Часть 8
23 сентября 2023 г., 08:17
RM, Suga, Jin - School Of Tears
***
- Что между вами произошло? - потребовал объяснений Юнги, когда Чимин с Чонгуком спустились на первый этаж, намереваясь последовать за Тэхёном. - Он увидел как мы..., - Чимину не очень хотелось вдаваться в подробности, поэтому он не договорил, надеясь, что основную суть смотритель поймёт сам. - Я так и думал, что он ревнует, - кинул Юнги, встал с дивана и пошёл к выходу. - Ждите здесь. - Он что? - крикнул вслед Чонгук, но Юнги уже успел хлопнуть дверью. Выйдя на улицу, Юнги огляделся по сторонам и нигде Тэхёна не обнаружил. Следов он не оставил, так как голых участков земли практически не было, а потому смотритель решил пойти в ту сторону, откуда они пришли, руководствуясь тем соображением, что Тэхён предпочтет знакомый путь. Юнги вошёл вглубь леса и прошёл несколько десятков метров обычным шагом, прислушиваясь и всматриваясь в зелёную гущу. Утро было ранним, а потому солнечный свет ещё не завладел пространством в полной мере, отчего было непросто разглядеть что-нибудь вдалеке. Юнги мог бы позвать Тэхёна, громко выкрикнуть его имя, но не стал этого делать, понимая, что зов может быть услышан кем-то ещё. Поэтому он просто шёл, шёл до тех пор пока не понял, что, вероятнее всего, ошибся с выбором направления, и в тот самый миг, когда он резко остановился, намереваясь повернуть назад, кусты впереди вдруг зашевелились. Первым импульсом было желание подойти ближе, но импульс быстро испарился, уступая место подозрениям и доводам ума. Что, если это дикое животное? Или кто-нибудь из кампуса? Может, вольный человек? Как бы то ни было, у Юнги уже не было шанса избежать этой встречи, потому что его в любом случае заметят. Раз, два, три.... Несколько секунд и зелёный занавес обнажил то, что смотритель хотел увидеть меньше всего. Чёрные шельты.... В следующее мгновение Юнги осознает себя бегущим обратно к дому, несущимся так стремительно, что казалось, будто ноги едва касаются земли и почти парят над ней. При других обстоятельствах он бы удивился своей нечеловеческой скорости, но в тот момент в его голове было только одно - бежать, успеть предупредить других и снова бежать. Им всегда теперь придётся бежать.... - Где Хосок? - спросил Юнги у парней, едва влетев в дом. Те испугались и дружно вздрогнули, уставившись на смотрителя с открытыми ртами. - Мы не...., он не..., - мямлил Чимин непонятно кому, потому что Юнги уже умчался в другое крыло дома, ища своего любимого бунтаря. Хосок образовался в проёме одной из комнат так неожиданно, что Юнги столкнулся с ним вплотную. Этот момент мог бы стать романтическим, если бы Юнги застыл и принялся хлопать ресницами, перепрыгивая с одного изумлённого глаза на другой, но он этого не сделал, естественно, потому что нужно было уносить ноги как можно скорее, а не разводить сантименты. - Нас нашли, - быстро произнёс Юнги, схватил Хосока за руку и потянул за собой. - Чёрные слуги? - только и спросил Хосок за спиной. - Да. - Но теперь ты со мной. У Юнги всё внутри перевернулось вверх дном от этих последних слов парня, но некогда было что-то отвечать, выяснять и даже просто реагировать, а потому он не подал виду. - Уходим, - попутно бросил он парням. - Живо! - А Тэхён? - заверещал Чимин. - Где он? Юнги на секунды замешкал и его лицо исказили нотки внутренних терзаний. - Я не смог его найти, - наконец произнёс он так, что стало понятно, что продолжать поиски он больше не намерен. - Нам нужно срочно уходить. - Но мы не можем так поступить с ним! - вскричал Чимин и