Вывести на чистую воду / Exposure

Через десять минут Рон нашел Гарри, стоящего под дождем. — Давай, — сказал Рон. — Пойдем домой. Гарри кивнул и позволил Рону аппарировать его обратно в его ужасную, лишенную любви квартиру. Он стоял неподвижно, капая водой на уродливый коричневый ковёр, который был в его гостиной, пока Рон принёс полотенце. Он ничего не сказал, когда Рон энергично растирал его голову полотенцем, а затем обернул его вокруг плеч и крепко и надолго обнял, притворяясь, что это только для того, чтобы его высушить. — Ну что, расскажешь мне об этом? — спросил он, когда Гарри уже не был таким мокрым. — Я разбил ему сердце, — сказал Гарри. — Я думал, что он разбил твое, — сказал Рон. Гарри покачал головой. — Нет, это всё я. Я разбил его сердце и свое собственное. Рон кивнул, как будто понял, и заказал еду на вынос. В итоге они расположились на диване, прислонившись друг к другу головами. Рон кормил его кусочками чесночного наана. — Как давно ты знаешь? — спросил Гарри. — С тех пор, как ты сказал, что все еще видишься с ним, — ответил Рон. — Это было довольно очевидно. — Я все рассказал Гермионе, — сказал Гарри. — И что она сказала? — Что я должен делать то, что считаю правильным. Рон фыркнул. — И это ты называешь «делать то, что считаешь правильным»? Исчез из его жизни, ничего ему не сказав, лгал ему и делал несчастным себя? Гарри повернул голову, чтобы посмотреть на Рона. Он был так неистово благодарен ему, что мог бы его поцеловать. — Это же Малфой, — сказал он. — Он отравил тебя. — Не очень-то удачно, — сказал Рон. — Так что не считается. Гарри засмеялся и потянулся за нааном. — В общем, я всё проебал, — сказал он. — Я предал его. Даже если все остальные чувствуют то же, что и ты… — К черту всех остальных, — сказал Рон. — Ты был счастлив, когда разговаривал с ним. Любой, кто скажет тебе, что ты не можешь этого иметь, может сразу идти на хуй. — Гермиона с тобой не согласна, — сказал Гарри. — Да, но она умнее меня, а встречаться с Малфоем не совсем умно. — Ты действительно думаешь, что я мог бы встречаться с ним? — спросил Гарри. — Мне казалось, что если я попробую, то наступит конец света. Как будто мне придется выбирать между ним и всеми остальными, кого я люблю. — Дружище. Ты можешь встречаться хоть с Люциусом Малфоем, и я буду поддерживать тебя. В смысле, я бы осуждал тебя, конечно. Но это действительно ничьё собачье дело, в кого ты влюбляешься. Гарри уткнулся головой в плечо Рона, и Рон обнял его. — Люблю тебя, — пробормотал Гарри. — Я тоже тебя люблю, — сказал Рон, сжимая его. — Итак, что ты собираешься делать, чтобы вернуть его? ----- Рон остался на ночь. — Не возражаешь, если я скажу Гермионе? — спросил он, уходя на работу на следующий день. — Давай, — сказал Гарри. Он не ожидал, что Гермиона появится в обеденное время, прихватив с собой чувство вины. — Гарри, — сказала она, выкручивая руки. — Хочешь пообедать? Я собирался съесть этот огурец с хумусом, но могу поделиться. — Кикимер приготовил бы для тебя, ты знаешь, — сказала Гермиона. Гарри посмотрел на свой унылый обед. — Я собирался ещё посолить огурец, — сказал он. — Довольно неплохо. — В тот день ты рассказал мне о Малфое, — сказала Гермиона. — Я сделала то, чего не должна была делать. — Что ты имеешь в виду? Гермиона забралась на кухонную стойку и прислонилась головой к шкафам. — Я специально показала тебе свой шрам, — сказала она. — …что? — Я знала, что если ты увидишь мою руку, то вспомнишь все причины, по которым не стоит с ним завязывать отношения. — Она прикусила губу. — Прости меня, Гарри! Я понятия не имела, как сильно он тебе нравится, а потом ты перестал с ним встречаться, и поначалу казалось, что тебе стало лучше… То есть, ты бросил работу… — Я бросил работу из-за него, — сказал Гарри, не в силах сосредоточиться на ее словах. — Я не понимаю. Ты могла бы просто сказать, что не хочешь, чтобы я был с ним. — Я не хотела говорить тебе, что