ma lune.

Биби стояла, нервно покусывая губы, переминая пальцы, сложенные где-то на груди. Она наблюдала за входом. В принципе, ничего кроме улыбаться и махать ей не нужно было, поэтому девушка лишь растеряно перескакивала взглядом с одного гостя на другого, будто ища кого-то. Желая найти. Вдруг она уловила ласковую речь своего отца и слова, которыми так грезила весь вечер. Несколькими часами ранее. — Да что ты бесишься, сядь и угомонись! Мэвис, стоявшая до этого в дверях, наконец не выдержала. Биби металась по комнате, как ошпаренная, не понимая, что и как ей делать. Сердце бешено стучало в висках в неизвестности и желании познать таинства предстоящего события. Служанка в этот момент напоминала ей Мортиса — вампир так же любил стоять с недовольной рожей в дверном проеме, будто презрительно оценивая ситуацию со стороны. Она опёрлась корпусом об косяк и исподлобья взглядом следила за бегающей, как загнанный в угол заяц, Биби. Мэвис фыркнула на девушку снова и вошла в комнату полностью, поглядев на маленькие настольные часы, стоящие на письменном столе, рядом с отрывным календарем. Они пробили 19:30. — Почему ты носишься здесь сломя голову, когда через половину часа твой отец будет ждать тебя в главном зале при параде? Мэвис поджала губы и сказала это, словно самой себе. Она быстрым шагом подошла к Биби и указала на трельяж. — Сядь, не бери грех на душу, я займусь твоей прической, коли ты никак в руки себя взять не можешь. Иной раз Биби, конечно, огрызнулась бы, но сейчас ей было не до острословия. Она хотела уже сделать хоть что-то для преображения своего внешнего вида наконец. Девушка действительно бесцельно провтыкала весь день, кажись, совсем забыв, что она далеко не в сказке, где по щелчку пальца ее приоденут и приукрасят, и на это нужно время. Биби крайне удивляла разносторонность Мэвис. За время, прожитое здесь, она узнала, что служанка здесь вкалывает и в качестве кухарки, и домработницы, а ещё и оказалось, что заведует внешними красотами своего начальства в лице Биби. Нет, это действительно было довольно интересно, особенно учитывая то, что Мэвис не выглядит уставшей или замученной. Казалось бы, это даже проносит ей ментальное удовольствие или эйфорию, словно ей нравится услуживать Бланко. На ее месте Биби бы давно на все плюнула, так как не привыкла от кого-то зависеть. Хотя, она бы не могла не назвать зависимостью господство ее отца над остальной семьей и слугами, но это... другое, как ни банально. Все-таки, Биби ощущала эту лёгкую свободу внутри себя, но если она будет ей злоупотреблять, железный поводок правосудия и гнева Бланко старшего натянется. Главное, чтобы не натянулся слишком сильно, а остальное Биби, конечно, переживёт. Как-нибудь. — Главное не вертись, пожалуйста. Биби снова промолчала, покорно принимая все то, что говорит Мэвис. Возможно, служанка неосознанно поняла, что Биби сейчас не в том положении, чтобы спорить, и пользовалась этим, но точно не делала этого специально. Немного поколдовав над волосами Биби, Мэвис организовала непринужденную и легкую, при этом очень элегантно и красиво смотрящуюся прическу. Девушка осмотрелась, поджав губы и одобрительно кивнула. Служанка, довольная одобрением Биби, резким движением скрестила пальцы, разведя локти, и поспешила передать Биби платье, которое покорно висело в шкафу немного поодаль от другой одежды с того дня, как девушки забрали его у Роберта. Биби поднялась с пуфа и приняла платье из рук служанки, скрывшись за ширмой. Корсет она оставила в пользование Мэвис, потому что, по правде говоря, никогда и не умела завязывать их, тем