Любимая работа- это та, на которую ты ходишь не ради денег

      Этот день был самым расслабленным. Даже, правильнее сказать, ленивым. Выходной, как никак. В последнее время свободные дни выпадали крайне редко, а вот сегодня так получилось, что все члены команды решили все свои дела, никому никуда не надо, все свободны, работы нет и не предвидится. Еще и пятница вдобавок – это вообще, самое лучшее комбо, которое только можно было придумать. Первое, чем сегодня занялись абсолютно все без исключения – хорошенько выспались. Просто потому что надо. И проснулись все тоже в хорошем, ленивом настроении и хорошо отдохнувшие.       Завтрак прошел, как обычно – все за столом, на столе очередная ароматная вкусняшка, приготовленная чудесными и умелыми женскими руками, чаёчек, кот на праймовских коленях – ритуал полностью соблюден. Все как надо. Идиллия.       Но, как мы знаем, хорошее не может длиться вечно – так уж предусмотрено. И спокойствие наших героев, к сожалению, тоже долго не продлилось – чудесную утреннюю атмосферу прервала вибрация телефона лидера. - Я не буду трубку брать, - уверенно сказал мужчина, убирая устройство подальше. Но тут же на него посмотрел Рэтчет, вскинув вверх одну бровь, будто бы переспрашивая «Точно?». - Ну не хочу я! Сколько же можно! – он продолжал возмущаться, но старый друг продолжал стоять на своем и теперь просто негромко и утвердительно сказал «Возьми». Прайм не мог дальше продолжать эту схватку, поэтому все же раздраженно ответил на звонок, сразу же включив его на громкую связь: - Добрый день, мистер Прайм. Звоню Вам сообщить, что у нас сегодня очередное внеплановое заседание совета безопасности… - после этих слов лидер, сдерживая всю свою злость, прикрыл глаза и несильно стукнул сжатыми кулаками по столу, - Вы обязаны присутствовать… - после этих слов ему становилось уже сложнее себя контролировать, синеволосый начал практически «закипать», наводя небольшое напряжение на остальных, но открыв глаза, он посмотрел на медика, который также в свою очередь не прекращал с ним зрительный контакт и сейчас негромко, чтобы на том конце не услышали, убеждал старого друга, сделав глоток чаю: - Ты не можешь их обматерить, ты воспитанный, - получая в ответ раздраженно-злое «угу» сквозь зубы, он продолжил, - ты спокоен, ты не можешь послать его нахуй, поэтому ты сейчас просто возьмешь и согласишься… - военврач и пальцем не двинул, наблюдая, как синеволосый сжал кулаки еще сильнее, но тут его почти сработавшую терапию прервали: - Хотя, знаете, мистер Прайм, мы наблюдаем, что Вы присутствовали на всех собраниях до этого. Сегодня мы вряд ли будем обсуждать что-то новое с уважаемыми участниками и присутствующими, поэтому могу сказать, что присутствовать Вам не обязательно, - после этих слов Оптимус сразу же открыл глаза и нагнулся к телефону с целью убедится, что ему не послышалось, - спасибо Вам большое, извините за беспокойство, хорошего Вам дня, - звонивший быстро попрощался, на что лидер, стараясь скрыть искреннюю радость, тоже ответил благодарностью и попрощался, бросив трубку. Как только он завершил вызов, то сразу же с облегчением откинул голову на спинку дивана и разжал кулаки, расслабив руки. Бля, какие же напряжные и выматывающие эти сраные заседания!       Ребята также искренне за него радовались, даже Рэтчет улыбнулся - ведь такое почти каждый день происходило – дергали его без остановки, а он ведь тоже живой человек. Ему тоже хочется отдохнуть, поспать, да в конце то концов, целый день просто лежать, ничего не делая! Или посмотреть, что там кот сегодня принес…ТАК, ЛАДНО, сейчас не об этом.       Их искреннюю радость на мгновение прервал дожевавший Би, читая что-то с экрана телефона: - Мужики! Сегодня, между прочим, праздник! – это его заявление мгновенно заставило всех без исключения обратить на него внимание и посмотреть на него удивленными взглядами, поэтому парень, пролистав что-то дальше в телефоне, принялся радостно объяснять: - Сегодня же Всемирный день водки!       Удивленные взгляды в его сторону продержались еще пару минут, пока длительное и неловкое молчание прервал Уилджек: - Не, ну тут как бы грех не… - он резко оборвал свою речь, на всякий случай с опаской посмотрев на командира, но бояться ему было абсолютно нечего, ведь мужчина полностью поддержал его предложение: - Не, ну тут сам Бог велел, - после этих слов мужики невероятно обрадовались и быстренько встали со стола, - собираемся значит и поехали, - по «приказу» лидера парни с нескрываемым восхищением направились на выход из помещения, пока их не перебил громкий окрик доктора: - Э, джентельмены, алло! А про женщину никто не подумал?       Ребята, которые уже успели встать со стола, мигом вернулись назад в столовую, а Оптимус, который еще сидел за столом, просто аккуратно развернулся к ней, ведь у него на ногах до сих пор отдыхало рыжее чудовище. Парни, окружив стол и сделав преждевременный вывод, что Арси скорее всего водку не пьет, сразу же начали предлагать альтернативные варианты: - Шампанское может? Или вино? - Текила? - Мартини? – немного позже, осознав, что шеф может за такое и пизды дать, они аккуратно глянули на него, но мужчина просто так же, развернувшись, сидел и тоже ждал ответа синеволосой. А та в свою очередь на их предложения только смеялась, чем по правде говоря, удивила мужчин еще больше. От души посмеявшись, она, наконец, отдышалась и гордо подняв голову, сказала: - Ой,мальчик, прекращай – сейчас тётя будет тебя учить водку пить, - после этих слов парни громко и восхищенно закричали, побежав к ней обниматься а затем собираться грабить ближайший супермаркет. А Оптимус теперь был уверен на все двести, что эта женщина – богиня. И в этот момент клетки его мозга одновременно нажали кнопочки, благодаря чему посреди мозга высветилась табличка с яркой надписью «А ты сомневался?».