делать, — сказала Гермиона. — Мне жаль. Это Малфой, ты всегда странно к нему относился, это просто казалось такой плохой идеей; в смысле, я волновалась за тебя, но потом увидела, как ты был несчастен без него, и я надеялась, что ты это переживешь, но ты этого не сделал, а потом сегодня утром Рон рассказал мне о пабе… Гарри, прости, я должна была просто… — Нет, — сказал Гарри. — Нет, я должен был заступиться за него. Это на моей совести. Гермиона глубоко вздохнула. — Я хочу помочь, — сказала она. — И когда ты вернешь его, я сделаю все возможное, чтобы вам обоим было легко. Обещаю. Я люблю тебя, Гарри. Гарри кивнул и позволил ей обнять себя. — Да, — сказал он. — Я знаю. Спасибо. Я тоже тебя люблю, конечно. ------ Тем вечером Гарри, Рон и Гермиона встретились в пабе, чтобы поговорить о том, как вернуть Драко. — Я послал ему сообщение, — сказал Гарри, — но оно отмечено как непрочитанное. А когда я звоню ему, там занято. — Он заблокировал тебя, — сказала Гермиона, глядя на телефон Гарри. — Ты должен пойти к нему домой, — сказал Рон. — Немного жутковато, — сказал Гарри. — Драко боится, что его найдут враги, не так ли? Похоже на то, чтобы сыграть на его худших страхах. Я просто… — Гарри замолчал, когда тень упала на их стол. — Э, — сказал Гарри женщине, которая нависла над ним. — Могу я вам помочь? — Ты знаешь, где Драко, — сказала женщина, и когда заговорила, она облокотилась на их стол, так что свет упал на ее лицо. Ее маленькое, похожее на мопса лицо. — Это была Пэнси Паркинсон. Рон непроизвольно комично вздохнул. — Паркинсон? — сказал он. Его шок был не совсем беспричинным. Пэнси действительно выглядела неважно. В ее волосах уже пробивалась седина, а одета она была в черные леггинсы и черную футболку с длинными рукавами, покрытую кошачьей шерстью. — Ну так что? — спросила она, глядя на Гарри. — Знаешь? Гарри вспомнил, как Драко, бредя с температурой, неоднократно звал Пэнси по ночам. Он кивнул. Пэнси огляделась в поисках стула, взяла один с соседнего стола, не спрашивая других сидящих там людей (они что-то проворчали), и села рядом с Гарри. — Как он? — спросила она. — Погоди, почему ты не знаешь? — спросил Рон. — Разве вы не были помолвлены или что-то в этом роде в Хогвартсе? Пэнси усмехнулась. — Мы не были помолвлены. Поттер, ты собираешься отвечать на мой вопрос или нет? — Он в порядке, — сказал Гарри. — Только одинок. Пэнси нахмурилась. — Ну, для него нашлось ведь самое лучшее решение? Чуть ли не изгнать его из волшебного сообщества, даже не дав как следует ни с кем попрощаться? — сказала она. — Как тебя? — спросил Гарри. Вопрос, казалось, настолько удивил Пэнси, что она забыла посмотреть на него, как на кусок дерьма. — Меня? — спросила она. — Да, — сказал Гарри. — Дела у Слизерина шли неважно. — Это так недальновидно, как Министерство позволило с тобой обращаться, — сказала Гермиона. Пэнси моргнула. — Всё было не очень хорошо, да, — сказала она. Она скрестила руки. На ее лице мелькнуло ранимое выражение. — Всё было не очень хорошо, — повторила она. — Драко ушел, потому что за ним охотились, — сказал Гарри. — Они угрожали причинить тебе вред, если он останется. Пэнси нахмурилась, сидя за столом. — И когда ты все это узнал? — Я влюбился в него, — сказал Гарри. Пэнси рассмеялась. — Ты? — Да, — сказал Гарри. — Смейся дальше, это огромнейший проёб. — Ты серьезно, — сказала Пэнси. — Думаю, мы можем помочь друг другу, Пэнси, — сказала Гермиона. — Ты хочешь знать, где Драко, а Гарри хочет знать, как он может вернуть Драко. — Вернуть? — сказала Пэнси. — Ты облажался, Поттер? Гарри вздохнул и уперся лбом в липкую столешницу. — Он облажался, — подтвердил Рон. — Итак, — сказала Гермиона. — Что скажешь? Пэнси оглядела их. — Сначала я хочу услышать, что он сделал. Я не буду помогать ему вернуть Драко, если он его не заслуживает. — Я определенно не заслуживаю его, — сказал Гарри. — Я буду судьей в этом. И я хочу выпить. Рон купил