7.1
30 января 2025 г., 18:35
Четверг 17 марта (День святого Патрика), Старшая школа Аркадия.
— Как думаешь, Эми ещё долго будет на тебя злиться? — спросил Ти, что-то печатая на компьютере в библиотеке.
— Без понятия, — ответила я, пожав плечами. — Я её бешу с момента нашей первой встречи.
— Трындец, — пробормотал Ти. — Эй, зацени лучше вот это.
Я посмотрела через его плечо на знакомое оформление сайта Пара-люди Онлайн. Судя по цветам тэгов, украшающих страницу, она была посвящена одной из активно действующих групп злодеев. Странникам.
Данные обновляли буквально вчера, сменив последнее известное местоположение группировки на Броктон-Бэй, добавив предупреждение для местных жителей не приближаться к суперзлодеям, обладающим крайне опасными силами.
— Да уж, костюмы у всех — полное говно, — оценил Ти негромко. — Кроме того чувака в цилиндре.
— Трикстер, — назвала я злодея. — Зачем тебе вообще этот сайт? В файлах от Протектората куда больше точных сведений об этой группе.
— Может и больше, но как-то без души, — отмахнулся Ти. — Все эти записи слишком сухие и бюрократические.
— Это буквально сводка от правительственного агентства, она такой и должна быть.
— Ага, но разве информация от людей, которые видели банду своими глазами, не даст более полную картину? Ну, понимаешь, так легче понять, во время ограблений эти ребята просто гасят случайных прохожих по приколу или они лишь сносят стену банка, хватают деньги и сваливают.
«Тут тебе даже возразить нечего», - заметил Берсерк.
— Ну и какой итог? — ответила я обоим сразу. — Что-то полезнее для нас на этом сайте есть?
— Похоже, что они стараются не бить по людям, — ответил Ти, перематывая страницу и задерживаясь на некоторых комментариях. — Если бы они не сдерживались, им было бы проще просто снести пару ближайших зданий.
Я кивнула, соглашаясь. В пакете информации о Странниках, который мне вчера прислали из Протектората, были фотографии с места сражения, где они пытались вытащить из плена Выверта. Картина переулка, кирпичные стены которого оплавились и частично стекли на землю, надолго засела у меня в голове.
Мясники же, что очевидно, мгновенно возжелали заполучить себе эту силу. Мерзкая Гниль у меня до сих пор не вылезает из тьмы за его совет прямо сейчас пойти и превратиться в горку пепла.
— Думаю, с ними нам прямо сейчас разбираться не придётся, — предположила я. — Может быть, вообще отправятся дальше, раз уж в нашем городе они сразу же остались без нанимателя и денег.
— А что по поводу Неформалов? Что будем делать с ними?
Я молча размышляла над этим вопросом, глядя, как Ти набирает на клавиатуре поисковый запрос на гайд по какой-то стратегической игре.
«Ой, да ради всего святого, просто возьми и спроси у него», — резко бросила Шпилька.
— Ти?
— Хм-м?
— Как ты считаешь, я правильно поступила? Тогда, с Неформалами.
Он прекратил печатать и медленно выдохнул. Затем практически улёгся в своём кресле, глядя в потолок. Наконец, он произнёс:
— Честно? Если бы решал я, то просто вломил бы каждому и вырубил, а там пусть Протекторат разбирается, кто виновен, а кто нет. Я не в восторге от того, что они бегают на свободе и занимаются хер его знает чем. Ты ведь сама читала их досье, Гончую вообще за убийство разыскивают.
— Да, помню, — поморщившись, признала я.
— Но решения в нашей команде принимаю не я, — после паузы продолжил Ти. — Ты у нас лидер. А я просто тупой бугай: делаю, как ты скажешь, и не задаю вопросов.
«Бугай, блять», — усмехнулась Петарда. — «Да я бы его об колено сломала».
— Спасибо, Ти, — искренне поблагодарила я. Мне было очень приятно слышать, и плевать на чьи-то там комментарии.
— Всегда пожалуйста. Главное, чтобы при следующей встрече мы их сразу начали вязать, а не отпустили снова, — сказал он, садясь ровно и начиная проматывать страницу на экране.
— Ну да, второго шанса я им не дам. Да и вообще, если у них есть хоть какие-то остатки мозгов в голове, лучший для них выход сейчас — свалить из города с тем, что можно унести в руках. В любом случае, наша следующая цель — не Неформалы.
— А кто именно? — спросил Ти, вместе с креслом разворачиваясь ко мне. — Империя или АПП?
— Империя, — отозвалась я без колебаний. — У них больше кейпов, но с каждым из них по отдельности сражаться легче. Без долгой и тщательной подготовки я против Лунга или Они Ли не выйду.
