locked and loaded

Хуайсан не любил резко вскакивать с места и бежать куда-то. Он в принципе предпочитал делать все неспешно, спокойно — так меньше всего была вероятность совершить ошибку. Поэтому и жил он в таком стиле, неторопливо поднимаясь с постели, так же собираясь на учебу. Он аккуратно завтракал и обедал, в то время как его друг, Вэй Усянь, успел бы за это время разнести всю столовую. Но в этот раз торопиться пришлось Хуайсану. Он не помнил, когда в последний раз бегал. Наверное, это было очень-очень давно. В памяти Хуайсана остались времена, когда он, совсем мальчишкой, убегал от брата, который обещал снести ему голову за то, что Хуайсан испортил его тетрадь с домашкой. Он помнил физкультуру в школе и то, как старательно сдавал теорию, потому что на практику у него не хватало сил. Он и не считал себя сильным, в отличие от собственного брата, за спиной которого было как за каменной стеной. У Хуайсана были кинки, о которых он не собирался распространяться. Иногда они казались незначительными, но действовали безотказно. Например, ему нравилось, когда его брат, стреляя искрами из глаз, держал его за подбородок. Когда Минцзюэ вел по его спине своими крепкими широкими ладонями. Хуайсану безумно нравилось, когда Минцзюэ забирал его с университета на мотоцикле и летел на полной скорости, заставляя крепче цепляться за талию. После каждого небольшого, но ценного жеста со стороны Минцзюэ, Хуайсан чувствовал, как зудит кожа и кипит кровь, как голова становится тяжелой от свирепых безумных мыслей. Не Хуайсан чувствовал себя перевозбужденным и нетерпеливым. К счастью, брат всегда выполнял его капризы, каким бы строгим он ни был. Минцзюэ временами становился пугающе свирепым. Хуайсан перестал бояться его лет в четырнадцать, когда понял, что ему брат никогда ничего не сделает. Минцзюэ много требовал от него, заставляя усердно учиться. Поначалу Хуайсан старался, лишь бы брат не ругался. Потом, когда учеба перестала даваться тяжело, Хуайсан работал, чтобы порадовать его. Но бегать он не любил. Хуайсан считал, что напрягаться стоит, когда от этого зависит твоя жизнь. И сейчас он чувствовал, что, если он не поторопится, случится страшное. Хуайсан не впервые пропускал занятия, но в этот раз все видели, как он полетел прямо из столовой, едва не сшибая всех вокруг. Он торопился. Друзья прикроют — это не проблема. А вот дома могло произойти непоправимое. На самом деле, все уже случилось, но больше бега Хуайсан ненавидел сидеть и ждать своего конца. Он мог загадочно ухмыльнуться и написать брату что-то неоднозначное, кокетливое, но что-то подсказывало, что в этот раз это не сработает. У Не Хуайсана были эротические фантазии, и он привык воплощать их в реальность. Он не знал, как именно Минцзюэ отреагировал на увиденное. Мало кто знал, что Хуайсан тот еще извращенец. Эта честь досталась Не Минцзюэ — его проклятье и благословение. Минцзюэ — единственный человек во всем мире, который отлично знал, как далеко Не Хуайсан способен зайти, поэтому сам Хуайсан и испугался, когда получил фото от старшего братика. Хуайсан ждал посылку. Он заказал кое-что, и доставка должна была прийти как раз в тот момент, когда брат был дома днем. У Хуайсана был тщательно продуманный план, но кто-то проебался, и теперь у него были огромные проблемы. Он заказал кольцо на член, массажную смазку и какие-то интересные дорогущие японские