ma lune.

Мэвис влетела в комнату Биби с руганью на французском и так громко захлопнула дверь, что девушке показалось, что стены легонько затряслись. Служанка издала страдальческий звук, сползла по двери и выпалила: — Comment il m'a eu, laissez-le commander à la maison! Тем временем, Биби лежала на кровати и, чтобы не втыкать бесцельно в потолок, в закромах ящиков стола нашла какую-то скукотищную книгу про безответную любовь. Она не пыталась ее прочитать, лишь водила глазами по строкам, пытаясь впихнуть себя скучные диалектные словечки и глупые, давно не используемые, выражения. Прошло около пары дней с последних событий и Биби просто смирилась. Разгадка даже не думала приближаться, наоборот, словно отдалялась. Девушка еще несколько раз внимательно осматривала подвеску на наличие каких-то потайных отделений или секций, но безрезультатно. Идиотский кусок железа. Точнее, одна его часть. Биби решила, что вторая была просто утеряна, но зачем она вообще существовала — вопрос. Хотя, нет, не такой уж и вопрос. Наверняка, там было просто продолжение фразочки про вечную жизнь и как это прекрасно. А вот так ли это, Биби было бы интересно узнать. В детстве для нее бессмертие было чем-то недосягаемым, чарующим, зовущим к себе.. Но, чем старше она становилась, тем яснее девушке открывалась эта тема. Бессмертие — совсем не дар, скорее наказание. Особенно, когда смерть — освобождение. Освобождение... Биби была бы рада узнать что думает на этот счет человек, который напрямую относится к этой теме. Что думает насчет своего относительного бессмертия Мортис? Как ему жилось до встречи с Биби? Хотел бы ли он стать смертным.. Да, действительно, желание сделать что-то при невозможности сделать это такое сильное. Когда они были вместе, Биби, кажется, совсем это не волновало, но сейчас, когда она даже не знает, где он находится и что делает, ей бы очень хотелось расспросить его обо всем. Биби была бы готова отдать все, чтобы сейчас поболтать с ним хотя бы немного, каких-то 15 или 10 минут.. Да неважно, о чем. Просто поболтать, как раньше. Биби перевела взгляд в сторону Мэвис, но снова впялилась в книгу. Ей было не особо интересно слушать ее сейчас, но если служанка пришла к ней сама, то нужно подать хоть какие-то признаки заинтересованности. — Что там у тебя? — Портной, — Мэвис удрученно вздохнула, былая ярость в глазах сменилась разочарованием. — Я ему ясно сказала, что тебе нужно сшить платье на предстоящий бал, а этот enfoiré сшил на размер меньше! Она подняла голову и посмотрела на Биби, но не поймала ее взгляд. — Как ты пойдёшь, если он не успеет перешить... Биби краем уха послушала, что сказала ей служанка, но осознание слов пришло не сразу. Девушка оторвалась от книги и привстала. — Какой бал? Мэвис захлопала глазами и всплеснула руками в удивлении. — Seigneur!Биби, ты что, запамятовала? Ваш отец устраивает бал в честь предстоящих праздников, — она поджала губы, оценивая, нужно ли это говорить, но выдала с задержкой. — Чем ты старше, тем большая удивляюсь твоей сказочной памяти. Биби отложила книгу и села на край кровати, уже внимательно слушая служанку. Ей была интересна тема всяких балов викторианской эпохи уже очень давно, но как только она в ней оказалась, совсем про них забыла. Девушку сейчас больше заинтересовала сама тема бала. Она почти совсем сползла с кровати и вгляделась в Мэвис, поджав губы. — И что, и что, и что? Что там будет? Служанка, кажется, совсем смутилась. Биби и так вела себя странно, как ей казалось, будто никогда тут не жила, а наводящие и элементарные вопросы ещё больше удивляли ее. — Биби, все, как обычно. Ты же очень любишь подобные светские мероприятия. Кажется, девушка поняла, что Мэвис не настроена ей целиком и полностью описывать балы, поэтому ей