«Да-а-а-а», — довольным тоном протянула Анкоридж. — «Давайте валить нациков!»
— Но это всё не прямо сейчас. До конца недели нам лучше передохнуть: мне нужно всё-таки привести своё снаряжение в порядок, а тебе — нормально выспаться.
— Меня всё устраивает. Предупреди заранее, когда начнётся вся движуха.
— Само собой. Планы насчёт встречи в воскресенье всё ещё в силе?
— Ага. Хотя не думаю, что Эми там появится, как думаешь?
«Не, она на нас долго будет теперь дуться», - предположил Ток-Тик. — «Попомните мои слова, она затаит обиду и не придёт».
— Думаю, Эми не появится, — согласилась я сразу с обоими. — Но стоит подготовиться к любому варианту. Это займёт время, потому ремонт я лучше начну прямо сегодня вечером, — соврала я.
Да, собираюсь работать по ночам, приводя доспехи и оружие в приличный вид… Но начну не сегодня. Тактик и Свара уже несколько недель постоянно мне напоминали, что нужно провести этот день должным образом, да и в подготовку к сегодняшним планам я тоже изрядно вложилась.
Добыть фальшивые документы оказалось довольно просто. Куда сложнее было различными намёками закинуть отцу одну идею, но в итоге мне это удалось, и сегодня за завтраком он предупредил, что вечером будет отмечать вместе с парнями с работы, так что ждать его к ужину не стоит.
Что мне и требовалось, поскольку я тоже собираюсь вернуться домой поздно.
Сегодня День святого Патрика и есть люди, за упокой которых мне следует выпить.
***
Вечер четверга 17 марта, к югу от центра города.
Настроение на улицах царило откровенно праздничное. Не то чтобы в Броктон-Бэй так уж много ирландцев, но ведь для многих это просто ещё один повод напиться и не более. Из нескольких баров, мимо которых я проходила, уже доносились громкая музыка и фальшивое пение мимо нот.
Одета я была в духе праздника: тёплое пальто поверх зелёной рубашки. Образ дополняли очки в роговой оправе, обильный макияж и пирсинг в одной из бровей. Старый брелок Геморрагии в виде четырёхлистного клевера с надписью «Поцелуй меня, я ирландка», сейчас болтался у меня на шее, из-за длинной цепочки он раскачивался при каждом шаге.
Элис Келли присоединилась к Зубам уже после гибели Тактика, так что лично они ни разу не общались. Однако наблюдая за Элис глазами последующих Мясников, он чувствовал с ней определённое родство. Свара сражалась с ней плечом к плечу ещё с тех времен, когда они обе только вступили в банду. Они сдружились, найдя общие интересы: трэшовые ужастики, дешевые сладости и обмен гадостями о коллегах среди Зубов. Ругались они между собой разве что в шутку, споря, чья суперсила круче.
Теперь её больше нет, а у нас остались лишь воспоминания.
Вскоре показалось то место, которое я и искала: узкое здание, словно зажатое между парой ресторанов. Вывеска была простой: «У Мёрфи». В окнах горел свет, наружу доносилась музыка и, кажется, я даже знаю эту песню.
«Мне уже нравится это заведение», — произнёс Владимир.
Я сделала глубокий вдох, ощущая запахи виски и стаута. После чего толкнула дверь и попыталась сразу настроиться на определённую роль. Бар был довольно узким, но при этом длинным настолько, словно он тянется через половину квартала. И тут определённо чувствовался стиль: зелёные обои, разделяющие столики панели тёмного дерева, пол из голых досок. Вдоль всей барной стойки тянулся длинный медный поручень.
«Господи, как тут всё знакомо выглядит», - вздохнул Тактик.
Его семья гордилась своим ирландским происхождением, и он рос в подобных заведениях, с малых лет, сидя рядом с отцом и глядя как старшие курят самокрутки и играют в карты с другими людьми столь же сомнительных профессий.
В конце концов, он стал достаточно большим, чтобы батя сначала предложил попробовать пива, а позже налил и полный стакан. Через какое-то время он предложил сыну оценить и виски. А ещё немного позднее Тактик стал достаточно взрослым, чтобы отец втянул его в семейный «бизнес», откуда всё и покатилось под откос…
Я стряхнула чужие воспоминания, словно паутину: никто из нас не хотел думать сегодня о всей этой херне из прошлого. Вместо всего этого я прошла через бар и уселась на стул, подняв палец. Бармен взглянул в мою сторону, и я произнесла, используя южный бостонский акцент Тактика:
— Два шота.