более себе. Служанка аккуратно затянула ленты, не сильно сдавливая, но и сохраняя осанку. — Ну.. Биби поняла, что она хочет услышать, поэтому похвалила Мэвис. — Спасибо, явно удобнее, чем в прошлый раз. Превзойти Роберта и получить похвалу начальства при этом было за двойное счастье для служанки. Она заметно просияла, кажется, радуясь больше, чем чему-то иному. Все-таки, как бы Мэвис не пыталась это скрыть, служанка была довольно меркантильной, заносчивой и самолюбивой, даже утаивая свой характер под маской дружелюбности и покорности в идеях сословного меньшинства. Биби сделала несколько оборотов вокруг своей оси и переводила глаза с одной стороны на другую, наконец вспомнив, что искала. — Колье и перчатки, Мэвис. Служанка сорвалась с места и достала откуда-то из глубинок письменного стола небольшую шкатулку. Открыв ее, Мэвис передала Биби аккуратно сложенные перчатки, а сама одним беспрерывным движением, легко и просто, застегнула колье. Биби медленно и с какой-то апатией натянула перчатки. Ее внутренняя былая буря эмоций вдруг резко утихла в ноль. Темная и холодная пустота начала образовываться то ли где-то под рёбрами, то ли в солнечном сплетении... но быстро распространилась по всему телу ужасающим холодом. Глаза Биби более не выражали предвкушающие искорки радости и веселья, стали отстраненными и погруженными будто в мысли девушки. Биби вдруг перестала чего-либо хотеть, только если скрыться ото всех взглядов и убежать куда-то. Девушка подошла к зеркалу, прижав руки к телу и скрепив пальцы ниже груди. Она осмотрела себя с ног до головы, но промолчала. Мэвис поспешила подойти и с большим энтузиазмом оценила внешний вид Биби. Служанка, кажется, заметила непонятную отстранённость девушки и поглядела пару секунд на ее лицо, пытаясь понять, что чувствует Биби. — Что с тобой? — она выждала пару секунд. — Словно на эшафот ведут. Ну же, выше голову и вперёд. Биби коротко выдохнула и поспешила в бальный зал, кинув последний взгляд на своё отражение в таком же холодном стекле зеркала. Наконец Биби увидит бальный зал! Она уже так давно грезила узнать, что же там! Мэвис распахнула двери перед девушкой, и ее на секунду ослепил неяркое сияние освещения. Биби, затаив дыхание, прошла вовнутрь, где столкнулась со своим отцом. Самостоятельно он точно не собирался подходить к дочери, поэтому Биби поспешила. Подойдя к нему, девушка подметила, что его взгляд не падал вообще никуда более, кроме как ей в глаза. Кажется, ему было совсем не все равно, но так все равно на ее наряд. Больше она, наверное, никак не могла это охарактеризовать. Они поговорили о всех тонкостях и гостях, что Биби делать нужно, а что не следовало бы. Девушку иногда забавлял и вгонял в раздумье тот факт, что иногда она замечала, как с ней разговаривают так, будто знают, что она совсем не... отсюда. К таким склонностям у Мэвис Биби за время проживания уже привыкла, ее больше не удивляло, если служанка начинала говорить о каких-то, казалось бы, элементарных для дворянской жизни Биби вещах так точно и в деталях, словно девушка слушала это впервые. Хотя, это почти так и было. Вот черт, Биби так отвлеклась на какие-то внешние мысли, что прослушала последние фразы отца. До неё донеслось лишь: — На этом, вроде бы, все. Помни о последнем, что я тебе сказал, это очень важно, моя дорогая. Будь осмотрительна и осторожна. Нет, была бы моя воля, я бы не делал этого, но ты уж меня прости. Это важно для моего статуса. Будь аккуратна, я дорожу твоей жизнью больше всего на свете. Переспрашивать Биби не решилась, но ей было чертовски интересно, что там