***

      Приехав домой как раз под вечер, ребята разложили покупки и сразу же сели за стол, отмечать самый что ни на есть невероятный праздник – Всемирный день водки. Кто бы еще такое мог придумать. Зато для наших героев в самый раз. Лучше повода и не придумаешь.       Насчет того, как Арси учила мальчиков водку пить… Она реально на мгновение подумала, что она странная какая-то. Она конечно же выпила с ребятами, почему бы и нет. Правда, она ни в коем случае не любит напиваться до блевотины. Немножко всегда можно, но естественно в пределах разумного. По крайней мере для нее «в пределах разумного» означало, что ты хоть и выпила, но еще кое-как соображаешь, видишь, слышишь и можешь без лишней помощи дойти, именно дойти, до своего отсека, ИМЕННО ДО СВОЕГО. И сейчас она чувствовала себя именно так. Ничего ужасного не происходило, все было под контролем. Но почему-то ее «в пределах разумного» вынесло парней без малейших препятствий, и они сейчас лежали одновременно на столе и друг на друге просто в говнище. По крайней мере, Би и Смоук, остальные то товарищи постарше, себя чувствовали просто восхитительно и продолжали пьянку, будто бы ничего не случилось. Словно каждый день такая пьянка. Понятное дело, речь уже практически несвязанная, слова неразборчивые, глаза периодически закрывались, но бухич продолжался! Праздник сегодня, или как! Арси не стала больше рисковать, поэтому она, вежливо попрощавшись с ребятами и пожелав им хорошего продолжения вечера, скромно удалилась. Сначала решила зайти к себе в комнату, захватить полотенечко и потом уже в душ надо бы. Да, надо бы.       Она вошла в свой отсек, сразу же включив свет, даже не оборачиваясь, уже просто на автомате ложа руку на выключатель. Устало осмотрела быстрым взглядом сначала кровать, потом стул, потом даже стол на всякий случай – ну а вдруг. Правда, это ей невероятно помогло, от слова «никак», потому что полотенце она еле откопала в шкафу. Взяв с собой все необходимое, она очень уверенной походкой направилась на выход, и уже даже почти вышла из отсека, как вдруг резко остановилась, а в голове засело резкое и тревожное «Стоп, а где кот?». Арси повторно внимательнее оглядела комнату, теперь уже пытаясь обнаружить в ней кота. Эта мысль в последнее время частенько ее настигала, но потом сразу же быстро улетучивалась, как и сейчас – синеволосая всегда помнила, что кот был всегда в ее комнате. И тем ситуациям, когда кот был не в ее комнате, было единственное и всегда рабочее объяснение – значит, он в другой комнате. И женщина всегда знала, у кого. В первый день после знакомства Жора даже спать к нему сразу пошел. А затем еще и вещи ее стал ему носить, засранец пушистый! А если не в комнате, значит точно на коленях сидит. А поскольку колени сейчас находятся за столом, значит и коть там же. Определенно. Перестав волноваться насчет своего любимца, женщина со спокойной душой направилась к своей первоначальной цели – в душ.

***

      Боже, какое же счастье – посидеть спокойно с мужиками попить водки. Да и просто спокойно посидеть с мужиками. В выходной, когда никуда не надо, ничего не запланировано важного – просто весело и расслаблено посидеть, выпить, поговорить. Спроси у него сейчас, Оптимус вряд ли бы вспомнил, когда такое в последний раз было. А его надо еще чаще вот так каждый день со своими заседаниями дергать, тогда вообще ничего помнить не будет. Даже есть будет забывать с такими успехами. А сейчас хорошо, сейчас клево. Только вот, по ощущениям, еще одна стопка и уже будет вообще не клево. Ну ничего, это легко исправляется – чичас он холодной водичкой умоется пару раз, возле окошка открытого постоит на холодном воздухе, и через минуту произойдет сброс настроек и он снова будет как огурчик.       С такими обнадеживающими мыслями и пока еще, слава Праймусу, в состоянии самостоятельно передвигаться, синеволосый направился в сторону душевых, оставив своего верного рыжего напарника охранять его место. А котяшкинс был вообще ни разу не против, скрутился себе на нагретом месте на диване, и лежал.

