Stay

В глазах невыносимо рябит. Эмиль впервые настолько пьян, что совершенно не отвечает за свои действия: он чокается очередной рюмкой с физруком и залпом выпивает жгучую жидкость, абсолютно не чувствуя предела. Ком, что до этого разрастался в горле, предвещая лишь приключения до туалета, неожиданно для старшеклассника пропал, оставив после себя лишь неприятную тяжесть. Он продолжает пить, смеяться над шутками учителей и подливать остальным ребятам алкоголь, стараясь не обращать внимания на Дмитрия. Физик, кажется, единственный, кто решил остановиться на виски, решив до конца так называемого «пира» быть полностью в сознании. Да, он ощущал лёгкую эйфорию, позволял себе разговаривать неформально и травить весьма сносные шутки, от которых Даник заливался диким смехом, а Сударь нервно хлопал друга по плечу. Но стоит только присмотреться к Диме, как на губах расцветает мягкая улыбка, ведь Масленников не дурак, знает же, насколько это опасно, поэтому и старается каждый раз вытянуть из цепких рук юношей очередную стопку вязкой жидкости. Иногда это работало, но только не с Эмилем. Дима практически сразу заметил, что Эмиль — парень, с которым у него огромная пропасть в взаимопонимании. В один момент Иманов ведёт себя необъяснимо: язвит и хмуриться, не желая принимать чужую помощь со стороны, но в другой — совершенно иная личность. Личность, скрывающая нечто страшное и тяжёлое, заставляющее мужчину теряться всякий раз, когда в чужих глазах читается необъяснимая боль, которая вовсе не присуща обычному старшекласснику. У него вся жизнь впереди, студенческие годы и много красочных моментов, но Эмиль выглядит совсем не так, он не готов к такому будущему. Задумавшись, Дима вновь начал уходить в себя, он с каждой минутой становился всё мрачнее и мрачнее, терял нить очередного спора, где Даник, набравшись смелости и выпив очередную партию алкоголя, потребовал физрука поставить ему в аттестат чистую пятерку. Все мысли мгновенно терялись в уголках его разума; перед глазами рисуется образ здорового мальчишки, в руках которого лежит потрёпанный временем футбольный мяч. Как же это разнится с тем, что он видит сейчас. Эмиль абсолютно никакущий, его тело буквально растекается по обивке мягкого дивана, в покрасневших глазах читается усталость и едва отчётливая сонливость. Он уже не столь активен как раньше, что нельзя сказать об остальных. Ребята, продолжая судачить о том и сём совершенно не замечают, как к ним подходит один из официантов. Некоторое время парень молчаливо ждал того, что его наконец-то таки заметят, но вскоре заговорил, не желая тянуть время.  — Извините, — голос предательски отдаёт усталостью, но тот непоколебимо стоит на месте, представляя перед собой не очередную компанию клиентов, а мягкую кровать, к которой так тянуло, — мы закрываемся через десять минут.  — Без проблем, — говорит Столяров, вытянув руку вперёд, дабы посмотреть время на наручных часах, — почти полночь, если сейчас вызовем такси, то выйдет дешевле.  — Я займусь этим, — кивает Александр, проводив взглядом удаляющуюся спину официанта, — куда поедем-то? На самом деле, этот вопрос не был до конца решён, никто из подростков не знал, куда они пойдут после того, как их застукали учителя, да и расходиться не очень-то хотелось, особенно тогда, когда ноги словно ватные, а в головах туман, где изредка проскальзывали наиглупейшие мысли.  — Не знаю как вы, но я домой, — пожимает плечами учитель физкультуры, тыкнув в сторону остальных указательным пальцем, — вы сами решили оставить их, так что вам решать, куда поедете.  — Ну ты и гадюка, конечно, — криво улыбнувшись, отметил математик.  — Да бросьте! Мы можем позаботиться о себе! — в беседу встревает Никита, единственный, кажется, из старшеклассников, который вполне мог разборчиво говорить. — Мы погуляем немного, протрезвеем и домой! Да, пацаны?  — Ага, — в один голос булькнули Даник и Эмиль, уткнувшись лбами в стол, сил практически не оставалось. Никита, улыбнувшись, повернулся лицом к Диме, тот уткнулся в свой телефон и что-то искал, листая информацию на экране. Почувствовав на себе чужой взгляд, он поднял глаза.  — Поедете с нами, — озвучил он, нажав большим пальцем на экран телефона, перед тем как окончательно выключить его, — поспите у меня. Эмиль удивлённо приоткрывает сонные глаза, ощутив лёгкий укол в самое сердце. Он никогда не думал, что окажется в такой ситуации, где самый оптимальный вариант был ночёвкой у самого Димы Масленникова, от которого сердце предательски стучит в два раза быстрее. Он пытается заставить себя говорить, но тихие слова растворяются в воздухе вместе с музыкой, ему не хочется быть обузой для такого человека, ведь Дима не обязан терпеть его в своём окружении, тем более, пускать к себе домой. Но тот непоколебим, он сообщает остальным про такси, которое уже в пути и поторапливает их подняться с насиженных мест, что кажется нереальным, особенно для молодых парней, выпивших в два раза больше, чем учителя. Алексей помогает Данику выбраться, хватает его за плечо и ведёт в сторону выхода, где находились их куртки. Даник чертовски пьян и не чувствует никаких проблем, кроме головокружения, парень всё ещё настаивает на пятёрке в аттестате и обещает быть послушным учеником до конца года. В это время за ними следует Сударь, тот выглядит куда лучше, чем остальные, ему удаётся с первого раза подняться по ступенькам и не упасть, математик говорит, что его ждёт светлое будущее, раз он, будучи полностью в хлам, продолжает вести себя как парень, который никогда не брал спиртного в рот. Единственные, кто ещё не покинул своих мест, это Дима и Эмиль. Первый пытается подобраться к Эмилю, протягивает руки и хватается за его спину, притягивая к себе, дабы тот встал.  — Я могу сам, — хрипит Иманов, отодвигаясь от чужих рук, стараясь не показывать старшему свою слабую сторону, которая так и норовилась выбраться наружу. Дима тяжело вздыхает, ему не нравится, что в такой ситуации Эмиль отказывается от помощи.  — Да, да, конечно, но у нас нет столько времени ждать, чтобы ты поднялся, — кивает физик, помогая старшекласснику встать на ноги, его руки мимоходом касаются поясницы, заставляя табун мурашек пробежаться по разгорячённой кожи Эмиля. Эмиль прикусывает губу и сдерживает уставший вздох, решив, что сейчас не время спорить. Темноволосый действительно нуждается в помощи, и он обязательно извинится за свое состояние, но позже, когда он будет окончательно трезв и не в руках мужчины, от которого исходил приятный аромат одеколона. Они присоединяются к остальным, Эмиль совершенно теряется во времени, он видит перед собой множество меняющихся картинок. Сначала он стоит внутри бара, рассматривает каждую морщинку на уставшем лице Масленникова и чувствует чужие руки, что бродят по его худощавому телу. Дима лёгким движением застёгивает его куртку и ворчит про то, что в такую погоду нужно носить что-то потеплее, а не ветровку, которая вообще не согревает. Затем Эмиль оказывается в тёплом салоне машины; рядом с ним Даник и Никита, первый полностью в отключке, голова покоится на его плече, в то время как Никита практически приходит в себя, разговаривая с математиком на какую-то тему. Эмиль правда старается держать глаза открытыми, но в какую-то секунду позволяет себе расслабиться и утонуть в легком омуте, наклонив голову набок, дабы было удобно. Рёв мотора превратился в приятный рокот. Кажется, Дима живёт не так далеко, как предполагал старшеклассник. Машина останавливается возле одного из освещённых фонарями подъездов, таксист учтиво намекает на заработанные деньги, и Дима тяжко вздыхает, предвкушая довольно-таки бессонную ночь. Расплатившись с мужчиной, он первым покидает салон машины, а за ним следует Саша, потирая слегка отросшую щетину на своем подбородке.  — Думаю, твоя Цири охренеет, — замечает он, открыв дверь и выпустив Никиту. — Ты только взгляни на них! Дима закатывает глаза, но не спорит, надеясь, что его малышка не испугается «полуживых» гостей.  — На её месте я бы тоже охренел. Признаться честно, Масленникову казалось, что добраться до квартиры потребует больше времени, но благо Даник проснулся и смог под общие аплодисменты добраться до лифта первым, в то время как Эмиль сонливо растянулся на плече Димы, сопя ему в шею. Он едва перебирал ногами, цеплялся рукой за куртку мужчины и неразборчивым шёпотом бормотал себе под нос какую-то несуразицу, опаляя шею старшего горячим дыханием. Да и Эмиль не былым тяжелым, поэтому Дима быстро расправился со своей ношей и аккуратно прислонил его тело к стене, всё-таки нужно было найти ключи от квартиры, а потом пытаться вытащить старшеклассника из машины. И вот наконец-то раздаётся щелчок! Дверь мгновенно открывается, и мужчины позволяют себе облегчённо выдохнуть, дело оставалось за малым! В приятной тишине раздаётся гавканье, Цири, до этого спавшая под столом на кухне, подбегает к непредвиденным гостям, принявшись обнюхивать незнакомцев. Дима шикает, просит её быть потише и радуется тому, что его девочка не слишком испугалась.  — Вы с Никитой можете спать в свободной комнате, — диктует хозяин квартиры, вновь притянув Эмиля к себе, дабы тот прошёл за ним в тёплое помещение. — А этих пристрою в гостиную, там ближе всего до туалета. Мысль ясна, эти двое выпили больше всех, поэтому Масленников решает позаботиться о том, чтобы его квартира осталась чистой. Он учтиво снимает с ног Эмиля кроссовки, стягивает ветровку и потом ведёт его в одну из комнат, опустив полусонное тело на мягкий диван. За ним следует Никита, практически сразу находит кнопку на стене и включает приглушенный свет, интересуясь:  — А где туалет?  — По коридору направо, — говорит Масленников, указав рукой на одну из дверей, — если станет плохо, скажи мне, хорошо?  — Угу, спасибо, — устало кивает Никита и покидает комнату. Диме невыносимо хочется лечь рядом с Эмилем, накрыться пледом и заснуть крепким сном, но сначала он должен позаботиться о каждом госте, только после этого он позволит себе расслабиться на своей кровати. Окончательно убедившись, что с Эмилем всё в порядке, он укладывает Даника рядом и неприкрыто радуется тому, как сладко парни сопят в подушки, а не строятся в очередь в туалет. В такой момент в голове рисуется отрывок из прошлого, где он с таким же рвением помогал Саше добраться до дома и избежать нагоняев от матери, эта троица определенно напоминала ему недалёкое прошлое, которое вновь хотелось пережить. Но сейчас кровать казалась куда привлекательнее, чем непонятное желание ностальгировать, Масленников напоследок рассматривает парней и бредёт на кухню, где устроился Габар, заварив себе чаю.  — Спать пойдёшь? — интересуется математик, подавив первый за этот долгий вечер зевок. — Всех уложил? Рядом с ним устроилась Цири, она мордочкой уткнулась в чужое бедро и прикрыла блестящие глазки, вновь засыпая. Знакомый запах успокаивал, да и хозяин был дома, ничего не предвещало беды.  — Да, завтра мне придется развозить их по домам, — об этом совершенно не хотелось думать, ведь предстоял весьма тяжелый день. Габар отчего-то ухмыляется, вспоминает последний разговор с Никитой и окончательно расслабляется, наслаждаясь звенящей тишиной.  — И меня тоже, — хихикнул напоследок Габар, а затем отпил немного горячего чая, — я допью и пойду тоже спать, за меня можешь не переживать.  — Кружку помой, — напоминает ему лучший друг и хватает со стола бутылку с водой, только сейчас Дима начинает ощущать невыносимую жажду. — Спокойной ночи.  — Спокойной, друг, — Александр мягко улыбается ему, запустив руку в мягкий вихрь из шерсти, поглаживая Цири. Дима быстро покидает кухню, идёт в сторону своей комнаты, вяло стягивает кофту и грезит лишь о том, чтобы ночь прошла гладко, без каких-либо долгих приключений до туалета и чужой рвоты на его плитке в ванной комнате. Сейчас ему нужен лишь крепкий сон, тишина и покой. Ему вполне хватит пяти часов, чтобы быть готовым к любой ситуации, которую учтиво подкинет ему жизнь. Но всё идёт иначе, когда в четвёртом часу утра Эмиль распахивает покрасневшие от слёз глаза, дрожащими руками схватившись за своё горло, издав едва слышимый хрип.