Наверное это мой рай

And I'd sing a song, that'd be just ours But I sang 'em all to another heart And I wanna cry I wanna learn to love But all my tears have been used up*

После окончания съёмок девятого выпуска, Кирилл не торопясь собирался домой – куда спешить? Дома нет ни кошки, что требовала бы еды, ни близкого сердцу человек, что ждал бы возвращения. «А вот Юсифа дома ждёт Анна и сынишка... Может там всё же не Юсиф?» Кирилл всё чаще приходил к мысли, что лучше бы там был не Эйвазов. Полезная всё-таки штука – интернет. Есть всё и обо всех. Оттуда то и набрался Кирилла различной информации о жизни, доселе неизвестного ему, певца – Юсифа Эйвазова. В полудрёме парень шёл по коридору. Время было уже позднее – съёмки часто задерживались. Полупрозрачный "щиток" не добавлял очков бодрствованию. Вдруг на глаза попалась уже знакомая дверь. Всё так же приоткрытая гримёрка Белого Орла, а сейчас уже точнее Марка Тишмана. Видимо не только Кирилл обратил внимание на дверь. Из-за неё раздалось тихое: "Заходи". И Туриченко без раздумий перешагнул порог. А чего бы не зайти? – Ну привет, герой-любовник, – с озорной улыбкой на лице, пророкотал Марк. – А? – опомнился Кирилл. Он всё был где-то не здесь, – Чего сразу герой-любовник то?... Щёки парня, непонятно от чего, покрылись румянцем. «Он ничего не знает. Просто не может.» – твердил себе Кирилл. – Да потому что поёшь ты так, словно знаешь о чём. Испытывал, так скажем. Туриченко сразу понял о чём говорит остроглазый Орёл. «Вот есть какая-то боль такая? Что-то болит?» – так ведь сказал Филипп Бедросович. Кирилл вздыхает. – Что? Настолько видно да? – обречённо спрашивает парень. – Угу, – Марк кивает головой, – Хочешь дам один совет? – вопрос был риторический, поэтому он продолжил, – Успей сделать всё то, что хотел. Не тяни с этим. Время уходит. Тебе кажется, что у тебя в запасе всегда есть немного минуток, но их нет. – Марк как-то обречённо улыбнулся и вздохнул. Кирилл понимал, что больше он не может оттягивать неминуемое. Чем дольше он думает, тем больнее потом прилетит в ответ. «Пришло время всё ему рассказать. Да. Больше никаких промедлений.» – твёрдо проговорил Кирилл для себя, а Марку сказал лишь скомканное: "Спасибо" и поспешил ретироваться. Надо было отдать должное, Марк провёл всех на высшем уровне, со своей скрытой персоной, но Кирилл забыл об этом. Вечером того же дня, Кирилл с особым интересом пересматривал сезон. Теперь то он больше наблюдал за пением Орла и удивлённо улыбался вспоминая, что всё это Марк. Туриченко тоже пытался казаться, не тем кем является, но весь напускной пафос улетучился спустя пару программ. «Как же давно это было» – мысленно поражается Кирилл. И правда. Почти три месяца прошло с начала этой невероятной сказки под названием "Маска". Вновь и вновь он слушал так полюбившийся голос Ламы. Его номера были пропитаны чем-то домашним и светлым. Кирилл невольно улыбался своему парнокопытному солнышку. Но так же как нарастала любовь, нарастало чувство тревоги и безнадёжности. «Вот был бы на моём месте Орёл, он бы ничего не испугался». (Кирилл, ясное дело, не мог знать, что Орёл тоже был не столь храбрым и смелым. Много лет он молчит о своей любви к одной белокурой особе, которая, кстати, тоже прячется под маской. Но это совсем другая история, которую расскажет кто-нибудь другой). Чем дальше в лес, тем больше дров. Кирилл обессиленно уткнулся головой в ладоши. По началу проекта он думал, что придумать финальную речь будет самым трудным испытанием, но он глубоко ошибся. Масло в огонь подливало то, что Кирилл буквально избегал Ламу всю неделю. Снова. Марк ударил бы его чем-нибудь тяжёлым по голове (Честно говоря, Кирилл бы не отказался от такого вразумления). Только теперь он скрывался намеренно. Завидев кого-либо Кирилл разворачивался и шёл в другую сторону. В принципе, это не вызывало странных реакций, каждый соблюдающий правила участник должен был так делать. Но только не Кирилл, который общался с тремя участниками и уже знал одного лично. Из-за нервов Кирилл долго медлил с выбором песни на эту неделю. А когда выбрал, его усиленно отговаривали. Мол, зачем Вам романс Филиппа Киркорова? Но Туриченко она очень сильно нравилась. Песня "Мы так нелепо разошлись" была любимой песней Кирилла из репертуара Филиппа и где, как не на Маске, исполнять такие композиции? Кирилл старался не думать, что она может быть роковой. Он надеялся на то, что она его спасёт.

