По дороге домой

Сигаретный дым успокаивал нервы и не давал пальцам дорожать, Санджи выдыхает, смотря в хмурое небо, что готово было пролиться дождем. — А ведь утром было солнечно, — дурацкий навес шатался и противно скрипел, но уходить не хотелось — ветер приятно продувал одежду, и для сентября было слишком холодно. Санджи покачал головой, бросая сигарету под ноги, и затушил ее носком ботинка. Его лёгкий пиджак не спасал от холодного ветра, и это могло бы заставить его вернуться в ресторан, но холод заставлял думать быстрее, размышлять и чётче ощущать, как немыслимый ужас тянет к нему свои тонкие и длинные конечности. Санджи от такого сравнения представил Брука и весело улыбнулся — вот уж кто точно со смертью на короткой ноге. Винсмоук выдыхает, жмётся от ощущения холодного ветра под одеждой и опускает взгляд с неба на серую улицу, она живёт своей жизнью — размеренной и неспешной — люди, идущие по тротуару, машины на дороге и Санджин взгляд, блуждающий по ним. Все это наводило тоску и давало ощущение тяжести в груди — его мир давно не был черно-белым, он был покрыт оттенками серого, и сейчас он осознавал это как нельзя ясно. Его мир, его семья стояли на пороге войны, и не хватало лёгкого толчка, чтобы она развернулась на полную — как цунами посреди обманчиво спокойного океана. — Что ты забыл тут, Завитушка? — Зоро стоял за спиной, сложив руки на груди, и хмурился уже так привычно, что Санджи даже усмехнулся. За последние два месяца Ророноа еще не успел прочувствовать весь ужас ситуации, в которую попал, ему казалось все до смешного понятно, его мир был ясным и простым. Винсмоук завидовал такому восприятию и боялся разрушить этот хрупкий мирок одним движением — он знал, что этого не избежать, но до начала кровопролития можно было дышать чистым воздухом, не загрязнённым кровью и порохом. — Дышу, — Санджи улыбается мирно и безмятежно, он уже и забыл, что умеет так. Зоро почему-то не хамит и не огрызается, тянет за руку к дверям ресторана — его уверенность в себе сильно подкосилась после нескольких тренировочных боев с Луффи и Чоппером. Он никак не ожидал, что семнадцатилетний мальчишка сможет выбить из его рук меч — Санджи просил сильно не расстраиваться и не думать о себе плохо, Чоппер всю жизнь учился защищать себя, и большая часть его навыков это приемы самообороны, а не нападения. Зоро от этого легче не становилось, но тренировки с Чоппером стали проходить легче после того, как он, проиграв несколько боев подряд, изучил приемы мальчишки — атаковать легче не стало, но с защитой стало проще. Луффи всегда весело хвалил их за успехи, и Чоппер выглядел счастливым, а Зоро просто не мог понять, как относиться к похвале Луффи. Санджи объяснил — четко и доступно в горизонтальной плоскости — потрепал по голове как ребенка и посоветовал представить себя маленьким мальчишкой, а Луффи своим отцом — так было просто и легко понять. «Для Луффи мы все дети, мы семья — не важно, на сколько младше или старше, пока ты под его защитой, ты его семья» — Санджи говорил это так легко и просто, но Зоро знал, тот не просто верит в это, он живет этим. — Идем отсюда, холодно, — Винсмоук не возражает, мирно уходит внутрь, бросая последний взгляд на хмурое небо, что вот-вот готово пролиться дождем. *** Очередная тренировка с Чоппером переходит в тренировку с Уоппом, потому что Луффи позвал, и Чоппер не собирался заставлять себя ждать, а Усопп просто проходил мимо и попался под руку Санджи. Снайпер отнекивался, списывая все как смешные выдуманные болезни, Винсмоук, прикурив, смеялся в голос от лица Зоро, который во всю эту чушь поверил. — Почему ты сам с ним не тренируешься, Санджи? — Усопп трясся, стоя перед Зоро на матах и сжимая в руках рогатку, его лицо все было в поту, взгляд бегал по фигуре Ророноа, словно он был не человеком, а диким зверем — Санджи бы не стал раньше времени в этом сомневаться. Зоро ловит взгляд Усоппа и хмыкает. — Он выглядит, как монстр! Санджи, мне страшно! — До меня он еще не дорос, — Винсмоук