Фальшивые зеркала

Кошмар бы продолжал медленно убивать одного из звездных, продолжал бы потешаться над изувеченным телом одного из хранителей, он бы продолжал «радоваться» своей победе. Но… Все это прервало некое странное, беспокоившееся чувство, буд-то что-то случилось, и это то, что не являлось хорошим заставляя приостановиться в действиях. Ухмылка вздрагивала кончиками «губ» удерживая ее на себе. Он кинул всеми векторами беспомощное, жалкое тело на грубую землю заставив ее погнуться до трещин. По крайней мере не будет мешаться под ногами. Отворачиваясь от «жертвы» скелет исчез с поля зрения появляясь на месте, где должны были быть подчиненные, точнее их встреча если они так и не найдут Дрима. Одного не хватает… Не уж-то нашел? Тяжело вздохнув закатывая зрачок от недовольства. Он отдал приказ для тех, что прибыли. Они могли быть свободны и могут возвращаться в замок. Некоторые из них хотели помочь в поисках, но Кошмар не дал им. Все ушли и Владыка стал искать взглядом «потерянного» подчиненного. Кажется. Его поблизости нет. Негативный сразу оказался там, где нужно по привычным эмоциям после своего исчезновения. Подчиненный стоял за деревом и смотрел куда-то вдаль. Послышался ядовитый голос сзади и, подчиненный незаметно вздрогнул от неожиданности. Он не стал поворачиваться к своему боссу. — Что-то заметил, Кросс? — Спросил Кошмар гладя на того. Кошмара попросили посмотреть на то место, что находилось высоко над обрывом, над пропастью. Можно было сразу догадаться по еще далекой фигуре кто это был, но… Почему он лежал на земле?.. Если бы мог, он сразу отправился туда дабы проверить, но, незадача, здесь находился монохромный, что мешал ему фактически сделать без подозрений. Однако Кошмар почувствовал угасающий позитив в равновесии, о котором давало ему узнать об одном. Его «братец» умирал довольной, не интересной смертью от передоза отрицательных эмоций, это… Вроде поправимо если перенести его в позитивную вселенную. Но, сейчас все зависит сколько времени осталось от того Когда он упал. — Ты свободен на данный этот день. Считай это как наградой за то, что нашел «цель», можешь идти обратно. — Произнес Кошмар. Кросса проводили взглядом, как он ушел. Кошмар исчез и появился около лежащего тела. Ему… Не стоит слишком близко находиться с изувеченным телом, что погибало от негативных эмоций. Но, он должен как-то его поднять. Кошмар взглянул на землю и, после чего ядовито цыкнул со всей злостью, взгляд перевели на мечтателя. Голос явился раздраженным до чертиков. —Знай, — это ради тебя я делаю. — После этих слов, резко ослабили свою ауру до минимума. Он подошел ближе и взял Дрима на руки, аккуратно, удобнее ухватываясь за тело из которого все жизненные силы медленно покидали. Как и ожидалось для Кошмара, Дрим оказался тяжелым, но нести он его сможет. Перед собой, он создал портал в позитивную вселенную и, зашел находясь уже с малыми остатками своих сил. Негативная слизь начала медленно, но обильно капать с владельца, векторы вяло двигались за спиной опускаясь вниз. Потемнело во взгляде на мгновение.

Ч-черт, слишком позитивная.

Медленно он подошел к дереву, и аккуратно положил тело так, чтобы он упирался спиной. Кошмар положил свою все такую же холодную ладонь на чужую «щеку» пытаясь проверить дыхание и температуру тела. — Дрим?.. Эй… Ну же, проснись. — Произнес он со слабой печалью, грусти и разочарованности, лишь в ком? В самом себе? Или же в Дриме? Он… не знал, лишь знал, что виноват здесь он. Каждый вздох, каждый выдох выходил болезненный, негатив только обильней капал с него, слабо приоткрывая вторую глазницу. Кошмар был готов пробыть здесь сколько угодно дабы убедиться, что «его» «братец» жив… И, не умер из-за… Негативных эмоций, из-за него. — Т-ты… Не должен вот так умирать. Ты же знаешь, что умрешь именно от меня и должен... Дальше жить пока.. — Объявилось резкое желание обнять тело, но владелец желания воздержался от этого. Постепенно вторая его «личность» просыпалась раз такие эмоции начинали проявляться с желаниями, но… Может… Он сам «это» чувствует и хочет?

Н-нет, не может.

Просто не может.

Векторы перестали двигаться, они бездвижно лежали на свежей, зеленой траве, она покрывалась чернотой под тенью листьев дерева. Оно укрывало их от яркого, светлого солнца с совершенными белыми облаками пока легкий, слабый ветер их колыхал. Идеальная обстановка для любого, но не для короля кошмаров. Здесь он хотел все уничтожить, все превратить в его «подобие», желая всех убить, он лишь сдерживался из-за того скелета, что был перед ним, что был в плохом состоянии… Очень… Очень в плохом состоянии.

Б-больно.

