Солнце Зоны

      Даже самый современный, образованный и цивилизованный человек недалеко ушёл от того пещерного троглодита, что со страхом вслушивался в звуки грозы и представлял себе, что это гневается некое божественное Существо, которое – если ты его правильно и вовремя не ублажил – только спит и видит, как бы наказать тебя за нерадение. И так – по любому чиху матери-природы. Неудивительно, что на протяжении всей своей истории человечество каких только религий, верований и суеверий ни придумало. Начнёшь разбирать – и увязнешь, как муха в натёке смолы – будущем куске янтаря… про который потом тоже сочинят что-нибудь эдакое и мистическое.       И куда бы ни шёл, ехал, плыл или летел человек – он непременно тянул за собой в новые места все свои религиозные верования и суеверия. Готов был до хрипоты в сорванных связках спорить, защищая их, воевать со всем миром, грызть глотку такому же рьяному и убеждённому – но инаковерящему…       А на новом месте неизбежно появлялись новые верования и суеверия.       Тем более – в таком крайне неоднозначном и очень немирном месте, как Зона. В которой за свои убеждения и верования с переменным успехом грызлись практически все. И со всеми.                     

Сентябрь 1998 г.

      

Сектор № 13.

      

Одна из сталкерских стоянок

      … – А вот Зона – она что, и правда разумна? – допытывался у сидящих вокруг костра новичок, ещё даже не получивший сталкерского прозвища.       – Да кто ж её знает… – откликнулся один из бывалых. – Может, и разумна. Тут порой такое происходит – во что угодно поверишь.       – Как в Монолит? – тут же всунулся товарищ любопытного новичка – столь же зелёный и, судя по всему – ещё более любопытный.       Сидящий рядом с ним опытный ходок тут же отвесил ему подзатыльник.       – Не трынди на ночь глядя! – строго сказал он. И украдкой опасливо покосился по сторонам: даже самой мизерной вероятности присутствия на мирной сталкерской стоянке тайных адептов чёртовой каменюки ещё никто не отменял.       Новичок обиженно потёр стукнутое, посопел, но возникать не стал. Его товарищ покачал головой и снова повернулся к собеседнику.       – Я ж чего спрашиваю-то… – смущённо начал он. – Слышал, что очень многие тут в это верят. Вот и хочу понять…       – Насчёт разумной Зоны – это тебе, парень, к тёмным. Они эту фишку лучше всех тут секут, – сталкер хохотнул. – Вот только посмотрел бы я, как бы ты к ним с разговорами подъезжать начал. Они, конечно, не настолько упыри и фанатичные отморозки, как монолитовцы, но вот так запросто с кем попало разговаривать не будут. А под горячую руку попадёшься – так и вовсе можешь огрести по самое «не балуйся». Так что лучше ты к ним не суйся лишний раз. Понял?       – Про разумную Зону и правда всякое можно услышать, – вмешался сталкер по прозвищу Балабол. – Причём, не только тут. Я вот, когда перед своей второй ходкой болтался за Периметром, в Предзонье… то слышал одну занятную байку…       Он замолчал и вопросительно обвёл взглядом присутствующих. Те запереглядывались и, не сговариваясь, начали подтягиваться поближе: травить байки Балабол любил и умел (что неудивительно – с таким-то погоняловом!), и сейчас, кажется, общество ожидала очередная интересность.       – Балаболь! – великодушно разрешил Рамхат – один из «старших» по стоянке.       – Ну, в общем, сижу я в тамошнем баре, жду проводника, – начал сталкер. – Времени – вагон. Вокруг – ничего интересного. Скучно. А проводника всё нет. И тут подсаживается ко мне какой-то потасканный бомжара… Да вы сами, небось, таких там видали – в Предзонье их полно вокруг кабаков ошивается. Кормятся, чем добрые люди подадут, по мусоркам лазают... И каждый клянётся, что, де, был он когда-то фартовым сталкером, арты тоннами таскал, в деньгах купался, да вот непруха пошла – попал на бабки, проигрался, или, там, схрон его обнесли… В общем, традиционная «Песня Неудачника». Ну, так вот. Подсаживается ко мне такой вот «бывший фартовый» и просит угостить его выпивкой. Мол, а он мне за это кое-что интересное про Зону расскажет, что я потом не раз вспоминать буду. Ну, я – человек не жадный, тем более, что проводника ещё ждать и ждать, а в баре скучно… Да и мало ли, вдруг информация и правда интересной окажется. Заказал ему чего по мелочи. Бомжара стакашок замахнул, бутербродиком заел… а потом и рассказал. И знаете, мужики, – действительно интересное. Честно говоря, столько времени с того прошло, а я так до сих пор и не понял, как к услышанному относиться.       – Что, такой прям эксклюзив? Да, небось, набрехал тебе тот бомж с три короба – ради халявной-то выпивки и закуси.       – Не, брехал он и правда знатно, – согласился Балабол. – Да так складно – мне аж завидно стало. Но вот на откровенную брехню это мало походило. Впрочем, не мне судить.       – Так что ж там тебе наплели-то? Давай, излагай, мы все – внимание!       Балабол устроился поудобнее и предусмотрительно промочил горло из фляжки.       – Ну, значит, так. Поведал мне тот бомж, что Зона наша, матушка, не просто разумна, но и весьма предприимчива. Время от времени она реализует какие-то свои тайные замыслы, постичь которые человеческое сознание не в состоянии. Или же наоборот – отвечает какой-нибудь… очередной гадостью на то, что творят в её пределах люди. Или же не гадостью – смотря с какой стороны посмотреть. Но иногда случается так, что, в силу неких своих… гм… особенностей, она сама не может справиться с какой-либо проблемой… ну, или просто не царское это дело – бумажки перекладывать… И вот тогда она призывает к себе на служение кого-нибудь из людей или своих детей. Так появляются Призванные – люди и разумные порождения, у каждого из которых с момента Призвания есть некая своя миссия в течение всей его жизни. Или разовое поручение, которое он должен выполнить для Зоны. Для каждой конкретной миссии Зона может призвать как одного – так и двух, трёх, нескольких. Зависит от масштаба проблемы. Призванным «вручаются» некие полномочия и «плюшки» в виде каких-то способностей, что будут им помогать выполнять своё задание. Отныне Зона держит их, так сказать, в поле своего зрения. Порой сама помогает им. Иногда защищает. Но, в то же время, с них идёт и очень строгий спрос. Очень часто Зона всячески испытывает потенциального или уже действующего Призванного – порой весьма сурово и жестоко. И не однажды. Такая вот проверка на то, достоин ли, не сломается ли, идя по тому пути, что она ему уготовила. Призванные-люди, как правило, становятся разумными мутантами, а порождения – уникальными мутантами. И вроде как даже во время Призвания они все получают новые имена или прозвища. По исполнению миссии Зона может их вернуть в исходное состояние, но чаще всего, они такими и остаются до конца своей жизни.       Балабол перевёл дух и снова приложился к фляжке. Слушатели безмолвствовали, переваривая услышанное.       – Собственно, это вкратце то, что рассказал мне тот бомж, – заметил он. – Вообще он там много чего говорил, я не всё запомнил. Ещё он сказал, что Призванные могут быть весьма заметными и известными, даже легендарными личностями. Но есть среди них и пресловутые «бойцы невидимого фронта», которые просто тихо делают своё дело и не отсвечивают.  Они могут быть никому не известны, а могут наоборот – быть у всех на виду, но о том, что они Призванные, никто даже подозревать не будет. Кстати, Призванными могут стать не только люди, но и монстры… Бомж рассказал, что был один довольно яркий случай – откуда, кажется, и пошло это «жу-жу» о Призванных. В одном из центральных секторов Зоны случилось как-то – некие умники вскрыли, не подумав, холодильник с образцами вирусов. Заразились сами и спровоцировали вспышку эпидемии в секторе. Народ дох, как мухи, а монстра всю эту заразу и разносила. И Зона, чтобы очиститься от последствий очередного людского идиотизма, сотворила первых Призванных. Сперва она создала монстра-стервятника, который выслеживал заражённых и уничтожал их, не давая заразе вырваться за Периметр. А потом Призвала в качестве своих Вестников двоих сталкеров, которых в тех краях уже считали легендарными и называли чуть ли не шаманами.       – И что с ними потом стало? – спросил кто-то. – Они превратились в мутантов?       Балабол развёл руками:       – Я ж там не бывал, историю эту только слышал. Так что не знаю. И как там всё было на самом деле – поди теперь разбери. Всё-таки, другая часть Зоны, другой сектор…       – Да, любопытная легенда… Балабол, а ты сам-то веришь в этих Призванных?       – Да так сразу и не сказать… – призадумался рассказчик. – В конце концов – это всего лишь байка из серии тех, что рассказывают про разумную Зону. И верить в неё, или нет – личное дело каждого. Тем более, что тут в кого и во что только не верят! Кто – в разумную Зону, кто – в Исполнитель желаний, кто – в кусок ноосферы… а кто и просто – в собственный «ствол» и быстрые ноги. Но я тут как-то, от нечего делать, вспоминал все свои интересные события недавнего времени… в том числе и тот разговор. И вдруг мне в голову стукнула одна мыслишка. Вот, к примеру, те же Чёрный Сталкер, Болотный Доктор, Семецкий… Или хотя бы наш Свечник. Уж больно органично они вписываются в этот расклад! Может, они тоже – Призванные? А что? У каждого - своя уникальная история, своя миссия… И Зона их испытывала, как далеко не каждый выдержит… Всё сходится, мужики!       – Ну-у-у… так под эту марку и тёмных тоже вполне можно считать Призванными! – не согласился с ним Рамхат – А что? Она их изменила, они теперь ей служат… Насчёт испытаний – хрен их знает, но, думаю, мутировать – это ни разу не вкусно! А что там у них за миссия – так известное же дело: расширить Зону в Большой мир и всячески этому способствовать.       – По-моему, Зона прекрасно справляется с расширением и без их помощи, – хмыкнул кто-то из полумрака вне костра. – Что ни Выброс – то Периметр всё дальше от центра отодвигается! Не, мужики, тут должно быть что-то другое. Более… индивидуальное, что ли…       Балабол кивнул в ответ на это предположение:       – Тот бомж сказал, что Призванные в Зоне – зверь штучный, эксклюзивный. Она их, можно сказать, отбирает с бора по сосенке. И это вовсе не избранность, как мы её представляем, и не синекура – это, скорее, крест на всю жизнь: про испытания на силу духа я уже упоминал. Хотя… не исключаю, что кто-то из тайных Призванных может сейчас находиться и среди тёмных. Или… – тут он обвёл пристальным взглядом присутствующих – среди тех, кто потихоньку ими становится. Тёмными или… вообще мутантами. Так что… кто знает, может, скоро у нас появится ещё кто-нибудь навроде Свечника и прочих! Поживём – увидим.                     

8 октября 1998 г.

             «Наука, похоже, начала впадать в крайности…» - думала Яга, в потёмках взбираясь на третий этаж уцелевшего после Грозы (определённо, чудом!) здания. Когда-то это был комплекс столовых в большом местном пионерлагере. – «То они под землю зарываются, то теперь их чего-то на верхотуру понесло…»       Бетонная лестница радовала относительно целыми ступеньками и вообще их наличием. Но вот отсутствие перил на протяжении всей длины пролётов не на шутку нервировало боящуюся высоты ведунью. И потому Яга, прилежно светя себе под ноги старой «летучей мышью» (за неимением керосина в стеклянную колбу фонаря был запихан дающий свет артефакт), поднималась очень аккуратно, почти не отлипая от стенки.       Местная научная группа почему-то предпочла обосноваться не в уютном и безопасном бункере или в хорошо защищённой автономной модульной базе, а на верхнем этаже заброшенной столовой. Впрочем, промышлявшие в этом секторе сталкеры поговаривали, что это временно, что научников очень скоро должны эвакуировать из Зоны, а в том районе, где они до этого сидели, Гроза разнесла всё, что можно было разнести. И учёным – как и некоторым другим группировкам после этого пришлось искать новое место жительства. И «заселяться» в первое попавшееся мало-мальски пригодное и каким-то чудом ещё никем не занятое, здание.       «Да, бывший кухонный блок в бывшей столовой бывшего пионерлагеря – вполне подходящий вариант по-быстренькому разместить научную лабораторию в экстремальных условиях!» - подумала Яга, когда добралась до места и увидела мощную бронедверь на фоне побитого и запылённого белого кафеля. – «Интересно, дверь они с собой притащили – или так тут и былО?»       На звонок селектора долго никто не реагировал, и ведунья уже, было, решила, что он неисправен. Но вот из динамика послышалось хриплое, как из трубки старого телефона:       - Кто? С какой целью?       Яга назвалась и добавила, что желает сообщить учёным очень важную информацию о происходящем ныне в Зоне.       - Ожидайте, - ответили ей. И динамик, хрюкнув напоследок, замолчал.       Ждать почему-то пришлось изрядно. Но, когда тяжёлая бронедверь, наконец, скрипнув, отворилась и впустила травницу, первое лицо, которое она увидела, войдя в научный блок, едва не заставило её заверещать от радости:       - ХУНД?!...       Невесть каким Выбросом занесённый сюда начмед долговской «Чёрной роты» быстро приложил палец к губам и покосился в сторону анфилады помещений. А на вопросительно-недоумённый взгляд Яги прошептал одними губами: «Позже объясню!»       Ведунья на мгновение вскинула брови, но кивнула, принимая его странную игру в конспирацию.       - Остальные?.. – быстро и так же почти беззвучно прошептала она, вскинув на него полный тревожной надежды и затаённого страха взгляд.       - Живы… И - да, твои военсталы тоже где-то здесь.       Яга резко и облегчённо выдохнула, чувствуя, как губы непроизвольно разъезжаются в совсем уже запредельно-счастливой улыбке.       Выжили! Они выжили!!! Спасибо тебе, Мать Зона!!! Спасибо!!!...       Хунд привёл её в большой зал, вперемешку заставленный какой-то не то кухонной, не то лабораторной мебелью, ящиками и аппаратурой. На всём лежала печать временности и спешного переезда.       - Готовимся к эвакуации, - коротко пояснил долговец… или уже не долговец?       Несколько человек в белых халатах обернулись на его голос. А Яга увидела ещё одно знакомое лицо: Полторашка, бессменная помощница Хунда и второй медик «Чёрной роты». Та, тоже узнав ведунью, радостно ей заулыбалась и помахала рукой.       - Коллеги, внимание! – громко сказал Хунд. – Хочу представить вам мою хорошую знакомую. Это Яга, местная травница, полевой хирург и уникальный фармаколог. А ещё она – представительница местных… так сказать, мутировавших форм жизни.       «Хренассе, подстава!!!» - охнула про себя Яга и едва не шарахнулась прочь, обратно к выходу. Но её уже обступили обрадованные внезапным сюрпризом коллеги Хунда и начали наперебой забрасывать вопросами. И по их тону и тематике травница неожиданно поняла: опасность ей здесь не грозит.       Тихонько выдохнув, Яга мысленно пожелала коварному долгарю («Сам почему-то шифруется, а меня, значит, сдавать можно?») всех благ и решила не лезть в бутылку, а постараться поскорее адаптироваться к новым обстоятельствам. Тем более, что после того, как разоблачившие её самосёлы растрезвонили о ней по Зоне много интересного и далеко не всегда правдивого, она и сама приняла нелёгкое для себя решение перестать прятать под головными уборами рожки и корни вибрисс.       Но вот так сходу, внезапно и без предупреждения вынудить её прилюдно рассекретиться… Да уж, Хунд был настоящим долговцем, умеющим вывести на чистую воду любую, даже самую хитромордую «заразу Зоны»! Тимейн, их отрядный особист, помнится, её некогда вот точно так же подловил.       Когда у неё уже начали довольно деликатно интересоваться, не согласится ли она на небольшое исследование, Яга спохватилась: она-то сюда шла совсем не за этим!       - Я не против, - сказала она. – Но давайте вернёмся к этому вопросу позже. Сейчас – не те обстоятельства… Я, собственно, чего пришла? Вы заметили, как всё изменилось в Зоне после той Грозы? Я имею в виду поведение её порождений.       - Монстра стала злее, - тут же откликнулся один из коллег Хунда, у которого белый халат был накинут поверх сталкерской «Зари». – Вот прям реально видно! Совсем озверели!       - Тебе что-то известно об этом? – глаза Хунда превратились в острые крюки, которыми он зацепил взгляд мутантки, невольно заставив её в очередной раз вспомнить, из какой он группировки.       - Не так уж и много, но… - Яга несколько раз пропустила сквозь пальцы пряди вибрисс, словно расчёсывала волосы. Верный признак её крайнего волнения. – Тут, скорее, всё на ощущениях… В общем, я сама мало что понимаю, но у меня такое чувство, что Гроза – это не просто стихийный разгул. А многочисленные разрушения и смерти во время неё – далеко не единственные её последствия. И… я бы сказала, далеко не самые фатальные! – последовало новое нервное «расчёсывание»; Яга уже даже не замечала автоматизма своих действий. – Что-то вот свербит на краю сознания, будто это ещё не конец, будто следом за Грозой идёт что-то… ещё более мощное, разрушительное… жуткое… Возможно, это как-то связано с Зоной – потому что это чувствую я, чувствуют мои… другие её дети. Приближается какая-то опасность, по сравнению с которой давешняя Гроза – так, мелкий дождичек. Но вот ЧТО это за опасность, откуда она придёт и как от неё спастись… - Яга нервно передёрнула плечами. – Я этого не знаю. И другие порождения не знают. Потому и бесятся – от неизвестности, дурных предчувствий, страха… Я бы, наверное, тоже бесилась, но я всё-таки – разумное порождение, и я пока держусь. Но надолго ли меня хватит? К вам я пришла, чтобы рассказать о том, что сейчас происходит в Зоне и о том, что назревает. Предупредить. И… наверно, попросить помощи. Возможно, с помощью вашей научной аппаратуры можно как-то спрогнозировать, что же нам всё-таки угрожает?       Хунд и его коллеги переглянулись.       - То есть, это не выброс? – зачем-то уточнила Полторашка.       Яга лишь махнула рукой.       - Да куда там!... Будь это просто выбросом – я бы и не дёргалась. Нет. Это… другое.       - Что делать будем, Валерий Михайлович? – обратился к Хунду сотрудник в «Заре».       Тот на мгновение нахмурился, а затем повёл оценивающим взглядом по ящикам с оборудованием.       - Четвёртый и шестой контейнеры, - наконец, коротко приказал он. – Пока распаковывайте их, а дальше посмотрим… Яга, пошли пообщаемся.       Он кивнул травнице на дверь одного из подсобных помещений, и та безропотно последовала за ним.       - Сам шифруешься, а меня сдал, как стеклотару! – проворчала мутантка, когда дверь за ними закрылась. – Кстати, а с чего вдруг такая скрытность? И где остальная «Чёрная рота»?       - Их отозвали на центральную базу, ещё до Грозы, - какая-то невысказанная озабоченность мелькнула в глазах долговца. – А мне надо было закончить исследование. Вот мы с Полторашкой и задержались. А скрытность потому, что не нужно посторонним знать, к какой группировке мы принадлежим. Лишние проблемы и конфликты на почве идеологии мне сейчас ни к чему.       - Ясно, - кивнула Яга. – Опять какие-то ваши межгруппировочные скандалы, интриги, расследования…       - Типа того… Ты лучше мне скажи: насколько всё, о чём ты нам сейчас говорила, серьёзно?       Вместо ответа мутантка невесомо провела пальцами по кончикам рожек и приподняв ладонями вибриссы, протянула их к собеседнику.       - Можешь потрогать и прикинуть на вес. Если, конечно, не брезгуешь прикасаться к… заразе Зоны.       - Ну что за глупости, Яга? – вздохнул долговец и подставил ладонь. И даже бровью не повёл, когда на неё упали тяжёлые, налитые кровью кожистые… нечто.       - Горячие… - Хунд аккуратно сжал пальцы, отчего ведунья вздрогнула и непроизвольно напряглась. – Пульсируют… Удивительное ощущение! Ты тогда нам говорила, что это у тебя – дополнительные органы чувств?       Он не удержался и повторил подсмотренный у неё жест – пропустил вибриссы сквозь пальцы, словно расчёсывая. Яга вдруг содрогнулась всем телом, издала судорожный вздох-стон и откачнулась прочь.       - Извини, - долговец тут же отдёрнул руки. – Больно?       - Нет… - мутантка перевела дух. – Просто… чувствительность повысилась. А спинные шипы и рожки лучше вообще не трогать. Подобное обычно бывает перед выбросом или Гоном… И перед Грозой тоже было. Но сейчас… - тело Яги снова прошила крупная дрожь, и она зябко обхватила себя за плечи, словно хотела удержаться от лишних движений. – Сейчас это ощущается гораздо, гораздо сильнее... Я… как оголённый нерв. Любое чужое прикосновение… Так что пока – к сожалению твоих коллег – никаких исследований!       Она неловко усмехнулась, чуть разведя руками. Но тут же снова посуровела.       - Теперь ты понимаешь, НАСКОЛЬКО это серьёзно? В Зоне что-то назревает – что-то ужасное. Я это чувствую, мои братья и сёстры – порождения - это чувствуют… А сделать ничего не можем – потому что не знаем, что оно такое. Нам только одно и остаётся – ждать и… сходить с ума от неизвестности и страха за будущее. Ну и предупредить вас, людей. Чтобы тоже готовились… хоть и непонятно к чему, но, возможно, ваши возможности и техника смогут что-то прояснить, как-то помочь…       - Ты считаешь, что опасность угрожает всем в Зоне?       - Мы здесь все в одной лодке, Хунд, - Яга пристально посмотрела ему в глаза. – Как во время Грозы и всех тех бессчётных выбросов, что пережили здесь за эти годы. У вас, людей, правда, есть выбор – остаться и встречать неведомую опасность здесь – или избежать её, покинув Зону. И я думаю, многие этим воспользуются.       - Но не «Долг».       Мутантка бросила на долговца непонятный взгляд и… кивнула.       - Да, если опасность будет исходить из Зоны, и если она попытается прорваться в Большой мир… - короткий смешок сорвался с её губ. - Что ж, тогда будем встречать её вместе - «Долг» и его враги – порождения Зоны. Нам-то отсюда всё равно никуда не уйти, если что – тут все и поляжем... на радость вашим идеологам… Знаешь, я, пожалуй, сейчас пойду, пробегусь по сталкерским стоянкам, до каких смогу добраться. Предупрежу народ. Вы тоже распространите информацию всем, кому сможете. Особенно группировкам. Я, конечно, могу и сама к ним сходить, но…       - На базу к моим соклановцам соваться не советую, - тут же сказал Хунд. – По слухам, на смену нашему подразделению прислали сущих чертей! Так что будь предельно осторожна с ними.       - Принято. Спасибо за предупреждение.       - Это тебе спасибо. Информация получена, будем думать и искать выход. Но ты, если вдруг ещё что-то прояснится, нам это сообщишь?       - Разумеется!       - Тебя где искать – если что? Опять в лесу?       - Нет, - Яга мельком улыбнулась. – Меня приютили новый торговец и его команда. Тут, совсем рядом – в заброшенном клубе. Там сейчас лавка, оружейка и мой лазарет.       - Удобно! И действительно рядом. Так, ну тогда давай разбегаться. Если что – держим связь. И… - Хунд понимающе усмехнулся. – так и быть, если увижу Казака и его банду, передам, что ты здесь, и скажу, где тебя искать.       Распрощавшись с гостеприимными обитателями научного блока, ведунья поспешила на выход. Но, выйдя в зал-предбанник, чуть замешкалась, возясь с фонарём. Ей показалось, что светящийся артефакт в нём стал тускнеть – чего за ним никогда не водилось. Взгляд Яги рассеянно скользнул по высившейся в углу куче мусора… и замер.       - Так-так… Что это там?..       Она пару раз ковырнула кучу носком берца в заинтересовавшем её месте, и вдруг из груды обломков к её ногам скатился какой-то конусовидный предмет из некогда белого, а ныне почти полупрозрачного пластика. Подняв его, Яга вгляделась… и вдруг аж взвизгнула от восторга:       - Ну ничего себе! Вот это раритет!!!       Предмет оказался болванкой – из тех, что в годах так шестидесятых-семидесятых использовали в качестве основы для изготовления ватных Дедов Морозов под ёлку. Состояние, правда, у болванки было не ахти - треснувшее в нескольких местах, с отсутствующим куском пластика конусообразное тело, яйцевидная голова со стёршимся лицом и дырками на месте глаз… Но для рукодельницы, порой страшно скучавшей по любимому делу, это была крайне ценная и желанная находка. Гораздо ценнее, чем какой-то там артефакт!       - Отреставрирую, добуду всё необходимое, и сделаю ТАКОГО Деда Мороза, что все ахнут! – тут же размечталась Яга, счастливо жмурясь и прижимая к груди дорогую находку. Стоило прожить с десяток лет в условиях полной изоляции, дефицита всего необходимого и почти ежедневно случающегося трындеца – чтобы научиться ценить вот такие, казалось бы, незначительные мелочи и безделушки из прежней жизни. Сталкеры, с их страстью к артефактам и прочему ценному хабару, за который можно срубить бабла, её бы точно не поняли. Но ведь они, как это говорилось в одной восточной поговорке, и не ходили в её башмаках. Не измеряли своими шагами её жизненный путь и не переживали всех тех испытаний, что выпали на её долю с того дня, как она приняла решение остаться в Зоне.       Вот так – с радостной улыбкой и ценной находкой в охапке, она и столкнулась на выходе к лестничной клетке с группой бойцов в чёрной униформе с красными нагрудниками. Что называется, нос к носу!       Реакция долгарей была предсказуемой: дружное щёлканье предохранителей и уткнувшиеся чуть ли не в грудь и лоб ведуньи автоматные стволы. Яга испуганно пискнула и замерла, как мышка под взглядом змеи. А про себя горячо возблагодарила промозглую октябрьскую погоду, заставившую её после выхода из тёплого научблока накинуть капюшон куртки.       - Руки вверх! Кто такая? – дёрнул стволом один из бойцов. Командир, наверное.       Яга повиновалась, всё так же держа в одной руке Мороза. Должно быть, со стороны смотрелось забавно, но ей было не до смеха.       Долгарь внимательно оглядел её, задержался взглядом на зажатой в кулаке игрушке и, еле слышно хмыкнув, чуть опустил автомат.       - Не стреляйте, пожалуйста… - негромко попросила ведунья. – Я безоружна и ничем вам не угрожаю. Я – медик, из самосёлов… - она чуть шевельнула плечом с самодельной нашивкой. – Ходила по делу к местным коллегам, - кивок в сторону соседнего зала, куда выходила бронедверь научников. – Если что, можете справиться у них, они подтвердят мою личность.       - Научники тут, что ли, обосновались? – долговский командир обвёл взглядом пустое и тёмное помещение.       - Вон в том зале вход к ним. Через бронедверь, - пояснила Яга. – Можно мне опустить руки?       - Это что? – долговец указал на болванку. – И зачем?       - Заготовка для Деда Мороза. - Яга перехватила его удивлённый взгляд. – Ну, раньше были такие ватные фигуры под ёлку, видели, наверно? Вот на основе таких штук их и вертели. Я её вон в той куче только что нашла. Это ж такой раритет, тем более здесь! Отреставрирую, сделаю Деда Мороза… что вы так на меня смотрите?.. Хобби у меня такое. Поживите с моё в здешних условиях – ещё не так чудесатить будете!       Тут на счастье Яги за её спиной послышался какой-то стук (долговцы мигом переключили внимание), и темноту прорезал луч света, падающий из открывшегося в стене окошка. Раньше, когда столовая работала, это было раздаточным окном.       - Бойцы, всё в порядке! – послышался голос Хунда. – Это наш человек, не трогайте её. Вы к нам? Немного придётся подождать – дверь, чертяка, заедает…       - Ну, я тогда пойду? – осторожно осведомилась Яга у долговского командира. Тот окинул её цепким взглядом и кивнул. – Спасибо!       На лестничной площадке ожидаемо обнаружился часовой в ТБК. Увидев выходящую фигуру, он вскинул автомат, но, разглядев безоружную женщину, тут же опустил.       - Добрый вечер, - улыбнулась ему Яга. – Я уже пообщалась с вашими товарищами. Они сказали, что я могу идти по своим делам.       - А вы… - долговец увидел нашивку. – О! Вы - медик?       - Скорее, фармаколог с уклоном в народную медицину. Но если что – рану заштопать и сделать перевязку тоже в состоянии.       - Здорово! – восхитился боец. – А уклон в народную медицину – что под этим подразумевается?       - Я из самосёлов, - пояснила Яга. – Так что местная медицина – это в основном травы и… и прочие ингредиенты. Да вы, если хотите, спросите обо мне… например, заведующего местным научблоком. Мы довольно давно сотрудничаем, я им иногда свои лекарства поставляю.       - А вот это уже интересно! – долговец, видимо, был очень практичным человеком. Или занимал какую-то интендантскую должность в отряде. – А можно ли как-то договориться о поставке лекарств для нашей медсанчасти? К сожалению, у нас иногда случаются перебои с централизованным снабжением…       - Почему бы и нет? – пожала плечами Яга. – Но это надо обсуждать не на ходу и не здесь.       - Конечно-конечно! Я тогда сообщу своему командованию, что появилась возможность пополнять запасы медикаментов прямо здесь, в Зоне. Вы же предоставите нам список лекарств и расценок на них?       Яга, которая мысленно уже загрузилась проблемой, как обойти с долговцами щекотливый вопрос происхождения сырья для её лекарств, удивлённо вздёрнула брови. Про расценки на её снадобья и услуги, сколько она себя тут помнила, с ней заговорили впервые.       - Я думаю, мы это обсудим с вашим руководством в более спокойной и безопасной обстановке, - ответила она с самой доброжелательной улыбкой, одновременно пытаясь развидеть сюрреалистическую картину этой самой «деловой встречи в верхах».       Долговец кивнул и… задержал взгляд на пластиковом конусе в её руке. Яга так и не удосужилась убрать находку в сидор.       - Что это?       - Артефакт, - хихикнула ведунья. – Советской эпохи. Видели когда-нибудь под новогодней ёлкой ватного Деда Мороза? – боец кивнул. – Ну так вот, на таких болванках их и вертели на фабриках. Я эту штуку сейчас нашла в зале, в мусорной куче. Жуткий раритет, между прочим! Отреставрирую, сделаю Деда Мороза, буду на Новый год под ёлку ставить… Во-от, у ваших товарищей сейчас были точно такие же лица. А у меня просто хобби такое - рукоделие. Ну и отдушина. Столько лет в таких условиях…       - Понятно! – долговец улыбнулся и, взяв у неё игрушку, повертел перед глазами так-сяк. – Надо же, а я и не знал, что их вот так делали…       Бывше-будущий Мороз перекочевал обратно к Яге, и та заторопилась уходить.       - Столько дел ещё… А насчёт лекарств – ну… если не передумаете, и ваше командование одобрит, то меня можно найти на стоянке торговца Двадцатого. У меня там лазарет и, так сказать, зельеварня. Заходите, если что.       Они с долговцем очень душевно попрощались друг с другом, и Яга (по-прежнему опасливо прижимаясь к стенке подальше от зияющего пролёта без перил) направилась вниз. Но, едва добравшись до второго этажа, она услышала внизу звуки многочисленных шагов, звяканье амуниции и характерное сопение пневмоприводов экзоскелета.       «Кого ещё там несёт?» - встревожилась мутантка. Судя по звукам, по лестнице поднималась целая группа очень хорошо вооружённых и экипированных бойцов. А вот к какой группировке они принадлежали - это пока было уравнением с кучей неизвестных.       «Только бы не монолитовцы и не свободовцы! А то, если они ещё тут сцепятся с долгарями… ой, Мать Зона!..»       Стоять и ждать неизвестно чего было не в её правилах. И Яга привычно пошла навстречу очередному страху.       Но, видимо, Зона решила устроить своей Призванной вечер сюрпризов. Потому что группа, поднимавшаяся по лестнице ей навстречу, оказалась...       - Казак!!! Март!!! Ребята!!! – радостно вскрикнула мутантка и, забыв обо всём, бросилась вниз по лестнице.       