оставалось лишь утвердительно хмыкнуть и поразмышлять самой. Тем временем, Мэвис снова вспомнила свой конфликт с портным и начала что ворчать себе под нос. Она отошла от двери, в ее руках была небольшая тряпка, которой она начала аккуратно протирать мебель в комнате Биби, попутно бурча что-то с полу-французским диалектом про то, как ее достал этот самовлюбленный, никого ни во что не ставящий работник. — Ох, однажды я отжалуюсь твоему отцу, попляшет у меня Роберт... Биби прекратила слушать ее причитания и снова взяла книгу, начала водить глазами по словам, пытаясь вникнуть. Мэвис редко оглядывалась на Биби, будто желая что-то спросить, не переставая убираться. Пару раз она делала короткий вдох и короткий выдох, не решаясь начать диалог. — Моя дорогая, скажи мне, с кем ты будешь танцевать? — Служанка спросила это аккуратно, почти шепотом, чтобы, в случае гнева Биби, быстро смотаться и забыть, или будто их кто-то мог услышать. Девушка не оторвала взгляд от страниц, потому что не знала, что ответить. Ей было известно, что партнёр сам приглашает даму на танец и, по сути, вопрос Мэвис был нелогичным, но переспрашивать Биби не стала, потому что думала, что служанке виднее, чем ей. Она почесала щеку и что-то промычала. — Что? — девушка, кажется, специально сказала что-то так, чтобы Мэвис не поняла, но, видимо, служанке было настолько интересно, или это волновало ее, что она решила переспросить. Биби сощурилась, в ее планах было, чтобы Мэвис отстала от неё, не получив членораздельный ответ, но и грубить и прогонять служанку она не хотела, поэтому ей пришлось снова придумывать ответ. — Я говорю... не знаю... — Биби снова проглотила последний слог в нерешительности. Мэвис не стала смотреть на Биби и принялась за протирку зеркала, не оставляя ни одного развода. Служанка, кажется, не была удовлетворена таким ответом или ожидала другого, поэтому снова, также тихо, как и в прошлый раз, обратилась к девушке. — Ну как же... — она запнулась, то ли вспоминая, то ли пытаясь придумать, что сказать. Она не договорила предложение и сразу начала новое. — Я не была на последнем балу, потому что его устраивал не твой отец, — Биби не поняла, к чему она ей снова поведала это так, будто знала, что девушки то, по сути, и не было на том балу, но пропустила мимо ушей. — Но, я помню, что ты мне что-то рассказывала... — она оторвалась от зеркала и почесала бровь, пытаясь восполнить воспоминания. Наконец она облизнула пересохшие губы и выдала чуть громче, как бы подчеркивая уверенность в своём ответе на свой же вопрос. — Ты что-то рассказывала про мисье Грацкого младшего. Сердце Биби снова лихорадочно забылось в груди, на спине выступил холодный пот. Что бы это могло значить? Все таки, они были знакомы с Мортисом раньше, или... Биби, кажется, перебила саму себя. — Это который Мортис? Мэвис снова захлопала глазами в недоумении. Кажется, Биби снова прокололась. Это служанка должна была спрашивать его имя. — Ну да.. Наверное, тебе виднее... Глупее всего было бы, если бы Биби спросила, что она рассказала, но, к счастью, девушка успела пораскинуть мозгами прежде, чем сказать что-то. Кажется, Мэвис смутилась неосмотрительности Биби и больше вопросов не задавала, своим молчанием поставив точку в их разговоре. Она закончилась с уборкой и скрылась в коридоре, негромко постукивая небольшими каблучками. Биби наконец-то захотела насладиться тишиной и просто полежать, как вдруг служанка, видимо, что-то вспомнив, просунулась головой в комнату, не заходя полностью. Она пару раз моргнула, ожидая, когда Биби ее заметит, и что-то промямлила: — Э-э.. Роберт сказал, что сегодня нужно подойти на примерку.. платья.. — было такое ощущение, что служанка хотела поговорить или думала совершенно о другом, ее мысли