Ведьмовской гримуар.Начало

-Шейла, - глухо констатирует Доминик, ослабляя свой захват и делая шаг в сторону, всем своим видом показывая, что мне лучше сидеть здесь и не высовываться. И хотя вся ситуация тонко так намекает, о  самом подходящем  времени  действительно запереться в комнате и спрятаться под одеялком, а липкий страх хватает за горло своей костлявой рукой, я все же ступаю следом, ставая за спиной старбакса. - Да, вот решила почтить ваше любовное гнездышко своим визитом.  Ликанша расплывается в улыбке, поправляя волосы собранные в высокий конский хвост, и продолжает свой монолог. А я завороженно ловлю каждый ее новый жест, не иначе как, прикидывая какой именно из них приведет к уже слитому мне финалу:  - Дорога была дальняя – забрались вы конечно к черту на рога… - делает несколько шагов назад, и бегло окинув гостиную позади, констатирует: -но устроились не дурно... А вообще, -изрекает протяжно, подхватывая и по-хозяйски разворачивая к себе барный стул, после чего  вальяжно  умащивает на нем свое филейное место: - устала очень, кофейком не угостишь? -Конечно, присаживайся,- скрещивая руки на груди откидывает Браоз, на по факту уже осуществленное действие, пока я, подобно котенку, перепугано жмусь к его спине, запуская «коготки» в ткань серой толстовки. Да, храбрости высунуться из темного уголка мне хватило, а вот смотреть, заискивающе махающим  неприятностям открыто в лицо - не нашкребла. -Отдохнула? – прерывает старбакс приветственный жест брюнетки, - а теперь котись ко всем чертям! - Знаешь, Доминик, а я ведь немного изменила прошлый, крайне не распологающий к победе расклад, так  что может проявишь чуть больше гостеприимности? – обиженно отзывается ликанша, при этом, крайне несовместимо с тоном, плотоядно глядит на вампира исподлобья. Напряженное молчание тонкими нитями окутывает нас на несколько долгих минут пока девушка препарирует моего защитника взглядом, точно пытаясь найти брешь в броне его отчуждения, а после, явно смиряется с тщетностью этих попыток, и  неспешно встает: -Ну раз мне здесь не рады…. –тянет как-то напевно и слащаво, но со следующим изречением тон  резко меняется, звучно демонстрируя злобу девушки:  - Давина, детка, твой выход. Следом за этим, на первый взгляд не понятным призывом, в дом входят еще несколько человек, возглавляемые красноволосой девушкой, довольно неприятной наружности.  Но в первую очередь привлекает мое внимание отнюдь не ее непропорциональное, круглое лицо, а темная дымка синевы, что застит взгляд не больших глаз. - Эт эго деструман. Эт криспум. Игнис… – изрекает она кажется на латыни не понятные слова вместо приветствия, и моя, казалось бы, нерушимая защитная стена со сдавленным стоном складывается пополам, обхватывая голову руками. - А теперь мышка, будь умной, - Шейла жестом командует декору за спиной ведьмы, продолжающей проговаривать одно и то же сочетание слов, и пара вампиров в миг оказывается рядом. Скалясь мне в лицо, подхватывают Доминика под руки, и оттаскивают в сторону, полностью обнажая мой страх.  -Ты ведь дорожишь жизнью хозяина, что тебя приручил… - смакует девушка  свое превосходство, - видишь же, как ему больно… и именно ты можешь это прекратить – просто пойдем со мной! -Не смей! – сквозь стиснутые зубы рычит старбакс, точно бы в сложившей ситуации у меня была уйма других вариантов.  Хотя может именно другой выход я пыталась найти, хаотично бороздя взглядом помещение, пока не споткнулась об оброненную ранее выстиранную одежду. Под, ней из-за дряхлости стиральной машинки и хреновости отжима в оной, образовалась не большая лужа - она и стала для меня мигающим зеленым табло. -Хорошо!  - преодолевая купирующий дыхание страх, отозвалась я под звучное шипение Доминика. Кажется, он назвал меня дурой. -Я могу хотя бы развесить белье? –выпаливаю и не дожидаясь ответа, склоняюсь над мокрой кучкой, протягивая к оной дрожащие руки. «Только они всегда будут рядом и никогда не предадут!» -эхом звучит в голове недавнее наставление Эстэль, пока собирая по крупицам свою концентрацию я косаюсь  мокрой ткани. Да, в более спокойной ситуации прямого контакта с водой мне было не нужно, но с учетом довлеющих негативных эмоций сейчас было крайне важно не только зрительно ощущать свою стихию. «Аква, обсэкро ти!» - даже проговариваю мысленно первичный призыв, дабы минимизировать возможную оплошность.  -Вода! -  раскусила мои намерения красноволосая, отрываясь от своего заговора, но в этот момент в комнату уже ворвался тайфун, что хлынул из недр мичиганского озера.  Он обрушился сквозь окна, битым стеклом, преследуя одну цель – наказать каждого, кто осмелился посягнуть на самое дорогое.  