Не поведай ей ранее Хунд, что её друзья-военсталы живы и находятся в этом секторе – реакция её была бы куда более бурной. А так Яга ограничилась тем, что, остановившись в паре ступенек от группы с такими знакомыми и родными лицами, раскинула руки и радостно выдохнула:       - Как же я рада, что вы живы!!!       Военсталы, разобравшись, кто же это столь непосредственно свалился на их головы, оживились, окружили свою необычную подопечную.       - А ты как здесь? – тут же поинтересовался Казак. – Мы думали, ты вообще пропала во время Грозы.       - Пересидела в лесу, - отмахнулась мутантка, сияя, как полуденное солнышко. Ей хотелось обнять и расцеловать их всех и не отпускать долго-долго. Нашлись!!! Живы!!! – Потом вас искать пошла. Думала, что… ну, в общем, хреново без вас было. Пришла сюда, начала расспрашивать народ, нашла местных научников… Кстати, знаете, кто у них тут главный? Хунд! И Полторашка с ним! – она понизила голос, памятуя о долговском часовом на третьем этаже. - Только он просил при посторонних не говорить, что они из «Долга», так что имейте это в виду…       - Да погоди ты трещать! – Казак остановил её властным жестом. – Ты сейчас где обитаешь?       - В заброшенном клубе, на стоянке Двадцатого. Ну, это новый торговец. Там, с ним ещё оружейник и охранник. И я. Так что лавка, мастерская и лазарет – всё под боком и недалеко отсюда.       - Хорошо. Значит, говоришь, ты уже была у науки? Как там?       - Туда сейчас долгари прошли. Оставили часового, мы с ним пообщались немного… Вы тоже к научникам идёте?.. Тогда… пожалуй, и я поднимусь туда с вами. Тут в Зоне опять такое назревает, что просто ужас! Хунду и его людям я уже рассказала и попросила распространить информацию по группировкам… А, раз уж тут сразу случились и вы, и долгари – то мне проще вернуться и самой повторить и вам, и им всё то, что я уже рассказывала. Информация из первых рук, сами понимаете…       Командир отряда хотел ещё что-то спросить, но, видимо, решил оставить расспросы до научблока. Кивнул и сделал знак бойцам продолжать движение.       Под мерное пофыркивание пневматики тяжело ступающего экзоскелета, в операторе которого Яга признала отрядного особиста Кобру, военсталы поднялись на третий этаж здания.       И первое, что они увидели на лестничной площадке, было… тело. Безжизненно привалившееся к заиндевевшей стене и покрытое ледяной коркой тело долговского часового в ТБК. Часового, с которым – по её же словам – Яга разговаривала вот не далее, чем минут пять назад.              Повисшее в воздухе молчание можно было буквально резать ножом. Казак перевёл тяжёлый взгляд с оледеневшего трупа - на Ягу. На её руки (на них он смотрел особенно пристально). Снова на труп.       - Ну что? Доигралась? – вдруг рявкнул он. – Вечно как что-то случается - так ты оказываешься рядом! А теперь скажи мне, что это всё не ты, и ты тут ни при чём!       И выразительно ткнул пальцем в… Только сейчас ведунья обнаружила, что всё ещё держит в руках болванку от Деда Мороза!       - Но… - травница даже покачнулась, настолько она не ожидала такой лютой подставы! – Но это действительно… не я!.. Мы просто разговаривали… И…       Тут, словно добивающий выстрел в голову, со скрипом распахнулась дверь, и из зала на площадку повалили остальные долговцы.       - Что тут происходит? – осведомился их командир. И осёкся, увидев покрытое льдом тело своего бойца. – Какого…       - Я его не убивала!!! – в панике закричала Яга, отступая назад и во все глаза глядя на угрожающе сощурившегося командира военсталов. – Казак, это правда не я!!!...       Взгляды долговцев скрестились сперва на ней, а потом - на злополучной игрушке в её руке.       - Дед Мороз… - растерянно проговорил кто-то. – Э-э-э… Это что - морозящая аномалия?…       Ледяная корка, покрывающая труп часового, искрилась в лучах фонарей.       - Это не я… - обречённо и с ужасом прошептала Яга, уже понимая, что влипла. Нет – ВЛИПЛА!!!       - А ну, идём! – Казак перехватил в боевое положение автомат и резким движением ствола указал перепуганной мутантке на дверь. – Сейчас наука с тобой разберётся! Бойцы, близко к ней не подходить! Мало ли!       Следом за военсталами обратно в «предбанник» потянулись и долговцы. Вокруг Яги тут же образовалось пустое пространство, ощетинившееся в её сторону полными угрозы и подозрений взглядами и готовыми выстрелить стволами.       Словно вакуум, в котором не было ничего. Ни жизни, ни тепла… ни защиты от лютого, промораживающего насквозь холода отчуждения и вражды.