смешались, поэтому речь была хоть и связанная, но не очень разборчивая. Биби почесала нос и согласительно кивнула. Хотя, делать ей было нечего, кроме как согласиться. Все мысли Биби теперь были заняты предстоящим балом. Когда она проходила через главный коридор усадьбы, она видела какой-то большой дверной проем, вероятно, именно он вёл в бальный зал. Девушке ещё не представлялось возможности туда заглянуть, поэтому ей лишь оставалось представлять, как он может выглядеть. Наверное, там есть какие-то ходы на кухни, множество балконов, постаменты с вазами, большое люстры с подсвечниками, много-много свечей, свет который благоговейно рассеивается по залу. Живая музыка, дамы в роскошных платьях, кавалеры в костюмах и фраках.. кажется, все это хоть один раз в жизни привлекало каждого человека. Биби оставалось лишь глухо надеяться на то, что Грацкий придёт, они смогут поговорить, может, потанцевать... Это будет не ее Мортис, даже.. чужой, но девушка была бы рада видеть его любым. Просто посмотреть, услышать голос. Понадеяться, что она когда-нибудь сможет выбраться из этого кошмара. Около 6 вечера. Сумерки давно окутали город, былой ярко-алый зимний закат лишь слабо теплился короткой желтовато-красной полосой на фоне невысоких домов и усадеб. Биби неспешно спускалась по лестнице на первый этаж. Она решила скрасить своё тихое ожидание чего-то в четырёх стенах небольшой прогулкой по усадьбе, осмотрев последние уголки, в которых она не бывала. Точнее, в которых ей было дозволено бывать. Служанка коротко напомнила девушке, что заходить в кабинет отца Бланко, нельзя, а в таких "служебных" помещениях, как кухня или кладовка, ей просто делать нечего. Да, усадьба Бланко действительно подтвердила свой статус в глазах Биби. Ее всегда привлекал интерьер викторианской эпохи, а здесь он был в чистом своём проявлении. Не успела девушка выйти в главный холл, как наткнулась на Мэвис. Точнее, врезалась. Служанка захлопала глазами, но, узнав Биби, фыркнула: — Наконец-то я тебя нашла! — Мэвис взяла темноволосую девушку за руку и потащила за собой в холл, продолжая фразу. — Роберт уже заждался, где ты пропадаешь? — Биби решила, что вопрос был риторический, поэтому отвечать не стала. Они дошли до главного входа, у Мэвис откуда ни возьмись появилась в руках шуба Биби, которую она уже протягивала девушке. Та решила не задавать лишних вопросов и просто надела шубу на себя. Переобув сапоги, служанка и Биби уже шли по заснеженной тропинке куда-то в глубь сада. Дойдя до небольшой пристройки, Биби обмахнула снег с сапог об порог и встряхнула вручную с плеч те снежинки, которые успели упасть на шубу. Мэвис широко распахнула дверь и Биби озарил тусклый свет множества свечей. Посередине комнаты стоял невысокий парень лет 30, сначала удивлённо глядящий на них, затем с легким недовольством. — Мэвис, que diable, почему я должен... — заметив Биби он осекся и его взгляд лишь легкое благоговение. — Мисс Бланко, добрый вечер! Тут случилась такая оказия, что... Мэвис прервала его и, даже с какой-то дерзостью, посторонила плечом Биби, выйдя вперёд. — Бла-бла-бла, мисс Бланко уже в курсе всех твоих оказий, ты перешил? — ее голос выражал лишь презрение и выдавал ее раздражённость в, видимо, напыщенности по отношению к Биби. Роберт кашлянул, пытаясь скрыть свою ответную неприязнь, и утвердительно буркнул себе под нос. — Перешил, — он праздно указал Биби пройти, а не стоять на пороге, и перевёл взгляд на ширму с манекеном, на котором висело очень красивое платье. — Мисс Бланко, прошу. Биби прошла и сняла верхнюю одежду. Пройдя к ширме, она легко коснулась кончиками пальцев в перчатках платья, сняла их, и взялась за ткань уже полностью, обоими руками. Это было что-то похожее на шёлк, белого-белого цвета. Самое платье