***

В день съёмок Кирилл всё думал о песне, лишь бы не вспоминать о проблемах покрупнее, до тех пор пока в дверь не постучали. Кирилл дёрнул головой в сторону двери и сжал кулаки, но открывать не стал. Тогда стук повторился и снова ноль внимания. – Носорожек, я знаю, что ты там. У тебя свет горит. Открой, пожалуйста, я хочу поговорить с тобой, – Кирилл сильнее зажмурил глаза. Он конечно узнал этот теплый голос. «Не сейчас, только не сейчас, я не готов!» Но у Ламы было другое мнение на этот счёт. – Открывай дверь, нам нужно поговорить! Ты почти неделю прячешься от меня. Что случилось? Я тебя как-то обидел или... – Лама не успел договорить, как замок двери щелкнул. Вновь худи и забрало. Ничего не менялось изо дня в день. Как же Кириллу осточертела скрытность. Ему очень хотелось бы видеть его глаза! Мужчина зашёл в комнату и закрыл за собой дверь. А Носорог сел на стул и не собирался начинать этот разговор. – Не молчи, – взмолился Лама, – Если ты будешь молчать, легче не станет никому. Что случилось у моего рогатого чуда? «ТЫ СЛУЧИЛСЯ. ТЫ. И Я НЕ ЗНАЮ ЧТО МНЕ С СОБОЙ ДЕЛАТЬ, ЧТОБЫ НЕ РАЗРУШИТЬ НАШУ ДРУЖБУ» – Носорожек, – как бы подталкивая, начал Лама, – Просто начни. Разговор лучшее решение проблем. Они сидели в маленьком помещении друг напротив друга. Лама на диване, а Носорог на стуле у стола. Время шло, а за окном темнело. Съёмки наверное уже начались, но по видимому это никак не волновало Ламу. Мужчина не напирал и ждал бы столько, сколько понадобится. Кирилл собирался с мыслями, что на самом деле происходило уже долгое время. С самого утра день пошёл не туда, как будто чувствовал, что этот момент не за горами. – Хорошо, – Кирилл встал с места и стал ходить туда сюда по комнате, всё ещё боясь начать. Когда он в пятый раз прошёл от одной стены к другой, Лама взял его руку и развернул Носорога к себе лицом. Кирилла словно кипятком окатили. Он стоял голый, как правда. А именно она должна была пролиться сегодня. Мужчина не спешил выпускать трясущуюся руку Носорога. – Я не вижу того, что ты испытываешь, но я это чувствую, – Лама встал, но продолжил поглаживать запястье Носорога. Кирилл выдохнул и начал: – Ладно... Нет..Я не могу такое сказать. Это же бред! – Кирилл истерично хохотнул. – Давай вместе. Вдох и выдох, – Кирилл повторял то, что говорил Лама, – Начни из далека. Может быть так получится легче. – Хорошо...хорошо, – глаза Кирилла блуждали по всей комнате от того, что он чувствовал на сколько внимательно его сейчас слушают, – Это шоу, прекрасное шоу... Я очень благодарен ему за то, что ты появился в моей жизни. У меня теперь есть прекрасный друг, но... Я чувствую, что ты мне больше чем друг. И я больше не могу об этом молчать… – Кирилл посмотрел на дверь и в его голове родился трусливый план, – Я тебя люблю. Прости... – Испуг мелькнул в голосе Носорога, а глаза заблестели слезами. Сердце Туриченко на мгновение остановилось и тут же стало биться во много раз быстрее. Он вырвал свою руку из рук Ламы и рванул к выходу. Мужчина не успел и слова вставить, как Носорог скрылся в дали коридора.