Больно ощущать…

Ч-черт-т…

Не сдержавшись, негативный скелет резко уткнулся в плечо в позитивного своей переносицей, он зажмурил глазницу. Марая чистое тело в негативной слизи, она продолжала капать с него теперь «сгустками». Ладонь убралась на чужую руку, когда вторая не крепко держалась за половинку накидки, ее слабо сжимали дрожащими пальцами.

— Д-дрим…

Зря он не ушел прочь. … Потеря сознания отнюдь не означала, что мечтатель мог получить желаемый отдых или хотя бы для самого себя абстрагироваться от происходящего ужаса. Даже наоборот, под влиянием негативной обстановки состояние Дрима лишь ухудшалось, заставляя его самого погрузиться в собственные кошмары, созданные его же страхами и чувствами.

Как же… Темно.

Темно и холодно.

Больно и страшно.

Он не хочет здесь находиться, он не хочет всё это видеть, всё это чувствовать, он просто хочет исчезнуть! Р-разве это так сложно…? Что в собственном сне, что в реальности, по лицу скелета не перестают катиться слёзы, а едва заметное и слабое дыхание становится тяжёлым, с трудом позволяя бессознательному телу дышать. Ещё инстинктивно мечтатель пытается сжаться, стать ещё меньше или спрятаться, но это никак не помогает.

Нельзя спрятаться от самого себя.

Пожалуй, так бывает. Либо же существо полностью поглощает негатив и оно само принимает его, либо же наоборот… Отказываясь и сопротивляясь ты обрекаешь себя на смерть от морального истощения, когда сама душа уже не видит дальнейшего смысла жить и пытаться что-либо сделать. Все эти дни, месяцы, все эти годы… Чего он пытался добиться всё это время? Почему отодвигал все свои страхи, все сомнения на задний план, стараясь помочь остальным, полностью наплевав на себя?

Что было смыслом его жизни?

Он пытался вспомнить хорошие моменты, счастливые воспоминания, но ничего не приходило на ум. Словно всё было стерто или полностью завалено совершенно другими, негативными воспоминаниями.

К-как же тяжело дышать…

Но ему нужно думать, правда? Он не может считать себя «героем» для остальных, если не справится с этим… Хах, смешно звучит. Может, сам мечтатель хотел счастья для всех остальных? Да, несомненно. Он давно вбил это себе в голову, в свои мысли, но ведь это было не единственной целью. А было ли это целью? Или, может, просто способом отвлечься от чего-то другого? Да… Дрим хотел помириться с братом. И, кажется… у него это даже слегка получилось, если можно так сказать. Но всего сделанного было недостаточно. Всех этих лет было недостаточно. Подумать только, он настолько жалок… Не смог помочь друзьям, полностью потерял внимание, поглощенный собственными чувствами, позволил стольким невинным погибнуть, ничего не добиваясь в этих чертовых битвах, кроме очередных ранений… И, в конце концов, допустил это. Допустил самому себе оказаться полностью подавленным негативом, теряя практически всю магию. Может, это было даже заслуженно…? В таком случае хоть что-то изменится… Больше не будет смысла сражаться, а вселенные погрузятся в отчаяние от влияния его брата. Может, хоть он будет от этого счастлив…? Он был не уверен, но это не столь важно.

Ему было уже всё равно.

Всё равно на себя, на всех остальных, на то, что может произойти после его смерти. Может, если он сдастся, то тогда наконец сможет обрести покой? У него больше нет сил на всё это. Дрим практически перестал чувствовать что-либо отдаваясь тьме, она притягивала его к себе, словно утешая. Он точно мог ощутить на себе руки, холодные, они забирали остатки сил бороться. Они спокойно обнимали его сзади, не дав узреть «что за тьма» явилась по его душу. Но… В какой-то момент, Дрим смог различить пока ещё маленький отголосок позитива. Откуда он…? Словно бы маленький светящийся шарик в сплошной темноте, Дрим желал последовать за ним. Руки крепче обхватили его, они не хотели, чтоб уходили. Дрим тянул руку к свету пытаясь вырваться из хватки существа. Он побежал, а свет вел за собой заплутавшего и потерянного хранителя, постепенно разрастаясь до размера полноценной двери, однако этот свет так и не освещая тьму вокруг. Она пыталась поглотить его. Где-то в глубине «души» Дрим чувствует слабый, едва ли заметный огонёк надежды. С трудом ступая к двери, чувствует, как проваливаются его ноги во тьму. Должен ли он пойти туда? Имеет ли… право на это? Дрим ощущает вокруг себя морозных холод, и снова руки. Они мягко обняли хранителя за талию. Существо спокойно облокотилось на плечо. Дрим повернул аккуратно голову и, зрачки с ужасом вздрогнули. Темная мгла окутывала его с золотистым отливом. На него смотрели те же золотистые зрачки, они светились во тьме, и объятия стали крепче. — Останься. — Холодный, спокойный голос с легкой бархатностью, и слушателя это привлекло, как нотки жалости в голосе сочетались. — Кто ты?.. — Словно не услышал произнес вопрос Мечта. — Тебе… Незачем возвращаться.. Снова сделают больно и оставят одного, останься здесь. В спокойствии, во тьме, она утешит тебя. — Но… — Слова оставались в глотке, словно не желали произносится. Взгляд отчаянно смотрел на дверь. Она медленно прекращала светить, на глазницах выступали медленно чисто-золотистые слезы.