такого опасного рассказал ей отец. Она рассмеялась про себя, потому что, скорее всего, это было что-то а-ля "не злоупотребляй пуншем" или "не свешивайся с балконов". Спустя пару десятков минут, Биби успела достаточно осмотреться и краем уха слушала нудные рассказы отца о его молодости. Видимо, он любил досаждать окружающих своими очень крутыми историями, как однажды... Размышления Биби снова прервал его голос, но теперь он стал напряженным и сосредоточенным. — Слышу фырканье лошадей и звон колоколов. Ну что ж, первый бал сезона можно считать открытым. Мэвис вручную распахнула двери и перед Биби и Бланко старшим появились первые гости. Мужчина мгновенно натянул улыбку на лицо, пытаясь произвести впечатление, слащаво приветствовал своих желанных гостей, жал руки. На удивление Биби, в гостях был небольшой разносол. Конечно, костяк составили молодые кавалеры и дамы, но также она видела и довольно великовозрастных гостей, которые, видимо, пришли чисто из интереса, поболтать со своими давними друзьями молодости и просто потравить байки. Такой же разброс был и в нарядах. Фраки, костюмы, платья, пышные платья, очень пышные платья. На чьем-то фоне платье Биби, которое она и так считала довольно вычурным, смотрелось жалко. Дамы и господа разных мастей, каждый из них был одет по своему красиво, но все таки все придерживались одного стиля и фасона. Никто не появился без перчаток, как и полагается. Биби оценила обстановку и поняла, что, в принципе, основная часть гостей уже на месте. Суетливый шум, чей-то смех и разговоры уже начали смешиваться в особенную какофонию звуков, но Биби все ещё нервно переминалась с ноги на ногу, высматривая кого-то на входе. Вдруг до неё донеслись какие-то слова отца, от которых сердца забилось чаще раньше, чем мозг обработал смысл услышанного. — Месье Грацкие, очень рады вас видеть. Мужчина немного переиграл и его голос все-таки выдал напыщенную приветливость, которая маскировала... которая маскировала то, что Бланко хотел замаскировать. Биби мгновенно переметнула взгляд на вход. Первым, кого она увидела был... вероятно, отец Мортиса. О Боже, он выглядел ещё устрашающе, чем она себе его представляла. Его лицо не выражало ничего, кроме такого холода, которого девушка не видела никогда. Никаких эмоций. Вообще ничего. Ни отблесков, ни проблесков, ни намеков. Такие же, как и у Мортиса, вампирические желтоватые глаза смотрели четко перед собой, изредка переметываясь куда-то в сторону, и то лишь на пару секунд. Его клыки, которые Биби увидела даже издали, были намного острее и длиннее, чем у Мортиса, да и вообще все представления о вампиризме на основе Мортиса рухнули. Его отец был не то чтобы вампиром, он был настоящей нечистью воплоти. Биби почувствовала жжение от чьего-то взгляда. Оно было намного сильнее даже чем тогда, когда на неё смотрел Мортис своим самым хищным и неприветливым взором. Черт. Она встретилась взглядом с Грацким старшим. Его глаза холодно отражали в себе лишь мерцание свеч, горящих повсюду. Он словно анализировал девушку, читал, как раскрытую книгу, кажется, узнал обо всем, ничего не спрашивая. Биби прервала зрительный контакт и сглотнула, уведя глаза в пол. Когда она перестала ощущать слежение за своими действиями, девушка снова оглянулась. Из-за спины Грацкого старшего показался Мортис. На фоне отца он выглядел, по правде говоря, немного жалко, было сразу видно смешения геномов человека и вампира. Мортис выглядел просто миленьким маленьким котёнком по сравнению со своим папашей. Мортис медленно оглядел зал, прежде чем пройти. Сияние свечей бликами играло на его