6.1
25 апреля 2024 г., 18:23
Понедельник 28 февраля, раннее утро, дом семьи Эберт.
Я в пятый раз протёрла очки и кашлянула, пытаясь очистить лёгкие, однако это не слишком помогло — всё равно пыль и земля по-прежнему плотно висели в воздухе. Осталось лишь со злобой сжать кулаки.
«Ну же, Тейлор, от этого даже я устать успел», — произнёс Камнетёс. — «Просто сядь спокойно и хотя бы отдышись».
Я зарычала и снова врезала кулаком в стену, в воздух взлетело новое облако пыли. В этот раз удержаться не удалось, и я закашлялась уже надолго, только подтвердив этим его правоту. Отвернувшись, я вышла из своего укрытия в подвале, выкопанного под домом и двором. Сегодня там прибавилась ещё одна комната, хотя и небольшая: низкий потолок, стены настолько близко, что невозможно полностью развести руки в стороны. Внутри там пока не было ничего, кроме расколотых камней и куч земли.
Вообще-то, ещё недавно я не собиралась настолько расширять своё подземелье. Просто прокралась сюда после полуночи, надеясь хоть чем-нибудь себя занять, хотела отвлечься от нашей ссоры с Саламандрой, и мне показалось неплохой идеей углубить нишу в стене, где я прятала чёрных вдов.
Сначала я выгребла несколько горстей бетона, затем начала выдирать его целыми кусками. После того, как кончился фундамент, начала рыть землю когтями, потом при помощи сил Камнетёса утрамбовывала отдельные пласты до твёрдости скалы и с размаху разбивать их кулаками.
Да уж, если бы я не вспомнила в какой-то момент, что нужно прикрыть дверь в укрытие, то из-за поднятого шума отец бы давно проснулся.
«Закончила уже с истериками?» — ехидно поинтересовался Мерзкая Гниль.
«Отъебись, Гниль», — огрызнулась я, присаживаясь на нижнюю ступеньку лестницы, и притопила его в качестве предупреждения.
«Мы сидим и смотрим уже… кстати, который час?»
Я неохотно бросила взгляд на часы: стрелки показывали 3 часа и 47 минут утра. Я совсем забыла о времени, выпуская пар и пиная землю.
«…да, сидим и смотрим уже три часа, как ты долбишь кулаками грязь, потому что подружка на тебя наорала. Именно так и выглядит детская истерика».
Я с рычанием отправила его в темноту и замерла, обхватив голову руками. Некоторое время в голове было тихо, потом Анкоридж всё-таки спросила:
«В самом деле, а дальше-то что? Мы не можем бесконечно так сидеть и ныть».
«Не знаю», — признала я, без сил откинувшись на ступеньки и вздохнув. Продолжила бессмысленно смотреть в потолок.
«Тейлор», — аккуратно позвал Чуткий. — «Нельзя во всём винить только себя. Ты и так делала всё возможное, чтобы п-помочь Саламандре…»
«А в итоге вышла какая-то херня», - перебила я его. — «Чуткий, я даже не знала, что она осталась без родителей! Мне просто в голову не приходило спросить об этом».
«Девочка, мы все тут — мудаки», - твёрдо и с полной уверенностью произнесла Немейская. – «Когда я была главной, то ни разу не интересовалась прошлым Свары и Мурамасы, Анкоридж было также похер на меня, а предыдущему боссу — на неё… и так до первого Мясника».
Я почувствовала, как глубоко в темноте Мясник зашевелился, явно мечтая ей возразить. А Львица продолжила:
«А ты уже пару лет была одна, не общаясь с друзьями или родными, и в результате теперь тоже изрядно двинутая. А человек со сдвинутой крышей неизбежно будет допускать ошибки в общении с другими».
Я долго молчала, прежде чем всё-таки спросить:
«Это сейчас должно было меня утешить или как?»
«Я хочу сказать», — фыркнув, пояснила Немейская, — «что девочке нужны рядом люди, которые будут о ней заботиться. А все присутствующие здесь нихера в этом не смыслят».
«Лучше и не скажешь», - совершенно серьёзно произнёс Владимир.
«В общем, ты не виновата в том, что не знала, как себя вести с ней», - продолжила Немейская, не отвлекаясь. — «И продолжая избивать землю и жалеть себя, ты тоже никому не поможешь».
«Так что мне тогда делать?» — задумчиво спросила я, ухватившись за перила и подняв себя со ступенек.
