Кармин по серебру

      Харчевня «У Гиббса» мало чем отличалась от других непрезентабельных заведений с едой и выпивкой. Здесь было тесно, шумно, воняло табаком и джином, то и дело слышались возбужденные крики пьяных посетителей. По вечерам места пустого было не найти. Контингент здесь был разный: от бродяг и попрошаек до местных торговцев и рыбаков. В одном углу шулеры разводили в карты простофиль. В другом изрядно выпившие мужики орали песни под треньканье музыканта и хохотали на всю улицу. А в третьем подозрительно тихие личности, прикрывшись капюшонами, неслышно заключали сделки. И, кто знает, одним из них мог оказаться вполне приличный, богатенький сыночек какого-нибудь чиновника, которому захотелось риска в жизни.       В подобном месте привыкли к разному, но даже так появление на пороге харчевни хрупкой с виду молодой девушки в дорогом черном плаще с меховой оторочкой стало бы неожиданностью. Ева решила, что не будет привлекать к себе большого внимания, всунула удивленному помощнику трактирщика, который выливал помои на улицу, несколько шиллингов и зашла через черный вход. Выглянув из кладовой, она увидела, что нужный объект на месте, как и предполагалось.       Марк сидел у стойки, облокотившись о столешницу. Верхняя пуговица на воротнике расстегнута, плащ небрежно накинут на плечи. Он беседовал о чем-то с трактирщиком и вливал в себя джин из стоящего рядом стакана. Судя по слегка помятому виду, пробыл он тут уже достаточное время и успел немного опьянеть.       «Мне только на руку», — подумала Ева и незаметно зашла в зал харчевни.       Она тенью скользнула вдоль стойки, скрытая капюшоном. Никто даже не обратил внимания в общей суматохе. Присела на соседний табурет.        — Мисс Морган, не ожидал встретить вас в месте, похожем на это, — Марк неопределенно махнул рукой.        — Мне льстит, что вы так быстро узнали меня, — она аккуратно сложила руки на стойке.        — Такие особы, как вы, нечасто сюда заходят. Вас выдал парфюм, — он вдохнул поглубже. — Лаванда, я прав?       Ева ничего не ответила. Дернула головой и поправила перчатки.        — Как же вы меня нашли?        — У моего отца есть свои связи, а у меня — свои, — туманно ответила Ева. — Иногда полезно иметь знакомства в подобном обществе.        — Не сомневаюсь.        — Мы можем поговорить в более приватной обстановке, Марк?       Он ухмыльнулся и посмотрел на нее в упор. С неким любопытством, словно разгадывал загадку. Осмотрел с головы до ног. Ева притягивала взгляды и знала об этом.       Нервно подошел трактирщик и начал мяться у стойки, бормоча:        — Простите, мисс, у нас тут скромная харчевня. Редко появляются такие гости, как вы. Меню простое, без изысков… Не знаю, смогу ли я предложить вам что-то…        — Принесите джина, — Ева легко улыбнулась.       Трактирщик похлопал глазами и перевел вопросительный взгляд на Марка, будто ожидал подтверждения.       — Леди потребовала джина, вы слышали, — усмехнулся он.       Трактирщик быстро закивал и ушел за бутылкой.        — Бедный старина Гиббс. Того и гляди, заикаться начнет от переживаний. О чем вы хотите со мной поговорить, мисс Морган?        — Хочу узнать вас поближе.       Он расхохотался, откинув голову назад.        — Какая нелепость.        — Вы настолько неуверенный в себе мужчина?        — О, напротив, я слишком уверен в себе. Но я ни за что не поверю, что вы решили со мной пообщаться исключительно из интереса.       Вернулся Гиббс с выдраенным до блеска стаканом, наполненным джином, и аккуратно поставил его перед Евой. Она поблагодарила его, и трактирщик с кривой ухмылкой поспешно ретировался к другим посетителям.        — Мне не нужно, чтобы вы верили мне. — Ева сделала маленький глоток и чуть нахмурилась. Паршивый джин. — Мы оба прекрасно понимаем, что вы не доверяете мне, а я не доверяю вам. Но почему же мы не можем просто побеседовать, узнать друг друга получше? Вы расскажете мне то, что сочтете нужным. Никаких уловок, никаких допросов. Может, вам понравится, и вы даже сводите меня на парочку свиданий под луной.       Марк с интересом разглядывал ее, склонив голову набок. На его губах расплылась полуулыбка. Согласится сыграть в игру или нет?       Он запрокинул голову и залпом проглотил остатки джина. Поднялся со стула, кинул монеты на стойку и предложил Еве руку. Она захватила свой стакан и прошла за Марком к двери кладовой, откуда совсем недавно наблюдала за ним.