сидит на краю татами, затягивает и выдыхает дым, от скуки формируя колечки, он чувствует на себе все недовольство Зоро, но не собирается поворачиваться и принимать немой вызов. Усопп страдальчески выдыхает и натягивает на глаза очки с ярко рыжими стеклами, как он в них что-то видит Санджи не знает, да и не его это дело — пока снайпер попадает и прикрывает тыл, Винсмоук готов ему доверять. — Зоро еще Чоппера ни разу не положил, а ты его знаешь. — Что? — Усопп поворачивается к Санджи и непонимающе хлопает глазами, его удивление забавляет кока и злит Зоро, которого обсуждают, пока он стоит тут и все слышит. — Почему Луффи взял человека без подготовки? Усопп как всегда ворчлив и недоволен, его голос не вызывает протеста, но выражает непонимание и озадаченность, Санджи признается себе, что тоже бы испытывал что-то подобное, но он четко помнил, как и сам был таким — ни на что не способным молокососом, который только мешался под ногами, на самом деле они все были такими, они все учились кто-то медленно и не спеша, кто-то быстро и резко — никто из них не был виноват в своей беспомощности, но они все решили, что не хотят ее терпеть. Санджи понимал недовольство Усоппа, дело было не в неопытности или недостатки силы — дело было в надвигающейся войне, что неизбежно придет и сметет со своего пути всех, кто не может держать оружие. И все они боялись, что Зоро окажется одним из них. — Это Луффи, с ним о людях не спорят, — Усопп чешет затылок и соглашается, что было правдой, то ей и оставалось, несмотря на контекст — с Луффи вообще о многом было бесполезно спорить, он был слишком упрямым и уверенным в себе и тех, кто его окружает, чтобы сдавать позиции из-за такой фигни, как опыт. — И именно для этого ты здесь, Усопп, чтобы научить его чему-то полезному. Санджи подмигивает другу и снова затягивается. Зоро, уставший слушать не совсем понятный ему диалог, уселся на пол и попытался уснуть, его в любом случае разбудят — то, что уснуть не получилось, он упорно не показывал и подслушивал с чистой совестью, в конце концов, они говорили о нем. Ророноа понимает, что разговор окончен и поднимается с места, заинтересованно рассматривая длинноносого парня, и, предвкушая интересный бой, тот крупно вздрогнул под его взглядом и, поправив сумку на поясе, встал в боевую позицию. — Вы, наконец, обо мне вспомнили, — Зоро не надеялся произвести впечатление своим ростом и мускулатурой, но как и Чоппер Усопп боялся одного его вида — это играло на руку в первые десять секунд. Санджи усмехнулся, когда Зоро самоуверенно ринулся вперед, совсем не обдумывая свои действия, полагаясь только на грубую силу — Усопп не стал ждать удара, отскочил назад да так быстро, что Ророноа на секунду потерял его из виду. Длинноносый улыбнулся, прицеливаясь и стреляя из рогатки мелкими камушками, что не долетают до цели а валятся на пол в нескольких шагах. Зоро смотрит на Усоппа несколько секунд, находясь в замешательстве, Луффи и Санджи отзывались об этом длинноносом, как о замечательном стрелке, а тот не смог попасть с такого близкого расстояния? Ророноа замечает на губах кока довольную усмешку и предчувствует чуткий обман, он сворачивает в сторону к Усоппу, тот не спешит двигаться, только отставляет ногу назад для очередного прыжка. Зоро хмыкает и заносит боккен для удара, но острая боль в стопе заставляет выронить оружие и упасть на колени, Усопп улыбается, поправляя очки, и довольствуется своей работой. — Что за черт? — Ророноа ощупывает ступню и не находит ничего, что могло бы причинить боль, Санджи хлопает в ладоши, но не двигается с места. Зоро смотрит на татами, по которому рассыпались маленькие черные комочки, он тянется к ним и пытается взять в руку, резко выпуская, когда чувствует острую боль. — Важно, — голос Усоппа резкий и серьезный, Зоро поднимает голову и первым делом понимает, что длинноносый не снял обувь, заходя на татами — для додзе это было непростительно, и Ророноа не смог заставить себя остаться в обуви, теперь он