«Не знаю, хоть что-нибудь», - ответила Львица, пожав плечами. — «Поговори с ней для начала».
«А я считаю, ну её нахер», - резко бросила Петарда. — «Блядь, мы и так подогнали ей бабки, еду, крышу над головой и крутой костюм. Ещё и нянчиться с ней мы нихуя не подписывались».
«Заткнись», - со злостью приказала я, возвращаясь в укрытие и пинками отправляя вылетевшие камни и обломки бетона обратно в новое помещение.
«Два вопроса», — кашлянув для привлечения внимания, ровным тоном произнёс Тактик. — «Первый, захочет ли Саламандра вернуться в команду? Второй, хотим ли этого мы?»
«Она моя подруга, бессердечный ты уёбок!» - выругалась я, с силой пнув очередной обломок. Тот со свистом пролетел через комнату и заглубился в землю.
«Я этого не отрицаю», - легко согласился Тактик. — «Но вопрос сейчас в том, что она не готова к тому уровню насилия к которому привыкли мы. Как бы мне ни нравилось постоянно иметь рядом бесконечный бак с напалмом, к нему ещё прилагается перепуганная маленькая девочка от которой всё время куча проблем».
«В его словах есть смысл», - поддержала Шпилька. — «Возможно, вы с ней сумеете помириться, но едва ли она скоро забудет, как её избили и вынудили поджечь себя, оставшись голой посреди улицы».
«Больше всего я хочу, чтобы с ней всё было хорошо», — в конце концов, ответила я, упираясь руками в дверной проём и задумчиво постукивая когтями по бетону. — «И чтобы мы вновь стали подругами. Если это означает, что мы больше не будем в одной команде…»
«Эй, ты пыталась размазать Славу по пляжу, и вы с ней всё ещё неплохо ладите», — усмехнувшись, сказала Свара. — «Сэл тоже вернётся».
«Что ж, если так на это посмотреть…» — несмотря на мрачный настрой, я коротко засмеялась. Вздохнула, глядя на банки с пауками и добавила: — «Ладно. Закончу тут и вернусь в кровать».
«Может, найдём еды перед этим?» - попросил Ток, когда я начала переносить ёмкости с чёрными вдовами в новую комнату. Годами технаря по ночам, он стал настоящим специалистом по полуночным перекусам. — «Всё сейчас отдам за сыр».
«Немного можно», - согласилась я, при помощи управления материей создавая в стенах новые полки. Попутно камень постоянно приходилось сглаживать: избивая землю и постоянно применяя на неё силы Камнетёса, в какой-то момент я начала с каждым ударом создавать из стен шипы. Даже не хотелось думать, что это должно означать.
«Слушай, если хочешь врезать ещё пару раз, то давай, вперёд» - вздохнув, предложил он.
«Спасибо, Камень, но с меня и правда хватит», — ответила я, пожав плечами. Затем перенесла в комнату механическую прялку и поставила на отдельную полку снизу, чтобы заправлять туда нити паутины.
Меня больше не переполняли злоба, лишняя энергия и беспокойство, как было в тот момент, когда я вернулась домой: из-за этого я весь вечер дёргалась, крутила в руках вилку, касалась увеличивающихся зубов… А теперь просто чувствовала себя уставшей и опустошённой. Больше всего хотелось просто вернуться в свою комнату наверху, укрыться одеялом и уснуть впервые за шесть недель.
Но поступить так я не могла. Точно знаю, что будут сниться кошмары.
Тем не менее, когда я сделала себе небольшой бутерброд с ветчиной и сыром и забралась в постель, то почувствовала себя немного лучше. После чего взяла библиотечную книгу и открыла на заложенной странице. Мясники начали читать текст, озвучивая по ролям разных персонажей, а я позволила себе слегка расслабиться. Всё ещё не уверена, как именно буду решать возникшие проблемы, но я хотя бы смирилась с тем, что прямо сейчас ничего сделать не смогу.
Лучше просто воспользоваться выдавшимся перерывом и слегка перевести дух, прежде чем вновь начнутся неприятности. Старая привычка из Уинслоу, но порой довольно полезная.
***
Середина того же дня, старшая школа Аркадия.
Посещение Аркадии не приводило в ужас, как это было в Уинслоу, но я весь день чувствовала апатию, словно в старые времена. К счастью, из знакомых я сегодня пересекалась только на истории с Колумом, так что мне не приходилось изображать фальшивую бодрость все уроки.