— Два шота чего? — с любопытством спросил бармен, склонив голову набок.
— Святой воды, — быстро отбила я, отзываясь на нетерпение Тактика. — Виски, конечно.
Бармен с улыбкой покачал головой, снял с дальней полки две стеклянные стопки и выставил на стойку, затем взял бутылку с дозатором сверху. После чего давно отработанными движениями наполнил мне два шота. Немного удивительно, что он даже не спросил про документы, но это играло в мою пользу.
— Я вас пока не знаю, чтобы записывать на счёт, так что десять баксов, будьте так любезны.
Я достала купюру из рукава и положила на стол, затем быстро закинула содержимое первой стопки в рот, прежде, чем начну сомневаться.
Виски оказался весьма приличным: легко прокатился по языку и слегка обжог горло, когда я его проглотила. После чего громко выдохнула, словно сбрасывая с плеч вес всего мира. Сегодня я впервые лично пробую алкоголь: у всех Мясников целые годы воспоминаний о употреблении всего, чего только можно, но рано или поздно нужно создавать и собственные воспоминания. Невосприимчивость к боли и аномальное здоровье в этом изрядно помогали.
Я поменяла пустой шот на полный, на мгновение задержала на нём взгляд.
— Элис, — произнесла я, думая об ирландке, когда-то бывшей одной из самых опасных кейпов среди Зубов. Вторую стопку я выпила медленно — в этот раз алкоголь пошел легче.
— А ты из Бостона, да?
Я посмотрела через плечо: на стул рядом опустился широко улыбающийся парень с множеством татуировок на руках в виде узора из сложно сплетенных узлов.
— Серьёзно-о-о? — протянула я, усиливая акцент. — И что только навело тебя на мысль?
— Ага, не то чтобы это было сложно, — рассмеявшись, ответил он. — Но мне любопытно, что девушка из Бостона делает в Броктоне?
— Пытается выпить.
«Эй, ну не будь такой нелюдимой», - влез Камнетёс. — «Он довольно симпатичный…»
«Вы сегодня и так получите алкоголь», - огрызнулась я. — «Не борзейте через край…».
«Господи, да понял я, понял».
— Уловил, надоедаю, — произнёс парень, поднимая руки. Затем нервно облизнул губы и пояснил: — Я просто знаю… зачем нужны две стопки сразу… Мама умерла в прошлом году, и это будет первый День святого Патрика без неё. Так что, знаешь, если тоже хочешь выговориться кому-то…
— Ни хрена ты сразу перед неведомо кем всю биографию вывалил, — смогла произнести я, искренне удивлённая подобной открытостью.
— Люди всегда говорят, что я слишком много болтаю. Эй, Барри, — позвал он проходящего мимо нас бармена. — Мне «Гиннесс», а ей… что ты будешь?
— Тоже «Гиннесс», — ответила я по просьбе Тактика. — Но ты за меня не платишь.
— Не вопрос.
«Расскажи ему», - попросила Свара.
«Чего?!» — переспросила я, с огромным трудом удержав нейтральное выражение лица.
«Расскажи ему про Элис. Я охуенно по ней скучаю, и хоть кто-то в мире должен знать, что она когда-то жила на Земле. Так что просто, блядь, расскажи ему».
Я задумчиво пожевала губу, пока бармен Барри нёс нам пиво. Как раз и музыка сменилась: теперь играли «The Cranberries». Только отдав Барри деньги, я всё-таки заговорила:
— Моя подруга. Она оказалась посреди сражения между бандами.
— Дева Мария, жуть какая. Мне очень жаль.
— Мне тоже, — ответила я, пробуя «Гиннесс». Тактику всегда под солодом ощущался привкус кофе, и мне показалось, что я сейчас его тоже практически почувствовала. — Её звали Элис. Мы познакомились на работе, — соврала я, вспоминая, как Свара пришла к Зубам через месяц после своего триггера, когда ей надоело спать на улице и захотелось отомстить сразу всему миру. Геморрагия помогла ей с первым убийством и подала свой нож, чтобы в первый раз отрезать пальцы у трупа.
— Потом, сам понимаешь, выпили вместе пару раз, — продолжила я, тактично умолчав про траву. — Посмотрели вместе пару фильмов… — я не стала говорить, что это были ужастики, и большую часть времени они вдвоём ржали над жертвами маньяка. — Уже скоро я могла бы сказать, что среди коллег она мне нравится больше всех, — тут я даже была согласна. Кутёж становился тем ещё занудой, когда организовывал хозяйство банды, а Мурамаса в то время соперничал сразу и с Геморрагией, и со Сварой. С первой он спорил за звание лучшего бойца ближнего боя, а со второй ругался из-за того, что она не относилась с должным почтением к их японскому происхождению.