отступил на шаг назад, давая понять, что никуда без Тэхёна не пойдёт. - Здесь его точно нет, поэтому лучше поискать его снаружи, - строго аргументировал смотритель и вышел на улицу. - Он прав, - подтвердил Хосок и последовал за ним. Чонгук молча посмотрел на Чимина со взглядом, выражающим страх и мольбу, отчего бунт Чимина почти мгновенно сдулся и он решил, что оставаться глупо и бессмысленно, а Тэхён наверняка где-нибудь прячется и они смогут найти его позже. - Ну ладно, - уговорил себя Чимин. - Пошли. Когда Чонгук с Чимином оказались на улице, то тут же заметили, что Юнги и Хосок стоят на дороге неподвижно и куда-то взволнованно смотрят. Несколько шагов им навстречу, и природа этого волнения предстала перед парнями во всей её зловещей красе: в нескольких метрах от них посреди дороги стояла группа людей в чёрных шельтах без номеров во главе с Тэхёном, который смотрел на парней виновато и напугано, очевидно пребывая там не по своей воле. - Ю-13, - монотонно заговорил один из группы, - нарушение кодекса поведения кампуса, статья 20, пункт 32 и 33: организация побега, побег, нарушение присяги смотрителя, кодекса поведения смотрителя, статья 7, пункт 11, 16 и 24, а также статья 12.... - Пошёл ты со своими статьями, - с презрением в голосе перебил Юнги. - Давай по существу. Отпустите Тэх... Т-123 и никто не пострадает. Толпа каких-то особо безразличных, словно роботы, чёрных слуг переглянулась, словно не вполне понимая, что именно имелось в виду под "не пострадает". Логично было бы усмехнуться, съехидничать или прийти в возмущение от такой наглости и самоуверенности, но, казалось, что они не обладают ни чувством юмора, ни какими бы то ни было человеческими эмоциями. По-видимому реальные угрозы возникали в их практике настолько редко, что они даже не могли толком вообразить, что могут представлять из себя таковые. - Ю-13, - опять заговорил, судя по всему, глава отряда, - мы доставим вас обратно в кампус, где вы будете пребывать в изоляторе под особым наблюдением до тех пор, пока зиккурат не вынесет приговор. В случае неповиновения Т-123 будет утилизирован прямо сейчас. А далее, видимо чтоб не быть голословным, глава чёрных слуг нажал на устройство на правом запястье и Тэхён обрушился на дорогу как кусок мяса. - Нет! - вскричал Чимин и закрыл лицо ладонями. Чонгук тут же обхватил его за плечи и обнял. - Они его отключили? - взволнованно спросил Хосок. - Они включили чип, - спокойно ответил Юнги. - Это всего лишь паралич. - Если вы не проследуете с нами добровольно, Т-123 будет утилизирован, - вновь пригрозил всё тот же тип таким же хладнокровным и индифферентным тоном, каким когда-то разговаривал с парнями Юнги. - Что будем делать? - спросил Чонгук, как и остальные с надеждой глядя на смотрителя. Юнги колебался. Даже Хосок в присутствии него стал каким-то мягкотелым и словно уступил ему все свои лидерские качества. Даже Хосок молча смотрел сейчас на него в ожидании дальнейших указаний, несмотря на всё то, что было сказано накануне. Юнги уловил этот взгляд и сердце стало биться чаще, а дышать чуть труднее. Они несколько долгих секунд смотрели друг другу в глаза, и Юнги вдруг явственно ощутил, что другого шанса у них может не быть. С другой стороны он понимал, что чёрные слуги не станут торговаться, мухлевать или проявлять какие-либо ещё тонкости маневра. Они просто сделают так, как сказали. Без колебаний. Он хорошо знает, что они из себя представляют. Поэтому он решил сдаться. По крайней мере пока. Он рассчитывал на то, что у них будет ещё время что-нибудь придумать