Промокшая до нитки ликанша, спешно вытягивая из щеки застрявший осколок, было кинулась в мою сторону, но в тот же момент стихия сплелась вокруг ее горла водным кольцом, отрывая от пола и подымая в воздух одним движением моей руки.   - А ты быстро учишься, мышка – прохрипела девушка, и признаться, подобного даже я от себя не ожидала. Вот только более всего в этот момент меня заботило совсем другое. А вернее ДРУГОЙ. Сердце трепыхалось в груди раненной птицей, а взгляд ощупывал пространство ища среди обломков Доминика, но не находил. Меня накрывала апатия, а беснующаяся стихия набирала оборотов, накрывая дом все новыми волнами цунами. Я задыхалась в спазмах паники, а Шейла сипела от усиливающейся хватки водяной петли. «Единственный способ избавиться от рождённого вампира - это вонзить в его сердце кинжал» - подкидывала память книжные пилюли для успокоения, но коэффициент их полезного действия был нулевым. Не остужал мои переживания и тот факт, что железяки такие на улице просто так не валяются. Сейчас я остро ощущала только одно - потерю своего личного садиста я не переживу. Выдохнуть удалось лишь когда я заприметила знакомый силуэт, движущийся за полуоткрытой, покосившейся дверью, ведущей в кабинет, а вернее в то, что от него осталось. И меня отнюдь не пугало происходящее  за ней. Не важны были брызги крови, летящие на карту мира. Не вызывало рвотных позывов и то, когда в своей расправе Браоз кромсал голыми руками чужие грудные клетки и сердца, превращая их обладателей в липкие отходы. Даже сам окровавленный вид темного мстителя порождал скорее чувство восхищения, нежели отвращение.  Не трогал и момент, когда он был близок к отнятию жизни у такой же ведьмы, как я. - Поделюсь с тобой эпитафией, Давина,- изрёк Доминик, хватая ее за горло и припечатывая ориентиром на карту: - вампиров нужно убивать, а не играть с ними! - Меньше слов, Браоз! Ты так же подохнешь! – успела изректи девушка, прежде, чем он свернул ей шею, точно бы та и вовсе была простой тряпичной куклой. Принеприятнейший и страшный момент сей заставил все же отвернуться и зажмуриться, да вот только душу полнили совсем не скорбные эмоции. Отравой по венам неслось какое-то больное ощущение триумфа, но нейтрализовалось оно сразу – стоило лишь вновь открыть глаза, дабы увидеть, что эта расправа сулила Доминику. Это было новое болезненное созерцание того, как основательно ломается нечто, что казалось мне нерушимым и всесильным. Он развернулся в мою сторону и сделал несколько широких шагов, но красивое лицо искажала гримаса жгучей боли, точно пытаясь унять которую Браоз сильнее прижимал руку к груди, все же продолжая идти, противостоя паразитирующей немощности и поднятой мною водяной буре. Ведь здесь, совсем рядом со мной, была еще одна не поверженная угроза, что по-прежнему содрогалась воздухе, выхватывая столь необходимые новые вдохи. Серебро в родных глазах плавилось решимостью довести начатое до конца, как вдруг он замер и словно пораженный незримой пулей опустился на колени, признавая свою слабость перед чем-то более сильным. Кожа вампира же неумолимо бледнела и покрывалась жуткими трещинами, а после издав протяжный стон беспомощности, столь не свойственный и не примеримый  мною к его личности, Доминик и вовсе пал на мокрый пол. -Дом! – разорвал гул свирепствующей стихии шёпот, срывающийся  вроде бы с моих же губ. Да он был совсем чужим, но более звучным нежели все происходящее вокруг, что и определяло его принадлежность. Пустота рассыпалась внутри мелкими металлическими бусинами отчаяния. Не подвластно законам инерции они оголтело носились в пределах замкнутого пространства грудной клетки, в столкновении подымая звон в ушах, бередящий разум.  Обессиленно оседая на пол, лишь отдаленно я улавливала звуки реальности, в которой порожденное мною ненастье стихло. Гулким хлопком упало вниз и еще одно тело, утратив водяную опору, удерживающую его ранее. Шейла сипела, кашляла и сыпала обрывистыми проклятьями, но все это было за завесой моего восприятия. Плохо доходило до меня и то, что увы не удушившаяся ликанша могла вновь перейти в наступление. Ей  по сути и делать бы ничего не пришлось: вот она, я – бери –не хочу.  Но она и в правду не хотела…. Хотя нет…. Таки пыталась, но была откинута в сторону. Чем или кем я так же поняла не сразу. Действительность словно поставили на замедленное воспроизведение и даже слова, изреченные бесконечно знакомым голосом, воспринимались обрывистыми кусками: -Еще один шаг …и я разорву… твою волчью пасть! «Джастин?» -откликнулась память, пока я пыталась навести зрительный фокус, на приближающийся расплывчатый, светловолосый силуэт. «Джастин!» - подтвердили тактильные восприятия и, новым вдохом, забивающийся в легкие цитрусовый аромат. -Джастин! – воскликнула уже в слух, цепляясь за широкие плечи ведьмака, помогающего мне подняться.