темных-темных, почти чёрных волосах, собранных в небольшой хвост, а передними прядями свисая на лицо, отражалось и перескакивало. Наконец-то Биби имела возможность рассмотреть его полностью и в деталях, хотя делала это тысячи и тысячи раз раньше. Его лицо оставалось таким же, каким девушка его и знала: прямой длинный нос, явно выделяющиеся скулы, блестящие проницательные и видящие все насквозь глаза, в которых даже сейчас плясали огоньки какого-то простого детского задорства. Биби с забавой для себя отметила, что даже на протяжении пары сотен лет Мортис не изменял своим принципам и вкусам в моде. Конечно, он жить не мог без своего обожаемого удлиненного, выглаженного и аккуратного донельзя пиджака, который он надевал везде и всюду. В общем, Мортис даже тут придерживался каких-то норм классической одежды и внешнего вида. Хотя, неудивительно, если каждый день он наблюдает вот это воплощение нечистой силы рядом с собой, живет с ним в одном доме, слушает его и потакает. Биби немного не поняла, пересеклись ли они с Мортисом взглядами, или он не заметил ее, но поспешила скрыться в толпе, чтобы не вызывать к себе лишнего внимания, потому что она порядком утомилась от, кажется, вечных приветствий и натянутой вежливости. Биби стояла где-то в центре толпы, тихо потягивая пунш и наблюдая за обстановкой. Кажется, все были довольны. Вдруг к девушке подошла какая-то дама и приветливо поздоровалась: — Добрый вечер, Биби!! Кажется, они были знакомы уже очень давно и довольно тесно общались, но Биби первый раз в жизни видела эту девушку! Как она узнает, по вашему, хотя бы ее имя? Вести себя странно сейчас, прямо тут было самым страшным кошмаром Биби, поэтому она ответила что-то универсальное. — Добрый-добрый. Как... — девушка запнулась, выбирая, что сказать. — Жизнь? Собеседница дружелюбно рассмеялась и качнула кистью руки. — Неплохо жизнь... — и начала что-то рассказывать, про какие-то поездки, про то, как с ней что-то там приключилось... Биби совсем было это не интересно, она изредка кивала головой или заинтересованно хмыкала, пока сама ананлизировала гостей. Например, вон тот молодой человек походу был сущим бабником. Это даже издалека видно. А та девушка была очень сдержанной и скромной, видимо, из строгой семьи или под надзором кого-то из своего поместья... Биби так погрузилась в лаконичный голос собеседницы и размышления о гостях, что прослушала, как музыка сменилась на какую-то другую мелодию, очевидно, открывая бал, и перед Биби организовался Мортис. Когда Биби заметила его краем глаза, кажется, ее мир рухнул. На негнущихся ногах она развернулась лицом к вампира, ожидая, что он хочет сделать. Мортис исполнил поклон и протянул Биби правую руку. Девушка при всем желании не могла бы узнать, как она выглядела со стороны, но была уверена, что максимально нелепо и обескураженно. — Мисс Бланко, не откажите ли Вы мне в удовольствии танцевать с Вами? Лаконичный, немного басистый, похожий на мурчание кота голос Мортиса прошёлся электрическим разрядом по всему телу Биби, но сейчас ей нужно собраться с мыслями и взять себя в руки. Секунда прошла. Ещё одна. Взгляд вампира пронзающе нацелен прямо в самую глубину глаз Биби, он вальяжно ждёт ответа на приглашение. Девушка вдруг резко пришла в себя, словно ее облили холодной водой. Она протянула левую руку. — Конечно. Мортис удовлетворительно взял Биби за протянутую руку и склонил голову по отношению к ее собеседнице, как бы извиняясь за то, что он забирает у неё Биби на сегодня. Биби попыталась сохранить спокойное и дружелюбное выражение лица, но, даже если у неё это и