по дороге обратно в зиккурат. - Мы сдаемся, - сообщил смотритель и сделал шаг вперёд с поднятыми вверх руками, провозглашая тем самым повиновение. Тэхён что-то замычал, вероятно, протестуя, но паралич не позволил ему даже шелохнуться. - Нам конец, - с досадой констатировал Чонгук и последовал примеру Юнги, возведя руки над головой. - Я не вынесу вновь того, что они делали со мной..., - захныкал Чимин и вновь закрыл ладонями лицо. Юнги обратил на парня сочувствующий взгляд, в котором читалось понимание, но ничего не сказал. Ему хотелось заверить Чимина, что всё будет хорошо, и ничего страшного не произойдёт, но мало того, что он сам в это особо не верил, так ещё и, напротив, испытывал самый мрачные предчувствия по поводу их дальнейшей судьбы. Он как никто другой хорошо знал верховных, их повадки, сущность их естества, что сильно мешало питать надежды на любого рода благополучие. Он понимал, что их шансы практически равны нулю. Единственным выходом было бегство во время похода обратно в зиккурат, но необходимо было всё тщательно продумать. Любая ошибка могла стать роковой для всех них. - Всем поднять руки высоко над головой и сесть на колени в ряд, - без какого-либо триумфа в голосе приказал глава отряда. Юнги точно знал, что будет дальше и колебался, ведь только он один обладал иммунитетом к чипированию. Остальные вновь станут беспомощными марионетками, и пока пульт находится в руках чёрных слуг, у них не будет возможности бежать. Нужно было срочно что-то придумать, но что? Если они побегут прямо сейчас, то бросят Тэхёна, да и вряд ли смогут далеко уйти. Юнги на секунды плотно закрыл глаза, нахмурившись словно от боли, сглотнул и опустился на колени. Следом опустился Хосок и с немым чувственным посланием покосился на своего смотрителя. - Я с тобой, - тихо, но твёрдо произнёс он. - До конца. Юнги поджал губы и молча кивнул. Где-то глубоко внутри замерцали вспышки ликования от услышанного, но он не дал им развиться, чтоб не позволить себе воспылать надеждами на хоть какое-то счастье и спасение. Чимин начал всхлипывать, видимо предвкушая дальнейшие ужасы, что их всех вероятнее всего ждут, но, тем не менее, опустился на колени вслед за Хосоком. Последним был Чонгук, который слишком был озабочен состоянием своего друга и не отрывал от него взволнованных глаз. - Не плачь, - нежно подбодрил он. - Я им не позволю тебя обидеть. Я же обещал, помнишь? Чонгук протянул руку к застывшей над головой ладони Чимина и крепко сжал её. Чимин ничего на эти наивные заявления не ответил, а лишь усилил хватку. У них было так мало времени.... Неужели едва они открыли для себя что-то, ради чего стоило бы жить, как всё это у них отнимут, а возможно отнимут и само существование? Когда все четверо оказались на коленях с поднятыми вверх руками, командир молча кивнул членам отряда в сторону парней и те, подойдя вплотную, достали какие-то устройства и приложили к местам между большим и указательным пальцами на правой руке каждого. Всхлипы Чимина стали более звучными, потому что один из слуг резко разорвал их с Чонгуком сплетение рук. - З.. зачем? - наконец смог выдавить Тэхён свой протест, на что глава отряда с прежним хладнокровием надавил ему ногой на безвольно лежащую на земле ладонь. Тэхён заскулил, но пошевелиться не смог. Дело было сделано. Чипы снова работали, что означало, что в руках чёрных слуг теперь был абсолютный контроль над их передвижением. Один клик и паралич, ещё клик и отключка. Только на Юнги не действовали эти команды, поэтому только он мог что-то предпринять. Спустя