***

Он стоял у зеркала в туалете и смотрел на своё красное заплаканное лицо. Кирилл уже умывался холодной водой, чтобы привести себя в порядок, но это не помогло. Мужчины не плачут, но Кирилл был невероятно ранимым и чувственным человеком. Он мог пустить слезу от душевной песни, что уж говорить о неудачной, на его взгляд, попытки признаться в любви. «Господи, ну и дурак же ты. Как теперь будешь объясняться? Останься бы ты там, мог бы свести всё к шутке. Но нет! Нам же приспичило поплакать. Теперь ты остался даже без друга, разрушив последнее, что у тебя осталось» Туриченко ненавидел в себе чересчур развитую эмпатию. Он крепко сжимал края раковины, а перед глазами почему-то был улыбающийся Юсиф Эйвазов. Да что теперь-то? Какая разница кто там, если Кирилл больше никогда не подойдёт к Ламе и на метр. «Вот бы я сегодня выбыл!» – в порыве злости подумал Кирилл. А в этот самый момент Лама бегал по всем этажам в поисках своего маленького напуганного чуда, которое просто не стало слушать его ответ. – Ты чего здесь делаешь?! – кто-то схватил бегущего Ламу за руку. – Заяц? – Он самый. Так что ты здесь делаешь? Тебе на сцену выходить через пятнадцать минут, а ты без костюма! – Заяц нервно дёргал Ламу за рукав. – Да да да... Бегу. Совсем забылся. Слушай, ты можешь поискать Носорога?! – с надеждой попросил мужчина. – Да, а что случилось? – Не могу сказать, если он захочет, сам расскажет, – чуть подумав, ответил Лама. – Ладно, беги уже! – Заяц подтолкнул Ламу в сторону гримёрок, а сам стал думать, где искать пропажу. Вариантов было немного. На Главкино множество дверей были закрыты для участников шоу Маска. Проверив кулисы, где уже полным ходом действовали артисты балета, Заяц поднялся на этаж с помещениями для певцов. Он решил на всякий случай проверить уборные. Чем чёрт не шутит. Но косой никак не ожидал увидеть парня, опирающегося на раковину, с мокрым лицом и покрасневшими глазами. Он был одет в худи участника, что не оставляло никаких вопросов. Кирилл совсем забывшись успел только дёрнуться назад и упереться спиной в стену, выложенную плиткой, и опуститься на пол. Теперь Заяц смог увидеть его лицо, ранее прикрываемое капюшоном, в полной красе. – А я же тебе говорил, что ты Кирилл Туриченко, – с долей усмешки сказал Заяц, гордый своей догадливостью. Но улыбка его быстро ушла, когда он заметил, панически бегающие глаза парня. – Тихо, тихо. Я никому не скажу. Всё хорошо, – стараясь вложить побольше искренности в свои слова, сказал Заяц. Но это не подействовало. Теперь мужчина обратил более пристальное внимание на опухшие глаза. Он всё ещё не понимал, что случилось между ним и Ламой. Недолго думая, Заяц закрыл дверь плотнее и стянул капюшон, а за ним и забрало. – Ну привет, – Тимур Батрутдинов улыбнулся Кириллу и протянул руку для пожатия. – Вот же ты балбес, – Туриченко невольно улыбнулся в ответ и пожал руку. Он знал Тимура и даже догадывался о его участии. Они не были лично знакомы, но виделись один раз на "Comedy Club". Тимур опустился на пол рядом с Кириллом и спросил: – Чего вы с Ламой поругались? Он тебя искал, чуть на выступление не опоздал. – Правда? – как-то с надеждой поинтересовался Кирилл и шмыгнул носом. – Ага, весь перепуганный туда-сюда бегал. – Да всё хорошо... Просто я дурак. Сказал такое, что он теперь в мою сторону и смотреть не будет. – Алло! Земля вызывает Кирилла, – Тимур потряс рукой перед лицом парня, вынуждая того обратить на себя внимание, – Ты каким местом меня слушаешь? Я тебе говорю, он носится, как угорелый, отчаянно ища тебя, а ты тут сидишь?! Я не знаю, что у вас произошло, но вы обязаны разобраться во всём нормально. – Угу... – Кирилл забито кивнул. Они сидели ещё какое-то время в тишине. Каждый думал о своём. Свет сломанной мигающей лампы раздражал. Вдруг, Тимур поднялся на ноги и подал руку Кириллу, чтобы тот тоже встал. – Давай не будем о грустном. Тем более нам ещё сегодня выступать. Улыбнись! Мы все здесь и это вечер не будет последним. Пойдём. Ещё переодеваться. Кирилл внешне вроде бы успокоился (Слёзы попусту кончились), но в душе оставалось непонятное марево. На переодевания у Туриченко осталось достаточно времени. Он выступал предпоследним. Поэтому из гримёрки он постарался выйти как можно позже. Из разговоров танцоров Кирилл узнал, что в номинацию уже попали Лама с Зайцем. Оставалась надежда только на то, что третьей в их компании станет Змея, и Носорог не потеряет друзей или не потеряется сам... Выходя на сцену Кирилл старался вести себя как обычно: резво размахивал руками и ногами, даже умудрился положить микрофон в рот Носорога, всё это отвлекало пристальные взгляды от дрожи в его теле. Да и самому становилось как-то проще. Но это было лишь иллюзорное наводнение, которое никак не могло повернуть время вспять. Сделать так, чтобы он не совершал столь опрометчивый поступок.