***

      В кладовой Ева спустила капюшон, позволяя рассмотреть себя поближе. Фарфоровая кожа, свисающие по плечам светлые локоны, ясные голубые глаза. Идеальная дочь в идеальной семье. Могла бы быть. Но она, совсем не как леди, присела на ближайшую бочку с элем и закинула одну ногу на другую. Платье слегка задралось, открывая взору стройные лодыжки.       «И как у мистера и миссис Морган родилась такая дочь? — все, о чем мог думать Марк. — Выросла в большом доме с прислугой, с заботливыми родителями, со сверстниками в окружении. Могла заполучить все, чего душа пожелает. И только что пила мерзкий джин в месте, в котором просто возмутительно видеть подобных ей девушек».        — Итак, — Ева отпила еще глоток из стакана, — мне задать вопрос или вы сами начнете рассказ?        — Вот так сразу? — Марк прислонился к стене и засунул руки в карманы. — Мисс Морган, я уверен, вы умеете быть более элегантной. Разве нам не стоит обсудить сначала погоду, последние новости или, скажем, литературу?        — Правда? Вы желаете обсудить погоду?        — Откровенно говоря, я желаю виллу у океана, где-нибудь в Испании, например. Вы смотрели когда-нибудь на океан, мисс Морган? Нет? — он мечтательно зажмурился. — Виллу, свои виноградники для производства вина и жить где-нибудь в солнечном месте. Знаете, чтобы забыть о вампирах напрочь. Что думаете?        — Вы мечтатель, однако.        — Разве что самую малость. О чем мечтаете вы?        — Чтобы мое имя вошло в историю, — просто ответила Ева.       Марк тихо рассмеялся.        — Я почему-то предполагал что-то подобное.       Конечно, они оба говорили неправду. Если не лгали, то сильно приукрашивали. Но это было даже забавно.        — Как давно вы прибыли в Ланкастер? — спросила Ева.        — Это ни для кого не секрет. Я приехал пятого октября, то есть уже как две недели, и ваш отец прекрасно осведомлен об этом. К чему вопрос?        — Мой отец, может, и осведомлен, а я — нет. Я лишь поддерживаю беседу.       Марк со снисходительной улыбкой кивнул. Он прекрасно понимал, что этот разговор не был светской беседой.        — И как вы находите Ланкастер?        — Здесь неплохо. Гораздо лучше, чем в Лондоне, например. Тише и чище, море недалеко.        — Вы приехали из Лондона?        — Не совсем. Я много где бывал.       Прежде чем Ева открыла рот, Марк оттолкнулся от стены и жестом остановил ее.        — Полагаю, моя очередь задавать вопрос, — он сделал паузу и с ухмылкой спросил: — Если вы все же меня соблазните, сколько времени пройдет прежде, чем мистер Морган выдворит меня из города?        — Если каким-то образом он об этом узнает, то не очень много времени. Но не переживайте, я организую вам побег. При условии, что вы понравитесь мне.        — У меня есть повод вам не доверять, — напомнил Марк.       Он потянулся за сигаретой и спичками под полы плаща. Поджег сигарету, затянулся и поймал на себе пристальный взгляд Евы.        — Мне не предложите? — спросила она.       Он удивленно приподнял бровь, но Ева смотрела серьезно.        — Простите, впервые встречаю девушку, которая не противится табака.       Он подошел к ней и хотел было протянуть сигарету, но Ева достала собственный портсигар.        — Я умею удивлять.       Марк прикурил ей сигарету и задержался взглядом. Ева смотрела прямо на него, ничуть не стесняясь, откровенно и с вызовом. Затянулась и выдохнула дым, раскрыв полные губы. Марк ощутил тянущую волну тепла по всему телу.       Она была красивой и умело этим пользовалась. Слишком красивой для опьяненного разума. Марк понимал, что она делала. Не просто так Ева Морган поджидала, пока он опрокинет в себя два-три стакана джина. Не просто так она явилась в захудалую харчевню при параде — под мантией скрывалось платье с глубоким декольте.       И также он понимал, что был совсем не против. В голове уже клубился хмельной туман, и так легко было поддаться этим чарам. Вот она — красивая, соблазнительная аристократка — прямо перед ним. Вызывающе откидывает волосы за спину, обхватывает розовыми губами сигарету и дерзко смотрит в глаза. Сама себя предлагает.       Так легко было поддаться. Если бы не одно трезвое «но». Если бы это не было частью плана по выуживанию из него важных сведений. Было бы все это простой прихотью избалованной девчонки — соблазнить загадочного незнакомца в знак протеста папеньке, — Марк бы махнул рукой и уже думал, где снять комнату поприличнее на ночь.       Однако он не верил в это. Эта девушка казалась слишком умна, чтобы делать что-то попросту из прихоти.       Марк снова затянулся.        — Чем вы занимаетесь в свободное время, мисс Морган?        — Читаю, езжу в город, — она невинно пожала плечами. — Ничего особенного.        — Или занимаетесь собственными маленькими расследованиями, да?        — Какими еще расследованиями?        — Вы мне скажите, — он приложился к сигарете, выдохнул дым над макушкой Евы. — Любите играть в детектива? Помогать отцу? Наводить для него справки?        — Может быть, — уклониво ответила она. — Всегда любила разгадывать загадки.        — Из меня не очень увлекательная загадка. Я всего лишь посланник, да и только. Не нужно копать под меня, поверьте, это ничего не даст. Я никто.        — И тем не менее, скрываете вы подозрительно много, — заметила Ева. — А такие загадки вызывают только больший интерес. Что вы делаете в Совете? Какую должность занимаете?        — Мисс Морган, разговоры о работе не возбуждают меня, понимаете?       Марк вздохнул и докурил сигарету. Бросил окурок на пол и тщательно прибил подошвой. Медленно положил ладони на крышку бочки, по бокам от Евы. Ее глаза были очень близко, и Марк смог уловить в них мелькнувшую тревогу. Едва заметную и мгновенно запрятанную.        — Вы же знаете, что я могу залезть к вам в голову и найти все, что захочу? — вырвалось у Марка. — Ваши мотивы, ваши планы, ваши разговоры с родителями.       Это было неожиданно даже для него. Но он не мог больше смотреть на нее такую, понимая всю фальшь происходящего. Хотелось сбить с нее спесь. Хотелось показать, что она залезла на поле игр разума, а это была его территория.       Ева на секунду замерла, как будто осознавая, чтó действительно он мог. Марк мог забраться к людям в головы и быть там хозяином. Это пугало многих. Но Ева только выдохнула дым и сказала:        — Попробуйте.       Вот так спокойно, даже ни один мускул на лице не дрогнул. Она была готова пойти на все. Это был блеф, и все же…       Нет, Марк не собирался продолжать. Он был слишком пьян, здесь было слишком душно от смеси табака и ее духов, а Ева была слишком… сумасшедшая. Все было слишком. Он сделал шаг назад, и еще, и еще, пока не уперся лопатками в стену. Здесь он мог контролировать ситуацию.        — Не в этот раз.       Ева почти незаметно расслабила плечи и выдохнула. Несмотря на браваду, ее пугала одна только мысль о том, что Марк проскользнет в ее разум. Он это прекрасно видел.        — Почему вы не назовете свою фамилию? — продолжила Ева. — Это невежливо, в конце концов. Как же к вам обращаться?        — Для вас, мисс Морган, я могу быть кем угодно.        — Любите вы быть загадочным.        — А вы любите разгадывать загадки, — припомнил Марк. — Так вот вам задачка. Узнайте, кто я, и тогда, быть может, вы завладеете моим вниманием.        — Дадите подсказку?       Марк глухо рассмеялся и замотал головой. А затем устало прислонился затылком к стене. Встреча с младшей Морган не входила в его планы на сегодня. И уж точно он не был готов к словесным играм, которые она затеяла.        — Давайте я лучше проведу вас домой, — сказал Марк после минутного молчания. — Бродить в одиночку по таким местам небезопасно.        — Вы устали от нашего разговора?        — Честно говоря, да. Я устал от этого спектакля.       Ева задумчиво помолчала и в конце концов кивнула.       Вскоре они оказались на улице перед шумной харчевней, и Марк был как никогда рад вдохнуть полной грудью ночной морозный воздух. Луна уже сияла тусклым светом высоко в небе, освещая окрестности. Улицы пустовали, и только «У Гиббса» хохотало всякое отребье, слышна была музыка и многоголосая брань.       Марк перекинул плащ через руку, несмотря на то что осенние ночи становились все холоднее и холоднее. Они с Евой двинулись вдоль дороги.       Эти районы Ланкастера не славились ни красотой, ни безопасностью, ни дружелюбием местных. В переулках разило помоями, лежали пьяные вдрызг бездомные, частенько можно было нарваться на драку. Поэтому Марк и выбрал такое место для временного пристанища: был уверен, что тут его не станут искать. Надо признать, ошибся. Его план совсем не предполагал, что кто-то вроде Евы Морган — в шелках и мехах, с аристократичной высокомерностью наперевес — начнет искать его в захолустной забегаловке.        — Как же вы нашли «своих людей» в районах, подобных этим? — не удержался он от вопроса.        — Готовы еще немного пооткровенничать?       Марк ухмыльнулся.        — Спрашиваю из чистого интереса. Совсем уж вы не сочетаетесь с местными жителями.       Ева лишь хмыкнула. Марк уже было решил, что не дождется ответа, но спустя время она медленно заговорила:        — Любопытство. И упрямство. Родители многое запрещали в детстве. Постоянно твердили о правилах: леди должна вести себя так, леди не должна делать этого, леди не может опуститься до уровня простаков. И многое другое, — она взмахнула рукой и вздохнула. Прервала себя ненадолго, словно задумалась. — Однажды со мной кое-что приключилось. Мне было четырнадцать. Мать взяла меня, Эмму и нашу служанку, миссис Вудс, с собой в город, чтобы купить несколько вещей. Мы разделились. Ей нужно было решить еще какой-то вопрос, а нас с Эммой оставила с миссис Вудс на рынке. Я была скверным ребенком, и почти сразу незаметно от них скрылась. Ушла посмотреть на какого-то уличного фокусника. И не заметила, как потеряла из виду миссис Вудс с Эммой. Забрела в переулок, пока их искала. Тогда я еще не подозревала, с какими опасностями могла столкнуться. Почти сразу наткнулась на местных бродячих мальчишек, которые