презервативы. Хуайсану пришлось постараться, чтобы найти размер брата. Там же он нашел кольцо, смазку и взял вибропулю на сдачу. Не Минцзюэ принял посылку. Хуайсан не предупреждал о ней и тихо ждал фото от брата. Он не впервые устраивал подобное, поэтому они оба были готовы. Посылка все-таки пришла. Минцзюэ спросил, заказывал ли он что-то, а Хуайсан ответил, что вообще-то да. И прикрепил милый стикер. Минцзюэ, как и планировалось, получил заказ и вскоре отправил Хуайсану сообщение с фотографией, на которой был огромный двусторонний дилдо. Его бросило в жар, как только картинка загрузилась. Хуайсан долго смотрел на крепкий черный ствол в руке Минцзюэ. Он за секунды успел представить то, чего не стоило, и лишь потом понял, как это могло выглядеть для Минцзюэ. Поэтому Хуайсан бежал. У него был сохранен список заказа на сайте, и все это осталось на компьютере. Он не смог бы сидеть еще три часа, зная, что дома его горячо любимый дагэ ждет его с серьезным разговором. Поэтому он вернулся домой так скоро, как только мог. Минцзюэ встретил его удивительно спокойно. Хуайсан почему-то сразу напрягся. — Гэ? Минцзюэ часто жаловался, что Хуайсан опошлил обращение «дагэ». Хуайсан не рискнул использовать его сейчас. Минцзюэ выглядел привычно хмурым и немного уставшим, хотя сегодня у него был выходной. — Ты чего так рано? — удивился Минцзюэ, поймав его испуганный взгляд. Хуайсан задыхался, пока бежал, поэтому пытался привести себя в порядок, но давился воздухом. Минцзюэ поднялся с дивана и мгновенно оказался рядом. Все, как Хуайсан любил: он почувствовал резкие, но приятные прикосновения пальцев Минцзюэ на своем лице. Это успокаивало, но в итоге голову Хуайсана высоко задрали. Стало немного страшно. — Дрожишь. Испугался, что ли? — с нажимом спросил Минцзюэ. Хуайсан побоялся лишний раз пискнуть. Он придумал, что и как скажет, когда окажется дома, но в голове стало так пусто. — Я… не… это не то… Я не это заказывал, — задыхался Хуайсан. Минцзюэ обхватил его голову руками и не сильно сжал. Это было страшно и волнующе. Хотелось закрыть глаза, зажмуриться, но Хуайсан отлично знал брата, поэтому молча поднял голову. — Правда? — ласково спросил Минцзюэ. Это прозвучало непривычно, а оттого опасно. Минцзюэ проявлял любовь и нежность по-своему. Хуайсан научился считывать это не сразу, поэтому иногда сильно обижался. Сейчас он отлично чувствовал брата, и ликовал каждый раз, когда тот позволял нежничать с собой. Сейчас эти жесты наводили на мысль, что кто-то сегодня умрет. Хуайсан сделал два глубоких вдоха прежде, чем успокоиться и вернуться к разговору, но он не успел сказать ни слова, как Не Минцзюэ вдруг улыбнулся ему. — Ты меня убить решил, да? — пропищал Хуайсан. Иного объяснения происходящему он не нашел, но, увидев лицо брата и его улыбку, успокоился. Минцзюэ по-прежнему не смог бы обидеть его, но он мог расстроиться, неверно поняв Хуайсана. Минцзюэ стал веселее, когда Хуайсан появился. На то должны были быть причины. — Курьер перепутал дверь, — ровным тоном сказал Минцзюэ. Хуайсан высоко застонал. — И надо было меня мучить? Дагэ, ты ужасен! Минцзюэ пожал плечами и крепче стиснул его плечи. Хуайсан зашипел, но не отстранился — ему не было больно, зато он ощущал силу брата. Тот опустил ладони ниже, поглаживая его гладкие руки. Хуайсан был в футболке и весь взмок, пока несся домой, как умалишенный. — Но ты меня