Менеджер дьявола

      Я постаралась стереть из памяти странный эпизод с участием Чонгука, возле студии Мин Юнги, но он придал мне каких-то сил. Уж не знаю, что именно задумал Чонгук, и понимал ли он это сам, но во мне разгорелся азарт, которого раньше не наблюдалось. Когда меня только заставили стать трейни, а потом ещё и лидером, я металась как зверь в клетке. Проживание в этой самой клетки пяти малолетних закусок, только усугубляло положение вещей. Но, Чонгук… Он почему-то не хотел того, чтобы я становилась айдолом, поэтому я решила стать им, ему на зло.       Восемь месяцев жесточайших тренировок, у Суны, Джесси и Айди были срывы, они были готовы уйти и бросить всё, тогда то я и включала не просто старшую сестру которой стала для них, а лидера группы. Порой я была жестока и давила на больное, но это всегда действовало. Девочки собирались с силами и вновь были готовы к тренировкам. Всё это превратилось во что-то бесконечное. Диеты, тренировки по хореографии, потом отработка отдельных элементов, вокал, реп, изучение истории музыки и написание текстов, иногда нас подпускали к микшерам и мы пытались создавать что-то самостоятельно. Тогда-то и обнаружился мой «талант», таким его называли продюсеры, ведь особого вокала у меня как не было, так и нет. В некоторых партиях я зачитываю реп, но это звучит хорошо только с музыкальной обработкой и голосами девочек поддерживающих меня на «сцене». И этот мой «талант», стал очередным моим проклятием, ведь за меня лично взялся Мин Юнги. — Ты должна серьёзнее относиться к созданию музыки, поверь, она может сказать тебе гораздо больше слов.       Мин Юнги всегда говорил заумные фразы во время наших занятий, но я никогда не могла расслабиться и боялась, что вот-вот, Чонгук зайдёт в комнату и наговорит мне непристойностей при музыкальном гении. Но он никогда не приходил, а мне приходилось лишь накручивать себя снова и снова, рассуждая о том, почему же в тот злосчастный день, Чонгук сказал то, что сказал. Я не поверила не единому его слову, но интерес сжирал меня. Мне было страшно, что я жить не смогу спокойно, если не узнаю правду, но правда явилась мне гораздо раньше, чем я была к ней готова. На самом деле, я оказалась совершенно не готова к ней…

***

      Вокруг царил хаос, а я не могла отдышаться и пила одну бутылку воды за другой. Краем сознания я начала замечать слёзы самых младших из нас, но пока что не могла найти в себе силы на то, чтобы стать лидером, и вообще, может сейчас лучше стать старшей сестрой? Я запуталась. Оседаю на холодный пол и всем плевать на меня и ещё пятерых потерянных девушек. Стафф носится вокруг и готовит всё к выходу следующей, более популярной группы.       Конечно, мы как и все группы, вели прямые эфиры, снимали дэнс практики и общались с фанатами в сети, но фанатская база набиралась медленно, ведь мы девушки, и больше всего хейта получила… Я. Было невозможно игнорировать те сообщения о том, что я слишком старая и заняла место девушки, которая могла бы быть более достойной. Но сегодня… Мы хорошо выступили, правда хорошо, не отлично, ведь мы не профессионалы и это наш первый выход на сцену, но мы правда старались! Неужели этого оказалось мало?       Кто-то заставляет меня подняться на ноги и подойти к своей группе, прежде чем нас выводят в общий зал, где мы будем сидеть и ждать награды «Новички года», я быстро утираю слёзы своим девочкам и поправляю их одежду. Никто из визажистов даже не думает о том, чтобы подойти к нам и помочь, так что да, теперь я ощущаю разницу. Я была менеджером Чон Чонгука и видела многих знаменитых айдолов подобных ему, к ним отношение было совсем другим. Но ведь оно не всегда было таким. Приходится пробираться через дерьмо, прежде чем получится увидеть солнце. — И награду «Новички года», забирает… — ведущая специально делает эту паузу, чтобы разогреть публику, а мне уже её саму хочется на сковородке разогреть. Господи, я и правда слишком стара для этого дерьма. — Куклы Роки!       Когда слышу это название, то становится ещё более тошно, но приходится подняться со своего места и потянуть за собой опешивших девочек на сцену. Фальшивые улыбки, скомканные поздравления и вот, нас уже выпихивают со сцены в руки нашего стаффа. Те, более лояльны и сразу же бросаются помогать девочкам переодеться и говорят, что макияж смоем уже в общежитии, при этом смотря на меня. — А? Да, да, конечно. Я им помогу.       В голове шум и пустота, я точно услышала парочку нелицеприятных выражений в свой адрес из зала и пока что я не знала, что со всем с этим делать. Уже на парковке я встречаю его. Он стоит с ребятами из других групп и смеётся, выглядит как всегда шикарно, а я… Осматриваю себя и понимаю, что выгляжу откровенно потрёпанно.       Не замечаю, как он подходит и только хочу сказать о том, что нас могут сфотографировать, как он отводит меня за колонну, а его друзья как будто специально привлекают к себе внимание с другой стороны. Поднимает мой подбородок рукой и внимательно рассматривает. Я больше не сопротивляюсь, сил не осталось. — Об это ты говорил, да? Когда предлагал мне отказаться от идеи стать айдолом? Ты не собирался быть со мной, ты просто хотел донести до меня, что всё это, — я обвожу руками своё платье, мейк и причёчку. — Не моё. — Ты не особо мне нравилась, — Чонгук отходит от меня и складывает руки в карманы куртки, а я стараюсь игнорировать холод оставшейся после его ухода. — Раздражала, вечная заноза в заднице, хотя и младше меня. Ты всем нравилась, и мне вечно твердили о том, чтобы я прислушивался к тебе и не трепал нервы. Это раздражало ещё больше.       На последних словах Чонгук усмехается, а потом смотрит на меня как-то недобро и прижимается вплотную, вжимая меня в столб и кладя ладонь на шею. Не так, чтобы причинить боль, но чтобы было ощутимо. — А что сейчас? Я говорил именно об этом. Огня, его больше нет. — О чём ты говоришь? — Ты была вредная, но целеустремлённая, у тебя глаза горели и ты бы много могла достичь, а сейчас… — он вновь отходит и всего на секунду в его глазах мелькает грусть, но она быстро сменяется разочарованием. — У тебя глаза потухли, ты стала обычной марионеткой в руках компании, и не факт, что это когда-то изменится. Я бы пожелал тебе удачи, но тебе скорее пригодятся стальные нервы.       Чонгук разворачивается и уходит, а я не выдерживаю и выкрикиваю его имя. Он оборачивается на меня с недоуменным взглядом, а парочка его друзей нервно дёргают кадыками. — И это всё? Ты даже не поможешь, не дашь совет? — Нужен совет? Спроси у Юнги хёна. Я не желаю тебе добра и раз уж ты впуталась в это дерьмо, то должна пройти его вместе со своей группой. Как мы все, в своё время.