Тем не менее, к обеду я себя чувствовала не намного лучше, чем после попытки выкопать новую комнату в подвале когтями. Как раз размышляла над вопросом, попытаться ли мне хоть с кем-то пообщаться или просто взять еду и забиться подальше ото всех, когда вдруг почувствовала приближение знакомого парализованного паука.
Эми, появившаяся из коридора справа с сумкой на плече, кажется, меня пока не заметила. Вместо этого всё её внимание занимала Виктория, широкими шагами идущая рядом, по пути что-то рассказывая и активно жестикулируя.
«Господи, никуда от этих двух не денешься, да?» - риторически спросил Берсерк. Я лишь мысленно согласилась с ним, опустила голову и вместе с общим потоком направилась к столовой.
Сегодня основным блюдом были пироги с курятиной, и быстро взяв еду, я огляделась по сторонам. Заметила сидящих за одним столом Колума и Фрэнки вместе ещё с какими-то учениками, но решила, что на нормальную беседу моих сил сейчас не хватит. Потому просто завернула пироги в бумажные салфетки и направилась к столам снаружи.
Последний день февраля выдался прохладным, так что изо рта вырывался пар, пока я искала себе подходящее место.
«Эй», - внезапно влез Мясник, — «а когда мы вообще курили в последний раз?»
«Чего?» — удивилась я, даже прекратив резать пирог.
«С тех пор, как ты появилась, мы ни одной сигареты не держали».
«Или косяка», - влез в разговор Гниль. — «Да и бухла или ещё каких весёлых веществ тоже не было».
«Вся эта херня же на вас и не действует уже», - возразила я, срезая с пирога верхнюю корку и складывая вдвое. Одна из старых привычек Владимира… я даже не сразу поняла, что руки делают сами собой.
«Немного действует, нам хватит», - продолжал настаивать Гниль.
«Вообще-то курение за школой — это славная и древняя традиция», - заявила Петарда. — «Ну хоть пару затяжек, а?»
Прежде чем я успела им ответить, поблизости оказался парализованный паук Эми. Я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть приближающуюся по подмёрзшей траве Панацею.
«Во имя ада Данте, с четвёртого круга по шестой, чего ей понадобилось-то?» - удивился Владимир.
— Не против, если я присяду? — спросила она, указав на пустую скамью напротив.
Поскольку рот был занят пирогом, я лишь растерянно пожала плечами, что Даллон приняла как приглашение. Бросив сумку на стол, она практически рухнула на скамейку. Я первым делом ближе пододвинула к себе тарелку с пирогами, заставив Эми закатить глаза.
— Не объедать тебя сюда пришла, — заметила она, доставая из сумки коробку с бутербродами. — Я здесь потому, что у тебя над головой практически грозовое облако висит.
— Настолько заметно? — спросила я, прежде чем вилкой отделить кусок пирога и отправить в рот. Одновременно ненадолго отвлеклась, чтобы направить несколько способных переносить холод насекомых поблизости и равномерно расположить их вокруг нашего стола, чтобы никто не подобрался незамеченным.
— Скажи честно, — тихо заговорила Эми, поставив локти на стол, — в каком ты сейчас состоянии?
«А когда-то был уверен, что это я совершенно не умею заводить разговор», — с издевкой произнёс Мурамаса. — «Как приятно видеть, что есть человек, который в этом ещё хуже меня».
— Не в самом лучшем, — ответила я, тщательно прожевав пирог, чтобы выиграть немного времени. — Продолжаю снова и снова думать об этом, пытаюсь понять, что я сделала неправильно или что должна была заметить и не заметила. И такая хрень без остановки.
— Нельзя делать это в одиночестве, — сразу заявила Эми. — Я уже видела докторов, которые так же загонялись на прошлых ошибках: такое всегда плохо заканчивается.
«А как думаете, в больницах правда все доктора постоянно трахаются, как это в сериалах показывают?» - вдруг спросила Анкоридж. — «Ну знаете, заперлись в подсобке и погнали».
Я покраснела и быстро выпила воды, чтобы немного отвлечься. Вслух же сказала:
— Не знаю, когда мне нужно ей позвонить. Я про Саламандру. Типа, нельзя делать это сразу, пусть она остынет, но и тянуть слишком долго тоже нельзя, иначе она подумает, что мне на неё совсем плевать.
