9 с половиной недель

Неожиданно она подошла ко мне сзади. - Что ты делаешь? – я попытался повернуть голову, чтобы посмотреть, что она собирается делать, но анатомических возможностей моей шеи явно для этого не хватало. Гермиона продолжала молчать. Вдруг я почувствовал, как верёвки ослабляются и с глухим звуком падают на деревянный пол. Что?! Это шутка? - Что ты делаешь? – повторяю я, в то время как она обходит меня и становится напротив. - Я решила, что с тебя достаточно. - Ты в своём уме, милая? Может, тебе нехорошо? – я не мог поверить своим ушам. - Я в своём уме, и нет, я вполне нормально себя чувствую, насколько это возможно конечно. Не все вокруг такие, как ты, Скабиор. - Слава Мерлину, что я такой один, правда? – всё ещё не отойдя от этого её поступка, улыбнулся я. - Только учти, ты не подходишь ко мне ближе, чем на расстояние вытянутой руки. И только попробуй отнять у меня палочку, моргнуть не успеешь, как снова окажешься связанным. Понял? - Как скажешь. Я хотел сказать что-то ещё, но меня прервал громкий стук в дверь. - Кто это может быть?- с нескрываемым страхом спросила она. - Чёрт! – только и смог ответить я, вспоминая, что договаривался с одним местным ворюгой об одной сделке, суть которой мы должны были обсудить сегодня, - поднимись наверх и сиди там тихо. И чтоб не единого звука! - Ещё чего! – Гермиона упрямо скрестила руки на груди, - Никуда я не пойду! Вдруг это мой единственный шанс выбраться из этой дыры? Я открою… - она уже собралась идти к двери, но я перегородил ей путь, в два счёта нагнав её. - Глупая, упрямая женщина! – мои пальцы как-то сами собой сомкнулись на её плечах, - лучше тебе не высовываться, пока он не уйдёт. Этот человек - вор и убийца, который обязательно не упустит шанса воспользоваться случаем, когда узнает, какая красотка находится в моём доме. Поверь, тебе же будет лучше, если он об этом не узнает, потому что в обратном случае об этом вскоре узнает вся округа, и я не смогу ничего сделать, - Гермиона нервно сглотнула при этих словах, - ты поняла меня? Девушка кивнула и побежала наверх под настойчивый стук, перешедший в пьяный ор. - Да иду я, иду, - зло прокричал я, открывая двери. *** Гермиона сама не знала, что побудило её освободить Скабиора. Она прекрасна понимала, что ему нельзя доверять и что она подвергает себя большому риску. Но какое-то новое, странное чувство двигало ею. Гермиона не знала, повлияли ли на неё так его мысли и воспоминания, или что-то другое, но в её отношении к нему явно что-то изменилось. Он, конечно, тот ещё псих, но где-то в глубине души она даже понимала и оправдывала его. Также оставалось ещё очень много вопросов, на которые она очень хотела узнать ответы. И, может быть, то, что она отпустила его, сделает этого человека чуть добрее? Вдруг он вообще решит отпустить её? Глупая! Какая же ты глупая, Гермиона! Наивная дурочка, которая ещё миллион раз пожалеет о своей глупости. Осознание того, как необдуманно она поступила, развязав его, поддавшись какому – то странному порыву, постепенно приходило к ней. А ещё тот человек, так настойчиво колотивший в дверь… Так ли он опасен на самом деле? Может, это действительно могло бы стать шансом выбраться отсюда? Девушка аккуратно спустилась по лестнице чуть ниже, настолько, чтобы слышать их разговор. Делая очередной шаг, Гермиона не рассчитала и, пропустив одну ступеньку, подвернула ногу. Боль была просто невыносимой, и девушка, не в силах сдержаться, вскрикнула. - Кто у тебя там, Скабиор? – спросил незнакомец заплетающимся языком. - Никто, Джон. Наверное, ветром окно вынесло, дом уже старый, всё обветшало… Но гость не слушал его и, пошатываясь, направился к лестнице, застав там Гермиону, со страдальческим выражением лица потирающую свою, по-видимому, вывихнутую лодыжку. - Здрасте! – рот Джона растянулся в мерзкой улыбке, - кто это у нас тут? Гермиона молчала, лишь переводила полные страха глаза с разъярённого Скабиора на пьяницу, который совершенно невозмутимо рассматривал её с головы до ног. На лице Скабиора явно читалось: « а что я тебе говорил?». - Думаю, тебе пора, Джон, - Скабиор взял его за локоть, чтобы вывести мужчину за дверь, но тот очень ловко для человека, еле стоявшего на ногах, выдернул руку. - Подожди, Скабиор. Что это милое создание делает в твоём доме? На проститутку не похожа, слишком уж хорошо одета. Так кто ты, красавица? – на этот раз Джон обратился к Гермионе. - Тебе пора, я не ясно выразился? – кипел Скабиор и уже практически за шкирку пытался выволочь его за дверь. Справившись с этой нелёгкой задачей, растрёпанный и запыхавшийся мужчина вернулся обратно в дом. -Ты… - казалось, он сейчас разорвётся от гнева, - ты хоть понимаешь, что он вернётся, и не один? Эта шваль никогда не видела здесь нормальных женщин, а тут ты, такая вся из себя ухоженная недотрога. Думаешь, они не воспользуются, быть может, своим последним и единственным шансом. Я могу защитить тебя от одного, ну пусть нескольких уродов, но не от банды. - И что теперь? – с ужасом прошептала девушка. - Не знаю… Скабиор стоял неподвижно, судорожно соображая, что делать дальше. - Уходи, - наконец произнёс он. - Что, прости? – Гермиона не верила своим ушам. И всё? Так просто? - Вон, я сказал! Уходи, пока не передумал и не отдал им всем тебя на растерзание, - в его голосе слышались безысходность и отчаяние человека, отдававшего самое дорогое, что у него есть. Но Гермиона медлила, сама не понимая почему. Она мечтала об этом моменте так долго, так почему же сейчас не чувствует никакой радости… - Прощай, Скабиор, - она уже собиралась трансгрессировать, но мужчина подошёл к ней, коснулся рукой её волос, вдыхая их аромат. Затем медленно наклонился и поцеловал, жадно и страстно, как никогда и никто ещё её не целовал. - До свидания, моя ванильная девочка, - прошептал он прямо на ухо опешившей Гермионе, наконец оторвавшись от её губ. В комнате раздался хлопок трансгрессии, а её вкус ещё долго оставался на его губах.