Моя прошедшая весна, моя мечта из перламутра скажи мне, в чем моя вина? Я вечер, ты сплошное утро

И вправду, Носорог был цвета вечернего неба, а блики на его больших глазах словно яркие звёздочки. Шерсть Ламы была песочно-золотистого цвета, как облака по утрам, когда солнце не взошло на свой законный Олимп.

Какая светлая печаль и музыка воспоминаний, ах, как мне жаль, ах как мне жаль, несостоявшихся свиданий

Всё потеряно. Ничего не вернуть и не исправить.

Мы так нелепо разошлись я даже сетовать не смею, но вновь вмешаться в Вашу жизнь я не смогу, я не сумею

Кирилл и вправду никогда больше не станет навязываться или говорить о своих неуместных чувствах. Ни за что. Так просто нельзя.

Мы так нелепо разошлись я даже сетовать не смею, но вновь вмешаться в Вашу жизнь я не смогу, я не сумею

Кирилла, вдруг, прошибает, когда жюри решают отправить в номинацию его, а не Змею. Он словно вновь оживает, делая рваный вдох. Что же... Исход будет сегодня и в любом случае печальный. Туриченко успевает только зайти в кулисы, как их троих просят встать в колонну, чтобы вновь выйти на растерзание. Кирилл чувствует на себе взгляд Ламы, но специально встаёт так, чтобы их разделял Заяц. Они идут словно на казнь. Трое друзей, что просто делали то, что любят. У зрителей есть возможность спасти одного из них. Это ни капельки не успокаивает. «Какая к чёрту разница?! Всё равно кого-то потеряем...» И Заяц и Лама поворачивают головы в сторону Носорога, но Кирилл старается смотреть только вперёд. Он бы и глаза закрыл, да только боится потерять равновесие. – Голосуем, – даёт команду Слава и на героев опускается темная мгла. Красные прожекторы бегают по лицам, а нагнетающая музыка впервые и по-настоящему нагнетает. Кровь пульсирует в ушах. Кирилл отдаленно слышит выкрики из зала: Заяц! Лама! Заяц! Носорог! Вот голосование остановлено. И сорок пять целых одна десятая процента зрителей отданы..... «Ну не тяни Слава!» – мысленно умоляет ведущего Кирилл. – В пятерку лучших масок сезона входит...УШАСТЫЙ ХАРД БРЭЙКЕР – ЗАЯЦ! И в этот момент сердце Носорога уходит в пятки. На душе холодеет. Становится невыносимо больно и горько. Во рту появляется металлический привкус. Видимо прикусил щёку. Тимур обнимает Носорога, Кириллу послышалось или Заяц шепнул ему: "Прости"?... Также косой обнимает Ламу и довольный уходит за кулисы, успев послать пару-тройку воздушных поцелуев в зал. – Невероятно! Вы понимаете, что он обошёл двух сильнейших вокалистов! – Восторгается Тимур Родригез. – Уважаемые члены жюри, вот сейчас я вам на тысячу процентов не завидую, – говорит Слава, а жюри раздаются звуками умиления, когда Лама обходить Носорога и приобнимает его одной рукой. Кирилл вздрагивает от этого жеста. Он наклоняется к Ламе выдыхает. Туриченко даже не заметил, как стоял всё это время задержав дыхание. Он хочет успеть, что-то сказать, но не может себя заставить. Губы не способны разомкнуться. Слава рассказывает о том, что они болеют друг за друга, а Кирилл всё никак не может отстраниться от Ламы. Но и Лама не против этого. Он только ближе прижимает к себе Носорожка. – Это так трогательно, так мило, Господи...