получилось, она боялась, что Мортис прощупает ее пульс даже через перчатку. Сердце стучало где-то в висках, заглушая все внешние звуки. Вампир, как положено, шёл слева от девушки. Какой вообще танец сейчас.... Мазурка? Нет, мазурка не танцуется вначале... Вальс? Нет-нет-нет, точно не он... Полонез! Полонезом всегда открывали балы. А как танцуется этот чертов полонез... Биби покопалась в закромах своей памяти. В принципе, вроде ничего сложного. Мортис держался статно и даже... холодно. Не то чтобы отстранённо, но в его взгляде редко прослеживались какие-то нотки дружелюбия или былой любезности. Биби решила взять себя в руки, ведь вдруг сейчас решается ее дальнейшая судьба! Да и не только ее, в принципе. Танец начался. Движения Мортиса были отточены до такой степени, что складывалось мнение, что они были заложены у него в генах. Если Биби могла позволить себе задержать взгляд на туфлях или увести его в сторону, то вампир смотрел лишь только в душу девушке, не сводя взор с глаз вообще никуда. Он как будто анализировал Биби, наблюдал за ней, пытался зацепиться за что-то в глубине ее глаз. А может и просто благоговейно наблюдал, отдавая себя танцу и эмоциям. Биби много раз танцевала с Мортисом при разных обстоятельствах, но каждый раз убеждалась, что для вампира танец — это нечто большее, чем просто движения в определённой последовательности. Мортис каждый раз наслаждался им, давал волю эмоциями и отдавался полностью. Освобождал все то, что ранее утаивал. Вампир считал язык танца самым красивым и красноречивым, самым открытым и истинным. Танец всегда говорит то, что нельзя сказать словами. Танец — это искусство. Когда полонез подошёл к концу и пары начали расходиться, Биби заметила, что во взгляде Мортиса что-то поменялось. Он смотрел на неё как-то... девушка не смогла бы это описать. Биби наконец смогла расслабиться и вести себя открыто и приветливо. Она перевела взгляд на вампира, и на ее лице заиграла лёгкая улыбка в знак признательности за приглашение и бесконечной симпатии, конечно же. Мортис в ответ многозначительно улыбнулся. Вот черт, здесь Биби не могла наперёд прочитать то, что хотел передать своим взглядом или выражением лица вампир, хотя раньше у неё это отлично получалось! Но она знала точно, что Мортис не передавал никакими своими жестами или эмоциями чего-то негативного. Лишь лёгкая удовлетворенность и наслаждение торжеством. Биби отстранилась от вампира на расстоянии вытянутой руки, как Мортис пальцами задержал кисть Биби в своей на пару секунд, прежде чем отпустить. Как только он это сделал, моментально скрылся в толпе, словно отпустил руку девушки навсегда. Биби проследила за тем, как он удалялся, видя лишь его макушку, но сразу после того, как потеряла Мортиса из виду, обернулась к своей былой собеседнице. Девушка, видимо, стояла со своим партнером ближе к тому месту, где встретились они с Биби, поэтому пришла немного ранее. Она снова обратилась к Бланко: — Грацкий младший, ну и ну, — ее голос не выражал какой-то зависти или злости, лишь лёгкое удивление и негласную досаду. — Не каждая девушка может себе хотя бы представить честь танцевать с ним. Биби позабавил вывод девушки, наверное, лишь потому, что она жила с "Грацким младшим" уже 4 года в одной квартире. Она хихикнула и переспросила, но, кажется, это было излишне: — В действительности? Собеседница изогнула бровь в недоумении, и Биби поняла, что это всем известным и элементарный факт. Бланко поджала губы и пожала плечами, как бы говоря: "ну, вот так", на самом же деле слегка издеваясь над словами своей подруги. Знала бы она...

