foxholestuck

Неделю назад они с Дейвом запарились и установили на двери замок, простенькую щеколду, купленную в строительном за копейки. Это была, конечно, в первую очередь инвестиция в отсутствие тревожности в их сексуальной жизни и во вторую попытка оградиться от лисов, чьё личное пространство с лёгкостью раздвигало чужие. Выбираться из рук Дейва под трещание мобильника было не лучше, чем делать то же от рук Терези в объективной, а не цифровой реальности. – Да? – Каркат лёг обратно и закрыл глаза, отвоёвывая у своего сна ещё пару приятных минут до того, как придётся подниматься и жить. – Пизда! Вставай, Креветка, нам необходимы твои сильные мужские руки! И бойфренда своего захвати тоже, найдём чем его занять. Дейв во сне резко выдохнул и шевельнулся. – Его хуй добудешься сейчас… Сколько, блять, времени вообще? – голос у Карката выходит развязный, мягкий, немного липкий. – Время готовить зал к концерту! Всё, вываливайся, а то начну камни в окна кидать. Терези отключилась, и Каркат вздохнул сам для себя. Чего не сделаешь ради любви, особенно если это любовь к единственной подруге.

***

– Я ебу, что ли, как это должно работать? – прорычал Каркат, обращаясь к чему-то между Терези и усилителем звука. – Ну ты же программист, Каркатик, ты же разберёшься? – просит Терези высоким голосом, также наклоняясь к проводам. – Я вообще-то коды пишу, а не подключаю ебучие звукоусилители, – рычание никуда не ушло, а Каркат попробовал воткнуть один из проводов в одно из отверстий. Подошло. Терези провела медиатором по струнам, и их обоих ошпарила громкость звучания. – Блять, Пайроп! – проорал Каркат, а Терези на это засмеялась. – Мой герой! Оставались ещё какие-то приготовления. Для саундчека они позвали какую-то знакомую старшекурсницу, она была азиаткой и носила короткое платье в азиатском стиле. Её губы ровным слоем закрывала ярко красная помада, и сложно было предположить, во сколько она встала, чтобы в одиннадцать утра контур выглядел настолько хорошо. Эквиус помогал с остатками света и на баре. У Вриски был какой-то знакомый поставщик, и они закупали пиво и водку самостоятельно, чтобы в конце концерта забрать остатки на аферпати. На которое, безусловно, и Каркат, и его бесполезный парень были приглашены с целых двух сторон, как лисы и как близкие друзья басистки. – И долго это продлится? – Каркат свесил ноги с края сцены, пока Непета что-то кричала Дамаре через ползала. Видимо, комментарии на тему того, насколько хорошо работает микрофон. – Часа два. Потом немного порепетируем, потом обед, думаем ещё сгонять шмоток купить, – Терези ногой подвинула усилитель и сняла гитару с плеча, чтобы сесть рядом с Каркатом. Её рыжие волосы вышли в свет в полном беспорядке, совершенно очевидно контрастируя с помадой Дамары. – Я поеду поем. Не хочу, чтобы на меня опять Непета вешалась, – Каркат глянул на эту нелепую чирлидурскую кошко-девочку, которая за сегодня несколько раз пыталась повиснуть у него на плече и не переставала поглядывать через плечо. – А то что, Страйдер отругает? – Терези шлёпнула его по предплечью, Каркат заулыбался и толкнул её в ответ.

***

В торговом центре залы заливались музыкой из наушников. Терези пробовала на вкус кей-поп, поэтому Каркат пробовал тоже. Выходило неплохо, он даже мог сказать, что ему однозначно нравились Twice, хотя заучивать имена участниц он не собирался. Впрочем, карточки с картинками в чём-то всё же были привлекательны. Как бы то ни было, в кафе он заказал латте, выдернув при этом один из чёрных аппартов. Парень за кассой, у которого в тёмных волосах просвечивали жёлтые и зелёные прядки, ему подмигнул. Это Карката значительно смутило, и он пропялился в телефон всё время, пока ждал свой кофе. дейв првет солнце тебя где носит? 12:14

я поехал за кофе думаю ещё шмоток купить на вечер у тез концерт сегодня 12:15

дейв о бля точно охуенное будет дерьмо с последним треком я им помогал хехе пиздатая штука я бы пошёл с тобой но у меня курсач…. 12:17 Каркат улыбнулся в телефон.

