Глава 2. Ноэ
8 декабря 2021 г., 00:55
*****
Ноэ вылетел из зала и быстрым шагом направился в свое крыло замка. Спокойно находиться рядом с этой девушкой не было никакой возможности. Ему следовало побыть одному, чтобы решить, что с ней делать дальше. Она не лжет. Нет, конечно, она солгала ему, что не голодна. А ещё она с трудом сдерживает ненависть и презрение, когда смотрит на него. Но во всём остальном – не лжёт. И то, что эта девушка оказалась в его замке, а он – в самом глупом положении из всех возможных, действительно нелепая случайность. За те несколько часов, что Лайя провела в своей комнате, приходя в себя и готовясь к обеду, Ноэ успел многое выяснить. Не то чтобы он был излишне подозрительным, но ситуация с самого начала казалась странной. Мелкая воровка, крадущая кошелёк у тёмного, причём так неумело, что её тут же ловят. Потом невероятный приговор, и её сестра, воспользовавшаяся этим приговором, предложившая себя по древнему соглашению, которым уже практически никто не пользуется, да ещё то, что он заметил во время ритуала… Его люди нашли её сестру и доставили в замок. Обычная девчонка. Правда, смелая… Первым делом спросила, что с сестрой, хоть и дрожала от ужаса. Как там её, Милли? Она глядела на него перепуганными глазами и клялась, что никто её к нему не подсылал. Девчонка решилась покуситься на имущество тёмного лишь потому, что была уверена: в его кошельке полно серебра. Это было настолько глупо, что вполне могло оказаться правдой. Ноэ велел служанкам умыть и переодеть девушку – кто знает, вдруг на ней навешано амулетов, скрывающих правду. Но нет. Когда Милли предстала перед ним уже в новой одежде, она говорила то же самое. И это по-прежнему было правдой. Ноэ в задумчивости смотрел на сестру Лайи. Девчонка обещала вырасти прехорошенькой, а её тётка, похоже, особой заботливостью не отличалась. Управляющий доложил, что она сама привела девчонку в замок, запросив за это какие-то гроши и даже не поинтересовавшись – зачем… Будущее сестры Лайи могло быть очень грустным. И хотя ему было абсолютно наплевать и на рыжую воришку, и на ее будущее, что-то мешало Ноэ просто выставить ее за дверь. Что-то… Может быть шестое чувство, что проявлялось иногда холодком в затылке, как смутное предвкушение опасности. А с шестым чувством Ноэ никогда не спорил. Мысль о школе-пансионате пришла ему в голову внезапно. И это была отличная мысль. Он тут же отдал распоряжение пристроить малявку в приличное место с соответствующими указаниями для персонала: никого к ней близко не подпускать. Никаких посетителей. Не то чтобы он её в чем-то подозревал, но ту, что постоянно жила рядом с Лайей, ту, что случайно или намеренно могла узнать о ней что-то лишнее, лучше держать под контролем. Кроме того, он рассчитывал, что его новая игрушка оценит этот широкий жест. Как выяснилось позже – зря надеялся. Ноэ не закончил на этом свое расследование. Он велел отыскать и тех, кто учил девчонку "воровать". Их доставили очень быстро. Но и это оказалось бесполезно. Он говорил с ними лично. Гадкие, неприятные типы, сотканные из алчности и лжи. У них была только одна задача: запудрить мозги неудачникам и выманить у них деньги. Никаких потайных умыслов. Так что ничего, бросающего хотя бы тень подозрения на Лайю, он не нашёл. Ноэ вошёл в свои покои и развалился на диване в глубокой задумчивости. Собственно, думать тут нечего. Лайе не место в его замке. Он должен от неё избавиться. Должен был избавиться сразу, как только понял, что она собой представляет. Почему же до сих пор этого не сделал? Потому что за последние годы к нему в руки не попадалось ничего, столь же интересного? Пожалуй. Даже сейчас мысль о ней заставляла сердце биться быстрее… Ноэ погрузился в воспоминания. Почему вообще пошёл на процесс сам, а не отправил управляющего? Тут всё просто: у него были дела в той части города. Да и было любопытно посмотреть, что станет с глупой девчонкой. По его мнению, её следовало хорошенько отшлепать и оправить к родителям… Но у человеческих судей на это мог быть свой взгляд. Но, явившись в зал, он быстро потерял интерес к "преступнице". Его взгляд привлекла её сестра… Девушка была настолько красива, что даже темные круги под глазами и чрезмерная худоба не могли этого скрыть. Но не столько её красота