Пелагея

в лиловом пальто с большим фетровым цветком у сердца вошла в прихожую прабабушкиного дома, обмакнула зонт в корзинку у двери, сняла вымокшую шляпу и рассмеялась. Тетушка Зинаида была необыкновенной женщиной, чудачкой и немного сумасшедшей, и семья Нюты ее не особо любила. А вот Нюта тетушку Зинаиду обожала. Обожала за совершенно детский характер, за прогулки по Ботаническому Саду, за страшные сказки заправской журналистки с хлестким интригующим слогом, за подарки: шоколадные морские фигурки, пластинки, кассеты, журналы тридцатилетней давности, книги… — Аннетта, краса моя, — пропела тетушка Зинаида, отыскивая ее среди толчеи гостей в коридоре. — Умница, какой ты еще ребенок, горжусь тобой, а ну-ка вот… Она жестом фокусницы извлекла откуда-то из самой груди, из пышного жабо блузки небольшую лиловую книжицу, очень толстую, с золотой нечитаемой вязью на обложке и язычком золотой ленточки, струившейся вдоль корешка. — Читай внимательно, мое золото, это очень полезно, — она скинула на руки Павла Анисимовича, отца Нюты, свое пальто, сбросила, как сбрасывают оковы, туфли, и пошла щебетать на кухню. Нюта улыбнулась ей в спину и постаралась поскорее утечь на второй этаж, в свою комнату. Книга открывалась легко, как уже много раз читанная, и на первой странице сразу же была картинка в технике отрывистой линии, правдоподобно изображающая девушку девятнадцатого века (или начала двадцатого). Удивительно большеглазую, тонкую и полупрозрачную, изящную, как сахарная фигурка с верхушки свадебного торта, в светлом оборчатом платье и с немного улыбающимися губами. Улыбка нарисованной девушки показалась Нюте смущенной, как при знакомстве. Сверху было название: «Пелагея». «Вот как тебя зовут», — кивнула про себя Нюта. Потом подумала и закрыла книгу, осторожно вложив золотой язычок между страниц, убрала ее на полку, куда-то между десятком кирпичиков советской фантастики, которая надоела Нюте около месяца назад и была вытеснена коллизиями фэнтези. Классика ее тоже не интересовала, а красивая книжка тетушки Зинаиды, без сомнения, была классикой. После застолья Нюта уехала из прабабушкиного дома и оставила книгу на полке. Еще пару дней она жалела и думала, как сказать об этом матери, попросить передать книжку в город, но потом забыла. Она еще не знала, что до ее следующего приезда в прабабушкин дом пройдет четыре года, и что, когда она там наконец объявится, прабабушки уже не будет в живых.