Связь

***

      — Я не уеду из Бейкон Хиллс, — именно это Стайлз ответил отцу, когда тот спросил, когда сын собирается возвращаться на учёбу.       — Но я думал, что это работа твоей мечты, — Ноа приподнял брови, удивлённо смотря на своего ребенка. Пожалуй, спустя столько лет немногое в поведении ребёнка шериф не мог предсказать, однако это заявление удивило мужчину.       — Думаю, что это должно остаться несбывшейся мечтой. Как быть космонавтом, стать суперменом… ты знаешь.       Стайлз махнул рукой, давая понять, что может придумать ещё десяток метафор, но просто не станет. Шериф вздохнул, но кивнул, оспаривать это решение сына он не считал нужным — тот был достаточно взрослым, чтобы самому распоряжаться своей жизнью. Особенно, учитывая всё, через что они всей стаей (вслух Ноа всё ещё отказывался называть их так) прошли вместе.       — Я приготовлю кукурузное пюре и котлеты из брокколи на ужин, — Стайлз шутливо отдал честь и направился на выход, чтобы закупиться продуктами для готовки, оставив отца огорченным перспективой здорового питания и озадаченным жизненным выбором своего ребёнка.       О своём решении отцу Стайлз сказал первому, потому что знал — остальные попытаются избавиться от него, естественно, под предлогом того, что ему где угодно будет лучше и безопасней, чем дома. Но Стилински чувствовал — нигде больше он не будет чувствовать себя дома. Со стороны это могло выглядеть, как адреналиновая зависимость, но Стайлз знал, что это не так.

***

      — Я остаюсь в Бейкон Хиллс.       — Ты двинулся? — Лиам посмеивался, сотрясая шейкер с сиропами и льдом, чтобы налить желающим лимонад.       — Ты серьёзно? — Скотт поднял брови домиком — совершенно характерное движение бровей (общаясь с Хейлом, Стайлз стал специалистом в языке бровей). МакКолл делал так в трёх случаях: когда смотрел на щенков или любимую девушку, когда ему что-то было нужно или когда он просто не справлялся с более сложными мимическими движениями и пытался выразить скептицизм.       — Более чем, — Стилински развёл руками, состроив одно из своих фирменных выражений лица, которое значило «Не о чем больше разговаривать», но он знал, что Лидия ещё заговорит с ним о его решении остаться, а Скотт, скорее всего, попросит объяснить причины.       Если бы Стайлз играл в ставки сам с собой, то в этот раз он бы проиграл — на пороге его дома вечером оказалась не Лидия, хотя именно её он ожидал первой. Скотт улыбнулся, показал бумажный пакет с чипсами и энергетиками и предложил устроить ночёвку в школьном стиле. Стилински был не против, поэтому спустя полчаса они сидели на полу в комнате Стайлза и играли в олдскульные гонки.       — Даже твои волчьи штучки не спасут тебя от самых быстрых пальцев Бейкон Хиллс, — Стайлз беззаботно смеялся, размахивая рукой перед глазами друга после третьего выигрыша.       — Расскажешь, почему решил остаться?       МакКолл склонил голову набок, приподняв всего одну бровь и смотря на Стайлза, — ему действительно было интересно, и он не собирался спорить.       — По той же причине, что и ты, — Стилински пожал плечами, он и сам до конца не знал, как объяснить близким, почему он отказывался от больших перспектив в пользу далеко не самой спокойной жизни в родном городе.       — Только я не поступил на учёбу мечты, — МакКолл хотел добавить ещё что-то, но осёкся, понимая, что всё остальное было бы применимо и к Стилински. Возможно, за время их дружбы Скотт научился думать быстрее, чем говорит — это Стайлз был готов записать себе в личные достижения.       — Некоторым мечтам суждено остаться мечтами. Я… не знаю, как объяснить это, Скотт.       — Ты не должен объясняться… Тем более, что, скорее всего, я понимаю, о чём ты.       — Думаешь?       МакКолл кивнул головой в сторону пробковой доски Стилински, которую тот украсил общими фотографиями со стаей, а Стайлз кивнул.       — Там я не дома.       — Что намерен делать дальше?       — Возьму пару онлайн-курсов, найду работу, возможно, девушку, — Стилински дурашливо поиграл бровями, а Скотт только закатил глаза.       — Я рад, что ты будешь с нами.       — Я тоже.       И этого было достаточно для его друга (которого он сам воспитывал столько лет, чтобы они понимали друг друга лучше), чтобы вернуться к игре и продолжить веселиться.

