Someone you loved

— И что на этот раз ты уже успела натворить? Маша устало потерла виски, когда они отъехали от дома пацанок. Утро было тяжелым и день за ним последовал такой же. — Это сейчас так важно? — едва слышно запротестовала она. — Мы можем поговорить про это не сегодня? Полякова все равно своего добьется, Маша знала это наверняка. И по большому счету не имело значения, сегодня это произойдет, завтра или через неделю. Маша вдруг осознала, что истинная причина её нежелания обсуждать сегодняшнее утро крылась совсем не в физической усталости. «Идиотка, — упрекнула мысленно она сама себя. — Позволила этому случиться, вот давай, разгребай теперь». — Да, Маша, важно. — с нажимом произнесла Полякова. — Я отправляла тебя к Лауре исправлять, а не ухудшать ситуацию. И что в итоге? Ты бегаешь от неё весь съемочный день как от огня. — Я в курсе, капитан Очевидность, спасибо. — огрызнулась Третьякова, прикрывая глаза. Перед глазами снова возник уязвленный взгляд Лукиной этим утром. Маша сделала длинный выдох, прежде чем продолжить, — я сама запуталась, Тань. Прости. Я постараюсь вернуть все как было. Полякова сделала неопределенный жест рукой и подняла взгляд на собеседницу. Маша знала, что Татьяна Алексеевна беспокоится о них обеих и как никто другой болезненно переживала каждую их перепалку. — Значит, вы разругались еще больше? — уточнила Полякова, хотя вопрос и казался ей риторическим. Третьякова сдавила переносицу. Она знала, к чему коллега клонит. — Татьяна Алексеевна, а на ваше непомерное увлечение психологией так дружба с Розенберг повлияла? Или откуда это вдруг взялось? В любом случае, я рада, что у тебя новое хобби, но буду признательна, если ты не будешь анализировать моё поведение. — Мною движет исключительно научный интерес, — попыталась оправдаться Полякова. — Я такого разлада между вами не помню даже во втором сезоне. Так что же сейчас… — Не думаю, что наши с Лаурой отношения сколько-нибудь должны представлять сферу твоих интересов, — отрезала Мария, не имея никакого желания продолжать этот разговор. — Кроме того, что мы обе твои подруги, мы еще и просто люди, которым нужно личное пространство. Право слова, Тань, заканчивай столько времени проводить в социальных сетях. Они дурно на тебя влияют. — Мария, ты преувеличиваешь значение Инстаграма в моей жизни. Выдыхай. — Дело не в этом. Мы с Лаурой сами разберемся в ситуации, договорились? В конце концов, нам уже давно не по пятнадцать. Татьяна бросила ей саркастичный взгляд и принялась что-то высматривать вдалеке. Взгляд Марии потяжелел. — Та-тья-на, — произнесла Третьякова по слогам, — мы договорились? — Слушаюсь, Мария Владимировна. — Татьяна ухмыльнулась, но вернула взгляд на коллегу. — И да, ты очень милая, когда злишься. Маша тяжело вздохнула, когда они свернули на парковку перед её коттеджем. «Двое из ларца, — подумалось ей. Теперь понятно как они с Лукиной так быстро нашли общий язык.»