоём Севере, может быть и сунулись туда, а за просто так морозить себя совсем не хочется, — Хорас начал прожигать дыру в Болтоне после столь грубого ответа; оскорбления братья не очень любили.       — Тогда не задавай лишних вопросов Хоббер, думать и размышлять - не самая сильная ваша черта с братом, — кинул он последние слова, прежде чем покинуть просторный зал. Есть много более интересных вещей помимо общения с братьями-олухами, ими он и собирался заняться до конца дня.

***

      Перси двигался по просторным коридорам по пути в донжон лорда Мейса, из которого доносились не самые громкие голоса, однако было понятно, что там разгорелся нешуточный спор, грозящийся перерасти во что-то серьёзное.       Младший Болтон после завтрака весь день провёл в библиотеке, изучая различные книги, прежде чем к нему подошёл один из стражников и дал знать о том, что Лорд Мейс ждёт его у себя.       У комнаты Грандлорда Простора было несколько элитных стражников охраняющих его покой, которые без каких либо проблем пропустили его дальше, зная о приказе своего лорда.       Помещение встретило его уже привычным интерьером, схожим со всеми комнатами и залами в замке. В комнате были расставлены высокие шкафы полностью забитые различными бумагами, диванами и стульями, обитыми кожей и яркими светильниками. На стенах и большим зелёным столом в конце комнаты, за которым и устроился Лорд Мейс вместе с Леди Оленной.       — Лорд Мейс, я пришёл по вашей просьбе, — поздоровался он, войдя внутрь.       — А, конечно мальчик мой, я ждал тебя, присаживайся, — резво произнёс Грандлорд.       Перси в это время пригляделся к Тиреллам получше. В комнате царила не самая приятная атмосфера, и все говорило том, что разговор будет не из самых приятных, и ему он совсем не понравится. Леди Оленна выглядела какой-то удрученной, словно ее что-то гложет, в её взгляде можно было легко разглядеть толику печали.       — Речь пойдёт о чем-то серьёзном? — наконец, он подал голос, сев напротив. Мейс неспешно кивнул в ответ.       — Несколько дней назад моя единственная и любимая доченька приходила ко мне рассказать о её грандиозной поездке на Север в твой родной Дредфорт, после окончания опеки, — начал говорить глубоко вздохнув.       — И вы отказали, — было нетрудно догадаться об этом.       — Я отказал, — он кивнул, — Речь идёт о замужестве моей единственной дочери. Ты наверняка знаешь, что далеко не все довольны тем, что правителями Простора являются Тиреллы, и каким бы глупым со стороны я не казался, и каковым бы меня не считали, я знаю что нужно делать. Много лет назад мы породнились с Редвинами благодаря моей матери и с тех пор наши отношения стали крепче, и сейчас результат нужно закреплять. А если я отпущу свою дочь с тобой, то меня просто никто не поймёт и сожрут с потрохами. Я уже начал думать о выгодной партии для моей дочери, и ты в этот список вряд ли попадёшь.       — У вас есть три сына, почему именно она?       — Да, ты прав у меня три сына и всего одна дочь. Если я выдам её в один из вассальных домов, то они поймут сколь мои намерения велики, — Лорд Мейс мог воочию видеть, как его воспитанник закипает от злости впервые после прибытия в Хайгарден, что сильно печалило его.       — Значит все те слова о великом счастье для своих детей были полной ложью, не так ли? В конечном итоге, они стали просто разменной монетой! Ты просто очередной лжец, что сладко излагал! — он встал громко опрокинув стул и глядел в глаза Мейсу, в его бесцветных глазах можно было увидеть безграничную ярость.       — Успокойся, — Мейс выставил руки вперёд, пытаясь поубавить его пыл, — Мне и самому неприятно говорить об этом, но такова правда. Я знаю, как сильно любит тебя Маргери, и как сильно любишь её ты. Знаю, что никто не сможет сделать её более счастливой чем ты. Но правда в том, что ты не можешь дай ей ничего кроме счастья. Я не собираюсь выдавать её прямо сейчас. Три-четыре года у тебя ещё есть время чего-то добиться, но я сильно сомневаюсь в этом.       — Пакстер заинтересован в тебе, и решил, что ты окажешься неплохой партией для Десмеры. Если он отправит письмо твоему отцу, окажись он достаточно мудрым, то вряд ли откажется от столь щедрого предложения, — подала голос Оленна, молчавшая все это время.       — Отец был прав. Он всегда прав, а я вновь ошибся, — тихо прошептал Перси, глядя в пол.       — Это так, мальчик мой. Я прошу тебя прекратить проводить время с Маргери до конца твоего здесь пребывания, она слишком привязалась к тебе, — ему было больно говорить все это человеку, что стал достаточно близок его семье, но ничего не мог с этим поделать, — В этом нет твоей вины.       Перси просто разочарованно покачал головой, он успел остыть и принять происходящее. Как он мог вести себя так импульсивно? Он стал слишком мягок, находясь в дали от дома.       — Не стоит меня о чем либо просить, я покину Хайгарден как только первый корабль с нашим знаменем даст якорь в порту, — шокировал он своими словами, сидящих перед собой, членов правящей семьи в Просторе.       — Но мы всегда рады видеть тебя тут... — резко попытался возразить Мейс, однако Перси поднял руку, не дав тому договорить.       — Не надо меня отговаривать, я больше не рад находиться тут и смотреть вам в глаза, я тоже более не горю желанием, — он окинул их пристальными взглядом, — Я вернусь домой, а оставшийся год проведу в другом месте. Он развернулся и вышел, оставив за собой пару ошеломлённых глаз и оглушающую тишину.