***

      Лидия пригласила Стайлза в парк на следующий день. Они сидели на качелях, сперва просто наслаждаясь обществом друг друга и молча наблюдая за резвящимися в траве с фрисби собаками.       — Ты всё взвесил?       — Вполне, — Стилински посмотрел на девушку с улыбкой, ладонью прикрывая глаза от солнца.       — Я тоже хотела остаться, — Лидия покусала губу, смотря вдаль.       — Что решила?       — Что попытаюсь уехать… учиться — меня взяли в Гарвард, — Стайлз прервал это фразой «Ещё бы, я даже не сомневался», заставив девушку улыбнуться. — Но я буду приезжать на каникулы… и вернусь.       — Пэрриш?       — Сперва мать, потом стая, потом он.       — Я думал, что у вас всё чики-пики.       — А он думал, что у нас с тобой, — Лидия хмыкнула, переводя взгляд на Стайлза. — Но у нас с тобой ничего бы не получилось, да?       Этот вопрос застал Стилински врасплох, он нахмурился, не совсем понимая, о чём говорит девушка, точнее, не желая даже думать, что понимает. Он повёл плечами и выбрал привычную тактику решения проблем — шутку.       — Как я — обычный человек, посмел бы претендовать на сердце королевы интеллекта и красоты, банши и просто лучшей девушки города?       — Даже не пытайся, — Лидия едва удержалась от того, чтобы закатить глаза. — Ты знаешь, что у нас были все шансы… тогда, в библиотеке, и после.       — Но вы с Пэрришем уже начинали что-то.       — Между мной и Джорданом на тот момент было гораздо меньше всего, чем между тобой и Дереком, — Мартин убрала прядь волос с лица, продолжая смотреть на Стилински.       — На что ты намекаешь?       — Что ты отдалился не только потому, что уважал мои намечающиеся отношения с Джорданом, а потому что ты любишь меня, как подругу, с тех пор, как познакомился с Хейлом.       — Это громко сказано, когда я с ним познакомился, мы ещё не были друзьями.       — Но уже тогда ты гораздо больше усилий прилагал к тому, чтобы взбесить или спасти Дерека, нежели обратить на себя моё внимание.       — Так вы с Джорданом? — говорить на эту тему было неприятно, от упоминания даже имени оборотня внутри разливалась желчь, обида и злость, поэтому Стилински старался избегать таких разговоров.       — Обсуждаем логистику отношений на расстоянии, но, возможно, у нас что-то получится.       — Банши и цербер — прекрасная из вас будет пара, — Стилински хихикнул.       — Ты шутишь, а это тоже проблема, — Мартин вздохнула, крепче сжимая цепи качелей в ладони.       — Как это?       — Неметон, магия, наши силы — всё это подталкивает нас друг к другу, что прекрасно и романтично, но остаётся вопрос — присутствует ли там наша воля, любовь, симпатия или это всё синтетическое?       — Нет ничего синтетического в том, как вы смотрите друг на друга, как говорите, как касаетесь… Ты просто слишком много думаешь.       — Это твоё предположение я обдумаю, — Лидия улыбнулась, хитро прищуриваясь, прежде чем указать острым коготком в сторону лавки с мороженым. — С тебя лавандовое.