— Похоже, вы были хорошими подругами, — произнёс татуированный парень.
— Она всегда была готова меня прикрыть, — ответила я, перебирая воспоминания. Вот Геморрагия своим топором разрубила почти надвое одного из Послов, пытавшегося подобраться к Сваре близко…
— Что ж, тогда за Элис, — произнёс парень, слегка приподнимая кружку в салюте.
Я молча подняла свою и сделала долгий глоток, чувствуя как на лице остаются «усы» от пены. Парень едва успел поставить кружку на стойку, когда ему на плечо опустилась тяжелая рука и крупный мужик уже с настоящими усами и тёмной щетиной произнёс:
— Билли, ты снова надоедаешь дамам?
— Да ладно, Ли, дай мне, бля, отдохнуть немного, — начал ныть Билли.
— Ты у меня сейчас тут сдохнешь, а не отдохнешь, — ответил Ли, поднося внушительный кулак к носу парня, хотя явно не всерьёз. — Извините, мисс, надеюсь, мой племянник не действовал вам на нервы.
Я с трудом удержалась, чтобы не засмеяться. Он напомнил мне тех стариков, на которых Тактик в детстве смотрел с восхищением: они без устали стебали всю молодежь, кому не повезло оказаться поблизости. Когда Тактик впервые привёл в знакомый бар девушку, эти деды весь вечер только и делали, что перебирали все его детские глупости и позорные истории, так что ему было головы не поднять от стыда.
— Нет, всё в порядке. Просто обсуждаем… ушедших друзей, — объяснила я.
— Ах, печально это слышать, — ответил Ли, пошевелив усами. Затем молча сделал Барри жест, чтобы тот налил пива, и спросил: — Вы ради этого приехали в город?
— Нет, здесь живёт моя семья, — ответила я правду.
— Семья — прекрасная причина для путешествия, — высказался он, принимая бокал с пивом. — И кстати о семье, нам стоило правильно представиться. Это Билли, пацан моей сестры. А я — Ли, Лиам О’Дейли.
Звучало это достаточно знакомо… Думаю, отец упоминал, что среди докеров есть люди с такой фамилией. Стукнувшись с ним кружками, я назвала имя:
— Роза Келли.
— Что ж, Роза Келли, если хочешь помянуть ушедших, лучше делать это в компании, — он указал в сторону стола, где ещё было несколько свободных мест. — Сегодня тут собралась половина клана О’Дейли, так что тебе не придётся мучаться, так сказать общаясь с Билли.
— Я, сука, всё ещё здесь сижу, — недовольно напомнил тот. Мы даже не обернулись.
«Мне нравится», - согласился с предложением Тактик.
«Звучит неплохо», — поддержала Свара.
Выкрики остальных Мясников в целом тоже были за эту идею.
— Ладно, а чего бы и нет? — риторически спросила я. Затем пожала плечами и поднялась со стула…
***
— Вот стакан для меня, вот для тебя, а эти сразу для всех! — выводил припев неровный хор. — За день, когда бухого осла Д’Арки в Донегальских гонках ждал успех!
Через несколько часов после моего прибытия все были уже в доску, не хуже того самого осла, успев спеть все песни в автомате, потом все, что были на кассетах в магнитофоне, а одну какой-то мужик вообще скачал из сети и играл с мобильника. Даже Билли с трудом ворочал языком, а он ведь давно перешел на клюквенный сок, над чем прикалывались все взрослые.
Благодаря регенерации Шпильки и силам нескольких Бугаёв, меня пока лишь слегка качало. Куда больше влияла атмосфера праздника и обилие людей вокруг, как и возможность поговорить о некоторых прошлых делах Мясников, лишь слегка сглаживая самые криминальные подробности. При этом у меня осталось впечатление, что О’Дейли, рассказывая различные истории при мне, делали то же самое, пусть и в меньших масштабах.
Этот вечер заполнил пустоту в душе, о которой я даже не подозревала до этого момента. Желание, доставшееся от Мясников — быть в центре толпы. Это явно не мой внутренний порыв: я была интровертом задолго до всей истории с Эммой. Однако немалая часть Мясников при жизни были шумными экстравертами, тем более когда ты — глава и живой символ целой банды, вокруг тебя всегда будут люди, готовые действовать по первому же слову.
Хлопая людей по спинам, неловко пытаясь танцевать и поднимая один тост за другим, я постепенно стала просто ещё одной ирландской девчонкой в этом баре, отмечающей знакомый праздник. Кулон Элис с клевером болтался у меня на шее из стороны в сторону, когда я, смеясь, пыталась повторять за парнем, демонстрирующим ирландскую чечётку.