притягивала его взгляд, мало ли вокруг смазливых девиц. Главное – её эмоции. Они так отличались от того, что могла испытывать толпа, присутствующая в суде: любопытство, страх и радостное сочувствие – ах, бедняжка! Но хорошо, что все это случилось не со мной! Там же он видел нечто другое: искреннее страдание, привязанность, боль. Не то чтобы он раньше не встречал подобных эмоций. Надо сказать, всё это далеко не самая любимая его еда. Но здесь они были чисты, искренние и… потрясающе сильны! Он поймал себя на мысли, что хотел бы заполучить эту девушку. Это было бы приятным разнообразием в его жизни. Но, увы! Он ясно видел, что она не из тех, кого можно соблазнить деньгами, даже большими деньгами. Деньги – отличная штука, но на них не купишь ничего действительно стоящего. А она была стоящей, это точно, уж он-то в таком разбирался… Так, раз деньгами не выйдет, то может быть предложить ей работу? Или даже им обеим, когда этот фарс с судом закончится? Они могли бы работать у него как вольнонаемные, при замке всем найдется, чем заняться. Что-нибудь несложное… Лишь бы она была рядом. Ноэ уже прикидывал, куда мог бы пристроить сестёр, когда объявили приговор: двадцать лет рудников. Даже Ноэ вздрогнул. Эти люди сумасшедшие?! Какого ещё отношения они заслуживают, если к самим себе и себе подобным так относятся? Двадцать лет исправительных работ за глупую детскую выходку! Он обязательно подойдет к судье и уладит дело. За несколько серебряных монет жирный боров продаст и мать родную. А уж выпустить под шумок преступницу – и вовсе несложно. А потом взять их в замок. Ноэ торопился, у него была ещё куча дел, которые требовали его внимания. Но взрыв эмоций, чудесный чистый коктейль потрясающей силы от трагедии, разворачивающейся у него на глазах, приковал его к месту.. А потом, словно гром среди ясного неба прозвучало: — Я заявляю о компенсации! Ноэ в первый момент растерялся. Брать человеческое существо в собственность? Ему всегда казалось это дикостью. Соглашение древнего образца. Да кому оно нужно сейчас, когда всё решают деньги?! И расторопные мамаши наперебой предлагают тёмным невинность своих дочерей. Зачем ему такая обуза? Он уже собирался отказаться и привести в исполнение свой изначальный план, но бросил мимолетный взгляд на перепуганную, натянутую как струна девушку, которая напряженно ожидала его ответа, и передумал. Судья спросил его о согласии. А ведь тогда ещё можно было все изменить. Предчувствие, что он совершает ошибку, уже было. Но он не послушался инстинктов и ответил "да"… — Свободнорожденные человеческие женщины могут быть чрезвычайно строптивы, — вкрадчиво нашептывал пристав. — Поэтому был разработан ритуал, позволяющий усмирить их нрав и облегчить период адаптации. Это важная часть процедуры. Тут требуются определенные приготовления. Вам следует вернуться за вашим имуществом через два часа, чтобы мы могли провести ритуал передачи… Ноэ покинул зал суда и отправился по делам, которых было немало. Он даже успел встретиться за обедом с одним из своих брокеров. Тот сообщил тревожные новости с биржи. Беседа затянулась, и Ноэ опоздал к началу чёртова ритуала. А когда вошёл в мрачный зал подземелья, едва сдержался, чтобы не испепелить пристава. Девушка лежала на каком-то грязном камне, связанная, в разорванном платье! Если уж эти ублюдки решили, что она – его собственность, то кто, покарай вас боги, так обращается с чужими вещами?! Он едва сдерживался, чтобы не выместить злобу на мерзкого вида человечишке, который крутился рядом. Но сдерживался. Сейчас это не просто человечишка, а винтик в механизме системы. А вступать в конфронтацию с системой – себе дороже. Человечишка, кажется, не понимал, с каким брезгливым отвращением относится к нему Ноэ. Или понимал? И именно поэтому потребовал, чтобы он продемонстрировал, как девушка "откликается"… Как будто человеческая девушка может не откликнуться на желание тёмного… "Мы можем расторгнуть соглашение", — сказал он. Вот тогда у Ноэ был последний шанс. Он еще мог разозлиться, пойти на принцип и сказать – хорошо. Расторгаем. Да, это стоило бы жизни девчонке, потому что после такого договориться уже не получилось бы. Но какого чёрта его должно это заботить?! Однако почему-то заботило, и он, стиснув зубы, подошёл к постаменту. Коснулся