ей пива, и Гарри рассказал ей всю эту печальную историю. Она слегка опешила, когда Гарри сказал ей, что Драко занимался проституцией, но не так сильно, как он ожидал. — Он всегда был выпендрежником, — сказала она. Она слушала, ничего больше не говоря, пока Гарри рассказывал всю эту постыдную историю. — …Потом он сказал мне оставить его в покое, а теперь он заблокировал меня, и я даже не знаю, честно ли пытаться вернуть его, — сказал Гарри. — Я просто не могу смириться с мыслью, что он думает, будто я все это время притворялся. — Так ты поможешь? — спросила Гермиона. Пэнси разразилась неожиданным смехом. — Да, хорошо, — сказала она. — Правда? — спросил Гарри. — Да. Думаю, ты сможешь отыграть всё назад. Но тебе не понравится моя идея. ------ — Хотел бы я сделать это под гламуром, — сказал Гарри, сидя перед своим новым ноутбуком. (Его старый так и не оправился от сока из мусорного ведра). — Главное — сделать это в своём обличии, — сказала Пэнси, пытаясь уложить его волосы. — Я знаю, — сказал Гарри. — Гарри, я действительно не думаю, что тебе стоит это делать, — сказала Гермиона. — Интернет писан чернилами. Люди узнают. — Опять же, — сказала Пэнси, — в этом и смысл. — Должен быть какой-то другой способ, — сказала Гермиона. — Поттер унизил Драко, заставил его почувствовать себя никчемным и дешевым. Драко не примет ничего меньшего, чем равноценный акт уязвимости, — сказала Пэнси. Она повернулась к Гарри. — Ты отправил ему ссылку? Гарри закрыл глаза, сделал глубокий вдох, затем снова открыл их. Он скопировал и вставил ссылку на свое первое (и единственное) публичное шоу в электронное письмо и отправил его Драко. — Готово, — сказал он. Он вспотел как сумасшедший. — Черт, я нервничаю. Где Рон? — Думаю, вот он, — сказала Гермиона, и, конечно, через минуту Рон ворвался в квартиру Гарри. Он выглядел запыхавшимся и взволнованным. — Я только что был у Драко, — сказал он. Гарри повернулся на своем стуле. — Ты что? — Ты упомянул, что он нашел работу в библиотеке своего университета. Это было легко, я просто зашел и попросил блондина-библиотекаря, — сказал Рон. — Он библиотекарь? — спросила Пэнси. Она поморщилась и потрогала голову. — Салазар, я скучаю по нему. У Гарри было слишком много вопросов, чтобы понять, что спросить первым. — Как… как ты… как он… он в порядке? — Он был не слишком рад меня видеть, — сказал Рон. — Но я пригрозил, что прокляну его, если он не будет меня слушаться, так что… — Рон! — сказала Гермиона. — Он безоружен! Рон пожал плечами. — Он вышел со мной на улицу, и я сказал ему, что ты серьезно относишься к нему, а также, что вы с Пэнси окончательно сошли с ума. — И что он сказал? — Он немного рассмеялся, когда я упомянул Пэнси, — сказал Рон. — Ему пришлось сесть. Потом он сказал, чтобы я съебался нахуй, и я сказал ему, что ты влюблен в него, причем уже давно. — Держу пари, ему это понравилось, — мрачно сказал Гарри. — Ну, неа, — сказал Рон. — Думаю, он решил, что все это было частью какой-то изощренной пытки. Сказал, что упоминание Пэнси — это удар ниже пояса, и сказал, что ударит меня, если я не съебусь. Казалось, что он был искренен, поэтому я вернулся. — Не могу поверить, что ты это сделал, — сказал Гарри, снова охваченный желанием притянуть Рона поближе и сжать его. — Я надеялся, что мы сможем избежать всей этой истории с дрочкой на камеру, — сказал Рон. — Нет, это все равно произойдет, — сказала Пэнси. — И на самом деле скоро. Поттер, выпей это. — Она протянула ему рюмку. Гарри выпил. — Я так нервничаю, — сказал он. — Это мило, — сказала Пэнси. — Держу пари, что для Драко это было проще простого — заниматься всем этим без друзей, семьи или финансовой поддержки. — Да, ладно, — сказал Гарри. — Гарри, пожалуйста, — сказала Гермиона. — Это выйдет наружу. И может разрушить твою карьеру! — Я убил Волдеморта, — сказал Гарри. — Ничто не разрушит мою карьеру. Рон и Гермиона оба выглядели неубежденными. — Послушайте, если