я учись студент 12:18

дейв < 3 12:18 дейв пришли фотку из примерочной лучше без одежды 12:19

***

Штаны мятного цвета перестали нравиться Каркату ровно в тот момент, когда они оказались в очереди на концерт. Дейв присвистнул, когда их увидел, в целом выражая своё одобрение, которое, впрочем, больше относилось к чёрной обтягивающей водолазке. Каркат надел что-то непривычное почти принципиально, осознанно выталкивая себя из привычного образа в, тем не менее, осозноваемо непривычную среду. Типа, если не получится, то он всё равно в такой атмосфере, которая ему мало что может напомнить. – У тебя ещё осталась курилка? – спросил Каркат, пока вечер быстро заполнял улицы и пространство между ожидающими. Дейв обычно не курил, но с приближением срока сдачи курсовых начал таскать в общежитие одноразовые электронные сигареты, которые покорили Карката схожестью с жвачкой, низким содержанием никотина и той странной близости, которая возникает между людьми, которые стреляют друг у друга электронные сигареты. – Попробуй, но по-моему она уже умерла смертью храбрых, – Дейв передал ему кусок полужёлтой пластмассы, и на попытку Карката она ожидаемо не отозвалась. – У нас будет зависимость, если мы продолжим эту хуйню покупать, – прокомментировал он, пробуя затянуться ещё раз. Нет, ничего, только вкус жжёной ваты. – У меня будет нервный срыв, если я не сдам органическую химию, – Дейв выдохнул облако белого пара, и очередь вместе с этим продвинулась человек на пять. – Всё ты сдашь, ты же неебаться какой умный. – Ага, а ещё красивый, добрый, обаятельный, – Дейв распался в улыбке, и её невероятно приятно видеть, когда он без очков. То, как он прикрывает глаза, как появляются маленькие складки у висков, почему-то лучше становятся видны его зубы и губы. Каркату ужас как хочется его поцеловать.

***

Девочки играют что-то между инди-роком и инди-попом, Каркат глушит дешёвый коктейль из бара. Налила его ему Роуз, она же сделала просто космическую скидку к тому, что и так стоило не шибко дорого. Дейв ускакал куда-то, кажется, искать Джона, и вместе с водкой в Карката поползло тупое чувство одиночества. Нет, конечно, у него была Терези. Его Терези, его шикарная подруга, его лучший товарищ и невероятная приятельница скакала сейчас по сцене, разбрасывая рыжие волосы и изрекая из гитары что-то только наполовину вразумительное. Впору гордиться. В толпе Каркат разглядел Гамзи. Высокая фигура и его новые дреды, с которыми он просто приехал в один из вечеров. Тёмно-русые настоящие волосы и искусственные фиолетовые, никто даже вопроса не задал, впрочем, могло быть и так, что Гамзи и не смог бы на него ответить. Каркат хотел подойти. Спросить какую-нибудь такую же чушь, как было про вафли, даже непонятно, подтвердить эту связь скорее для себя или для него. А потом в голове всплыли картинки того, как это не нравится Дейву. Что-то, конечно, было в том, чтобы перечить Страйдеру и делать назло. И суть, конечно, была не в том, что Дейв прав относительно Гамзи, в конце концов, бывает и так, что наркоман наркоману рознь. Карката скорее напрягал вообще сам факт того, что Дейв против. Как будто это потенциальная тема для конфликта, а ещё, возможно, справедливое опасение. Так, должно быть, выражается внимание к чужому мнению. Как бы то ни было, рядом с Гамзи скоро возник кто-то ещё, в полтора раза его ниже, тоже кудрявый. Лицо Каркат не рассмотрел, а одежду в темноте оценить было сложно. Он почти успел предположить, что это мог бы быть какой-нибудь из парней, которым Гамзи продаёт свои излишки, однако в следующие несколько секунд они поцеловались. Гамзи наклонился, подхватывая этого парня у рёбер, и тот вытянулся во весь свой небольшой рост. Каркат отвернулся к сцене. Где там Дейва носит?

