mirrorball

      Рей улыбается, хотя хочется плакать — если подтвердится то, что она думает, то, получается, их жизнь действительно ёбаная трагедия с элементами комедии.       У неё нерегулярный цикл, он, как и она сама, в стрессе, поэтому её задержка не удивляет, но всё затягивается. Рей прислушивается к себе и ощущениям — всё без изменений.       Вроде как.       Они с Даби осторожны, но иногда у него сносит голову, поэтому ему может «приспичить» где угодно: в переулке, в туалете бара или в душевой. Он, вплетая пальцы в волосы, оттягивает синие пряди, и прижимается в кусачем поцелуе к её шее, и Рей стонет, жмётся сильнее и закидывает ногу ему на бедро.       Она забывает выпить таблетку, потому что… просто потому. Наваливается слишком много дел, слишком много патрулей у про-героев, слишком про-герои становятся дотошливыми, её кто-то выбешивает, Даби — тоже (Рей готова поспорить, что кто-то из семейства Тодороки, Даби питает к нему ненормальный интерес), они набрасываются друг на друга в комнате и, кажется, даже до кровати не доходят, он берёт её прямо на полу, перед этой самой кроватью.       Рей сидит на бортике ванной и, подперев щеку рукой, допускает шальную мысль. А что если…       Каким бы был, думает она, наш ребёнок?       С её цветом волос или Даби (он красит волосы, она знает — теперь помогает ему их красить)? А глаза? Унаследовал бы отцовские или материнские? Нос? Губы? Улыбка?       Она прикрывает глаза и пытается представить себя и Даби в роли родителей. Наверное, они бы работали, по вечерам выходили бы на прогулки, а выходные проводили бы там, где хотелось бы ребёнку. Ели бы мороженое, сидя на набережной; он бы весь перемазался, и она бы, взяв платок, аккуратно бы вытерла лакомство с его лица.       Мальчик? Почему именно мальчик? Или, быть может, хочется девочку? Мальчики — оторвы, девочки послушны (до поры до времени, судя по Акире-чан).       У мальчика были бы глаза Даби, губы Даби, её цвет волос и её нос.       Он бы…       Рей распахивает глаза — срабатывает таймер. Прежде чем дотянуться до теста, она ещё раз всё прокручивает в голове и смеётся.       Боже, да какие из них родители? С их-то бедами с головами? В роли матери она — девушка, что маленькой потеряла обоих родителей и на протяжении нескольких лет насиловал отчим, а в роли отца он — недолюбленный жестокий ребёнок с нанесёнными ему семьёй травмами (Рей не знает о прошлом Даби, но знает, что семья вполне может взрастить монстра).       Им нельзя заводить ребёнка — ребёнок таких родителей не заслуживает.       Дотянувшись, она смотрит на результат и выдыхает с облегчением.       Отрицательный.       Если ситуация повторится, думает Рей, закрывая лицо ладонями, то я не знаю, что с собой сделаю.       Представлять снова и снова, что могло бы быть — невыносимо.