***

      Мужчине практически удалось дойти до душевых. Буквально чуть-чуть не хватило. А все потому, что в него из-за поворота кое-кто врезался. Кое-кто, шагающий так же вяло и устало, как он, и видимо прикрыв глаза на момент поворота. Загадочный объект оказался женщиной, у которой сил не хватило не то чтобы на какие-то извинения, даже на самый обычный «ой». Видимо, горячий душ тоже немного «размотал» ее, и сейчас ее состояние было практически идентичным с состоянием начальника. У нее, правда, хватило сил поднять голову и посмотреть на него.       А еще женщина была в полотенце. Правда, как бы так сказать… Полотенцем для тела его было очень трудно назвать. Тем более для Оптимуса – он такое разве что себе на руку мог намотать. Короче этого полотенца сейчас было только его самообладание. Сразу же после этого клетки его мозга продемонстрировали новую табличку, гласившую «Самообладание? Это то, которое месяц назад внезапно исчезло?».       Он держался.       Он пытался, но она сама виновата – она на него посмотрела.       Синеволосый с силой приподнял женщину, схватив руками за ягодицы и прижал к ближайшей стене. Сказать, что Арси охренела – ничего не сказать, потому что во первых, она из-за теплого душа соображает теперь с пробелами, да и во вторых – потому что ей просто не дали этого сделать! Она только рот от удивления успела открыть и сразу же встретилась своими губами с его. Ее еще никто так не целовал – будто она являлась чем-то настолько важным и жизненно необходимым, что без выжить без нее было просто невозможно. А ему чего скрывать – для него все так и было. Боже, а его руки – так сильно и уверенно сжимали, что она точно поняла – сейчас он не хочет ее отпускать.       Прервав поцелуй, мужчина сорвал с нее полотенце, которое так мешало, и выкинул его нахер куда-то подальше. А синеволосая даже забыла, как дышать, когда он начал выцеловывать каждый сантиметр шеи, обжигая ее горячим дыханием. По всему телу, словно цунами, пробегали волны мурашек, которые разрастались еще больше, словно иглами вонзаясь в кожу. Она не то чтобы дышать, она забыла как думать, потому что думать рядом с этим мужчиной было невозможно.       Арси потянулась к нему за поцелуем, запутавшись пальцами в его волосах и получив моментальный отклик. Гладила широкие плечи, касалась спины и целовала, боясь спугнуть этот миг, ведь потом она будет всячески себя отговаривать от такой очевидной правды – она остро нуждается в нем, в его объятьях, которые окутывают с головой, в которых чувствуешь себя защищенной как никогда. Та и вообще, с таким, как он, ничего не страшно – ни огонь, ни вода, ни разведка под самым носом у врагов. С ним не страшно, потому что он надежный.       Страсть и эмоции накрывают с головой, унося в неизвестность, и снова поцелуй – требовательный, настойчивый. Им наверняка кажется, что этого всего слишком мало, мало чувствовать только поцелуи. Он прижимается всем телом, а она в ответ еще крепче обвивает его бедра ногами. Глаза непроизвольно закрываются, а сквозь приоткрытые губы вырывается стон. Ждать становиться невыносимо от слова совсем. Она бессовестно подалась вперед, а мужчина еще сильнее ухватил ее за ягодицы, прижимаясь пахом настолько сильно, насколько вообще возможно. Стыда больше не было, да и о каком стыде может идти речь – они пьяные в дрова обжимаются в коридоре у стены, какой стыд вообще? Как раз наоборот – невероятные ощущения, уносящие в водоворот эмоций и чувств.       Арси вскрикнула и кричала каждый раз, когда он врывался в нее дико и необузданно, не давая ни секунды продыху, не собираясь останавливаться. С невероятной силой сжимал ягодицы, не давая сбежать, а она терялась, даже отключалась временами, настолько ей было хорошо. Он снова накрыл ее губы требовательным поцелуем. Именно этого ей и не хватало – поцелуя, от которого вообще перестаешь понимать, где ты, что ты и как ты. Женщина вновь запутывалась пальцами в его волосах, прижималась еще крепче – он точно не сбежит, она не отпустит. Мышцы внутри сжимались, и синеволосая уже не могла ими управлять, испытывала постоянно нарастающую щекотку, готовую лопнуть, взорваться в любой момент…       В темноте закрытых глаз невероятной, стремительной волной обрушились яркие вспышки, волна жара пронеслась по венам, стремительно перебираясь к спине, заставляя выгнуться и онеметь на долгое время. Его пальцы сжали ягодицы до боли, а яростные толчки постепенно сменились мягкими и нежными.

***

      На нагретое и внимательно охраняемое котей место никто не позарился, поэтому он так и уснул, свернувшись клубочком и проспав в столовой всю ночь.