вы не хотите смотреть, как я дрочу, вам лучше уйти, — сказал Гарри. — Не трусь, — сказал Рон. Он взял Гермиону за руку и вывел ее в гостиную. — Не ссы, — сказала Пэнси и последовала за ними. Гарри расправил плечи, включил камеру и начал прямой эфир. Это было невероятно неловко. Никто в его онлайн-зале ничего не говорил, хотя у него быстро набралось много зрителей. Он попытался улыбнуться, и кто-то заплатил за то, чтобы он снял рубашку. — Так, — сказал он. — Вы готовы? — Ему казалось, что он разговаривает сам с собой. — Поехали. Поехали. Он был самой постыдной вещью, когда-либо украшавшей Интернет. Он почувствовал, как его лицо стало горячим, когда он неуклюже расстегнул рубашку и снял ее. Теперь, когда он был без рубашки, было немного прохладно. Он задрожал. На его телефон пришло сообщение. ДМ: ты что, с ума сошел? ДМ: что ты делаешь? Гарри усмехнулся и заглянул в свою комнату. Конечно, новый человек, который только что присоединился, был под ником Malcom_Magic. ГП: нравится то, что ты видишь? ДМ: прекрати это ДМ: я серьезно ДМ: Интернет писан чернилами ГП: Гермиона то же самое сказала! ДМ: не знаю, во что ты играешь ГП: хочу, чтобы все было более равноправно ГП: а потом я хочу пригласить тебя в ресторан ГП: и поцеловать тебя в губы ГП: после этого, не знаю, мы можем это выяснить вместе, думаю что-то вроде ГП: заботиться о тебе до конца своей жизни ГП: что-то такое Кто-то заплатил достаточно жетонов, чтобы Гарри снял брюки. Было легче снять их, зная, что Драко смотрит. ДМ: Гарри ДМ: я не шучу ДМ: ты пожалеешь об этом ДМ: и будешь винить в этом меня ГП: почему? ты жалеешь об этом? ДМ: не в этом дело ГП: дополнительный бонус этой ситуации ГП: если пресса когда-нибудь узнает о том, что ты работаешь в веб-кам ГП: я могу опубликовать это видео ГП: и никому не будет до тебя дела ГП: потому что я очень известен ГП: ты знал? ДМ: еще не поздно ДМ: ты можешь отключиться сейчас, и будет всего лишь слегка неловко, если это просочится в сеть ДМ: перед тем, как ты разгуляешься по-полной Жетоны высветились на экране. ДМ: о, Боже правый ДМ: ты просто делаешь это, да? ДМ: о, черт возьми ДМ: ты выглядишь ГП: да? ДМ: хорошо ГП: я хорошо выгляжу? ДМ: да ГП: голым, ты имеешь в виду ГП: я хорошо выгляжу голым ДМ: ты знаешь, что это ничего не доказывает ГП: конечно, это доказывает хоть что-то ГП: например, что я хорошо выгляжу голым ГП: даже когда я без гламура ДМ: ты намеренно выбрал гламур, который был менее сексуальным, чем ты сам ГП: лол, нет, это неправда ГП: ты просто думаешь, что я сексуален! ГП: скинь мне чаевые, почему бы и нет ДМ: Гарри ДМ: это не исправит ситуацию. ДМ: если это причина, по которой ты это делаешь, ты должен остановиться. сейчас Жетоны пикнули снова. Гарри усмехнулся в камеру. Один из его зрителей только что заплатил за то, чтобы он начал трогать себя. ДМ: О, Господи Иисусе! ДМ: не могу поверить, что ты это делаешь ГП: я так по тебе скучал ДМ: писать смс во время съемок — это плохо ГП: я снимаюсь на камеру только для того, чтобы ты мне писал ДМ: снова: это плохая причина делать это ДМ: блять, а ты горячая штучка ГП: думаю о тебе ДМ: блять ГП: думаешь, имеет значение, если я кончу быстро? ДМ: Господи Иисусе ГП: потому что, зная, что ты смотришь на меня, мне трудно продержаться ДМ: Господи Иисусе ГП: так мило, что ты используешь магловские слова ГП: давай я приду после этого ДМ: Гарри ДМ: прекрати ДМ: не надо ГП: просто поговорить, клянусь ГП: пожалуйста, скажи, что я могу прийти ГП: к тебе, в смысле ДМ: ха ГП: пожалуйста ДМ: о боже ГП: пожалуйста, блять, Драко, я не могу долго переписываться ДМ: ок ГП: !!!!!!!! ДМ: блять, ты великолепен, когда кончаешь Гарри закончил сессию. Он чувствовал себя опустошенным, усталым, бодрым, слегка пьяным. Он привел себя в порядок, оделся и аппарировал в квартиру Драко. Драко открыл дверь, когда Гарри постучал. Его зрачки были расширены, щеки раскраснелись. Он ничего не сказал, но