было пышное, с разными рюшами и прочей баламутью, присущей таким платьям. Рукава были примерно до локтя, дальше, вероятно, руку скрывали перчатки, которые было велено носить на все светские мероприятия как женщинам, так и мужчинам. К платью прилагался небольшой корсет из кожи, такого же белого цвета, но, такое ощущение, что слегка потемнее. Биби сняла платье с манекена и скрылась за ширмой. Переодевшись, она вышла, чтобы показаться портному и Мэвис. Служанка просияла в восхищении, кажется, она была в восторге от таких нарядов. Роберт кинул оценивающий взгляд и хотел что-то сказать, но Биби его перебила. — Корсет... Я не могу его завязать. Кажется, об этом портной и хотел поведать дамам, поэтому пригласил Биби на небольшой выступ посреди помещения. Как только Биби поднялась, он принялся затягивать ей корсет, пока Мэвис восхищенное наблюдала с легкой улыбкой на лице. Последний узел должен был стать решающим в корсете, и Биби уже набрала воздух, чтобы ей было легче, но Роберт затянул ленты так, что девушка лишь шумно, но коротко выдохнула и немного согнулась. Биби сейчас была бы очень рада, если у неё сохранились все рёбра. Выражение лица Мэвис сменилось с очарования на дикий гнев. Она не хотела показывать свои и так явные эмоции по отношению к Роберту, поэтому коротко рявкнула: — Да что ты в самом деле делаешь?! Никогда корсеты на завязывал?! Портной, увидев, что затянул слишком туго, прошипел и развязал ленты: — Faire des excuses. Биби сделала резкий вдох и выпрямилась, выдавив из себя короткое, прерывистое "ничего". Мэвис фыркнула еще пару раз в сторону неосмотрительности портного и походила вокруг Биби, желая найти какой-то прокол Роберта. Девушка осмотрелась сама себя. Она точно любила читать или смотреть на что-то подобное, но точно не носить... привыкнув к свободной и удобной одежде без сексизма и каких-то рамок, теперь ей было очень сложно адаптироваться под моду этого времени. Да, Биби действительно была бы рада отдать все за свои широкие штаны с завышенной талией и обычную водолазку. Роберт передал Биби белые перчатки, кратко напомнив: — Носить кольца поверх перчаток — дурной тон, мадам. Видимо, Биби настолько вкусила роль возвышения над кем-то ниже своей касты, поэтому даже почувствовала легкое оскорбление. Она сама прекрасно знала, что в викторианскую эпоху действительно так считалось, так почему каждый.. портной делает ей замечания и старается принизить каким-то элементарными вещами?! Биби ничего не сказала, лишь показательно шмыгнула носом и поджала губы. Она надела перчатки и вытянула руки перед собой, чтобы рассмотреть. Они были сделаны из какого-то.. шелка, то ли чего-то подобного, были изящными и тонкими, повторяли все линии ее рук, подчеркивая тонкость и утончённость пальцев с небольшими коготками на конце. Биби проморгала тот момент, когда в руках Мэвис оказалось небольшое блестящее колье, которое она застегнула на шее девушки. Ключицы снова обжог холод металла и Биби коротко сглотнула. Когда Мэвис отстранилась, служанка жестом попросила, чтобы Биби покрутилась. Девушка не спеша обернулась один раз вокруг своей оси, и в глазах Мэвис снова заиграл одобрительный огонёк. Биби, приподняв подолы платья, сошла с платформы и обернулась к Роберту, поставив точку в их сегодняшнем диалоге: — Все прекрасно, берём, — Биби совсем немного склонила голову, выказав легкую признательность портному. — Хорошего вечера. Девушка молча переоделась, накинула шубу и сапоги и стала ждать пока клуша-Мэвис оденется. Она снова разбрасывалась острыми язвительными словами по отношению к Роберту, а тот, похоже, давно привык к предвзятому отношению и смирился. Портной передал платье и перчатки Биби и девушки направились в сторону усадьбы, протаптывая засыпанную снегом дорожку.