Какие они хорошие, – Филипп умиляется, но сам чувствует, что этих ребят сегодня придётся разлучить. – Уважаемые жюри, каждый из вас назовёт только одно имя. Имя того, кто сегодня снимет маску и покинет проект. Начнём с Тимура Родригез. – Я хочу сказать вам огромное спасибо, – Носорог и Лама кланяются, – Мы каждый раз обсуждаем не столько взятые вами ноты, а то, с каким чувством вы подходите к исполнению песен. Я, наверное, попрошу сегодня снять маску Носорога. Кирилл начинает жевать губу и теребить микрофон в руках. Лама уже отстранился от него, но ему хочется, чтобы эти объятья длились ближайшую вечность. – Вы, Лама, на столько красивы внутри, что это передаётся даже через маску, –начинает Регина. И да! Да! Это именно то, что Кирилл заметил много времени назад. Она голосует за Ламу и счёт становится равным. Кирилл перестаёт слушать всё то, что говорят дальше. А смысл? Сегодня всё закончится при любом раскладе. Ну останется он в шоу и что? Какой смысл приезжать на студию и не видеть загадочного, столь любимого человека. Валерия выбирает Носорога и всё равно извиняется перед ним. Кирилл рассеянно качает головой. Столько всего и в один день. Рева выбирает Носорога и окончательно убивает интригу, как и Носорога (Как там говорил Филипп? Если Вы убьёте во сне Носорога, то справитесь с жизненными трудностями). Кирилл нервно улыбается и старается сдержать вновь подступившие слёзы. Филипп поддерживает Носорога, но это его уже не спасёт. – Носорожик, сегодня твой вечер снимай маску. Сердце бьётся в грудной клетке с неимоверной скоростью. Кирилл плюёт на всё и порывисто обнимает Ламу. Ему приходится встать на носочки, чтобы дотянуться до своего солнышка. Сквозь шум аплодисментов и голос Славы, Кирилл слышит голос, приглушённый маской: – Носорожик мой, послушай, так не должно быть. Ты не должен уходить... Я..я должен был уйти. Прости меня, пожалуйста... – в голосе Ламы слышны нотки слёз и у Кирилла сжимается сердце. – Пожалуйста, перестань так говорить... Я сейчас заплачу... – и первая слеза скатывается по щеке Кирилла Туриченко. Лама сильнее прижимает к себе Носорога. Сейчас их не волнуют ни зрители, ни жюри и пристальные камеры. Этот момент только их. Их лучший момент, который не может длиться вечно... – Я тебя тоже люблю, – Тихо-тихо и очень нежно произносит Лама, словно их могут подслушать в этом огромном зале. По носу Кирилла скатывается вторая слеза. Их заставляют отдалиться слова Славы. Кирилл провожает Ламу печальным взглядом, а он, в свою очередь, медленно уходит в кулисы, низко опустив голову. «Вот и пришёл мой конец. Варианты были либо я, либо он. И всё же пускай будет так» На Кирилла льется (Широка) река комплиментов. Он старается приободриться – негоже являться на свет божий с заплаканными глазами. Весь зал встаёт и одаривает Носорога овациями и криками: "Молодец!" Такое происходит впервые. Кирилл в знак ответной любви встаёт на одно колено и кланяется. Все пятеро делают последнее предположение: Кирилл Туриченко. – Я очень счастлив, что мы так часто произносили это имя и фамилию. И многие миллионы людей узнают, кто такой Кирилл Туриченко. Мы все с вами однажды придём на концерт Кирилла Туриченко. Кирюша, браво! – Александр говорит столь душевно, что у Кирилла всё сильнее подкашиваются коленки. – Носорог, ты космоически талантлив. Можно я тебя просто обниму на прощание? – Слава обнимает Кирилла, а значит, что осталось недолго... – Все вместе! МАСКУ! МАСКУ! МАСКУ! – Кирилл разворачивается и начинает снимать перчатки. Ему невероятно сильно хочется оттянуть момент. Он разматывает шарф и аккуратно складывает его, – МАСКУ! МАСКУ! МАСКУ! МАСКУ! Кирилл стягивает дублёнку и неторопливо начинает стягивать маску. МАСКУ!МАСКУ!МАСКУ!МАСКУ!