уже поглядывали на меня как на легкую добычу. Они начали ко мне приставать, лезть по карманам, дергать за волосы. Тогда я по-настоящему испугалась, хотя сейчас понимаю, что все могло быть гораздо хуже. Я могла столкнуться не с дворовыми мальчишками, а с кем пострашнее. И на удивление, меня спас такой же дворовый мальчишка. Он был постарше и сильнее, быстро отвадил их от меня. Думаю, я ему понравилась, — Ева усмехнулась. — Хотел получить награду за спасение девочки из хорошей семьи. И получил. Он вывел меня обратно на рынок и помог найти миссис Вудс. Как же она распереживалась, бедняжка. Вскоре уволилась по собственному желанию, потому что не справлялась с моими выходками. И в тот день я поняла, что на улицах необязательно все хотят причинить тебе вред. Тот мальчик, он был обычным. Таким же ребенком, как и все мы, только без семьи и дома. Я взглянула на него совсем иначе. А потом…       Она как-то странно улыбнулась и замолчала.        — Вы бегали на свидания с ним? — удивленно предположил Марк.        — Ох, нет-нет, — она рассмеялась. — Это было бы слишком. Просто тот случай стал некой поворотной точкой. Он пробудил во мне интерес. И со временем я стала сбегать из дома, чтобы посмотреть на ту, другую жизнь. Я убегала в полночь в трактиры, знакомилась с обычными людьми и делала все, что хотела. Попробовала табак и мерзкий дешевый алкоголь. Поначалу мне было весело, а позже я начала использовать это для своей выгоды. Среди подобных мальчишек можно найти смышленых и хорошеньких, которые за лишний шиллинг и очаровательную улыбку добудут тебе любую информацию, которую только пожелаешь.        — Не могу поверить, что после этого вы ни разу не попадали в неприятности из-за своей беспечности. Мальчишки — это одно дело, совсем другое — два или три взрослых бугая, которые могут зажать вас где-нибудь в углу.        — Признаю, не всегда все шло так, как мне бы этого хотелось, — согласилась Ева. — Но я могу за себя постоять. Научилась.       В этом Марк не сомневался. Он вдруг осознал, что это был тот единственный момент за сегодняшний вечер, когда Ева была с ним искренна.        — Вы ведь тоже из состоятельной семьи, Марк, — подметила она. — Это заметно.        — Не настолько состоятельной, как ваша, мисс Морган. Но, признаю, я получил достойное образование и рос без нужды. До определенного момента в жизни.       Повисло молчание, и Марк сообразил, что Ева все же развела его на откровения. Конечно, не просто же так она выдала ему историю своей жизни. И сейчас очень внимательно запоминала все факты, которые он так неосторожно выпускал из себя.        — До момента…        — До момента, который вас не касается, — отрезал он жестко. Жестче, чем собирался.       Ева снова замолчала. Поняла, наверное, что затронула нечто важное и больное. Марк потер переносицу. Нужно было заканчивать. Он уже слабо соображал и мог выболтать еще больше на пьяную голову.       Они вышли на широкую, освещенную фонарями дорогу. Марк остановился и замахал рукой плетущемуся впереди кэбу.        — До Олдклиффа я с вами не поеду, уж простите, но в экипаж посажу.        — Наверное, я была недостаточно притягательной.        — О, вы были в высшей степени обольстительной, — успокоил ее Марк.       Он подумал, что она его почти соблазнила, но сохранил непроницаемое лицо. Ева изучающе склонила голову набок.        — Вы интересный человек, Марк, — сказала она. — Я чудесно провела время и надеюсь, что мы с вами еще встретимся. Напишите мне как-нибудь.        — Я сильно в этом сомневаюсь.        — Тогда я напишу вам сама. Я знаю, где вы остановились.        — Не могу представить, под каким предлогом вы захотите встретиться со мной.        — Хочу поработать с вами, — неожиданно прямо заявила Ева. — Думаю, из вас выйдет хороший напарник.       Марк почти опешил от такого предложения. Кэб остановился совсем рядом, и он понизил голос.        — Напарник? Простите меня, мисс Морган, но я работаю один.        — Я тоже. Именно поэтому я уверена в своем решении.        — Я работаю на Совет.        — Я тоже. Но что-то мне подсказывает, что Совет над вами не властен. А у меня есть парочка интересных предложений.       Он встретился в ней взглядом и заметил, как в голубых глазах летают озорные искорки. Что она задумала? Он был уверен, что раскусил все ее планы, но эта девушка порой просто обескураживала. Она таким образом хотела сблизиться с ним? Или ей просто нужна помощь? И если так, то почему она обратилась к нему?       Возничий нетерпеливо постукивал ногой.        — Что ж, я буду ждать вашего предложения и дам знать, если оно меня заинтересует, — наконец ответил Марк.       Он открыл дверцу, помог Еве сесть в экипаж и всунул плату возничему.        — До встречи, Марк. Уверяю вас, вы не пожалеете.        — До свидания, Ева.       Попрощавшись, он наблюдал, как кэб удалялся в сторону южных окраин, сопровождаемый звонким цокотом копыт. И чувствовал азарт. Все эти игры, которые так усердно навязывала Ева, его привлекали — он не мог это скрыть.