удивил, — вздохнул Минцзюэ. — Я сперва подумал, что ты купил это для себя. Но он был слишком длинным. Потом я увидел две головки… — Я бы никогда!.. — Ты оформил заказ на мое имя. — Я делаю это не в первый раз! — Хуайсан потряс рукой перед лицом брата. Хуайсан был бедным студентом, а вот его брат располагал финансами. — Ты делаешь так, когда хочешь, чтобы товар принял я, — напомнил Минцзюэ и был полностью прав. Хуайсан планировал, что Минцзюэ увидит его заказ, возбудится и заставит его бежать с пар. Так и случилось, но Хуайсан рассчитывал на иное развитие событий. Он не собирался бегать из-за собственно страха. Он не хотел обидеть брата. Но Минцзюэ был удивительно спокоен. Хуайсан подумал, что мог просчитаться и прочитать сообщение с неверным оттенком. Минцзюэ даже улыбался глазами — это было почти незаметно, но Хуайсан слишком хорошо его знал. Он точно не был злым. — Подожди, — Хуайсан прищурился и подошел к брату ближе. Тот низко громко хмыкнул. От вибрации его голоса Хуайсан захотел упасть на колени прямо перед ним и открыть рот пошире. Минцзюэ выглядел хитрым, словно и сам что-то задумал. И он совершенно не скрывал этого. Как только Хуайсан оказался ближе, Минцзюэ тут же по-хозяйски уложил тяжелую ладонь ему на поясницу. Стало трудно дышать. Хуайсан вздрогнул, ощущая, как горячая колючая волна опускается со спины к ногам. Колени ослабли, но он остался стоять ровно, пытаясь вглядеться в лицо брата. Рука Минцзюэ соскользнула к его аккуратной заднице и крепко сжала. — Не говори, что тебе понравилось то, что пришло, — тихо сказал Хуайсан. Это было страшно и волнительно. Лицо начало гореть. Жар охватил его шею и грудь, опускаясь ниже. Теперь ладонь Минцзюэ ощущалась иначе. Минцзюэ прижал его ближе, наклонился и потерся колючей щекой о мягкую щеку Хуайсана. Он делал это часто. Хуайсан капризничал, но ему нравилось это яркое ощущение. Колени вновь дрогнули, но Хуайсан чувствовал поддержку, поэтому расслабился, складывая руки на груди брата. Его запах, такой родной и успокаивающий, дарил тепло. Хуайсан прикрыл глаза на секунду и вжался щекой в щеку в ответ. Минцзюэ снова замычал, в этот раз нетерпеливо, голодно. Хуайсан закусил губу, быстро глубоко задышал, ощущая горячее дыхание у уха. Оно пощекотало шею, а затем на коже оказались губы Минцзюэ. Они бережно касались шеи, приоткрываясь во влажном нежном поцелуе. Хуайсан откинул голову назад, открываясь. Он доверял этому человеку больше всего на свете, поэтому легко поддался ему. Минцзюэ медленно ласкал его губами и гладил спину, бока и бедра руками. Хуайсан мигом позабыл все то, о чем думал несколько секунд назад, полностью отдавшись в руки старшего брата. Их связь давно перестала казаться чем-то запретным и неправильным, но иногда Хуайсан боялся посмотреть брату в глаза. Он знал Минцзюэ всю свою жизнь и иногда пугался того, как на него смотрели. Он вспоминал самый сложный период их жизни, когда они бегали друг от друга, и не верил, что то, что было у них сейчас, ему не снилось, что Минцзюэ обнимал его, и эти объятия продолжали оставаться самыми теплыми, самыми желанными. В глазах защипало, и Хуайсан проморгался, в итоге все-таки посмотрев Минцзюэ в лицо. Тот оторвал голову от его шеи, следуя неторопливыми поцелуями по линии челюсти к губам. Хуайсан протяжно застонал, цепляясь за его крепкие плечи. — Ты весь дрожишь, — заметил Минцзюэ, — о чем ты