***

– Надо поиграть во что-нибудь, – сказала Терези, падая на диван рядом с Вриской, при этом едва не споткнувшись о собственные ноги. Афтерпати, контрастируя с концертом, складывалось мирно, тихо и при стандартном электрическом свете. Каркат уже минут пятнадцать рассматривал Тавроса, пока он негромко что-то рассказывал Гамзи. По тому, как они выглядели, вообще невозможно было сказать, что они не вместе. Гамзи прикрывал глаза, улыбался своей полупьяной улыбкой, а рукой забрался на внутреннюю сторону чужого колена. Тавросу это всё, похоже, нравилось. Он производил впечатление очень спокойного и тихого человека, и Каркат бы не поверил, что у него в стакане абсент, если бы сам не видел, как он туда его наливает. Дейв бросался чем-то в Джона через стол, кажется, попкорном. Удивительно романтично оказалось полулежать на его плече и думать про бывшего (бывшего ли?) парня своего друга. – Во что, блять? В покер? – Вриска закинула ногу на ногу и глотнула из своего стакана. – У нас есть монополия! – радостно предложил Джон, и Роуз засмеялась в своём кресле. Каркат немного занервничал: он вообще представления не имел, как играть в монополию. Или в покер. Вообще в любую игру, кроме спортивных, а ещё уно и библейской викторины. – Правда или действие? – предложила Непета сладким, растягивающимся голосом. Что это такое Каркат тоже не знал, но часть ребят за столом сморщилась, а другая наоборот завиляла хвостиком. Было интересно, как отреагировал Дейв, но с его плеча было не видно. – Ещё бутылочку бы предложил, мы что, в шестом классе? – зарычала Вриска, пока Терези не погладила её руку. – Врис, заебись же вариант, явно лучше мафии. Или монополии, – Терези неприятно и заразительно захихикала, все потянулись за ней. Джон изобразил унижение на лице, но он, кажется, всё равно был доволен. Вокруг него был разбросан попкорн. – Окей, тогда погнали! Кто предложил? – Терези взяла на себя организацию, а Каркат забился в мысли, что понятия не имеет, как эта хуйня работает. Обычно можно было спросить у Дейва или у Терези, но сейчас это выйдет совсем не к месту, придётся разбираться по ходу. Благословенная Дева Мария, хоть бы Каркат не был первым. – Я начинаю? – Непета радостно подпрыгнула к столику, – Будем по очереди? Или выбирать? У неё в голосе и глазах сверкало детское возбуждение. – Может крутить бутылочку? – предложила Джейд, сваливаясь на заднюю спинку дивана. Джон повернулся к ней, видимо, выясняя, всё ли с ней в порядке. – Отлично, так и поступим! У кого есть пустая? – Терези задвигалась в поисках будущего орудия пытки, а Непета, кажется, немного расстроилась. Каркат дёрнул Дейва, надеясь, что тот сам всё поймёт. – Что такое? Дейв смотрел через свои карие линзы, и его черты лица никак не могли превратиться в привычные. Каждый раз Каркат на полсекунды зависал у ровных скул и переносицы. А Дейв, видимо, не понял. Каркат неоднозначно кивнул головой в сторону, отчаянно намекая и рассчитывая, что Терези будет искать ебучую бутылку как можно дольше. – Какое у тебя лицо сложное, – засмеялся Дейв, погладил его по щеке и коротко поцеловал. Пьяный Страйдер или нежничал, или наоборот начинал играть крутого парня, зависело от того, сколько набиралось зрителей. А ещё под шафе он и соображал хуже, не говоря уже о том, что в области намёков он даже трезвый был не так уж хорош. – Я не знаю, как играть в эту игру, – прошипел Каркат ему на ухо. – Нашла! – трескучим