Ай-нэ-нэ!

      У Намджуна дилемма.       Её контуры обозначает некая невеста, уезжая на неделю за границу и отстёгивая хакерам кругленькую сумму за услуги слежки за благоверным. У контуров дилеммы нет размытых очертаний, они чёткие и понятные, как е-майл «я хочу точно знать, сколько баб он притащит к нам домой!» Уверенность в том, что восходящая рок-звезда гулять будет направо и налево, Намджуна слегка коробит. Впрочем, каких только сделок по дороге на музыкальный Олимп не совершают: Пак Чимин не прогадал со своей, сделав в прямом эфире предложение дочери владельца крупной музыкальной компании. Прогадал со сделкой Намджун, ночь за ночью пялясь на старательно отклячивающего задницу Чимина и слушая его стоны под крепкими мужскими телами. Ну как прогадал… В их с Чонгуком отношения это внезапно бесплатное порно неслабо вжаривает огоньку. И выматывает заодно к концу недели, как сексом, в разы превышающим регулярный, так и беспрерывной слежкой. Грёбаный Чимин неутомим.       А дилемма заключается в том, что ни одной особы женского пола ни под, ни над Чимином Намджун так и не увидел, и как именно отчитываться перед нанимательницей, в душе не чает. Намекнуть, что мол, простите, но это теперь у вас тут дилемма, или всё же честно сказать, что баб так и не было?       Намджун косится на расслабляющегося с пивом Чонгука, не решаясь с ним перетереть. Тот свою жадность до денег, секса, впечатлений, да и просто веселья, не скрывал никогда, и его ответ будет основан исключительно на мимолётном настроении. От «а за что больше заплатят?» до «а давай нахрен спалим всю эту контору?».       Свалившиеся в микроавтобус стрекозиные очки прерывают поток тягостных размышлений. Намджун девушку однозначно пытается сразу приписать ебучей случайности, потому что род их занятий конкретно здесь вычислить может от силы пара человек. Он даже успевает позаботиться о стрекозиных очках, не дав усесться на холодный грязный пол, и чутка приревновав к эстетически залипшему на веснушки и тату Чонгуку, прежде чем охренеть окончательно от коня и цыган.       — К-коня? — Намджун наивно полагал, что он за годы работы наслушался странных фантазий клиентов. Ан нет. Коня у них скоммуниздить ещё никто не просил. — Живого коня?       — Ну не шахматного же? — насупливаются стрекозиные очки, на которые угрожающе наползает слишком большая шапка.       — А вы, простите, откуда про цыган узнали? — ласково вопрошает Чонгук, у которого даже в алкогольном тумане мысли скользят строго параллельно Намджуновым, и он успевает инициативу допроса перехватить на поворотном пункте.       — Мне мистер Р-Джей сказал, — важно и весомо кивают стрекозиные очки, шумно дыша сквозь маску. Ну да, при трёх товарищах, двое из которых активно дышат алкогольными парами, в маленьком фургоне не то, чтобы свежо. Намджун думает, что отрываются и бухают эти двое, а похмелье с головной болью с утра достанется ему.       — Ах мистер Р-Джей… — многозначительно произносит Чонгук. Им с Намджуном для ментального контакта даже переглядываться не надо.       Не случайность. Их сдали.       И, с учётом исходных данных, Намджун абсолютно точно знает — кто.       — Сокджин, блять! — шипит Намджун сквозь зубы.       — Тварь, — тут же соглашается с ним Чонгук, просто чтоб поддержать бойфренда, а вовсе не из ненависти к Джину. Сокджин-хёна он искренне эстетически любит, хотя мог бы и не эстетически, а просто выебать. Потому что красивый, сука, как произведение искусства. Намджун тоже на него периодически залипает, но этот стопроцентный гетеро-клоун на все подкаты умудряется послать далеко и не обидно — чтобы не разрушать, ткскзать, крепкую мужскую дружбу. То, что у Чонгука с Намджуном в его присутствии кое-что другое крепкое, Сокджин предпочитает не замечать.       Но, в принципе, послав к ним чёрт знает кого, даже несмотря на полное и абсолютное очарование птички, кнопки, веснушек и стрекозоочков, Джин, кажется, край всё-таки перешёл. Вот цыгане в заметках были точно лишними. Такие секреты, знаете ли, всем подряд не выбалтывают.       В этот раз Джин напросился.