несколько минут они шли по лесным дебрям: часть отряда позади и часть, - та, что с командиром, - впереди. Парни шли посередине. - Есть план? - еле слышно спросил Хосок, приблизившись к смотрителю как можно плотнее и косясь на идущего впереди слугу. - В процессе, - почти шёпотом ответил Юнги, не поднимая глаз. - Не жалеешь, что на этот раз ты не на их стороне? - неожиданно спросил Хосок. Юнги нахмурился и с лёгким упрёком покосился на своего лохматого бунтаря. - Я лучше подохну, - звучно процедил он сквозь зубы. Кто-то из слуг обернулся и обрисовал смотрителя каким-то странным взглядом. Они знали друг друга. Когда-то они вместе служили. Юнги в ответ лишь наградил его молчаливым презрением. - Что они с тобой делали? - спросил Чонгук, держа Чимина за руку. Он понимал, что воспоминания о недавно пережитом вряд ли ободрят его друга, но просто хотел иметь представление о том, чего ожидать в ближайшем будущем. Чимин долго не отвечал, уже не хныча, но молча пребывая в состоянии какого-то мрачного принятия своей участи. - Я был в каком-то огромном зале, - наконец заговорил он, угрюмо глядя себе под ноги. - Там было холодно и царил полумрак. Вокруг не было ничего, только какая-то то круглая площадка посередине и большое изображение на стене. Оно было выпуклым и красиво переливалось каким-то странным тёмно-желтым цветом. - Что это было? - с волнением спросил Чонгук. - Треугольник с глазом внутри. Чонгук на секунды задумался. - И что это значит? - Не знаю, - обречённо ответил Чимин. - Какая теперь разница? Чонгук замолк ненадолго, о чем-то размышляя. - Ты продолжишь? - Он был в красном... даже не знаю, как это назвать. Длинная такая одежда. Красивое лицо, такое светлое, почти белое. И его волосы были так белы, что всё это сливалось в единую бледность. Губы такие пухлые и ярко красные, а глаза... очень тёмные глаза. Чёрные. Никогда не забуду их. Он смотрел на меня равнодушно, но от этих глаз всё внутри сжималось, словно они душили, а голова кружилась. Будто можно вот так.. одним лишь взглядом утилизировать. - Кто это был? - Верховный Жрец. Он сам сказал мне. Чимин на время прервался и покосился на Чонгука. Тот внимательно слушал с приоткрытым ртом, изредка поглядывая под ноги. - Он..., - Чимин явно не хотел продолжать. - Он трогал меня сначала везде, говорил всякие приятные слова, которые звучали так необычно и странно, от его голоса сильно кружилась голова. Затем пришёл другой.... В такой же одежде, что Верховный, они сначала обсуждали меня, мою внешность, а потом.... Потом Верховный заставил меня склониться над площадкой и вошёл в меня сзади, а тот второй ввёл свой сосуд мне в рот. Судя по ошеломленному выражению лица Чонгука, до него дошло происхождение их с Чимином недавнего опыта. - Когда они закончили, - продолжил Чимин, замечая, что один из слуг поравнялся с ними и, вероятно, грел уши. Чимину было всё равно. - Верховный прокусил мне шею и начал пить мой эликсир. Слуга, услышав последние слова, словно бы пробудился на мгновения от глубокой спячки и посмотрел на Чимина с лёгким оттенком страха. Неизвестно, что бы за этим последовало, и последовало ли что-либо в принципе, так как в следующий момент впереди послышался крик Юнги. Все дружно обратили на него свои взоры и увидели, как смотритель скорчился словно от боли в животе и опустился на колени. Глава отряда приказал всем остановиться и подошёл вплотную. - Ю-13, встать с колен, - строго велел он. Юнги застонал и нахмурился, обхватив руками живот. - Не могу, - сдавленно произнёс Юнги, - больно. Глава