голосом объявила Терези, стукая о столик большую зелёную бутылку с крупной надписью "мартини". Дейв улыбнулся и поцеловал его теперь у виска. У Карката начало подкипать. – Сейчас быстро разберёшься. – Ты пиздец как бесполезен, – оскалился Каркат, уже наблюдая за происходящим и в воспитательных целях тыкнув Страйдера в бок. Непета взялась за середину бутылки и раскрутила её, Джон озвучил крутящееся движение поддерживающим гулом. Замедляться бутылка начала уже через пару мгновений, и никто не поторопился её ускорить или замедлить. В конце концов, она зависла, указывая горлышком на Роуз. Она неопределённо хмыкнула на это и потянулась за своим бокалом. – Роуз, правда или действие? – Непета всё ещё немного сбавила обороты, но азарт от игры всё равно просвечивал через её расстройство. – Правда, – Роуз подняла бокал, как для тоста, и выпила половину. – Где Канайя? – Непета локтями оперлась на стол и одним пальцем вертела бутылку, придерживая её у дна. – Скучный вопрос, – прокомментировала Вриска, – Надо было спросить, действительно её тёлка транс или нет. Терези возмущённо шлёпнула Вриску, а та засмеялась, поднимая ноги на диван. В комнате сделалось почему-то быстро неуютно. – Канайя поехала в город, ей нужно доделать курсовую работу. И она не транс женщина, – Роуз улыбнулась притворно, заранее фальшиво, чтобы все поняли, – Теперь я? Вопрос был риторический, и она привстала, чтобы дотянуться до столика. После её кручения горлышко указало на пространство между Тавросом и Гамзи. Дейв ненавязчиво провёл по голове Карката, и он только от этого успокаивающего движения понял, насколько был напряжён сейчас. – Таврос? – вежливо обратилась Роуз, а Таврос, похоже, занервничал. – Д-да? – он, похоже, заикался. Каркат не слышал до этого, как он разговаривает. – Правда или действие? – Роуз выглядела удавом, который собирается съесть мышку. Мышку-одноножку. – П-п-правда, – он чуть не заблудился в слогах, пока отвечал, и Каркат подумал, что ещё неплохо справляется с тревогой. – Как в с Гамзи познакомились? Вриска, похоже, опять хотела что-то вставить, но Терези шлёпнула её до того, как та успела хоть что-то сказать. – М-м, – Таврос задумался, – В Эд-дгаре Ал-л-лане? На тр-тренировке. Это было довольно ожидаемо. Хотя Каркату бы пришлось сказать, что его во время знакомства с Дейвом стошнило. Без контекста выходило даже смешно. – М-моя очередь? – он спрашивал, кажется, у Гамзи, и тот ему кивнул. Странно было осознавать, что он включён в процесс. Казалось, Гамзи всегда где-то на переферии. Таврос бутылку закрутил совсем слабо, через два поворота она замерла, указывая на Терези. – Действие! – радостно и сразу сообщила Пайроп. Каркат прикинул, каково сейчас должно быть Тавросу придумывать вопрос. Хотя Терези наверняка в том числе хотела его так помучить. – Э-э... – Таврос опять завис, – Р-раскажи стихотворение?.. Он на удивление быстро справился, хотя действие вышло детсадовское. Каркат действительно быстро разобрался, хотя Дейв, вообще-то, мог бы всё равно помочь и никакого секса сегодня однозначно не заслужил. Терези цокнула и закатила глаза. – Муха села на варенье, вот и всё стихотворение, – она без лишних комментариев наклонилась и, в противовес Тавросу, бутылка закрутилась очень быстро, а в конце указала на Дейва. Терези присвиснула. – Ну что, Страйдер, правда или действие? – Правда, – Каркат слышал, какое у Дейва сейчас лицо: как будто он неебаться