Хмыкнув, Эми открыла свою коробку и достала один из сэндвичей, пахнущий тунцом. Предложила:
— Может, тогда написать ей? Так она будет знать, что ты хочешь поговорить, но ответит тебе, когда сама будет готова.
— Это… — я замерла, не успев насадить на вилку кусок курицы, — вообще-то, довольно толковый совет.
— Я годами утешала сестру каждый раз, когда она постоянно расходилась и снова сходилась со своим парнем. На самом деле некоторые их разрывы были намного драматичнее, чем ваша с Саламандрой ссора, — мрачно усмехнувшись, ответила Эми. С кислым выражением на лице начала жевать свой сэндвич.
«Подростковые романы», - прошипела Шпилька. — «Вот уж по чему я точно скучать не буду».
Я хотела развить тему и поинтересоваться, насколько же суровыми были эти любовные драмы, но встретила тяжелый взгляд Эми и решила спросить о другом:
— С ней всё будет хорошо в Стражах? Лично я встречала только Кид Вина, и большую часть времени мы с ним лишь болтали об оружии.
— Думаю, не стоит волноваться, — она неопределённо взмахнула сэндвичем. — Там есть психологи и наставники, другие взрослые тоже постараются ей помочь. Саламандру не бросят там одну.
— Да, но что касается самих Стражей? — уточнила я. — Я ведь их совсем не знаю… какие они люди на самом деле, когда не играют на публику? Не знаю, впишется ли она в коллектив, сумеет ли там поладить с остальными.
Эми посмотрела на меня странно. А Свара в голове заржала и выдала:
«Блядь, да ты как будто дочку в детский садик отправляешь! «О нет, а что, если другие малыши будут её задирать?» Прекрати ныть!»
— Я не так часто общаюсь со Стражами… Обычно меня вызывают, когда с командой случается какая-то жопа, и им срочно нужно сращивать кости, — объяснила Эми, отломив ещё один кусочек сэндвича. — Хотя они при мне вроде бы нормально себя ведут. Особенно Эгида… никогда не жалуется, что ему больно, просто ждёт, пока я закончу лечение, и потом говорит спасибо.
Я кивнула, вспоминая материалы, которые Свара собирала перед возвращением банды в Броктон. Эгида — текущий лидер Стражей, его способности называют «набор Александрии» в честь самой известной из «летающих кирпичей». Правда сам по себе он не сильнее и не прочнее обычного человека, однако его тело способно очень быстро адаптироваться к полученным ранам. Эти силы, а также полёт поставили его в списке потенциальных противников Мясника довольно высоко, его потребовалось бы выводить из строя в первую очередь.
«Если его силы действительно работают так, как их описывают, то, скорее всего, он практически не чувствует боли», - предположил Тактик. — «Вероятно, проще всего удержать его, приковав куском металла к чему-нибудь или просто прибив тело к земле».
«Вероятно, тебе уже стоит заткнуться», - бросила я.
— Стояк на самом деле не такой приколист, каким хочет выглядеть, но он нормальный парень. Хотя мне кажется, я ему не нравлюсь.
— В самом деле? — удивилась я, вновь потянувшись вилкой за куском пирога.
— Ага, рядом со мной он всегда ведёт себя как-то неловко, — кивнув, подтвердила Эми. — Даже не представляю, в чём тут дело.
«Может, виновата её жизнерадостность и неиссякаемый задор?» - съязвил Гниль. — «Чувак, взявший себе прозвище Стояк, наверняка тот ещё ёбаный клоун».
«Мне даже интересно, сработает ли моя сила на объектах, которые он замораживает во времени. Было бы круто», - заметил Камнетёс.
«Пятьдесят баксов на то, что ты идешь нахрен. Тупая идея», - отозвалась Петарда.
— Про Кид Вина ничего плохого не скажу… он вообще на меня какого-то заметного впечатления не произвёл, — продолжила Эми, затем щёлкнула пальцами. — Хотя ты говоришь, что уже его встречала?
— Ну, да. Приятный парень, мы обсуждали наши разработки, обменивались идеями и испытывали изобретения друг друга. Мне он показался довольно умным, — я кивнула, воткнула вилку в пирог и добавила: — А что насчёт Рыцаря? Если у парня в полностью закрытом шлеме столько влюблённых фанаток, у него явно нехилое обаяние.