МАСКУ! Момент настаёт иииии он разворачивается к зрителям. На лицах жюри неподдельный восторг и радость, когда сам Кирилл мысленно прощается с потерянной жизнью. Счастливой жизнью. Теперь уже Кирилл Туриченко приветственно обнимает Вячеслава Макарова и вытирает пот со лба. Он старается улыбаться и держать лицо, но блестящие от слёз глаза выдают его целиком. Филипп начинает разговаривать с парнем, а он старается отвечать, но голос подводит и хрипит. – Нет я всегда... – Кирилл отводит микрофон от лица в попытке успокоиться. Вытирает глаза, – Сори... – Кирюш, мы с тобой, – пытается поддержать Рева, а у Кирилла в ушах только тёплое, но такое больное "Я тоже люблю тебя" от Ламы. Он пробует вновь: – Всегда думал об этой финальной речи...– И вновь Кирилл смаргивает слезы «Успокой себя!» – вопит подсознание, но губы произносят лишь: Простите, сейчас... – Это слёз счастья, – ох как неправ Славка. – Я... очень рад, что у меня такой шанс появился.. и я стою на этой сцене. Я думал, что вылечу раньше, честно говоря... – голос предательски срывается, – Вот... И тот шанс, который мне дали здесь. Шанс, чтобы проявить себя. И то, как это произошло. Вы это почувствовали. Мне это о..очень дорого... Правда. Мне этого очень не хватало. Я безумно благодарен за те слова, что вы мне сказали. Это была фантастика. Клянусь вам, каждому из вас. У меня только одна любовь. Во всех моих песнях, во всём моём творчестве это любовь. I love you огромным Одесским сердце. Не знаю даже, что ещё сказать... Он стоит на сцене. Такой маленький и такой открытый. Даже Слава отошёл чуть вбок, чтобы не мешать ему. – И я правда болел за Ламу. И я очень рад, что он прошёл дальше. Он крутой. Я не знаю, кто это, правда. Мы постоянно какой-то привет друг другу передавали... – жюри необязательно знать об их теплых посиделках, –Я буду за него болеть. – Вот знаешь, что-то заканчивается, чтобы что-то другое началось, – говорит Филипп не зная, как больно эта фраза впивается в сердце Кирилла. Он продолжает отвечать на комплименты, мило улыбаясь, хотя в его голове идёт война. Буря сметающая всё на своём пути. Это конец. Что-то обрывается в душе. Он больше не увидит Ламу, а если увидит, то это не будут те трепетные прежние отношения. – Космический Кирилл Туриченко, песня на бис? – объявляет Вячеслав. – Да, судьбоносная, – Кирилл слегка посмеивается. – Хочешь... Можем вместе, – предлагает Филипп. – Можно?.. – глаза Кирилла загораются. Такой чистый и искренний. –Буду очень рад. Петь песню на бис, когда её смысл перевернул всю жизнь, очень непростое занятие. Благо Киркоров помогает и подхватывает песню, при этом не заглушая самого Кирилла. Он привычно размахивает руками в порыве эмоций и расстёгивает рубашку цвета хаки, чтобы окончательно не взмокнуть, как мышь.

Мы так нелепо разошлись я даже сетовать не смею, но вновь вмешаться в Вашу жизнь я не смогу, я не сумею

Именно на этих словах Кирилл окончательно расстраивается, но продолжает улыбаться. Он не хочет, чтобы получилось, как с Азизой. Дождавшись команды: "Снято!" от режиссёра Кирилл расслабляется, но его не спешат отпускать. Всем хочется поговорить с тем самым Носорогом. Туриченко старается ответить на все вопросы и поскорее смыться. Кирилл надеется застать Ламу, но и он не собирался уходить не попрощавшись. Кирилл бежит к гримёрке Ламы, топоча как Носорог, но не застаёт его там. Тогда он идёт в свою, понурив голову. Открыв дверь, Кирилл не ожидал увидеть там Ламу. Он сидел уже переодевшись в стандартный черный набор и встал, как только Туриченко зашёл в помещение. Кирилл улыбается, как дурак, но его это не волнует. Он обнимает Ламу и понимает, что никуда расходиться они не станут.