какой крутой и его ничего в этой жизни не может задеть за живое. – Расскажи про самый стрёмный секс в своей жизни. У Карката внутри замер какой-то маленький зверёк, дёрнул головой, встал за задние лапки и раскинул уши, тревожно вглядываясь в горизонт. Он прикусил щёку, совершенно не желая знать, что сейчас Дейв будет отвечать со своей тупой реперской улыбкой. – С репетитором по химии. Реально стрёмный, надо брать ребят помладше, чтобы впечатлить кого-то этими божественными тридцатью секундами, – Дейв наверняка сейчас ещё и ухмыляется, а Каркат ему хочет в лицо дать, и даже не очень понимает, почему именно. За тот факт, что у Дейва он не первый, или за то, что Страйдер так по-уродски начинает кичиться перед другими людьми. Терези одобрительно присвистывает, Вриска понимающе качает головой. Джону это всё, похоже, не очень нравится. Из них троих, то есть Терези, Вриски и Дейва, легко складывается небезопасное комбо. Каркат приходится отлипнуть от Дейва, чтобы тот смог продолжить всю эту херню. Выпадает Джон. – Действие, – Джон светится наполовину от того, что он Джон, а на второну половину от пятой бутылки тёмного. Дейв задумывается. – Чувак, ты сам это выбрал, так что твоё любимое дерьмо, – Дейв подаётся вперёд, а Джон начинает вопить. – Блять, Страйдер, ты клялся, что забыл об этом! – О нет, Джон, всё на вот этом жёстком диске, – Дейв постучал по своему виску, – Я лишь ждал момента, и момент настал, ты потерял бдительность, забыл лицо своего врага, и он наконец настиг тебя. – Харе тянуть резину, – попросила Вриска, в очередной раз меняя положение и теперь закидывая ноги на Терези. – Что же, Джон, я хочу видеть легендарную сцену из "Воздушной тюрьмы" в твоём исполнении. У Дейва вид очень довольный, у Джона наоборот, а Каркат вообще не понимает, что это всё значит. Роуз начала смеяться. – Вперёд, ковбой! – Лалонд веселится невероятно, так, что абсолютно очевидно: шутка эта из их общего детства, из их длительной дружбы по переписке, о которой, может быть, знали не все лисы, зато догадывались многое. Джон прокашлился и сделал очень серьёзное лицо. – Я сказал. Положи. Кролика. Обратно. В коробку. Дейв начал ржать ещё на "кролика". – Что это за хуйня? – озвучила общее настроение Терези, потому что никто, кроме золотой тройки Эгберт-Лалонд-Страйдер, прикола не понял. От этого Каркат почувствовал своего рода успокоение. – Ты что, это же "Воздушная тюрьма"! – у Джона на лице написано, что это, очевидно, некоторая неумирающая классика, которую заценить должны были все и каждый. – Ладно, блять, похуй, крути уже, – поторопила Вриска, махнув рукой, и Джон наклонился, бровями всё ещё выражая удивление на тему неосведомлённости своих товарищей. Выпала Вриска. – Ну жги, Дороти, – Вриска уже почти лежала на диване, а в руке у неё появилась электронная сигарета с мерзким запахом жвачки, – Правда.. – Как называется твоя хуйня с глазом? Она фыркнула. – Я че, помню, по-твоему? Поли-что-то там, – она закатила глаза. – Поликория, – подсказала Терези. – Да, спасибо, секретарша. Моя очередь! Вриска не села ровно, просто протянула руку к столику и не очень ловко, зато очень уверенно закрутила бутылку, и остановилась она снова в направлении Дейва. Это заставляло нервничать. Сложно было представить, что именно может загадать Вриска, зато круг её интересов вырисовывался досточно однозначно. Каркат прикусил щёку изнутри. – Действие, – играюче-равнодушно ответил