«Он же Технарь. Будь я более подозрительным, то предположил бы, что он собрал какой-нибудь девайс, улучшающий отношение к нему всех окружающих», — сказал Ток-Тик.
«Ага, "Бабоукладчик 5000". Жалеешь, наверное, что сам до такого не додумался, а?» - хихикая, спросила Анкоридж. — «Тогда бы и ты смог переспать хоть с кем-то!»
Я слегка притопила обоих, пока не начался новый спор. Эми тем временем вдруг разорвала сэндвич надвое и без какого-либо выражения абсолютно ровным тоном произнесла:
— Он нормальный.
«Это какого хуя сейчас было?» - изумился Берсерк, разглядывая её. Эми запихнула в рот сразу половину сэндвича и сейчас жевала, глядя куда-то мимо меня.
«Она так меняет тему, может быть?» - предположил Владимир.
— Э-э, ну, — я на секунду подвисла от такой реакции. — А о девочках из Стражей что скажешь?
— Виста классная, — сразу ответила Эми, быстро дожевав и пожав плечами. — Они с Вики прямо лучшие подружки: зовут одна другую «Большая Ви» и «Маленькая Ви». Честное слово, я думаю она годится в герои намного больше, чем любой из их мальчишек.
«Такая маленькая и уже такая активная», — присвистнув, восхитился Мурамаса. — «Думаю, нам стоит за ней приглядывать. Через несколько лет она станет тем ещё монстром».
— С Призрачным Сталкером я пока лично не встречалась, — добавила Эми. — Хотя Вики говорит, что она не слишком дружелюбная.
Я нахмурилась, отправив в рот ещё кусок пирога. Услышанное мне не очень понравилось. О Сталкере я знаю меньше, чем об остальных Стражах: она вступила относительно недавно, только прошлой осенью. Костюм у Сталкера тёмных тонов, что дополняет её тёмную форму Излома, позволяющую проходить через материальные препятствия — весь её образ, включая двойные арбалеты с парализующими болтами, предназначен для запугивания преступников.
«Всего один проблемный человек среди всех», - попытался успокоить меня Чуткий. — «Остальные, вроде, вполне неплохие — с Саламандрой всё будет в порядке среди них».
— Вполне возможно, что к Саламандре она отнесётся по-другому, — добавила Эми, не зная о моих мыслях. — До того, как вступить в Стражи, Сталкер была независимым героем на улицах. На этой почве они могут найти общий язык.
— Я этого не знала.
— Да, теперь власти об этом стараются особо не вспоминать. А до того она, похоже, не успела сделать что-нибудь значимое и прославиться, — ответила Эми, покосившись на меня. — Далеко не каждый независимый герой ухитряется вывести из строя целую банду.
«Даже не знаю, это она пытается похвалить нас или нет?» - спросила Шпилька.
— С Барыгами мне помогли, — уточнила я. Затем скрипнула зубами и признала: — А мои столкновения с Империей закончились довольно паршиво. Подруга ушла из команды, я поломала свои мечи, и вдобавок случайно использовала на Викторе силы Гнили. Если он как следует пошевелит мозгами, то сможет понять, что я не просто очередной Технарь.
Это ещё одна большая проблема, которая не шла у меня из головы, её важность перебивало лишь произошедшее с Саламандрой. Гниль был первым Мясником, кого окружающие воспринимали уже как перерождающегося психа, а не просто ещё одного суперзлодея. И чтобы как следует показать себя он охотно применял против врагов свои силы, оставляющие гнойные язвы, нарывы и всевозможные раны самого отвратительного вида. Многие из тех, кто видел его похождения своими глазами, живы до сих пор, так что могут узнать эффекты от действия его способностей. И даже если никто не заметит сходства, я всё равно показала применение сил, которых у меня быть не должно.
«Даже не сомневаюсь, что меня обязаны помнить до сих пор», - заявил Гниль. — «Я тогда кучу народу перехерачил, показывая всем, что я — злоебучий Мясник-4, а не какой-то хрен с горы. Я заслужил, чтобы так меня и запомнили!»
— Чего? — переспросила Эми, уронив второй сэндвич на стол.
— Ага, — поморщившись, подтвердила я.
— Ты использовала… — медленно начала говорить Эми, сцепив руки в замок так сильно, что костяшки побелели, — силу гниения… на кейпе, который наверняка высосал достаточно навыков у разных полицейских, что в сумме на пару детективов, нахрен, хватит?