***

      Когда Ева тихонько пробралась в свою комнату, было уже далеко за полночь. Она скинула плащ, стянула туфли и перчатки. Не задумываясь, вытянула из угла между тумбочкой и кроватью открытую бутылку шерри, которую недавно стащила из домашних запасов. Хрустальный бокал приветливо ожидал на серебряном подносе на комоде. Золотистая жидкость с приятным плеском скользнула в бокал. Ева устало опустилась прямо на пол и прислонилась спиной к кровати.       Первый глоток перекрыл противное послевкусие дешевого джина. Постепенно мысли начали успокаиваться. Когда Ева только села в кэб после разговора с Марком, осознала, что все это время находилась в постоянном напряжении. Сердце билось учащенно, ладони вспотели. И дело было совсем не в откровенных заигрываниях. Дело было в том, что привлекательный мужчина, с которым она флиртовала, являлся орионом с одним из самых опасных даров — ментальными манипуляциями.       «Вы же знаете, что я могу залезть к вам в голову и найти все, что захочу?»       В тот самый момент вся авантюра показалась Еве настоящей глупостью, и она готова была отказаться от своей же идеи, которую предложила родителям. Втереться в доверие телепата? Сумасшествие.       Ева сделала еще пару глотков. Она не знала, каков был диапазон способностей Марка. Мог ли он читать мысли? Гипнотизировать? Вызывать галлюцинации? Но ни один из навыков не внушал ей чувства облегчения.       Ева Морган много читала и много знала про дары охотников за вампирами. Они были разные. Одни связаны с энергией солнца и луны, света и тьмы, как у самой Евы. Другие развивали личные способности ориона до максимума, делая его необычайно быстрым, сильным или выносливым. Наделяли абсолютным зрением или слухом, как у матери. Существовали и более сложные, такие как взаимодействие с энергией времени или пространства, как у отца.       Но самыми редкими и неизученными являлись именно дары, связанные с разумом. Они же считались и самыми опасными.       Сегодняшним вечером Ева несколько раз задавалась вопросом: «Копается ли он в моих мыслях прямо сейчас?».       Это пугало. С детства ей не нравились врачи и учителя, которые говорили, что она ведет себя слишком неправильно. Слышала, как матери предлагали испробовать на ней технику гипноза и еще какие-то странные методы, которые «помогли бы успокоить ее». Ирен решительно отказывалась, но внутри Евы все равно укоренился некотролируемый страх.       Позволить кому-то разбираться с ее мыслями и поведением и анализировать, как экспериментальную крысу? Ни за что.       Откинув пугающие мысли, Ева протерла глаза. В остальном Марк вел себя сносно. Можно сказать, что ей нравились его пропитанные иронией и колкостями шутки, небрежное отношение к правилам — в этом они были похожи. Мелькнула мысль, что Марк даже был в ее вкусе.       Все же она отставила бутылку и из последних сил переоделась. Глаза слипались, тело становилось ватным. Ева перебралась на кровать и уснула глубоким сном, как только закрыла глаза.       Она проснулась разбитая, потому что Скарлетт с утра вломилась — иначе не скажешь — с причитаниями, что в ее комнате снова царит беспорядок. Конечно же, заметила бокал с остатками шерри на дне, но промолчала. Ева не была готова слушать ее громкую болтовлю после такой ночи и спровадила служанку побыстрее в коридор.       После завтрака предстоял доклад родителям.        — Приехал откуда-то издалека, снимает комнату, — рассказывала Ева в кабинете отца. — Много путешествует. Вероятно, Совет посылает, но я так и не смогла узнать, чем именно он занимается. Скорее всего, на хорошем счету. Иначе как объяснить, что он не следует точным инструкциям и совсем не беспокоится о последствиях?        — Да, этот Марк совершенно точно занимает какое-то особое положение, — кивнул отец. — Это меня и беспокоит. Почему послали его?               — Он может проникнуть в сознание человека. Может, у него было особое задание? Выудить что-то из головы вампиров?        — И его отправили на это задание одного? Без отряда?       Ева пожала плечами и медленно протянула, припоминая:        — Предпочитает работать один.        — Бессмыслица какая-то, — хмыкнул Фред. — Слишком уж много тумана вокруг его персоны.       Ирен, которая сидела в кресле и записывала все на листке бумаги, прервалась и внимательно посмотрела на Еву.        — Он читает чужие мысли?        — Я не знаю, — призналась Ева. — Он сказал, что может залезть ко мне в голову и все узнать. Мои планы, мотивы… Даже разговоры с вами.        — Этот напыщенный павлин угрожал тебе? — Фред, сидевший за столом, грозно нахмурил брови и напряженно сжал подлокотники. — Если он хоть что-нибудь с тобой сделает, я…        — Нет, папа, — Ева закатила глаза. — Он не угрожал мне и вообще вел себя довольно мило. Проводил, удостоверился, что я в безопасности доберусь до дома. Он согласился поддерживать со мной связь, так что я смогу узнать о нем побольше. И о его силах.        — Будь осторожна, милая, — сказала Ирен. — Этот Марк многое скрывает, и я ему не доверяю. Но его личность интригует. Он играет какую-то важную роль. Это может быть полезным. В такое неспокойное время нам пригодится любой рычаг давления.        — Рассказывал что-то еще про себя? Про семью, может быть? — не унимался Фред.        — Напрочь отказался назвать фамилию. Сказал: вы же любите загадки, мисс Морган, так вот разгадайте эту, — она хмыкнула. — И еще. Он упомянул, что рос без нужды в хорошей семье, но до определенного момента.        — Какого момента?        — Этого он уже не сказал. Проболтался случайно. Но произошло что-то, что до сих пор его терзает.