понял, что зря. — Никогда не раздевайся на территории врага, по тебе видно, что ты занимался в додзе, а их правила знают почти все, и могут этим пользоваться. Я не Чоппер и атаки лоб в лоб не использую, в отличии от него я ищу лазейку. — Чоппер снимает обувь, — Зоро защищается по идиотски глупо, но даже это не помогает смягчить удар по гордости — он все еще сидит на татами босиком, перед ним валяются несколько десятков острых камней, которые обойти без обуви будет трудно. — А я и Санджи — нет, — кок салютует сигаретой, так ничего и не говоря. Из него отличный наблюдатель — молчаливый и спокойный, если бы он еще в жизни молчал, цены бы ему не было. Зоро недовольно цокает и поднимается на ноги, стараясь не наступить на черные точки — с высоты своего роста даже с идеальным зрением камушки терялись на фоне татами. — Все зависит от стиля боя и места его проведения. Зоро не стал слушать дальше, засунул третий боккен в рот и бросился в сторону, чтобы обойти дурацкие острые камни, Усопп не отрывал от него взгляд, медленно двигался в противоположном направлении, его рогатка безвольно свисала вдоль бедра, и пока он ничего не предпринимал. Татами под ногами Ророноа тряслось и отдавало приятной знакомой вибрацией, она помогала сосредоточиться и убедиться, что все идет правильно. Зоро дернулся вперед, когда опасный участок остался в стороне, он заметил, как Усопп начал медленно отступать к краю татами, чего он не замечает, так это профессионально разбросанных на полу камней, которые опять в впиваются в ноги, и Зоро приходится отступить назад. Усопп пафосно смеется, когда Зоро понимает, что не может подойти к длинноносому, не наступив на острые камушки. — Ну что, понял, насколько я круче Чоппера? — Усопп поднимает очки, его круглые глаза сверкают самоудовлетворением, пока Зоро, застыв перед темными камешками, пытается судорожно что-то придумать и не проиграть очередной бой с таким провалом. Санджи смотрит едва ли заинтересованно, для него все это не ново, такие тренировки были пройдены и им самим и Луффи, и, пожалуй, всеми, кроме Брука, тот в отличии от них всех отказался снимать обувь, и эта атака на него не сработала. Винсмоук был уверен, что Усопп раскидал острые камни по полу, а не стал кидать ими прицельно в Зоро, только потому, что тот оказался без обуви. Ророноа цокнул, не посчитав нужным отвечать — этот трусливый, но сообразительный длинноносый парень начал выводить из себя, и проигрывать ему чертовски не хотелось. Ророноа осмотрелся и, поняв, что у него есть только один способ добраться до Усоппа и нанести ему несколько сильных ударов — это путь через камни, не обращая внимания на боль. Зоро кивнул сам себе и, посильнее сжав зубы на боккене, рванул вперед, наступая на острые камушки, но не на секунду не останавливаясь. Усопп, явно не ожидавший что найдется такой идиот, который бросится к нему через камни, опешил и застыл на несколько долгих секунд, смотря как Зоро с болью пробирается через защиту, но Ророноа недооценил этого длинноносого, который быстро собрался и прыгнул в сторону — его прыжок был нечеловечески длинным. Зоро, будучи на месте Усоппа, смотрел, как тот становится на ноги и стряхивает ладони, он выдохнул тяжело и удовлетворительно. — Фух, еле пронесло. А ты безбашенный. Зоро смотрит на Усоппа, и перед его глазами вырастает фигура Брука, который был выше длинноносого наверное на полтора метра, и в его исполнении — если это, конечно, было возможно — такой прыжок поразил бы еще больше. Ророноа сглатывает и не понимает, как ему справиться с этим парнем если, он даже подойти к нему не может? — Ладно, — Санджи, видимо докурив, поднимается с насиженного места, привлекая к себе внимание, он поправляет пиджак, который итак идеально сидел, и Зоро думает, что его парень позер или педант — хотя по тому можно сказать, что и то, и другое. — Хватит с него на сегодня, Усопп. Длинноносый удивляется, но только пожимает плечами и спрыгивает с татами, не заботясь о том, чтобы убрать разбросанные