«Да, не сомневаюсь, что Виктор это делал», - издевательски прокомментировала Петарда, хихикая над двусмысленной фразой Панацеи.
«Может, он ещё и пару механиков «обслужил» тоже», - присоединилась Свара.
«Сейчас ни хера не до шуток», - раздражённо бросила я, утопив обеих. Вслух же я сказала иное:
— Я этого не хотела. Он избил Саламандру, уже начал отнимать мои навыки… и я потеряла контроль.
— Именно это я хочу слышать от тебя в последнюю очередь! — прошипела Эми, ткнув пальцем в мою сторону. — Или забыла? Главная причина, почему я регулярно прошу тебя со мной поговорить — убедиться в том, что у тебя в следующий момент не сорвёт башню.
— Ничего у меня не срывало, — огрызнулась я. — Я просто допустила одну ошибку в пылу сражения. Нужно будет потратить время, используя способности Гнили, чтобы они не «застоялись» вновь и не сорвались с поводка. А помимо этого… теперь я могу лишь молиться, чтобы Виктор не докопался до истинных причин произошедшего.
«Что-то он с гарантией заподозрит», — усмехнувшись, заметил Тактик. — «Тебе остаётся лишь надеяться, что его сразу дотащили до Оталы, и она передала регенерацию прежде, чем он успеет тщательно изучить своё состояние. Но я сомневаюсь, что этот пиздец от Гнили она вылечит за один раз».
«Ага, хер там!» — радостно воскликнул Гниль.
Эми резко откусила кусок сэндвича и теперь жевала с видом хомячка-убийцы, бросая на меня злобные взгляды. Я же просто доедала пирог, ожидая, пока она что-нибудь скажет. И когда я потянулась к яблоку на своём подносе, она вдруг заявила:
— Тебе нужно отстать от Империи.
«Какого хуя?!» - возмутилась Немейская.
Я настолько обалдела от этого предложения, что откусила разом чуть не половину яблока, после чего кашляла и отплёвывалась, прежде чем сумела прочистить горло. Торопливо отпив воды, я прохрипела:
— С хрена ли?
— Ты не дала вытащить из тюрьмы Штормтигра и обеспечила арест Феньи, а до того сумела разнести несколько точек Империи лично и дала наводки на другие нам. Ах да, а ещё… — саркастично добавила Эми, — ты использовала на Викторе силы Контакта. После такого они обязаны тебе ответить в полную силу, и я не допущу, чтобы ты ещё раз сорвалась. Переключись на что-нибудь другое, пока ваше противостояние не зашло слишком далеко и ты не сделала ещё больше глупостей.
— Саламандра пострадала из-за них, — сквозь зубы ответила я. — Я заставлю их заплатить за это.
Это вырвалось сразу и почти неосознанно. Думаю, мои мотивы и мотивы Мясников тут пятьдесят на пятьдесят: я хочу отомстить за подругу, а они просто готовы мочить имперцев в любой момент, дай только шанс. При этом умом я понимаю, что надо сделать передышку и отступить, пока не уляжется шум. Но просто из упрямства я всё равно попыталась обосновать свою точку зрения:
— Если сейчас отцеплюсь от Империи, то утрачу набранную инициативу. Они уже много лет не несли таких потерь.
— Именно поэтому Кэрол подгоняет нас, — ответила Эми. — И Протекторат тоже на месте сидеть не будет… Главное, не забывай, что ты — не единственный герой в городе. Просто выжди момента, когда Империя перестанет желать убить тебя на месте за все заслуги. Или момента, когда ты сама перестанешь желать убить кого-нибудь из них, — добавила она.
«Не хочется этого признавать», - произнесла я мысленно, с минуту обиженно покрутив слова Эми у себя в голове, — «но она права».
«Да хер там!» - прорычал Мясник. — «Ты наконец-то начала что-то делать правильно! И теперь ты позволишь этой девчонке убедить себя в том, что нельзя просто идти и крушить черепа нацистам?»
«Я понимаю, что ты играешь вдолгую», — скрипнув зубами, сказала Анкоридж, — «но мне это всё равно нихуя не нравится. Если мы продолжим натиск ещё недолго, то вполне сможем взять ещё пару кейпов Империи и конкретно обескровить этих гондонов».
«Ты сама должна решать, как лучше поступить», — голос Чуткого был островком спокойствия на фоне гнева и ненависти остальных. — «Тейлор, не позволяй им принимать решения за тебя».