***

      В библиотеке было просторно и светло, пахло старыми книгами и чернилами, а любой шум звонко отражался от стен. Широкие окна эркера сегодня разрезали живыми узорами дождевые капли.       За массивным столом в центре библиотеки сидел Люк, склонившись над книгой. Прятался среди стопок фолиантов и справочников, четко разделенных по темам. Эмма внимательно читала дневник отца на подушках у эркера. То и дело она прислонялась в задумчивости к окну и наблюдала за дрожащими от дождя в саду кустами роз.       После поездки в Квернмор Эмма с Люком принялись изучать полученные находки и собирать информацию. Первым делом Люк искал сведения о господине Р. Освальде. Каким именно образом он смог очаровать Фреда Моргана и выпросить себе доступ к папкам со сведениями по местным преступникам, Эмма не знала. Использовал все свое обаяние и щепотку удачи, не иначе. Люк перебрал данные об известных нелегальных торговцах, мошенниках, поставщиках, нашел парочку людей с фамилией Освальд, но ни один из них, в конце концов, не подходил под краткое описание, которое Люк и Эмма собрали из исходного письма. О расшифровке личности таинственного Д. не могло быть и речи. Эмма надеялась, что сможет узнать что-то о нем в дневнике отца, но пока что поиски не увенчались успехом. Уже на протяжении нескольких дней они не могли найти ничего нового.       Теодор Марлоу писал о работе не так часто и не так много, как хотелось бы Эмме. Оно и понятно. Какой охотник на вампиров будет выкладывать подробности секретных дел в ежедневнике, где любой желающий мог прочитать? И все же, несмотря на неудавшиеся поиски, Эмма радовалась возможности хоть одним глазком заглянуть в прошлую жизнь.       Люк закрыл очередную толстую книгу с громким хлопком, пролетевшим звучным эхом по воздуху.        — Нам нужно отправиться в Эдинбург, — заявил он, недовольно нахмурив брови. — Что толку листать сейчас бесполезные пыльные книги и тыкать пальцем в небо, когда у нас есть конкретная зацепка?       Если даже у Люка закончилось терпение, то им точно пора сменить подход. Эмма была с ним согласна, и, будь ее воля, уже бы стремглав помчалась собирать вещи в дорогу и села в ближайший поезд. Но все было далеко не так просто.       Во-первых, Морганы все еще опекали ее и не отпускали одну даже прогуляться по вечерам. Кто с ней поедет? Люк? Возможно, но с ним наедине они ее тоже не отпустят, как бы ни доверяли. Это было неправильно и неуместно, Эмма знала. И ни Фреда, ни Ирен втягивать в сомнительную поездку тоже не хотелось — даже если допустить возможность, что они согласятся.       Во-вторых, ей придется пропустить тренировки и занятия, а Эмма и без того ощущала себя отстающей. С другой стороны… Ведь не затянется эта поездка надолго? Недели хватит с лихвой, чтобы доехать до Эдинбурга, встретиться с мистером Маккензи и, возможно, с самим Освальдом. А после она успеет все наверстать.       И в-третьих. Куда и ради чего они, собственно, собирались ехать? Зацепка была настолько хлипкая и размазанная, что ни один нормальный человек не воспринял бы ее серьезно. С чего они вообще решили, что письмо Освальда связано с ее даром? Глупо.       Глупо. Глупо. Глупо.        — Мистер и миссис Морган ни за что не отпустят меня, — безнадежно сказала Эмма, подперев локтем голову. — Только если отправят со мной отряд вооруженных до зубов орионов.       Сказав это, она вдруг замерла. Отряд, может, они и не смогут найти, но парочка охотников могла бы склонить чашу весов в пользу Эммы.        — У меня есть идея.       Она вскочила с места и поспешила к двери из библиотеки, пока Люк с недоумением провожал ее взглядом. Меньше чем через минуту она уже настойчиво стучалась в комнату Евы. Та сидела за письменным столом, заваленным бумагами, книгами и какими-то папками. Сосредоточенно поджимала губы и щурила глаза, вчитываясь во что-то.        — Спешишь так, будто чуть не столкнулась со Скарлетт в коридоре, — подметила Ева, не отрываясь взглядом от документа перед собой.        — Мне нужно кое-что обсудить с тобой, — заявила с порога Эмма с решительностью, удивившей даже ее саму.        — Ого, — Ева повернулась к ней. — Давно не видела тебя такой воодушевленной и… напряженной одновременно.        — Это важно. И я даже не знаю, с чего начать.        — Начни с начала, — Ева устало выдохнула.       Кажется, она была не в духе. Медленно подошла к излюбленному креслу у окна и опустилась в него, положив руки на подлокотники. Прямо как отец. На свету было заметно, что под ее глазами залегли тени.        — Ты где-то была ночью? — осторожно спросила Эмма.        — Да, в городе.        — Это… по заданию?        Сложно было понять, как много Ева готова рассказать. Та частенько уходила из дома и многое скрывала от семьи. Даже от Эммы. От этого осознания на языке горчило, но подступиться к Еве было непросто. В какой-то момент их жизни она отстранилась и начала жить сама по себе. Закрылась.        — Можно и так сказать, — она отвела взгляд, явно не желая вдаваться в подробности. — Лучше расскажи, что у тебя случилось?       Эмма прошла в центр комнаты, сделала глубокий вдох и выдох, чтобы собраться с мыслями.        — Все началось с моего кулона. Ты знаешь, что мне ничего не известно о том, кто его создал и как. Но позже я говорила с Люком…       И Эмма рассказала все. Как они с Люком отправились в поместье Марлоу, как нашли загадочное письмо от Освальда и пытались понять, что он за человек. Рассказала про их догадки о том, что таинственная фигура, с которой связал ее отца Освальд, может быть создателем кулона.        — Никогда не слышала про этого Освальда, хотя он, судя по всему, специализируется на помощи орионам в теневых сферах, — протянула Ева задумчиво после того, как Эмма закончила рассказ. — И что ты собираешься делать со всей этой информацией?        — Единственная ниточка — это связной Освальда, Маккензи. Нам известно, что он советник в Эдинбурге.        — И ты хочешь поговорить с ним?        — Да, он поможет найти Освальда.        — Или откажется и предупредит Освальда, что его разыскивают, — возразила Ева. — Такие лица не связываются с кем попало, Эм. Если бы это работало так, Освальда бы уже давно нашли и прикрыли его лавочку. А еще они ничего не делают просто так. Любая информация имеет цену.        — Я готова рискнуть. Если это поможет мне узнать правду.        — Еще бы! — Ева покачала головой и встала с кресла. Прошлась к окну и опустила руки на подоконник. — Для чего тебе вообще понадобилось узнать, кто создал твой кулон? Главное, что он работает и спасает твою жизнь.        — Все не так просто. Люк думает, что кулон может быть связан с моим даром.        — Каким образом?        — Я не знаю, — призналась Эмма. — Может, он как-то блокирует мои способности или… Я не знаю, правда. Наверное, это всего лишь слишком призрачная соломинка. Но это объяснило бы, почему я до сих пор не могу раскрыть свои способности.       Ева медленно вздохнула и задумалась. Было видно по ссутулившимся плечам, что на уме у нее слишком многое. Эмма в очередной раз задалась вопросом, что же ее тревожило. И вдруг пожалела о своем внезапном порыве пойти за помощью к подруге. Наверняка, у той и так было полно дел и своих проблем, особенно сейчас, когда слухи о древних стали реальностью. А тут она — наивная и отчаянная — заявляется к Еве с безрассудными идеями.        — Хорошо, — Ева развернулась к ней лицом. — Я поеду с тобой.        — Что?       Эмме, наверное, послышалось.        — Ты же намерена отправиться туда и рассказала мне это все не просто так, я правильно понимаю? Опережая твой вопрос — да, я поеду с тобой.       Эмма раскрыла рот от удивления, не зная, что сказать. Когда она мчалась по коридору, она, конечно, хотела просить Еву о помощи. Но совсем не предполагала, что та мгновенно даст ответ. Более того, согласится. Неужели так просто? Не может быть.        — Но есть условия.       Конечно, ничего не может быть просто так.        — Я буду принимать решения и вести диалог с Маккензи, — начала Ева. — Если ты хочешь, чтобы все прошло гладко, то мы сделаем это по-моему.        — Хорошо, конечно, — безропотно согласилась Эмма, все еще не веря в свою удачу.        — И это не все. Путь до Эдинбурга будет отнюдь не легкой прогулочной поездкой, и нам крупно повезет, если мы не встретим кого-нибудь неприветливого. Вдобавок, придется иметь дело с Советом. И с этим подозрительным Освальдом, если все пройдет по плану.        — Люк поедет с нами, — с готовностью заверила Эмма. — Он поможет уладить некоторые вопросы. Можно спросить Виктора, готов ли он помочь…        — Вик и Люк — одного поля ягоды, — отмахнулась Ева. — Хватит одного. Вдобавок, он будет занят здесь, в Ланкастере. Время неспокойное. Будет лучше, если он останется дома. Тут есть чем заняться. Архивные бумаги перебирать, сопоставлять даты убийств и прочая скукота.        — Так вот почему ты так быстро согласилась! — догадалась Эмма. — Тебе просто не хочется страдать над бумажной волокитой.        — Не без этого, — ухмыльнулась Ева. — Порой я думаю, что орионы чаще занимаются бюрократией, чем борьбой с темными силами. Кстати, я знаю того, кто сможет нам помочь!       Эмма внимательно вгляделась в самодовольное лицо Евы. У нее всегда были полезные знакомства. На все случаи жизни. К этому Эмма уже привыкла, но совсем не ожидала имени, которое озвучит Ева.        — Наш новый знакомый. Загадочный Марк-телепат.        — Марк? Но мы ведь его едва знаем. Ты доверяешь ему?        — Нет, — честно ответила Ева. — Понятия не имею, чего ожидать от него. Но он может быть полезен.        — Но ведь он…        — …сильный орион со способностями, которые могут нам пригодиться при беседе со связным. К тому же, он явно не последнее лицо в Совете. Нужно всего лишь заинтересовать его. Я придумаю что-нибудь. И так я смогу за ним присматривать.        — Присматривать? — переспросила Эмма, но Ева ничего не ответила, задумавшись. — Не понимаю, почему ты решила, что Марк захочет помочь нам. При встрече он выглядел совсем незаинтересованным в нас. Да и у него наверняка своих забот хватает.       На лице Евы проскользнула усмешка.        — Захочет, — заверила она. — Я заключила с ним сделку. Правда, изначально мои планы были несколько другими, но поездка в Шотландию звучит намного интереснее.       Приподняв брови, Эмма глубоко вдохнула. В голове не укладывалось все происходящее. Неужели Ева действительно вызвалась поехать вместе в ней в Эдинбург? И что связывало ее с Марком?       В любом случае, пока они не поговорят с Фредом и Ирен, не стоило ни на что надеяться. Можно было придумать какой угодно план и приобщить к нему хоть половину орионов Ланкастера, все зависело от главы семьи. Инициатива Евы много выигрывала для Эммы. Родители относились к планам и идеям Евы сомнительно, но она умела их убедить, да и ее опыт в самостоятельных заданиях играл немалую роль. Но с другой стороны чаши весов был Марк — человек, которому никто в этом доме не доверял, и Эмма совсем не была уверена в идее привлекать его к этой поездке.       Кажется, что они с Евой вдвоем обладали расположенностью к сомнительным затеям.        — Ева, — позвала Эмма. — Спасибо. Я и подумать не могла, что ты так быстро согласишься помочь.        — Хм. Но все же ты была уверена, что я соглашусь? — хитро улыбнулась Ева.        — Ты единственная, кто может поддержать настолько странную и безрассудную идею.        — Этот мир и так безумен. Не имеет значения: одной сумасшедшей идеей меньше, одной — больше. К тому же, ты смогла меня заинтересовать.