Дверь с грохотом распахнулась, впуская внутрь холодный воздух, но я даже голову не стала поворачивать. И среагировала, только услышав чей-то голос:
— Добрый вечер, мужики!
Помимо меня к дверям обернулись и все остальные. Несколько человек один за другим входили внутрь, стряхивая с себя снег. Было их не так уж и мало, десятка полтора, и первый уже направился к стойке бара.
«Какого хуя тут началось-то?» — скорее с любопытством, чем с раздражением, поинтересовался Гниль.
— Свалили отсюда, — произнёс бармен Барри, осмотрев первого из этой кучи посетителей, и указал пальцем на дверь.
— Чего? — с оскорблённым видом спросил посетитель, опираясь локтем на стойку. — Мы просто хотим выпить и отметить со всеми вместе.
— С этой хуйнёй на шее таким как ты тут делать нечего, — ответил Барри. — Свали.
«Не нравится мне, куда это всё идёт», - обеспокоенное пробормотал Чуткий.
— Эй, спокойнее, если выгонять всех клиентов, то бизнесу это на пользу не пойдёт, — попытался посетитель разрядить обстановку. — Просто налей на всех, и мы тут посидим спокойно.
— Ты тут даже стоять не будешь, не говоря о том, чтобы сесть, — теперь тон Барри не просто был строгим, он явно разозлился. — Ноги имперца не будет в моём баре.
Тут атмосфера заметно потяжелела: до этого всем просто было любопытно, почему бармен так себя ведёт, но последние слова заставили ирландцев разойтись шире и начать разминать кулаки. При чём это делали не только мужчины, но и несколько женщин из О’Дейли. Остальные посетители попытались спрятаться подальше, одна темнокожая девушка вообще чуть ли не под стол попробовала залезть.
Мужик, выступающий переговорщиком от нацистов, лишь слегка поморщился, но продолжил улыбаться, словно это всё одна большая шутка… Вот только я уже рассмотрела фашистского орла на цепи, который висит у него на шее, а заодно короткие стрижки, характерные татуировки и нашивки на одежде у его людей, знакомые многим в Броктоне.
Билли положил руку мне на плечо, пытаясь аккуратно задвинуть в дальние ряды, но я не пошевелилась, лишь сжимая кулаки и чувствуя подступающую ярость. Сегодня я хотела устроить себе выходной! Тактик мог бы отметить любимый праздник ирландцев, Свара — нормально помянуть подругу, а остальные Мясники получили бы свою долю выпивки и веселья, я же просто смогла бы сделать перерыв от всей этой кейповской фигни в моей жизни.
Но даже тут влезла Империя. В этом городе просто нельзя никуда выйти, чтобы не наткнуться на них, и всегда и везде от них лишь одни проблемы. Они добили уже раненную Геморрагию и обчистили труп, они пытались убить Саламандру, они захватывают этот город словно опухоль и высасывают из него всю жизнь… И вот тут снова они.
«Лучше бы тебе всё сделать правильно, девочка», - прорычал Мясник. — «Ты сама понимаешь, на что они напрашиваются».
«Понимаю», - ответила я, стряхнув руку Билли с плеча.
«Убери кулон заранее», - предупредила Свара. Я без разговоров спрятала подвеску в карман, чтобы её не могли сорвать или схватить в драке.
— Мы просто хотим выпить, — повторил главный нацист, оглядывая всех нас. Он говорил так, словно обращается сразу и к Барри, и остальным ирландцам в зале. — Не нужно делать из этого целую проблему.
— Пацан, вам же ясно сказали: валите отсюда, — произнёс Лиам, выходя вперёд и многозначительно шевеля усами. — Вы выйдете или вас вынесут, но ноги вашей в баре не будет.
Барри был занят, убирая ближайшие бутылки с полок, чтобы их было не достать через стойку, так что он лишь молча кивнул этим словам.
— Просто ради любопытства… — начал нацист. Он всё ещё улыбался, но уже как-то вяло. Затем встал ровнее, одёрнул куртку и продолжил: — Что будет, если мы не согласимся?
Лиам запустил руку в карман и начал там шарить. Затем извлёк монету в один доллар, блеснувшую между его пальцами и позвал:
— Билли.
— Чего?
— Возьми и поставь нам Б-7, сынок, — произнёс он, кинув доллар парню.
— Сейчас будет, — ответил Билли, легко просочившись через толпу к нему, а потом обратно. Снова положил мне руку на плечо и попросил шепотом: — Тебе лучше пока спрятаться, Роза. Сейчас тут будет шумно и грязно.