думаешь? Говори. — О тебе… — А конкретнее? Его голос звучал глубоко и безумно сексуально. Хуайсан снова застонал и с трудом разомкнул губы. Во рту пересохло, но, стоило открыть рот и впустить внутрь язык Минцзюэ, как сразу стало влажно, горячо и сладко. Хуайсан крепче вжался в него, позволяя сильно мять свои бедра. Ему не хватало интенсивности, но дагэ знал, как сделать ему хорошо. Хуайсан не понимал, от чего он так завелся, подозревая, что дело не только лишь в прикосновениях и поцелуях. — Я думаю о том, — Хуайсан задыхался, — о том, как ты… — Минцзюэ мягко надавил на его подбородок и вновь скользнул в рот горячим языком. Хуайсан застонал. Минцзюэ легко поднял его на руки, держа под бедрами, сразу же принялся зацеловывать его тонкую шею. — Продолжай, — Минцзюэ шептал между поцелуями. Хуайсан плавился, не находя сил, чтобы держаться за его плечи. Он обнимал талию Минцзюэ ногами, хватался за шею и иногда подергивал бедрами. Его члену было тесно, а внутри все зудело от желания. Ему нужно было срочно раздеться, но так не хотелось слезать с рук. — Трахни, — протянул Хуайсан. — Мы не видимся из-за твоей работы. Я скучаю. Минцзюэ громко хмыкнул и сжал зубы на его плече. Хуайсан вскрикнул. Ему стало так хорошо от этой боли. Он все дрожал и стонал, пока Минцзюэ вылизывал его шею. Хуайсан сжал его голову, чтобы поднять лицо и впиться в губы. Он хотел смешать дыхания и сожрать рот брата. Того это явно устраивало: это было ощутимо, когда Минцзюэ крепче сжал бедра Хуайсана. Так они добрались до дивана. Хуайсан сидел на широких коленях и покорно держал рот открытым, пока Минцзюэ сосал его язык. Это было почти что больно. Они смотрели в глаза друг друга, отчего грудь запекло. Стало жарко. В груди зачесалось от желания прижаться ею к твердому телу Минцзюэ, но тот действовал так, как нравилось ему, и подтолкнул Хуайсана, заставляя встать на колени. Хуайсан обожал кардиганы. Сегодня он надел теплый длинный кардиган, который болтался на нем всю дорогу, пока он бежал. Под кардиганом была тонкая футболка. Она не была прозрачной, но Хуайсан кожей ощущал, куда именно смотрит Минцзюэ. Это длилось несколько секунд. Затем Хуайсан почувствовал его. У него были чувствительные соски. Они были крошечными, но легко становились твердыми, стоило погладить их или сжать. Минцзюэ отлично знал это, чем часто пользовался. Хуайсан мог только кричать и хвататься за его голову и плечи. — Мне всегда было интересно, как сильно ты можешь возбудиться из-за них, — Минцзюэ широко открыл рот и склонился к его груди, впуская правый сосок в свой горячий рот. Хуайсан молча всхлипнул. — Не думаю, что ты способен кончить так. Тебе этого явно будет мало. — Дагэ… — Но мой рот будет занят, — решил Минцзюэ, снова накрывая ртом влажное пятно на его футболке. — У тебя есть руки, — заметил Хуайсан. Минцзюэ замычал и подключил зубы. Хуайсан крепко вцепился в его волосы, прижимая ближе. — И… член. Хуайсан с ума сходил. Стоило ему открыть рот, как ладони Минцзюэ моментально опустились на его бедра и принялись сминать их. От ощущения рук на заднице и рта на груди Хуайсан терял голову. Брат отлично знал его тело — даже слишком. — Думаю, тебе придется выбрать, — ответил Минцзюэ, мягко покусывая кожу у соска Хуайсана. Темное пятно на футболке становилось все шире. — Хочу все сразу. — А хочешь в два ствола? Я и тот огромный член, который нам привезли? — Ха? Хуайсан