девушки – и его обожгло ненавистью и страхом. Что-то новенькое! Он продолжил трогать руками её тело, с удовольствием ощущая, как к терпким, но неприятным на его вкус эмоциям добавляется желание, вожделение, а затем и страсть. Яркая, сильная, чистая… Он не собирался доводить дело до конца и услаждать похотливый взор судебного пристава… Лишь пробежаться пальцами по телу, чтобы вызывать ответную дрожь. И наконец убраться из этого зала. Но, прикоснувшись к ней, не смог остановиться. Он продолжал ласкать её, вести по дороге наслаждения, пока не довел до пика, до разрядки. Забыв о пялящемся на них приставе, забыв о жутком месте, в котором все происходило, забыв вообще обо всем. И дело было не в том, что он так увлекся этой игрой, хотя он увлекся. Всё время он чувствовал чужую волю. Это она заставила его продолжать. То ли мольба, то ли приказ: не останавливайся… Эта странная девушка подчинила его своей воле! Пусть ненадолго, пусть она просто застала его врасплох, пусть она сделала это тогда, когда их желания совпадали! Но она сумела. А подобное могло означать только одно…*****
Ноэ бы так и сидел в задумчивости, но дверь отворилась, и в покои вошёл управляющий. Заметив, что хозяин не в духе, он выдержал паузу, прежде чем начать говорить. — В замок доставили новую девушку… Прикажете привести? Первым порывом было отказаться. Доставили и доставили. Подождет. Поживет в замке день-другой, освоится. Потом можно будет пригласить её для знакомства. Прикоснуться к её чувствам, попробовать их на вкус. Смутить… — Приведи, — неожиданно для себя сказал он. И остался недоволен. Что-то слишком много спонтанных решений для одного дня. Управляющий с поклоном вышел. А через несколько минут дверь снова распахнулась, и в покои вошла девушка. Ноэ смерил её долгим пристальным взглядом и, по-хозяйски откинувшись на спинку дивана, жестом приказал повернуться. Высокая, крепко сложенная, с копной густых рыжих волос, подколотых шпильками, девушка излучала абсолютную покорность. Декольте длинного темного платья было таким откровенным, что казалось, наклонись она – и упругие, как две дыньки, груди выскочат наружу. Точеные изгибы тела, узкие ступни, тонкая талия, крутые пышные бедра – все как он любит. А как он любит? Перед глазами словно наваждение всплыл другой образ – изящная хрупкая фигура, распятая на камне… Прочь! Ноэ заглянул девушке в глаза и недовольно нахмурился. Она волновалась. Но волновалась обыденно. Так волновалась бы горничная, вздумай он провести белоснежным платком по книжным полкам. Он не был ей приятен или не приятен… Да-да. Она пришла, чтобы выполнить работу, за которую ей щедро заплатят. И не больше. Ноэ всматривался в девушку в надежде уловить трепет предвкушения, страх от того, что та впервые с мужчиной, но находил лишь горьковатый аромат покорности, с которой она готова была выполнять любые приказы. Она явно хотела ему понравиться. Глубоко дышала, вздымая высокую грудь, смотрела призывно. Но вот беда: то, что раньше пробуждало в нем зверский аппетит, сейчас вызывало стойкое раздражение. Открытие так себе. Ноэ стиснул челюсти и попытался отогнать образ худенькой пленницы, навязчиво маячивший перед глазами. Чёрт бы её побрал! Не стоит сейчас о ней думать. Вообще никогда не стоит. Она должна исчезнуть из замка, и чем быстрее это случится, тем лучше для всех. Он повелительным жестом приказал деве подойти ближе, и та молча повиновалась. А приблизившись, одарила его улыбкой, достойной самой прожженной шлюхи из веселого дома. Безмозглая кукла! Ноэ втянул носом воздух. Ноздри затрепетали, вдыхая усилившийся пряный аромат. Любопытство. Всё не то. Внутри закипал гнев. — Раздевайся, — грубо велел он девице. Та безропотно выполнила приказ, провела ладонями по плечам, и тонкое платье, соскользнув, плавно опустилось у ног. Ни тени смущения. Сколько раз она вот так сбрасывала одежду перед мужчиной? — Подойди, — глаза его яростно сверкнули. Девчонка сделала несколько шагов и замерла, опустив глаза в пол. Он чувствовал, как ускоряется сердечный ритм, как кровь все быстрее бежит по венам, а внутри просыпается чудовищный голод. Ноэ обхватил девичье запястье, погладил большим пальцем нежную кожу и с силой смял тонкую бледную ладонь. Девушка вскрикнула от боли. Он чувствовал страх и вожделение, поднимающиеся