«Если уж мы собираемся дать Империи передышку, то нужно хотя бы посвятить освободившееся время остальным врагам», - предложил Мурамаса. — «Выкуй себе новые мечи и направь против тех, кто ещё не познал твоей ярости!»
К тому моменту, как Эми доела второй сэндвич, я кое-как смогла согласовать с Мясниками дальнейший план действий, хотя воплей и нытья, из-за которых некоторых приходилось регулярно топить, в процессе было очень много.
— Хорошо, — согласилась я. — Пока буду держать дистанцию с имперцами и дожидаться, когда всё уляжется.
— Прекрасно, — ответила она, заметно расслабившись.
— Но деятельность я не прекращаю, — предупредила я. — В этом городе достаточно и других ублюдков, по которым нары плачут.
— Ну да, я и не ожидала, что ты совсем откажешься от драк, — усмехнувшись, сказала Эми.
— Да куда там. Если я не буду регулярно сбрасывать стресс и использовать разные силы, то вскоре начну ехать крышей, — произнесла я, откусив кусок яблока. В этот момент в голову пришла дельная мысль и я продолжила: — Дхмую мннжна нйте спхсаб исплзават схлы Брсркха тже.
«Ой, да бога ради!» - воскликнула Шпилька. Судя по взгляду, Эми тоже ничего не поняла, потому, торопливо прожевав, я повторила уже внятно:
— Думаю, мне нужно найти способ пользоваться силой Берсерка, пока та тоже слишком не застоялась. Вот если она сорвётся на ком-то, то скрыть это потом будет намного труднее.
— Ага, лучше об этом позаботиться, — поморщившись, согласилась Эми. — Главное, делай это очень осторожно.
«Давно уже пора!» - прогремел голос Берсерка.
«Может, попробуем создать ещё один образ?» - предложил Владимир. — «Той ночью, выдавая себя за кейпа с манипуляцией стеклом, мы неплохо справились».
— Мне пора идти… — сказала я, доев яблоко и поставив на поднос пустую чашку из-под пудинга. — Ещё нужно вернуть книги в библиотеку.
— Давай, — ответила Эми, потянувшись за новым сэндвичем. — И будь осторожней.
— Ну, блин, я только собиралась пойти и вызвать Лунга раз на раз, но если уж ты так настаиваешь…
— Не смей говорить об этом даже в шутку, — быстро произнесла она, без выражения глядя на меня.
«Господи, вы только подумайте о возможностях…» - мечтательно проговорила Свара.
«Сука», - ругнулась я мысленно. Встала и подхватила рюкзак, затем остановилась, прежде чем уйти и позвала:
— Эй, Эми?
— М-м?
— Если увидишь Саламандру раньше меня… Можешь сказать ей, что я хочу извиниться. За всё.
— Хорошо, — ответила она после паузы, несколько секунд рассматривая меня. — Я смогу это сделать.
Я развернулась и ушла, ничего больше не сказав.
***
Вечер, дом семьи Эберт.
Я как раз заканчивала домашнюю работу по математике, когда мои насекомые засекли подъехавшую к дому машину. Кровавое зрение показало силуэт высокого худого мужчины, направившегося к дверям, привычно перешагнув подгнившую первую ступеньку.
Отец дома, при этом раньше, чем я ожидала. После смерти мамы он стал подолгу задерживаться в профсоюзе докеров, скорее всего загружая себя работой с головой, чтобы отвлечься от горя. Уже привыкла, что большую часть вечера остаюсь дома одна, да и ужин старалась готовить к тому времени, когда он обычно возвращается с работы.
Однако после того, как я перевелась в Аркадию, отец старался чаще приехать домой пораньше и найти, чем мы можем заняться вместе: приготовить ужин вдвоём, помочь мне с домашним заданием, посмотреть фильм в гостиной.
Это было приятно.
Ещё немного стараний, и я решила последний пример… После чего откатилась назад на кресле, сцепила пальцы вместе и потянулась изо всех сил. Хруст суставов прозвучал почти мелодично и определённо очень громко. И произошло это как раз в тот момент, когда отец уже почти поднялся на второй этаж.
— Ого, — воскликнул он, заглянув в мою комнату, — звук такой, что я практически услышал эхо.
— Не пойму, это комплимент или старая шутка, которую я не знаю, — ответила я. И только после этого заметила неожиданно серьёзное выражение на лице отца.