отряда на минуту замешкался, выглядя уже менее холодно и слегка озадаченно. Хосок поначалу кинулся к Юнги с беспокойством на лице, но вскоре сообразил, что тот что-то задумал и отступил в сторону. Всё внимание теперь было приковано к главе отряда в ожидании дальнейших распоряжений. - Ю-13, встать с колен немедленно, - вновь повторил тот, словно не представляя, что ещё можно предпринять в сложившейся ситуации. Юнги проигнорировал приказ, продолжая драматично кривляться, вызывая тем самым едва скрываемое восхищение у Хосока. - Мне нужна помощь, - простонал он и вцепился в ногу командира, заставив его вздрогнуть и начать слегка паниковать. - Пожалуйста.... Паника была именно тем, на что рассчитывал Юнги, потому что когда главой на секунды завладели непозволительные эмоции, и он, нарушая алгоритмы, потянулся вниз, чтоб помочь парню встать, тот тут же вцепился в него и повалил на землю. Началась суматоха, в которой некоторые из чёрных слуг, повинуясь рефлексам, бросились разнимать лежащих, а Хосок мигом предпринял попытку их остановить. Другие же, менее человечные, не растерялись и, недолго думая, нажали на пульты, намереваясь отключить Юнги. Вот только они были, естественно, не в курсе, что чип на него не действует. Пока растерянные слуги как бараны продолжали в недоумении тыкать пальцами в свои устройства, Юнги во весь голос закричал: - Бегите! Парни сначала опешили, быстро переглянувшись, словно ища одобрения друг у друга, а потом, не успев озаботиться моральной стороной вопроса, бросились наутёк в сторону леса. На этот раз и те из чёрных слуг, что уповали на высокие технологии, бросили попытки воздействия и тупо побежали вдогонку. Юнги больше всего боялся, что они не поведутся на его трюк и поймут, что только у него иммунитет на чип, а не у остальных. Но всё сложилось как надо. Вот только Хосок никуда бежать не собирался, продолжая препятствовать действиям слуг. - Беги! - пыхтел смотритель, пытаясь схватить руку командира и отключить чипы. - Ещё чего, - жёстко прокомментировал бунтарь, попутно вцепившись в волосы одного из субъектов. - Я же сказал, я с тобой до конца. Чимин и Чонгук неслись что есть мочи, петляя меж стволов и поглядывая в сторону друг друга, чтоб удостовериться, что никто не отстаёт. Тэхён еле поспевал за ними, оборачиваясь назад и про себя торжествуя: чёрные слуги отчего-то довольно быстро сдались и, по-видимому, вернулись к остальным. Спустя несколько минут бега, парни стали выдыхаться и перешли на обычный шаг. - Мы... мы бросили их, - устало захныкал Чимин, пытаясь перевести дыхание. - Юнги спас нас, а мы.... Тэхён поравнялся с остальными, всё ещё продолжая оглядываться. - Может, им... е... ещё... удастся в... вырваться..., - еле выговорил он, хватаясь за живот и хмурясь. - Ты сам в это не веришь, - Чимин остановился и обернулся в сторону кампуса. - Мы должны вернуться. Так нельзя! Тэхён и Чонгук тоже остановились и переглянусь, словно наскоро прощупывая друг друга на предмет единогласия. - Зачем тогда вообще было бежать? - начал заводиться Тэхён. - От нас будет больше толку, если мы сдадимся? Да нас просто утилизируют! Чимин скривил лицо от изнеможения и провёл по нему ладонями. - Я знаю, - проскулил он. - Но я не могу так.... Он поднял взгляд на Чонгука, ища у него поддержки, но тот стоял с раскрытым ртом как истукан, воплощая собой абсолютную растерянность и неопределённость. - Чимин, - Тэхён подошёл ближе и нежно обхватил его маленькие ладони своими, отчего парень вздрогнул. - Я не хочу туда.... Вспомни, что они делали с тобой. С