из глубин её существа, но все же этого было мало. — Посмотри на меня. Девчонка подняла горящий взгляд. На одно лишь мгновение перед ним возникли глаза Лайи– жгучая смесь ненависти и зарождающегося желания, и в паху заныло. Вместе с этим ощущением нахлынула ярость. — Опустись на колени, — процедил он сквозь стиснутые зубы и грубо дернул девчонку за руку. Та тихо охнула и с глухим стуком рухнула на колени. Ноэ сгреб в кулак волосы и, потянув за них, приподнял ее голову лицом вверх. — Ты знаешь, что нужно делать? — Да, — ответила она, облизнув губы. Откуда, чёрт возьми? Откуда ты знаешь?! Прелестная невинная дева, за которую было уплачено серебром! Ноэ спустил штаны и, снова вцепившись в копну её, пригнул голову девчонки к напряженному члену. Нужно просто расслабиться. Все войдет в норму, как только Лайя окажется далеко от этих мест. Но что-то не давало ему покоя. Странное чувство, что как прежде уже не будет, ослепляло разум, и Ноэ, скрипнув зубами, нетерпеливо дернул шоколадные пряди. Девчонка судорожно всхлипнула, взметнув густой аромат страха, и обхватила губами упругий член. По телу тут же прокатился электрический разряд. Хриплое рычание вырвалось из груди, нарушив застывшую тишину. Ноэ подался вперед, ощущая, как уперлась головка в нежное небо, проник глубже и замер. Девушка заскользила губами по напряженному органу, погружая его в рот, сглатывала, сжимая головку горлом. Протянула ладони к яичкам и нежно погладила. Скользнула губами вверх, задержалась на пару мгновений возле натянутой уздечки, лаская её языком. Что ж, в этом девица была хороша. Она заставляла Ноэ дышать хрипло и часто, то и дело срываясь на стон. И в то же самое время, когда его тело содрогалось от удовольствия, в душе нарастала злость. Юная девица ласкала его не хуже опытной шлюхи. Он откинулся на спинку дивана, вбирая в себя похоть и азарт, источаемые ею, и попытался расслабиться. Не получилось. Его раздражало все: горьковатый привкус эмоций девчонки, словно в них подмешали что-то искусственное, воспоминания о чистом вожделении, исходящим от Лайи там, в зале…и осознание того, что отныне он не сможет получить истинное удовольствие от обычной трапезы. Довольно! Ноэ намотал на кулак шоколадные пряди и вошёл грубо, глубоко, на всю длину. Он продолжал удерживать голову девушки в таком положении до тех пор, пока не почувствовал судорожный спазм в её горле. С удовлетворением вобрал в себя порцию паники и ослабил хватку. На девичьих глазах показались слёзы. Вот так-то лучше. Зато теперь он получит хоть что-то настоящее. Он продолжал врываться – грубо и зло. Смотрел, как, прокладывая дорожки из слёз на раскрасневшихся щеках, струятся из-под прикрытых век слезы. — Ты ко всему готова? — хрипло прошептал он и с наслаждением ощутил новый прилив её страха. Он рывком отдернул её голову и плотоядно оскалился. Внутри разгоралось животная ярость. — Встань на ноги и упрись лицом в диван, — велел ей. Девушка поспешно повиновалась. Ноэ встал позади соблазнительно изогнувшейся фигуры. Скользнул пальцами между ног. Она была влажной и слегка дрожала. Так и должно быть… Он надавил чуть сильнее. Она охнула и протяжно застонала. Ну что ж, веселье только начинается. Он скользнул рукой по её спине и с мрачным самодовольством отметил, как напряглось горячее тело. В висках с бешеной силой пульсировала кровь, и в каждом её толчке отдавалось тяжелое биение девичьего сердца. Она боится. Ноэ втянул ноздрями воздух, смакуя её безотчетный страх, и с силой сжал бедра. Из груди вырвалось глухое рычание. Он скользнул членом между ягодиц, вверх, вниз. Ощутил приторно-сладкий аромат вожделения, идущий от девушки, и медленно вошёл в неё. Вначале неглубоко, лишь дразня и пугая. Он почувствовал, как сжались вокруг головки мышцы, и новая порция эмоций выплеснулась наружу. Мало, чёрт возьми, ну же! Продвинулся чуть глубже, продолжая удерживать бедра девчонки. Та дрожала в его руках, негромко стонала, бессмысленно пытаясь доставить ему удовольствие. Её жалких эмоций хватало лишь на то, чтобы усилить чудовищный голод. Слепая ярость охватила сознание Ноэ, и он, до красноты стиснув податливые девичьи бедра, с глухим рычанием погрузился в узкое лоно. Пространство огласил громкий жалобный стон. Мышцы влагалища судорожно сжались, пытаясь