Оставив погоню за вечностью

Сара не помня себя птицей взметнулась по лестнице, едва только закрылась за ней дверь подъезда. Задыхаясь, она всё поднималась выше, судорожно расстёгивая куртку и оттягивая воротник, чтобы схватить хотя бы глоток воздуха. Старые посеревшие стены исписаны были различной степени вульгарности корявыми надписями — напоминаниями прошлого для каких-то фантомных людей. Разглядывать всё это безобразие и сокрушаться о безнравственности не было времени. Сара ужасно спешила. Пусть даже и знала, что там, куда она идёт, ей не будут рады. Там, куда она так спешила, её никто не ждал. Желание вернуться обратно и просто сбежать становилось всё сильнее, когда всё ближе становилась та самая дверь на восьмом этаже. Сара знала, что ей даже никто не откроет. У Эи, её любимой Эи, просто был человек лучше её. С Яэ Мико они знали друг друга много лет, и были столь близки, что у Сары едва ли мог быть шанс. Её чувства к Эи были её ночным кошмаром, ведь эти чувства обречены были на провал. О них Сара молчала, не желая встревать в чужие отношения. Она видела, наблюдала издалека, как Эи и Мико счастливо милуются, не обращая ни на кого внимания. А сама сгорала от того, как сильно влекло её к Эи. Она замерла у двери, не решаясь даже касаться звонка. Эта дверь, казалось, была каким-то рубежом её жизни. И если хотя бы кто-нибудь откроет, это решит всё её дальнейшее существование. Но рука не поднималась позвонить в звонок. Сара боялась даже не того, что ей не откроют вовсе. Она боялась, что увидит там Эи, которая осудит её. Казалось, вечность прошла, пока Сара глупо и нелепо стояла у двери. Она всё же решилась. Коротко зазвучал пронзительный глас дверного звонка. Её тело охватила дрожь. Началось мучительное ожидание. Тишина оглушала, выбивала воздух из лёгких. Хотелось броситься вниз, обратно. И Сара даже неуверенно посмотрела на темноту внизу, куда уходили ступени. Но неожиданно дверь открылась. На пороге стояла Яэ Мико в лёгком ночном халате с кружевным краем рукавов. Она выглядела недовольной — гостей явно никто не ждал. Словно её отвлекли от чего-то чрезвычайно важного. За её спиной показалась Эи, в спешке пытавшаяся запахнуть на себе одежду. Сара смутилась от собственных догадок и невольно попятилась назад, не желая больше им мешать. Яэ Мико схватила её за запястье и втащила внутрь, не позволив сбежать. — Сара, что случилось? — первым делом спросила Эи, когда они усадили её на диван в гостиной и устроились рядом. Кудзё не знала, что ответить. Потому они дали ей время успокоиться. Эи заваривала чай, пока Мико оставалась с ней. — Я догадываюсь, почему ты пришла, — спокойно сказала она. Но этот тон всё равно ужасал. Яэ Мико не осуждала и не ненавидела её. Даже, казалось, понимала. — Я не хотела приходить, — тихо ответила Сара. — Не решалась. — Рассказать ей обо всём раньше тоже не решалась? — с лёгкой насмешкой спросила Мико. Сара не знала, что сказать. Она чувствовала себя на самом деле очень глупой. Яэ Мико видела её насквозь, пока она соображала, куда деть свой стыд. Эи заглянула к ним, чтобы убедиться, что у них всё в порядке, и исчезла снова. Сара боялась говорить с ней и надеялась, что она не присоединится к ним ещё как можно дольше. — Я не хочу говорить с ней об этом. Яэ Мико усмехнулась. — Глупая-глупая Сара. Если не хочешь — я сама расскажу ей. Она поднялась и направилась в сторону кухни. Сара поднялась и бросилась за ней, не позволяя ей уйти. — Не нужно! Такая реакция Яэ Мико показалась забавной. Но вместо того, чтобы обидеться на неё или попытаться вернуться к своему замыслу, она подошла ближе и почти на ухо ей прошептала: — А ведь ты мне нравишься, милая. И Эи тоже. Ты просто этого не замечаешь за своим упрямым нежеланием признать, что ты любишь её. Эи всё слышала. Она недоумённо застыла напротив них в проёме, не зная, как реагировать. Увидев её, Сара всё-таки сбежала. Просто сбежала, не желая разбираться ни в своих, ни в чужих чувствах. Она бежала по лестнице, не слыша, как Мико и Эи зовут её и просят не делать глупостей. Вырвалась из подъезда на морозный воздух и наконец вдохнула полной грудью, ощутив, как холод обжигает горло и лёгкие. Ей не стало лучше, но она почувствовала свободу. Обернулась к огоньку в том самом окне и бросилась бежать прочь со двора, словно сумасшедшая. Она по крайней мере знала, что за той дверью на восьмом этаже её ждут. И у неё будет повод вернуться. Тогда, когда она решится признаться.