нами. Они опять сотрут нам память. Сколько раз они уже это делали? Тэхён смотрел умоляюще, покрасневшими от едва проступивших слёз глазами, попутно слишком пристрастно сжимая ладони Чимина, чем ненароком причиняя ему боль. - Я всё вспомнил, Чимин..., - Тэхён вдруг поднёс кисти ошарашенного парня к губам и начал нежно их целовать. Прозрачные струйки безмолвно покатились по щекам. - Нам было так хорошо, ты помнишь? Скажи, что ты помнишь, пожалуйста.... Чонгук наконец вышел из анабиоза и шокированно уставился на происходящее. - Что ты такое говоришь? - еле выдавил Чимин тонким голоском, не зная, как себя вести и пялясь с безумным видом на действия Тэхёна. Тот же как умалишенный продолжал зацеловывать маленькие пальчики в своих руках. - Вспомни, Чимин! Ты был со мной! Ещё до Чонгука. Мы делали всё то же, что вы делаете сейчас. Мы.... Это было так.... Но потом они всё узнали и прошили нас! Чимин выглядел так, будто вот-вот лишится рассудка, переводя ошеломленные, блестящие от слёз глаза то на Тэхёна, то на Чонгука. Грудь последнего ходила ходуном от распирающих эмоций и потрясения. - Нет..., - наконец запротестовал Чимин надломленным голосом. - Ты всё выдумал! Это неправда. Между нами не могло ничего быть.... Тэхён ничего на это не ответил. Он просто вдруг застыл и посмотрел пристально парню прямо в глаза. В его взгляде читались любовная мука и боль. Прошло несколько долгих секунд, после чего Чимин резко вырвал из хватки собственные ладони и накрыл ими свой рот. - Т... Тэ..., - как-то вдруг иначе стала звучать его интонация, а взгляд транслировал ужас осознания. - Да..., - жалобно выдохнул Тэхён и начал всхлипывать. Чимина вдруг лавиной накрыла волна воспоминаний, настолько чётких, ярких и бескомпромиссных, что парень не выдержал и медленно сполз на колени. Чонгук, казалось, тоже едва держится на дрожащих от шока ногах. - Я... это так..., - причитал Чимин со слезами, не в силах подобрать слова. - Я не могу так больше! Это невыносимо! Тэхён опустился на колени вслед за Чимином и вновь взял за руки. - Поэтому мы не вернёмся туда больше. Всё, что угодно, но только не обратно!***
Бледное утреннее солнце всё явственней пробивалось сквозь кроны деревьев, где-то поблизости слышались монотонные трели каких-то птиц, а тонкие колоски ярко-зелёной травы едва заметно колыхались от украдкой бродящего лёгкого ветерка. Прошло некоторое время, прежде чем парни вновь заговорили друг с другом. Все трое сидели теперь на земле: Чимин тихо плакал, уронив лицо в ладони, Тэхён сидел рядом, обнимая коленки и пустым, почти полоумным взглядом гипнотизируя растительность, а Чонгук чуть поодаль, облокотившись о ствол дерева, не сводил с Чимина полных печали и сочувствия, всё ещё влюблённых глаз. Он боролся с желанием обнять друга и как-то утешить его, но, в свете всего, что было сказано, не знал, будет ли это уместно. - Я хочу вернуться, - слёзно произнёс Чимин полушёпотом, наконец подняв голову. На мгновения вновь повисло молчание. Чонгук ждал, когда их с Чимином взгляды встретятся, но этого не произошло. - Нас утилизируют, - почти равнодушно напомнил Тэхён, по-прежнему глядя прямо перед собой. Чимин перестал плакать и попытался создать хладнокровное выражение лица. - Мне всё равно. Я не смогу дальше со всем этим жить.... - Попытка провалилась. - Я хочу всё забыть. - И меня? - сломленным голосом спросил Чонгук. Чимин так и не осмелился посмотреть парню в глаза, но было заметно, как тяжело ему это даётся. - Если мы вернёмся, то будем обречены в любом случае, а если пойдём дальше.... Сколько