Дейв. Каркат почему-то ожидал, что он выберет правду, потому что она казалась неким образом более безопасной. Впрочем, в случае Дейва, как и любого другого лиса, откровенный разговор, пусть даже в таком формате, из себя также может представлять пытку. – Поцелуй Джона, – выдала Вриска через полсекунды, как будто она уже навела ружьё и только ждала, пока олень поднимает голову. – Без проблем, – так же бесцветно ответил Дейв, заворачиваясь в свою картонку крутого парня и так наклоняясь вперёд, что Каркату пришлось сесть. – В каком ебаном смысле без проблем?! – у Карката получилось громче, чем он рассчитывал. Возврат к вопросу о том, что больше бесит: ситуация конкретно или поведение Дейва в целом. В любом случае, колющее чувство ревности было сильно похоже на незаслуженную обиду, хотя немного отличалось. Оно было странным, а ещё вырывало ручки управления так же хорошо, как это делал гнев, сливалось с ним, трансформировалось в большого робота. Каркату очень не нравилось, как быстро оно ударяет в голову, но справиться никак не получалось. – Да ты чего, Каркат, это поцелуй просто, – Дейв даже хихикнул, оборачивая руку вокруг пояса Карката. Тот её закономерно скинул, а потом подскочил. – Ну иди тогда и сосись с кем ты, блять, хочешь, только тогда от меня отъебись к херам собачьим! Перепрыгнуть через пустую подушку на полу и ретироваться в кухню, такую же маленькую, как и в их комнате, получилось быстро и осознанно только наполовину. Каркат пнул стул, тот упал с грохотом, захотелось завопить, но в соседнем помещении – весь командный состав и даже чуть больше. Поэтому он только упёрся лбом в навесной шкафчик и вцепился пальцами в края раковины. И то, и другое отдавало холодом, только одно пластиковым индустриальным, а другое металлическим, вероятно, более древним по технологии, но по сути таким же капиталистическим. Чувства путались в упрямый узел, чуть распремлялись, а от одной лишней мысли склеивались снова, закручивались с бешеной скоростью. К ревности прикипели стыд, вина, жалость, страх, всё в знакомой палитре, не подсвечивается уже ярко-красным, под цвет его глаз. – И что ты устроил? Это же тупая игра, – у Дейва помимо обычного "да мне поебать" в голосе ещё что-то, напоминающее раздражение. Это даже льстит. Было нечто очень не приятное в том, чтобы сравнивать этот момент с тем, что было в Техасе, потому что к проблеме добавлялась системность. Что дело не в случае, а в тех нейронных схемах, которые Каркат так успешно выдаёт в подобных ситуациях. – Блять... – Каркат закрыл лицо руками и совсем не мог представить, что стоит говорить дальше. Извини? Отьебись? Делай что хочешь? Я люблю тебя? – Каркат, – он сбоку и положил руку на спину, погладил, и это выстрелило в воспоминание, которое Каркат старательно разбавлял кислотой в своей голове: вот их маленькая церковь, все в нелепом белом, и папа кладёт руку на спину, подталкивая вперёд. А дальше что-то про кровь, про козу, про её предсмертное блеяние и взгляд. Каркат выгнулся, и это, конечно, совсем не выглядело так, как было на самом деле. Дышать стало тяжело. – Это была просто тупая шутка. Ты же знаешь, Вриске просто нравится провоцировать, на такое не нужно реагировать. Джон мой лучший друг, там точно ничего такого не будет. Каркату нужно время, чтобы вспомнить, о чём говорит Дейв. Кто Дейв вообще такой. Каркат был уверен, что безболезненно не помнит всю свою жизнь до четырнадцати