крепко зажмурился. Минцзюэ продолжил мучить его грудь. Когда тряпки надоели, он неспешно раздел Хуайсана и снова занялся его сосками. Хуайсан ненадолго успел расслабиться, опустившись на колени брата. Тот был возбужден, что было легко заметно через его домашние штаны. Хуайсан потерся о него, чувствуя размер. Он сразу вспомнил слова о том огромном дилдо, который им по ошибке прислали. Самое ужасное, что он действительно хотел попробовать в два ствола, но почему-то безумно боялся — скорее, реакции брата, чем ощущений. Минцзюэ умел сохранять контроль, но терял голову, когда Хуайсан предлагал странные штуки. В этот раз поиграть предложил Минцзюэ, и Хуайсан вообще не понимал, чего ожидать. Когда в нем оказались пальцы Минцзюэ, Хуайсан на мгновение забыл о том, что ему пообещали. Он прикрыл глаза и отдался ощущениям, при этом стараясь не упасть совсем. Минцзюэ двигал пальцами внутри него, медленно ласкал изнутри, словно делал массаж. Его крупные пальцы ощущались прекрасно. Хуайсан осторожно сжимал, желая усилить чувство. Ему было одновременно много и мало. Он сильно возбудился от мыслей о двух членах в своей заднице и губ Минцзюэ на груди. Тот так же неспешно целовал его шею и грудь, не касаясь сосков. Они изнывали и болели, опухшие и покрасневшие. Хуайсан открыл глаза, перебирая волосы Минцзюэ. Тот толкнулся в него третьим пальцем и слегка согнул их, царапая зубами тонкую, крепко натянутую кожу ниже груди. Хуайсан вскрикнул. Он начал задыхаться, зацепился за волосы Минцзюэ и двинул бедрами. Кожа загорелась после зубов Минцзюэ. Пальцы начали двигаться быстрее, скользя внутрь и хлюпая из-за смазки. Минцзюэ никогда ее не жалел, и теперь Хуайсан чувствовал себя влажным и растянутым. Он помогал, насаживаясь. Из-за каждого касания пальцев к простате он выкрикивал и протяжно стонал. Минцзюэ часто говорил, что обожал, когда Хуайсан не сдерживался и голосил. Хуайсан разучился быть тихим во время секса, полностью доверяя брату. Каждый раз, когда он думал о том, что перед ним его любимый брат, в груди кололо. Хуайсан беспомощно открывал рот и тяжело дышал. Его это заводило. Но еще больше его возбуждал взгляд Минцзюэ, когда тот становился голодным. Именно с таким, глядя Хуайсану в лицо, Минцзюэ снова принялся мучить его соски. Ощущений стало еще больше. Это было почти больно: пальцы внутри не щадили, а ужасные беспощадные губы терзали грудь. Хуайсан хотел целоваться, но кончить желал больше. Он не контролировал себя: скакал на пальцах, впуская их глубоко, терся грудью о колючую щеку Минцзюэ. Тот низко мычал, и от этого звука хотелось сдохнуть на месте. Но Хуайсан не спешил умирать — для начало нужно было кончить, а потом сделать брату хорошо. И все же в этот раз Минцзюэ не стал его мучить и позволил сразу кончить, пообещав, что они еще продолжат. Хуайсан, устало сидя на его коленях, радовался тому, что они с братом отлично сходятся во многих вещах. Например, им обоим нравилось трахаться до потери сознания. Им обоим нравилось дразнить друг друга. Переходя из гостиной в спальню, Хуайсан заметил красную коробочку на столе. Там лежало все то добро, что он заказал. Значит, курьер вернулся? Колени дрожали после скачек, и Хуайсан грустно вздохнул, помня про обещание Минцзюэ трахнуть его в два ствола. Но капризничать Хуайсан не стал — у него было достаточно много игрушек, которые могли помочь Минцзюэ исполнить это.