всего там ещё, о чём мы даже и помыслить не могли? - Тэхён слегка оживился, старательно игнорируя собственные тяжкие мысли касательно их любовного треугольника. - Неужели лучше быть утилизированным или вновь стать безмозглым субъектом, который вынужден подчиняться непонятно кому, подставлять им зад, кормить своим эликсиром и жрать жидкое дерьмо каждый день? - Жидкое что? - спросил Чимин, вытирая нос. - Откуда ты знаешь это слово? - Не знаю, - Тэхён и сам удивился. - Просто вспомнил вдруг. Сколько ещё всего мы сможем вспомнить, если никогда больше не вернёмся? Может тогда мы сможем стать людьми.... Что, если где-то ещё остались вольные люди? Мы могли бы присоединиться к ним. Чимин на мгновения задумался, но потом его лицо вновь исказила гримаса отчаяния. Он наконец поднял на Чонгука полные боли, красные от слёз глаза и его пухлые губы задрожали. - Я не смогу, - умоляющим голосом произнёс он. - Не смогу. После всего, что было.... - Не бросай меня, Чимин, - тихо захныкал Чонгук. - Я не хочу забывать тебя. Я люблю тебя. - Я тоже люблю тебя, Чонгук.... Услышав драматичные признания, Тэхён резко подскочил на ноги и схватился за голову. - Нет! Нет! Нет! - истерично завопил он своим низким голосом, отчего несколько птиц неподалёку испуганно взметнулись в небо. - Нет никакого "люблю"! Всё это чушь! В следующий раз ты эти же "люблю" скажешь Хосоку или Юнги или ещё кому. В прошлый раз ты говорил их мне! А когда нас прошили, мы потом даже не вспомнили, что это "люблю" значит! Тэхён начал ходить из стороны в сторону, от безысходности теребя и без того взлохмаченные чёрные волосы. Потом он вдруг резко остановился и повернулся к Чимину лицом. - Их слишком долго нет, - сказал он словно сам себе, пытаясь восстановить самообладание. - Я ухожу. Хотите - оставайтесь. Он ещё какое-то время выжидал, надеясь, что Чимин передумает, но тот продолжал молча умываться слезами. - Может, он прав? - вдруг несмело спросил Чонгук. Даже больше чем Чимина этот вопрос удивил Тэхёна, который перевёл на сидящего у дерева парня свой недоумевающий взгляд. - Я останусь здесь, - уже более твёрдым тоном произнёс Чимин, с лёгким упрёком глядя на Чонгука. - Буду ждать Хосока и Юнги. Поверить не могу, что вы так быстро забыли о них. Видимо, даже прошивка не всегда нужна, чтоб забывать.... Тэхён какое-то время смотрел на Чимина безумным взглядом, тяжело дыша через нос и, очевидно, глуша в себе целую гамму невысказанных эмоций. Потом он вопрошающе уставился на Чонгука. - Ты тоже хочешь остаться? Чонгук едва вновь не заплакал: было заметно, что его гложет внутренний конфликт. Он не хотел оставаться, но, в то же время, жизнь без Чимина теперь уже не казалась имеющей смысл. - Я остаюсь с Чимином, - наконец с дрожью ответил он. Едва Чимин открыл рот, чтоб начать протестовать, как в нескольких метрах от них послышался шорох листвы. Парни дружно обратили свои взоры к источнику звука, и вскоре из-за кустов появились фигуры в чёрных шельтах. Завидев их, Тэхён, недолго думая, бросился прочь, но смог преодолеть всего несколько шагов, прежде чем полететь на землю как раненый олень. Его парализовали. Через мгновения весь отряд приблизился вплотную и Чимин аж вскрикнул, прикрывая рот маленькими ладонями, потому что не мог поверить своим глазам. - Ч-76, Ч-157 и Т-123, за нарушение множества статей кодекса поведения кампуса, нам велено вас задержать и доставить в зиккурат для дальнейшего дознания, - как обычно холодно и бесчеловечно продекламировал глава отряда с каменным выражением лица. Этим главой был Хосок.