лет, однако, кажется, психика просто берегла эти нежные воспоминания, чтобы бросить ему в лицо в самый неподходящий момент. – Да, да, блин, конечно, – голова то ли кружится, то ли болит. Каркат прижал ладонь ко лбу и прикрыл глаза. Дейв нахмурился. – Ты решил в снежную королеву поиграть? – От кого слышу! – выходит уже бодрее, привычнее, ближе к реальности. Сыпется стекло между сейчас и тогда, из него пропадают отражения, зато видны новые перспективы. Перспектива ссоры с Дейвом, конечно. – Что ты от меня хочешь? Чтобы я уебал Серкет за её шутки? Каркат завис. Злость вылепилась в большой, неряшливый комок, в который Дейв умело тыкал зубочистками. Это ведь разумно. То, что он говорит. А убивать коз не разумно, помнишь? Сознание распадается на пиксели, хочется выпить. – Нет, бля, нет, конечно. Меня, вообще-то, – Каркат сглатывает, и лицо Дейва не кажется реальным, как будто всё сон или видео-игра. Что сейчас ни у каких слов не будет последствий, что он очнётся где-нибудь в другом месте, в другом мире или в другой кровати, другом теле, настоящем, а не этом маленьком и больном, которому осталось ещё лет шестьдесят-семьдесят, совсем крошка в формате вселенной. – Меня больше ебёт то, как ты охереть как долго играешь всю эту мудодраму. Типа, что тебе вообще на всё посрать, – пока он говорит, в голове появляется и смелось, и какое-то лучшее понимание, – Посрать на будущее, посрать на прошлое. Посрать на меня, раз ты, блять, нихуя вообще не сказал против того, чтобы засосать своего друга у меня на глазах! Потому что мне, Дейв, не похуй, мне охуеть как не похуй, с кем ты ебёшься и с кем целуешься! Под неудачным движением рукава Карката со стола слетел бокал и разбился, выплёскивая из себя остатки красного вина, которое пила Роуз. Дейв сжал губы, он вообще весь сжался. Каркат каким-то совершенно не рациональным образом уловил, что он сейчас снова это начнёт. Снова будет отстранённым и ехидным, мерзким в своей идеальной неидеальности Дейвом Страйдером, автором неплохих реп-треков, студентом химфака, нападающим Лисов Пальметто. Каркат заплакал, в глазах потемнело, а руки затряслись. Видимо, он начал падать, потому что через несколько ощутимых мгновений он уже лежал на полу, с головой у Дейва на коленях и сжимающим его руку. – Бля, Вантас, ты бы хоть сказал, что у тебя бывают панические атаки, – он погладил его по голове и выглядел встревоженным. – Это называется "паническая атака"? – успел спросить Каркат до того, как дверь приоткрылась, а в ней появилась Терези. – Чуваки, у вас тут всё норм? Ты чего на полу валяешься? – она, должно быть, пришла а звук. Непонятно только, на какой имено: треск разбитого бокала, крики Карката или его стук о пол. – Свали сейчас, Тез, я тебя умоляю, – попросил Дейв даже устало. – А, оки, – без лишних вопросов Терези закрыла дверь обратно. – Я могу не целоваться ни с кем по пьяни, даже с Джоном, раз тебе так хочется, – Дейв говорил осторожно, и это то, что влюбляло в себя абсолютно, бесповоротно, – Но мне кажется, тебе надо разобраться с этим. Типа, я не хочу парня-абьюзера, сечёшь? Сходи к Рокси, или к любому другому мозгоправу. – Че такое абьюзер? – нахмурился Каркат, расплывающийся в чувстве того, что всё решилось. На языке крутилось это самое "люблю", уже готовое выскочить в любой момент. – О, это долгий разговор, если подключать матчасть. Пойдём, думаю, нам сегодня хватит, – и Дейв наклонился, чтобы поцеловаться.