— Я знаю, — ответила я, не сводя взгляда с нацистских ублюдков.
«И что, никто даже не спросит, что это за «Б-7», секретный код?» — возмутилась Петарда.
Билли покачал головой и пошел дальше. Я не поворачивалась и не видела, что он делает у меня за спиной, но через пару секунд донесся звон монеты, который затем сменился звуками музыкального автомата, потом был статичный шум… Но стоило заиграть первым нотам, как я сразу узнала песню, а так же поняла, почему Лиам попросил включить именно её. Звуки лучшего хита от «Dropkick Murphys» наполнили весь этот бар.
«Тысячу раз «Да», нахуй!» - восхитился Тактик. — «Вот это, сука, моя любимая песня!»
— Последний шанс, — предложил Лиам, поднимая кулаки.
— Ты не знаешь с кем… — начал угрожать нацист.
В этот момент пошёл текст, и одновременно Лиам мощным ударом с правой отбросил имперца к стене!
I’m a sailor peg
And I lost my leg
Climbing up the topsails
I lost my leg!
Весь клан О’Дейлис криками ломанулся вперёд. Я обогнала всех, прыгнула вперёд и с размаху врезала высокому нацисту кулаком в грудь. Тот буквально сложился пополам, сразу наблевав на пол.
«Только навыки, никаких суперсил!» - предостерёг Мурамаса. — «Ты сейчас без маски!»
«Сосредоточься на приёмах», - поддержала его мнение Шпилька.
В принципе, логично: если тощая девчонка вырубает взрослого мужика с одного удара, то это выглядит очень подозрительно. Я сейчас не в образе Элпис, закованной в доспехи с ног до головы. Потому не стала переходить сразу к следующему противнику, а потратила время, чтобы ещё раз врезать блюющему нацисту по голове и так свалить его на пол.
Здоровенный мужик, представившийся как «Шон-через-Ш» врезался всем телом в ближайшего противника, который даже не успел увернуться. Лиам взял главного нациста на удушающий, попутно пиная ногами ещё одного, а Мелкий Дейв раз за разом колотил рукой ещё одного скинхеда по стойке, пока распухшие пальцы не выпустили выкидной нож.
Старые навыки и воспоминания буквально сами накинулись на меня из глубин памяти. Мясники были настоящими ветеранами в пьяных драках: ещё первый из них устраивал подобные побоища иногда просто, чтобы поразвлечься. В подобных замесах очень быстро учишься полагаться на самые грязные приёмы, удары ниже пояса и монтировку в рукаве.
Один из нацистов снял ремень и начал раскручивать его в руках, чтобы бить людей тяжелой пряжкой. Я нырнула под его замах и аккуратно пнула в колено, придержав силу, чтобы не сломать противнику ногу. Скинхед взвыл и выронил пояс, чтобы схватиться за колено, в этот момент подлетел Билли и в прыжке врезал ему кулаком по морде.
«Справа!» - крикнула Анкоридж. Нацист с флагом Конфедерации на рукаве ударом кастета отбросил Высокого Дейва и попёр на меня как разъярённый бык. Я сделала шаг в сторону, уклонилась от его кулака и, используя силы Шпильки, направила руку в слабое место: ударила врага основанием ладони в горло. Кашляя, «конфедерат» отшатнулся, но я не успела продолжить атаку, потому что в этот момент сработало предчувствие опасности, и пришлось уворачиваться от пролетевшей рядом бутылки. Только после этого я шагнула к пытавшемуся восстановить дыхание и приготовиться к бою нацисту. Он не стал ничего изобретать, снова решив врезать мне кулаком, а я сбила руку в сторону и в быстром темпе трижды ударила его в лицо, пока он не свалился у ближайшего стола.
«Хватай кастеты», - бросил Камнетёс.
«Чего?»
«Забери его кастеты», - усталым голосом повторил он. — «С ними драться намного легче».
Я закатила глаза и быстро огляделась, убеждаясь, что рядом новых нацистов нет, и мне не прилетит внезапно в спину. После этого присела и сняла с рук «конфедерата» два кастета. Великоваты для моих ладоней, да ещё и все мокрые от пота, что противно, но я всё равно надела их и встала, чтобы вернуться к драке.