***

      Прошло несколько суток, прежде чем Эмма решилась на разговор с Морганами. Она нервно репетировала речь, шагая по комнате взад-вперед и собирая в голове любые доводы, которые могли бы помочь ей в убеждении. Люк вызвался присутствовать на собрании, чтобы оказать поддержку, а Ева, казалось, совсем не нервничала и даже не думала о предстоящей беседе.       Все собрались в кабинете, кроме Виктора: он был в отъезде по указаниям Совета. Ирен была удивлена напряженной обстановкой среди собравшихся и сразу заподозрила неладное, нахмурив брови и ожидая чего-то из ряда вон выходящего. Что ж, она не ошиблась.       После того как Эмма пересказала всю историю, сгладив углы в некоторых моментах, Морганы были настроены резко негативно и восприняли идею поездки как «чистое безумие». Но затем в разговор вступила Ева и с ледяным спокойствием на лице ответила на все до одного вопросы родителей. Как Эмма сможет защититься в случае нападения вампиров? Она не беспомощный ребенок, и к тому же с ней будут совершеннолетние и опытные охотники. Каким образом она продолжит обучение? Ведь на поездку может уйти не одна неделя. Ответ: Ева и Люк будут продолжать обучать ее боевым приемам и защите.        — И что это за человек в Эдинбурге, который может вам помочь? — спросила Ирен и с недоверием прищурила глаза.       Изначально Эмма с Евой согласились в том, что Фреду и Ирен не стоило знать имена тех, кого они собирались найти. Им предстояло иметь дело с членом Совета, и, если вдруг переговоры пройдут плохо, все может закончиться так, что придется отвечать перед законом. И уж точно Морганам не следовало знать, что их дочь и подопечная связываются с неким опасным мошенником.        — Это просто господин-связной, про которого мы узнали из письма, — отмахнулась Ева, будто информация совсем ничего не значила.        — И у названного господина есть имя? — надавил Фред.        — Конечно, есть. Но было бы глупо с нашей стороны его выдавать, ведь это совершенно секретно, — на последних словах Ева театрально перешла на шепот.        — Вы ходите по тонкому льду, юная леди! — Ирен теряла терпение, ее глаза искрились от гнева. — Хватит вилять. Мы никуда вас не отпустим, если не узнаем, к кому конкретно вы направляетесь.       К удивлению всех присутствующих, в центр комнаты выступил Люк.        — Я приношу свои извинения за слова Евы, миссис Морган, — он пустил в ход свои чары и заговорил с истинно-джентльменским тоном. — Я понимаю, что вся ситуация выглядит крайне сомнительной, и у вас и мистера Моргана есть все основания переживать за ваших прекрасных девушек. — Эмма заметила, как Ева закатила глаза на этих словах, и едва сдержала смешок. — Скрыть имя того, с кем нам предстоит встретиться, было моей идеей. Я искренне верю, что в такое деликатное дело стоит посвятить как можно меньше участников. Но могу заверить, что это уважаемый член Совета Шотландии, никаких неприятностей не предвидится. Вам не стоит волноваться, я лично прослежу за этим. Готов взять на себя ответственность и примусь отвечать за любые недоразумения. Но абсолютно уверен, что их не должно возникнуть.       На лицах мистера и миссис Морган все еще проступала тень сомнения и нерешительности, но взгляды смягчились. Люк всегда им нравился и внушал большое доверие, и Эмма знала, что они готовы были положиться на него.       Заметив, что обстановка в комнате немного оттаяла, а стена непоколебимости Морганов дала трещину, Эмма робко заговорила:        — Я понимаю, что прошу очень много, но, с вашего позволения, эта поездка может стать самым лучшим подарком на мое семнадцатилетие. Представьте, что это попросту путешествие в другой город с моими друзьями. А между тем мы попробуем разрешить одну загадку.        — Это могло бы быть обычным путешествием с твоими друзьями, Эмма, если бы не все открывшиеся обстоятельства и напряженная ныне обстановка, — заметил Фред.       Было еще много возмущений и сомнений в сторону их безопасности, участия Марка в странной авантюре, долгой дороги, обращения к чужому Совету. Фреду совершенно не нравилась эта идея, и Эмма его понимала, но упустить призрачный шанс узнать что-то о своем даре и родителях она не могла. Она просила, убеждала, настаивала, умоляла. И в конце концов, наверное, заметив в ее глазах, что она не отступит, со скрипом на зубах Морганы согласились.       Когда они втроем выходили из кабинета и шаги отдавались эхом по пустому коридору, Эмма обратилась к Люку:        — Это ведь было не вашей идеей — не называть имена. Вы соврали им.        — Мистер и миссис Морган доверяют мне, — просто сказал Люк, пожимая плечами. — Я сделал все, что было в моих силах, чтобы они согласились. Даже если пришлось пойти на маленькую ложь.        — Как благородно, Люк, — протянула Ева. — Смотри, как бы твой лимит доверия не исчерпался после этой поездки. Ты дал им слишком много опрометчивых обещаний и заверений в том, что все пройдет как по маслу. Уверен, что сдержишь их?        — Нет, — Люк тяжело выдохнул. — Но я сказал то, что должен был. И в одном не приукрасил: я действительно возьму на себя ответственность за любые проблемы и готов отвечать головой за вашу безопасность.