вытолкнуть его наружу, но эта жалкая попытка только усилила клокочущий в нем гнев. Ноэ почувствовал, как головка уперлась в невидимую преграду. Юная дева формально девственна, хотя и развращена… Никто не стал бы обманывать тёмного в главном. Такой обман стоил бы девушке жизни. Продолжая удерживать девушку за бедра, он резко подался вперед. Раздался утробный крик, и в воздух взметнулся горьковато-пряный аромат ужаса и боли. Ноэ тут же поглотил мощный выброс энергии и, помедлив пару секунд, продолжил жестко вбиваться во влажную глубину. Девчонка извивалась под ним, издавая протяжные стоны, с каждым движением выплескивая наружу коктейль из новых эмоций. Но и этого ему было мало. Он мял округлые бока девушки, погружаясь в горячую плоть до самого основания, замирал на несколько мгновений, ощущая, как судорожно сжимаются вокруг члена мышцы, а затем медленно выскальзывал наружу, чтобы повторить все снова. Он не думал о последствиях и уже не пытался сдерживаться. Сейчас ему было всё равно, что станет с девчонкой. Всё, что его волновало – это утолить мучительно-неестественный голод, который с каждой новой порцией эмоций только усиливался. Стон девушки приобрел другой оттенок. Боль, наконец, оставила её тело, а вместо неё пришло наслаждение. Податливые бедра стали двигаться ритмичней, насаживаясь на твердый член всё глубже и яростней. Сладковато-приторные ароматы вожделения и похоти опьяняли. Он впитывал стоны восторга и страсти, поглощая всё до последней капли, но не чувствовал облегчения. Вцепившись одной рукой в густую шоколадную копну, он рывком задрал голову девчонки. Та хрипло застонала и похотливо облизнула губы. Быстро же эта кукла пришла в себя. Вкус эмоций становился все приторней, голод не уходил. Ноэ склонился к спине девушки и, продолжая двигаться, обхватил её горло обеими руками. Как же хотелось сжать пальцы. Задыхаясь во время секса, человек выплескивает самые изысканные эмоции – те, которые могут утолить голод любого гурмана. Такое блюдо было ему вполне по карману, но… Чёрт возьми, он не станет этого делать. Ноэ перехватил девчонку поперек талии и крепко прижал к себе горячее тело. Вдыхая феерическую смесь разнообразных эмоций, он продолжал вбиваться в податливую плоть, грубо мял упругие груди. Девушка стонала и всхлипывала, мотала головой, яростно насаживаясь на член. Удар за ударом, быстрее, быстрее… Пока, наконец, не достиг самого пика. Из груди вырвалось протяжное рычание, и тело сотряс мощный оргазм. Ноэ чувствовал, как густая вязкая жидкость пульсирующими толчками выплескивается наружу, пальцы судорожно впились в раскрасневшиеся бока девчонки. Финал. Облегчение. Но вместо обычного чувства сытости внутри образовалась странная щемящая пустота, а вслед за ней вернулся голод. Нет! Что, чёрт возьми, с ним творится? Так не должно быть… Ноэ посмотрел на девушку. Она тяжело дышала и пожирала его затуманенным страстью взглядом. Ничего личного. Просто магия тёмных. А что если… Если взять её снова. А если и этого будет мало, то ещё и ещё… и ещё. До тех пор, пока она не останется лежать неподвижной и бездыханной. Проклятье! С тихим рычанием Ноэ оттолкнул от себя девушку. Та, словно сломанная кукла, рухнула на диван. — Убирайся, — просипел он едва слышно, а затем заорал: — Пошла вон! Девчонка подняла полный ужаса взгляд, окутав его напоследок густым облаком страха, и обхватив дрожащие плечи руками, выскользнула за дверь. Ноэ направился в ванную. Наполнил ванну водой. В его замке можно было позволить себе и горячую, но сейчас это было ни к чему. Тело и без того горело. Он опустился в ледяную воду и попытался успокоиться. Что происходит? Во-первых, он использовал и испортил игрушку, которая могла бы развлекать его и кормить ещё несколько дней… А новую вряд ли подыщут быстро. Во-вторых, он не насытился, скорее наоборот. Его голод разгорался с всё большей силой. Но главное – и у него внутри всё сжималось от этой мысли – он был готов убить её, лишь бы получить чуть больше энергии. Ладно, не убил. Смог остановиться. Но что происходит? Он не знал. А вот кто в этом виновен – знал очень хорошо. Ноэ вылез из ванны, наскоро обтёрся, набросил шелковый халат и быстрым шагом направился через весь замок – туда, где сейчас находилась причина всех внезапных и неприятных перемен.