О’Дейли явно вели по очкам: у них было численное преимущество, даже если имперцы и лучше подготовились к сражению. Прямо сейчас Мелкий Дейв и Средний Дейв пинали ногами очередного нацика на полу, а Лиам колотил какого-то рыжего головой о дверной косяк. Один из имперцев вынул два ножа и встал так, чтобы за спиной был стол, как бы приглашая ирландцев подходить к нему самим. Он был слишком занят, выкрикивая расистские оскорбления и жонглируя своими ножами, чтобы заметить женщину, медленно выбирающуюся из-под стола у него за спиной. Я демонстративно приблизилась, присоединяясь к полукругу обступивших его ирландцев, сама обматерила этого скина и пару раз угрожающе взмахнула кастетом, привлекая к себе внимание.
«Давай, девка, давай», - поторопил Гниль брюнетку, бесшумно схватившую бутылку из-под виски за горлышко.
— Эй, долбоёб! Мудак с сотрясением говорит что? — спросила я.
— Что? — переспросил долбоёб, и как раз в этот момент женщина огрела его бутылкой по голове. Бутылка выдержала, а вот по затылку сразу потекла кровь, сам нацист с воплем рухнул на колени.
Я шагнула ближе и ударила ему по морде сбоку. Негромко щёлкнула вывихнутая челюсть, скин выронил ножи и с воем свалился на пол.
— Отличный удар, — похвалила я, подхватывая оба клинка.
Женщина просто бросила бутылку и молча уселась за стол.
Вздохнув, я оглядела бар. Из одного стола торчал нож, повсюду хватало битого стекла, на полу темнели лужи алкоголя, и на фоне всего этого толпа побитых и покрытых синяками ирландцев возвышалась над поверженным противником. Среди них я заметила Билли, лыбящегося во весь рот и не замечающего кривой порез у себя на щеке. Все нацисты уже валялись на полу… или так я подумала, пока их главарь не сумел с трудом подняться на ноги, пусть и не выпуская из рук медный поручень вдоль стойки.
«Я могу восхититься его смелостью», - признал Владимир. — «Жаль, того же нельзя сказать про интеллект».
— Мрази ебучие, — простонал он с трудом, на скуле уже наливался разными оттенками шикарный синяк. — Мы предложили вам… свою дружбу… а вы, блядь, в ответ плюнули нам в лицо, — сказав это, он всё-таки сумел встать достаточно ровно, но одной рукой всё ещё держась за стойку. — И теперь вам всем пиздец. Мы же, нахуй, Империя-88, а не хер пойми кто. На нас так просто не выёбываются!
В противоположном конце зала я заметила Барри, вернувшегося через задний ход уже с бейсбольной битой в руках. Кажется, сегодня кое-кто имеет все шансы получить по тыкве два раза…
— Громкие слова от жалкого пиздюка вроде тебя, — произнёс Лиам, сплюнув на пол. Семья и друзья выстроились вокруг него — Как думаешь, что будет дальше? Все остальные ваши вообще-то уже лежат.
Нацист оскалился, затем резко дёрнулся в сторону бара. Я даже подумала на секунду, что он пытался перепрыгнуть стойку и сбежать, но эпично облажался, однако вместо этого скинхед со звоном взял за горлышко бутылку пива. Всё ещё заметно покачиваясь, он медленно поднял бутылку над головой одной рукой.
«О, чую, куда всё идёт», - предвкушающе произнёс Берсерк, глядя, как нацист заносит руку над медным поручнем. — «Как думаете, попытается сделать себе «розочку»?»
«Я считаю, шансы на это неплохие», — ответил Мясник со злорадной ухмылкой. Он явно наслаждался видом врага, который готов сам совершить огромную ошибку
— Эй, — окликнула я нациста, — лучше не делай этого. Просто забирай всех своих и валите отсюда, пока не стало хуже…
— Заткнись нахуй! — истерично заорал скинхед и с размаху врезал бутылкой по поручню.
Во все стороны тут же разлетелись капли пива и осколки стекла.
На секунду наступила многозначительная пауза, пока нацист тупо рассматривал свою руку, истыканную кусками зелёного стекла, и как с неё стекают на пол кровь и пиво. Я буквально смогла разглядеть момент, когда ярость на его лице сменилась агонией, а затем сквозь стиснутые зубы донёсся тихий почти звериный вой.
Я протолкалась через толпу, пока немного в сторону от скина и начала осматривать пол… пока не нашла брошенный ремень, который один из нападавших пытался использовать в качестве оружия. Отбросила подобранные ранее ножи и взяла ремень, затем пошла обратно к этому идиоту. Он был слишком занят своей рукой, чтобы как-то возмущаться, потому я легко приблизилась, обернула пояс вокруг запястья и туго затянула.
— Кто-нибудь, вызовите «Скорую», — попросила я. — И помогите мне уложить его на пол.