повернулся и пошел в свою спальню. Гарри последовал за ним, закрыв за собой дверь. Драко стоял в центре комнаты, прямой как рельс. Гарри навис над дверью. — Ты сумасшедший, — сказал Драко после паузы. — Да, — сказал Гарри. — Может, немного. Драко сжимал и разжимал челюсть. — Что ты пытался доказать? — спросил он. — Что всё было реально, — сказал Гарри. — Я влюбился в тебя. Что это был не розыгрыш. Драко тихо рассмеялся. — Да, так мне сказал Уизли. Он напал на меня на рабочем месте. — Извини за это, — сказал Гарри. Драко отвернулся и пошел к своему столу, положив руку на небольшую стопку Пингвин Классики. — Хорошо, — сказал он. — Значит, ты действительно влюбился в меня. Еще ты искал меня с явным намерением унизить меня. Ты обманывал меня несколько месяцев. Ты бросил меня с чертовыми деньгами на прикроватной тумбочке, потому что не хотел быть со мной на людях. Розыгрыш или нет, но ты был дерьмом с самого начала. Гарри придвинулся к Драко, пока тот говорил. Теперь он опустился на пол, наполовину опустившись на колени, наполовину присев, взял руку Драко и прижался к ней лбом. Драко издал небольшой звук удивления. — Я знаю, — сказал Гарри. — Что ты делаешь? — спросил Драко высоким голосом. — Прости меня, — сказал Гарри. — Я так отчаянно люблю тебя, Драко. Я был ужасным трусом. Я готов на все, чтобы вернуться и исправить то, что сделал. Мне так жаль. Другая рука Драко неуверенно потянулась к волосам Гарри. — Пожалуйста, — сказал Гарри. В горле у него пересохло. Было ощущение, что он с трудом дышит. — Пожалуйста, прости меня. Драко погладил его по волосам. — Мне жаль, — сказал Драко, и это действительно прозвучало так. — Не думаю, что я смогу. Потребовалось мгновение, чтобы до Гарри дошла окончательность сказанного, и когда это произошло, он прижался ближе к ноге Драко, удивляясь тому, как это больно. — Мне жаль, — снова сказал Драко. — Нет, — задыхался Гарри. — Нет, конечно, я понимаю. Драко убрал обе руки от Гарри, что, как понял Гарри, означало его отказ. Гарри встал. Драко не встречался с ним взглядом. Гарри искал, что бы такое сказать, кроме Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — Ты хотя бы увидишь Пэнси? — спросил он. — Я не могу, — ответил Драко. — Мы поймаем их, знаешь. Тех, кто сломал твою палочку. — Это слишком опасно, — сказал Драко. Гарри кивнул. Все было смутным и сюрреалистичным. — Я обедаю с ней в ливанском ресторане через дорогу, — сказал он. — Если бы ты появился там, ты бы увидел ее. Никто не сможет тебя за это осудить. — Ты обедаешь с Пэнси? — Она веселая, — сказал Гарри. Драко издал небольшой смешок. — Да. Да, — сказал он. Он наконец-то встретился глазами с Гарри. — Я люблю тебя, — сказал Гарри. Драко опустил глаза. — Не буду тебя задерживать, — сказал он, что означало Уёбывай. Даже Гарри мог это понять. — Спасибо, что позволил мне поговорить с тобой, — сказал Гарри. — О, и… поздравляю с новой работой. Я тоже уволился. — Правда? — Драко звучал искренне довольным. — Да, — сказал Гарри. — Я занялся политикой. Драко помассировал брови указательным и большим пальцами. — Ты… ты пошел в политику, и ты только что выступил на публичном веб-кам шоу, — сказал он. Гарри пожал плечами. — Подумал, что это справедливо, — сказал он. — Я не понимаю твоей логики, — сказал Драко. — Я унизил тебя через твой веб-каминг, теперь ты можешь сделать то же самое со мной, если хочешь. Я хотел дать тебе возможность отомстить. Драко вытаращился на него. — Я не собираюсь мстить, — сказал он. — Конечно, нет, — сказал Гарри, и было так трудно не потянуться к нему, не взять его прекрасную челюсть в руку Гарри и не повернуть ее туда и сюда, чтобы рассмотреть, изучить и убрать в надежное место. Наступило неловкое молчание. — Ну, до свидания, — сказал Гарри. Драко проводил его до входной двери. — Еще увидимся, — сказал Драко в последний момент. Затем дверь закрылась, и Гарри не смог спросить его, был ли он просто вежлив.