Осталось мало времени.

Он должен выбраться. — Прошу, отпусти, я должен вернуться. Должен вернуться к своему брату! Хранитель сорвался на крик. Его надежда не оставляла его, он должен идти, лишь объятия стали крепче, будто змея окутывала жертву сильнее от сопротивления. — Друзья, семья, все они отвернуться от тебя как вернешься. Привязанность, которая сделает тебе больно. — Голос казался беспокойным. Тьма подступала ближе заслоняя медленно дверь. — Тебе стоит прекратить сопротивляться, и… Принять мою помощь. Мысли медленно становились вязкими, тяжелыми, как полузастывшая карамель. Зрачки дергались от ярко-золотистых слез стекающие по лицу.

Душа его наполнялась теплыми слезами.

Надежда медленно меркла.

Неужели он недостоин даже такого? Он желал еще раз встретиться с Кошмаром, желал его обнять, желал услышать его бархатный приятный голос, его стихи и... Ощутить вновь его поцелуй на своих устах. Глаза медленно закрывались, взгляд тупел и размывался. Рука кукольно упала, а сопротивления прекратились.

— Я... Я должен Идти.. Мне н.. Нужно встретиться... С Кошмаром.

Золотистый зрачок светящийся во тьме с удивлением, и горькой жалостью смотрел на хранителя. Он с глубокой печалью и с мягкой улыбкой на устах утешительно произносит. — Ты встретишься с ним. Все сокровенные мечты, не станут тлеть.. Существо протягивает что-то в своей руке, оно преподносит ко рту. Хватка ослабела и объятия стали ласковей.

Уже... Не важно. Все не важно.

Вскоре картина в меняется, золотистый зрачок расплывался на разных силуэтах вокруг себя. Голова отзывается тупой болью, но она заменяется внутренним удовольствием пока это удовольствие не прерывается от того, кто был перед ним. Веяло болью и страхом. Нормализовавшийся взгляд смог увидеть полностью того, кто тратно изливался горькими слезами. Он рассматривал парня перед собой пока на лице не сыграла улыбка, а в зрачке не засверкал огонек.

Весы тряслись от переизбытка негатива.

Слова не достигали голоса останавливаясь в горле, заседая комом. Зрачок, словно в конвульсии дрожал вместе с телом. Он смотрел вниз сильнее сжимая чужую накидку. Кошмар старался не думать о плохом.. В конце концов из уст проявился всхлип, а глазница сжалась пока не почувствовал утешительные поглаживания на спине, крепкие объятия, а затем слабый поцелуй в висок. Глазница распахнулась и голова была направлена на того, кто был перед ним, лишь словам не дано было произнестись. Только сейчас Кошмар заметил как позитивная вселенная стала темнеть и медленно разрушаться, а весы равновесия трястись от преизбытка негатива. Правая рука, единственная покрытая негативной слизью вместе со стекающей из глазницы ненависти, и зрачок все еще оказывался бирюзовым. Контроль не был у Найтмера, даже после того, как форма сдалась держаться от позитива, затем и от горьких переживаний и маленьким огоньком внутри грудной клетке, который сжигал все изнутри, сжигал заживо от боли. На скуле потекла вода, странная вода, и рука в ненависти дотронулась до лица. Это.. Оказались слезы.. Тусклые бирюзовые слезы, словно море опрокинулось на сушу, окутывая, заставляя утонуть от осознания того, что Дрим сдался. Зрачок трясется, а горькие слезы стали течь сильнее.

Он бросил его.

Бросил его снова!

На чужом лице играла спокойная, ласковая улыбка, а поглаживания продолжались пока не поменяли местоположение, одну кладя на плечо, а другую на талию.

Душа бешено колотиться, ее словно разрывают на мелкие кусочки.

— Мне в радость твоя глупость, и то, как ты относился к Дриму пока не понял все, когда только потерял его, дорогой-дорогой брошенный всеми Найтмер. — Колкие, холодные слова сказанные через язвительную ухмылку. Яркий, играющий и темный, как глубокий омут с чертями, что долгое время таились в глубине души Дрима. — Все скрывал, всегда был фальшивым.. Но, милый, дорогой бедный Найтмер, фальшивое никогда не бывает прочным, а наблюдение за чужими глупостями.. Бесплатное удовольствие. — Голос мягок, словно шелк и глух, но в то же время заставлял проснуться, будто от кошмара от произнесенных слов, как пытаешься насладиться голосом. Найти в нем хоть какую-ту каплю от Дрима, найти схожесть... По телу раздалась мелкая дрожь и без того ухудшая эмоциональный фон. Из рта потекли струйки крови, а желанный кашель приглушили резким, но мягким поцелуем. В районе ребер расположился чужой вектор, еще один, и снова кашель оказался смят. Силы держаться в сознании медленно покидали, напоследок.. Само сознание кинуло и без того в бедную черепушку кое-какие слова.. Последние слова Дрима...

" — Ещё… увидимся? — "