Билли быстро пробился ко мне, чтобы помочь, первым делом он потянулся к раненой руке скинхеда…
— Не трогай, — резко бросила я. — Там куча битого стекла. Зафиксируй его ноги и вызывай врачей, но не трогай жгут и рану, — приказав это, я оглядела толпу вокруг и решила немного оправдать свою наглость: — Один раз слышала про точно такой же случай. На самом деле бутылку пива разбить сложнее, чем многие думают, тем более сложно сделать это аккуратно, — я не стала говорить, что видела это «от первого лица» в исполнении Камнетёса в 2000 году где-то в Бостоне. — Один парень тоже схватился за бутылку, и попытался разбить, но получил полную руку осколков, а потом тот, на которого он пытался наехать, подошел, положил свою ладонь сверху и сжал ему кулак…
Толпа издала общий сочувственный вздох. В этот момент Барри перегнулся через стойку с проводным телефоном в руках и произнёс:
— Дозвонился на 911. Сейчас вызову копов.
— Погоди, Барри, — остановил его Лиам, махнув рукой. — Давай только «Скорую». Немало шансов, что у этих мудаков есть друзья в полиции.
«В городе вроде этого есть все шансы, что некоторые из тех, кого мы сейчас били, сами служат в полиции», — язвительно высказалась Анкоридж.
— Да, дело говоришь, — согласился Барри. Затем опять исчез у себя за стойкой.
«Это было глупо», - пробормотал Чуткий.
«Что именно?» - рассеянно спросила я, следя за пульсом и дыханием раненного нациста.
«Со стороны Империи было глупо так нагло лезть вперёд. После такого захода чёрта с два они смогут нанять в свои ряды хоть одного ирландца».
«Может, это просто главарь этой группы — идиот», - заметил Ток-Тик, указывая на стонущего от боли кретина.
«Он не похож на умного человека, но, возможно, всё куда глубже, и это была одна из попыток Империи расширить свою территорию. После устранения из города Выверта у них осталось лишь два противника: герои и…» - Мурамаса отчётливо скривился, проговаривая это название, — «Азиатские Плохие Парни. Империя всеми силами будет пытаться устранить последних конкурентов и расширить собственные ряды».
От этой мысли мне стало тошно. Я надеялась, что хотя бы исчезновение банды Выверта даст небольшую передышку городу и мне самой, но тут уж как говорится: нет покоя нечестивым.
Пока Билли засовывал ноги нациста под ближайший стул, я встала и выпрямилась. Рядом Лиам как раз шумно высморкался в платок. Посмотрел на пятна крови, украсившие ткань, и сказал:
— Ты охренеть как благородно сейчас поступила. Я бы просто позволил этому ублюдку истечь кровью.
Я лишь неловко пожала плечами. В тот момент и не думала о высокой морали, куда больше меня заботило, что если один из его боевиков потеряет руку в случайной драке, Кайзер наверняка спалит всё это заведение дотла в качестве мести. Обойдя Лиама, я сказала:
— Думаю, хватит мне на сегодня приключений. Пойду за своим пальто.
— Хорошо, Роза Келли. Заходи сюда ещё, — ответил он, несколько секунд внимательно изучая меня взглядом.
«Что ж, было весело», - объявила Свара, когда я оделась и вышла на прохладный мартовский воздух.
«М-м-м», — одобрительно протянул Тактик. — «Драка могла бы продлиться и подольше, но всё равно вечер удался».
«Да ради бога, может, хватит уже?» - возмутилась я, шагая по тротуару в сторону дома.
«Да ни в жизни!» - хихикая, ответила Петарда. — «А самоё клёвое, что тебе придётся вскоре повторять это снова и снова! Если нацисты всерьёз решили подмять под себя город, тебе придётся регулярно проламывать им черепа, а мы сможем повеселиться!»
«Я дерусь, потому что это необходимо», - огрызнулась я, чувствуя, что все остатки хорошего настроения полностью испорчены. — «И не собираюсь вламываться в случайные бары и устраивать там мордобой только ради того, чтобы вам не было скучно».
«Может, ты и говоришь так», - самодовольно начала Петарда, — «но ты и сама не заметила, как спёрла у них кастеты».
Я замерла посреди тротуара и медленно вытянула правую руку из кармана пальто. Определённо, кастет всё ещё сидел на пальцах. Хуже того, в нём до сих пор ощущался отголосок силы Камнетёса после того, как я изменила форму металла. Сама того не заметив, я идеально подогнала оружие под свою ладонь, чтобы удобнее было драться врукопашную.
Сорвала один кастет с руки, потом второй и запихнула оба в карман. После чего отправила в темноту ржущую Петарду. Остаток пути до дома мы все проделали в молчании.