«Чёрт», - пробормотал Камнетёс. — «Похоже, будут проблемы».
По сравнению с родителями многих Мясников, от которых им изрядно досталось в детстве, папа — просто ведущий телепередачи для дошкольников, так что у меня нет ни одного повода его бояться. Однако никаких неприятностей с этой стороны даже и не ожидалось.
— Что-то случилось? — на пробу спросила я.
— В общем, — начал он, почесав в затылке, — я хотел поговорить насчёт вчерашнего.
— А что было вчера? — сумела я спросить, стиснув пальцами колени.
«Давайте поглядим, чем это кончится…» - со злорадным хихиканьем выдал Мясник.
Я утопила его, не изменившись в лице. У отца нет причин подозревать меня в чём-либо. У меня был вполне достоверный повод прогуляться в воскресенье, никаких улик я оставить не могла.
Совершенно нет поводов волноваться.
— Я хотел дать время остыть и потому не стал спрашивать ничего сразу, но… — вздохнув, произнёс он. — У тебя что-то плохое случилось? Потому что вчера ты вернулась из библиотеки очень злой и раздражённой.
Я уже открыла рот, чтобы соврать ему.
Потом закрыла рот.
— Ну… — начала я, — да, что-то вроде этого. Э-э…
Мясники были рады забросать меня советами:
«…скажи, любимая знаменитость умерла…»
«…у тебя начались "эти дни"…»
«…только представь его рожу после этих слов…»
…после чего я отправила почти всех в темноту.
«Он не идиот», - слова Немейской звучали грубовато, но она правда пыталась мне помочь. — «Ты должна рассказать хоть что-то».
«Иначе он попытается раскопать твои тайны сам», - предупредила Анкоридж. — «Меня так родители с первым парнем застукали, и, поверь, скандал был тот ещё».
«Не забывай, Тейлор, отец тебя любит», - добавил Чуткий
От подобной заботы перехватило дыхание и глаза стали мокрыми. Я сделала глубокий вдох и, запинаясь, начала говорить:
— Недавно подружилась с одной девочкой. В сети, — торопливо уточнила я. — В библиотеке я обычно занимаю компьютер, чтобы переписываться с ней. Обсуждаем книги, комиксы, всякие тупые приколы с ПЛО и тому подобное. Мне это нравилось. А потом у неё в жизни что-то очень поганое случилось, и она наехала на меня за то, что я не пыталась ей помочь, а я, я даже не знала…
Отец присел на ковёр, неловко вытянул руки и обнял меня, поглаживая по волосам. Только в этот момент я заметила, что плачу, так что торопливо провела рукавом по лицу. Хотя бы на несколько секунд не ощущала на плечах тяжести нескольких прожитых жизней, не казалась себе старой настолько, чтобы помнить падение Берлинской стены, основание СКП и первое нападение Сибири… сейчас я была обычной школьницей. Маленькой девочкой, которую пытается утешить папа.
— Всё хорошо, малышка, — сказал отец, потянувшись и отодвинув прядь волос с моего лица.
— Я просто… просто думала, что смогу ей помочь, — ответила я, шмыгнув носом, — но она так разозлилась, и я даже не знала, что мне ответить…
— Тейлор, не сомневаюсь, ты была для неё хорошей подругой. Знаешь, почему я уверен в этом? — спросил он, поднявшись на ноги и положив руки мне на плечи. — Из-за человека, который тебе безразличен, так страдать никто не будет.
— Не знаю, что мне дальше делать, — добавила я, опустив взгляд и глядя на свои ладони, сцепленные на коленях.
— Что ж, я думаю, неплохим вариантом будет для начала спуститься вниз и начать готовить ужин, — вздохнув, предложил отец. — Следующий шаг: во время этого обсудить всё со мной, — добавил он. Когда я не ответила сразу, он слегка сжал моё плечо и сказал: — Тейлор, не хочу, что бы мы, как и раньше, не общались друг с другом. От этого… лучше никому не станет. Я тебя не заставляю и не прошу рассказывать мне сразу всё, но я хочу помочь тебе. Понимаешь?
— А что у нас на ужин? — сглотнув, сумела я спросить, одновременно подняла на него взгляд
— Салат-паста, — ответил отец, он выглядел уже не таким обеспокоенным
— Звучит неплохо, — сказала я, слабо улыбнувшись
Это ещё тяжело назвать нормальной беседой, но хотя бы начало положено.