***

Вечер был, кажется, в самом своём разгаре. Гости сновали туда-сюда, кто-то уже принялся за карточное дело, а кто-то тихонько потягивал пунш, мирно болтая о чём-то с ровесниками и ровесницами, какие-то парочки курлыкали между собой. Биби больше не танцевала. Она старалась отказывать всем приглашениям, которые ей поступали разными способами, то она уже кому-то обещала, то она пропустит танец, то ещё что-то... по правде говоря, девушке просто не хотелось. Она не видела больше Мортиса и это немного подпортило ей настроение, ведь, по сути, она шла сюда только ради... Даже не знаю. Ради чего, в действительности? Наверное, поговорить, познакомиться, если она бы не были знакомы или ещё что-то из этой оперы... Биби решила прогуляться по залу. Она наконец отвязалась от своей подружки и успешно свинтила вглубь толпы. Девушка решила пойти краем, чтобы не наткнуться на кого-нибудь нежелательного. По стенам зал был украшен торшерами с подсвечниками, в которых уже несколько часов озоровали огоньки пламени свечей. Проходя мимо одного из балконов, Биби заметила чей-то силуэт. Сначала она прошла мимо, но потом вернулась и аккуратно заглянула. В лицо ей ударил свежий морозный воздух. На балконе стоял Мортис, оперевшись руками на ограждение и о чём-то размышлял. Биби подумала, что, возможно, это ее последний шанс поговорить с ним за сегодняшний вечер, а может, и за всю оставшуюся жизнь. Она помедлила несколько секунд, а потом аккуратно вышла полностью. Было ужасно холодно, но, кажется, ни ее, но вампира это не волновало. Биби тихо подошла, чтобы не напугать Мортиса и также облокотилась. Вампир резко обернулся на неё, не ожидая чьего-либо визита, но, узнав Биби, расслабился. Глаза девушки блеснули в темноте и она тихо, не напрягая голосовые связки, поздоровалась: — Привет. Мортис повёл плечами и ответил что-то неоднозначное. — Cutie-Bibi, — он устремил глаза вверх, на звёзды. — Приятная и весьма неожиданная встреча. Биби польщенно хмыкнула и промолчала. Кажется, Мортис размышлял о чём-то своём, но девушка не мешала ему. Вдруг, неожиданно для себя, Биби выпалила: — Знаешь, это так странно, смотреть на вроде бы незнакомого тебе человека, зная, что он пьёт кофе без молока и с двумя ложками сахара каждое утро. Что и зачем она только что сказала? Резкий импульс прожог все ее тело, Биби с волнением ожидала, что на это скажет вампир. Мортис резко обернулся и посмотрел на Биби. Его взгляд выражал удивление, некое любопытство, заинтересованность... — Почему незнакомого? — Мортис тяжело вздохнул, словно Биби сподвигла его рассказать что-то важное и давно таенное. — Мы знакомы с тобой, ma lune, уже довольно долгий срок. Это ты меня не знаешь или не хочешь знать. Биби обернулась, чтобы поискать ответа на своё невообразимое удивление в глазах Мортиса, но он уже отвернулся. Вампир выпрямил руки, приподнявшись, и сменил положение. Он облокотился спиной на ограждение, локтями оперевшись, а пальцы свёл ниже груди, вытянул ноги немного вперед. Девушка наконец смогла поймать его взгляд. Глаза Мортиса блестели в темноте и отражали в себе лишь какую-то... то ли грусть, то ли задумчивость.. Когда у них завязался разговор, выражение лица Мортиса сменялось несколько раз с одной эмоции на другую, взгляд то задерживался на лице Биби, то скользил где-то вдалеке. Они болтали долго и обо всем. Отстранившись от внешнего мира, забыв все правила и рамки. Смех Мортиса был похож на мурчание кота. Он вёл себя с Биби столь открыто, словно первый раз за долгое время почувствовал себя свободным и счастливым. — Биби, каждый раз я снова убеждаюсь в том, что словно знаю тебя вечность. Всю жизнь. Знал тогда, когда просто не мог тебя знать, знал всегда. Это так... странно, — Мортис хмыкнул, удивляясь своим же выводам. Вдруг Биби почувствовала какую-то