***

      С того похода на фудкорт с Лидией и начала развиваться идея Стайлза о том, чтобы создать в Бейкон Хиллс авторскую кондитерскую. Когда он рассказал о своей идее отцу, Ноа сперва долго смеялся, но прекратил, увидев, что сын говорил более чем серьёзно.       Полгода у Стайлза ушло на то, чтобы закончить свои первые кондитерские курсы, его концентрации едва ли хватало, чтобы дослушивать до конца размеренно ведущего лекции кондитера, но Стилински прикладывал все силы, чтобы у него получалось. Как только ему прислали сертификат, он направился в небольшую и старую, как сам Бейкон Хиллс, кондитерскую, хозяином которой был друг его отца, и предложил свою помощь в организации и изменениях в меню. Ему пришлось объяснять, что сочные капкейки и жирные пончики — это, конечно, прекрасно, особенно на перекрёстке с небольшими офисами и в квартале от полицейского участка, но он мог сделать кафе-кондитерскую местом аттракции для большего количества людей.       Спустя две недели после того, как Дик согласился дать Стилински шанс, парень понял, что по своей дурной привычке, взвалил на себя больше, чем мог поднять за раз. Однако это был бы не он, если бы не прорвался через все трудности и не принёс готовую концепцию своему будущему начальнику.       Обещания работать за еду весь следующий год, если ничего не получится, и уверений в том, что всю работу по ремонту и проработке новых блюд Стайлз сделает сам, было достаточно, чтобы Дик взял отпуск и отдал ключи от кондитерской Стилински.       Стая была не в восторге от того, что в свои вечера и обеды их принудили заниматься ремонтом, но Стайлз откупился от них прорабатываемыми десертами и блюдами.       Открытие было намечено, Дик вернулся, а Стайлз был более чем горд собой — за три недели он сделал из устаревшей забегаловки, пускай и небольшую, но вполне очаровательную кофейню с авторскими десертами. За это же время он создал инстаграм-аккаунт для кофейни и постил, естественно, с разрешения друзей, как они работали над ремонтом (как ни прискорбно, но оборотни без футболок привлекали гораздо больше внимания аудитории, чем идея авторского кафе), а после и подробности и своих фаворитах в будущем меню.       — Ты молодец, Стилински, — мужчина похлопал юношу по плечу, улыбаясь в свои пышные усы. — Но готовить твои штучки будешь сам, ты же знаешь?       — Да, конечно, — Стайлз солнечно улыбался, открывая двери для первых посетителей — пускай ими и были его друзья, но теперь они были готовы испробовать не тестовые блюда, а готовое творчество Стилински.       — Вот и хорошо, — Дик удалился за стойку, неверяще проводя пальцами по отмытой до блеска древней кофе-машине. Стайлз усадил друзей за столик, он улыбался широко и пружинил, стоя на месте, не имея возможности сдержать эмоции. Он принял заказ у друзей и сам пошёл его выполнять — как минимум в первый день хотелось, чтобы всё было по высшему разряду.       Одного поста Лидии Мартин в соцсетях хватило, чтобы спустя час перед кассой выстроилась очередь желающих попробовать веганские десерты, безглютеновое печенье, мятные и лавандовые макаруны и целую массу всего остального. Поэтому когда полицейский участок решил навестить их почти всей сменой, большей части десертов уже не было.       — Ты молодец, сын. Я правда не думал, что ты даже обучение закончишь, — Стайлз бы обиделся на такое заявление, но отец действительно стал свидетелем того, как он психовал и бессмысленно сидел на полу кухни в россыпи муки, как минимум несколько раз.       — Я сам удивлён! Но получилось же! Стилински младший сиял, принося людям свои десерты и ощущая, что его желание делиться добром по жизни теперь осуществляется в полной мере. Стайлз и сам не ожидал от себя того удовольствия, с которым он будет вставать ни свет ни заря, чтобы хлопотать на крохотной кухне небольшого кафе. Спустя месяц после запуска нового формата, владелец сказал, что не получал такой прибыли и за полугодие, по крайней мере последние пять лет. Поэтому он предложил Стилински стать партнёром и взять управление на себя — проводить целые дни на ногах Дику действительно было сложно из-за его подагры, а Стайлз был и рад согласиться.       Отправив мужчину на некое подобие пенсии, с условием, что он будет навещать их, когда будет настроение и время, Стилински нанял себе помощника, но сам неизменно приходил на кухню к шести утра, чтобы к восьми уже быть готовым обслуживать ранних пташек.