отрешенность и грусть. Если бы Мортис только мог знать о том, что он в действительности знал ее раньше, точнее, позже... если бы мог вспомнить все их совместно проведённое время, тогда он был нашёл ответы на все свои вопросы, касающиеся этой темы. Биби натянула легкую улыбку, стараясь не выдать свою разочарованность. — Да, действительно странно, — девушка осеклась, потому что понимала, что Мортис, вероятно, ожидал какого-то поддерживающего ответа, а не вгоняющего в тупик. — Потому что у меня тоже такое ощущение. Хах, Биби не смогла придумать ничего интереснее, но, кажется, вампира удовлетворил и такой ответ. Вдруг, Биби заметила, как мимо балкона кто-то проскочил и вернулся. Вглядевшись, она узнала Мэвис. Да черт ее драл, что она тут делает. Вот сейчас только Мэвис Биби не хватало. Девушка поняла, что счёт идёт на секунды и как-то позиционировать себя по отношению к Мортиса нужно, брать инициативу в свои руки, так сказать, да и она, в принципе не против... Мортис, вероятно, не заметил Мэвис. Биби резко сократила расстояние между ней и Мортисом и, бросив взгляд на наблюдающую за дальнейшими событиями Мэвис, поцеловала вампира. Это был либо самый тупой поступок в ее жизни, либо самый правильный. Девушка проделала свой трюк очень быстро, чтобы вампир ничего не успел понять, взяла его обоими руками за лицо, чтобы не увернулся, и наконец снова почувствовала его одновременно такие тёплые, но такие холодные, потрескавшиеся губы на своих. Наконец, казалось бы, давно погасшее тепло внутреннего пламени снова разгорелось у неё в сердце. Тёплое дыхание Мортиса, его холодные щёки и лёгкий запах парфюма — все это Биби так давно жаждала ощутить снова! Последнее, что она увидела, так это быстро скрывшуюся из виду Мэвис. Биби очень надеялась, что она все видела и вынесла какие-то выводы для себя. Девушка с небольшим нежеланием отстранилась от Мортиса, держа руки на уровне груди и ожидая реакцию, какой бы она ни была. Точнее, нет, если он сейчас пошлёт Биби, она, наверное, умрет от обширного инфаркта. Но... кажется, вампир не собирался ничего делать подобного. Его взгляд выражал такую ошарашенность, какую Биби видела впервые. Недоумение, смущение и шок слились в одну какофонию эмоций на лице Мортиса. Он захлопал глазами и рассматривал лицо Биби, словно пытаясь найти ответы на все вопросы, всплывающие в его голове. В один момент его взгляд сменился на отчасти ясный и даже ласковый. — Ma lune... — пока вампир придумывал, что сказать, Биби хотела ответить что-то в своё оправдание, но он оборвал ее. — Подожди, ничего не говори, — Мортис выдохнул. — Я надеюсь, что все правильно понял... — Вампир сглотнул ком в горле. — Подойди.. просто подойди ко мне, я не буду ничего делать, подойди. Биби послушно сделала шаг вперёд, ожидая всего, но не того, что Мортис резко обнимет ее, прижмёт к себе двумя руками и сделает один прерывистый, короткий, но такой многословный вдох. Девушка снова увидела в своём Мортисе маленького беззащитного котенка, которому требовалась лишь защита и любовь, которых он так жаждал получить, но его лишь отторгали от себя и заставляли жить по своим правилам. Перед ней был маленький мальчик, который просто устал и хотел найти поддержку в окружающих. Совсем несчастный, обиженный мальчик, который оставался совсем один. Желание помочь Мортису было настолько сильным, какого Биби испытывала лишь один раз в жизни. Тогда она справилась. Но... Громкий удар. Какие-то стуки, чьи-то испуганные и возмущённые выкрики. Звон битого стекла. Мортис отстранился от Биби и обернулся на выход. Какие-то выкрики на французском языке, не сулившие в себе ничего хорошего хотя бы по интонации. — Arrête de danser, Grackie! Un jour, nous avons dit que nous finirions avec vous, et ce jour est arrivé. C'est votre dernier bal de Satan!