камни, Зоро вытаскивает боккен изо рта и, осмотрев этих двоих, разочарованно хмурится, в этот раз Санджи все испортил, он не дал ни одного совета, не смеялся, заставляя Ророноа судорожнее соображать — в этот раз Винсмоук просто прервал бой, не дав возможности справиться самому. Зоро спустился на пол и босыми ногами потопал к месту, где оставил ботинки, после боя пол казался особенно холодным. Рука Санджи в волосах оказалась ожидаемо, мягко потрепала и прошлась по основанию шеи. — Не думай об этом, как о проигрыше, думай о тренировке, но понимай, что будь это настоящий бой, ты был бы мертв, — Санджи целует в макушку и направляется к выдоху из комнаты, а Зоро сидит, склонившись над ботинками, и чувствует дрожь в кончиках пальцев, ему впервые так открыто говорят о том, что здесь в мире Санджи смерть — это нормально — это обычно. Ророноа смотрит на свои ладони и впервые в жизни задумывается, а насколько это обычно для него. *** Кабинет Луффи был погружен в тяжелую, гнетущею атмосферу, шторы были задвинуты и не пропускали в комнату солнечный свет — Нами сидела на диване, где Зоро впервые встретил ее, и говорила с кем-то по телефону, сейчас ее голос был спокойным и холодным. Ророноа не придал ее нахождению здесь особого значения, Нами всегда находилось где-то недалеко от Луффи, как сказал Санджи, сейчас даже чаще, чем раньше. Тихое бормотание и приглушенный голос казались Зоро странным сочетанием, но Луффи похоже нравилось, и тот не пытался выгнать Нами или попросить ее говорить тише. Санджи подтолкнул локтем вперед, и Ророноа двинулся вперед, не уверенный, где ему стоит остановиться — Луффи сидел за столом, закинув на него ноги, его глаза были скрыты под соломенной шляпой, а на губах сверкала спокойная улыбка. Зоро встал перед Луффи, не решаясь произнести ни слова, не желая разрушить тонкое спокойствие, что царило в этом кабинете вместе с тяжестью воздуха. Стол под ногами Монки был тяжелый и темный, на столешнице виднелись плохо стертые кровавые пятна, бумага, лежащая по правую руку Луффи, была исписана кривоватым скачущим почерком, оставляя восприятия о своем владельце, как о не очень аккуратном человека. Зоро медленно осознал, что ни фотографий, ни каких-либо личных вещей на столе Луффи нет, только несколько ручек, разбросанных по всей столешнице. Нами замолкает через несколько минут, и комната погружается в полную тишину, Луффи приподнимает полы шляпы и смотрит на своих накам долгим сканирующим взглядом — переводит вопросительный взгляд на Нами, и та, закатив глаза, сообщает. — Ты хотел что-то отдать, — она тяжело выдыхает и утыкается носом в свою тетрадку, Луффи задумчиво кривит губы и дышит громко, Зоро давит в себе желание обернуться на Санджи, но судя по тому, что в кабинете все еще не пахнет дымом, тот забыл о том, что от нервов хочется курить. Телефон Нами пищит и вибрирует на журнальном столике, она читает сообщения, хмурится и бросает на Луффи встревоженный взгляд и, получив от него молчаливый кивок, выбегает из комнаты, на ходу набирая чей-то номер. Санджи провожает Нами восхищенным взглядом, но Зоро видит в нем то, что кок пытается скрыть — волнение и страх. Ророноа не чувствовал поглощающего ужаса от того, что Санджи с Луффи и остальными с каждым днем начинают беспокоиться все больше — Винсмоук курит в два раза чаще, чем раньше, и его сигареты заканчиваются быстрее, отчего он психует, и его пальцы дрожат. Зоро не понимает их страха, но ощущает его — из-за него тяжело дышать, и брать боккен с каждым днем становится все сложнее. — О, я вспомнил, — Луффи подскакивает и, потянувшись, подходит к большому шкафу, у которого одна из дверц заменена бархатной тканью, скрывающей содержимое от посторонних глаз. Зоро задерживает дыхание, когда Монки достаёт из-за тканевой ширмы ножны, из которых торчала рукоять катаны — белая, чистая и великая, он смотрит на оружие в руках Луффи и делает медленный вздох, боясь отвести взгляд от катаны. Санджи позади садится на диван, его точно подводят ноги. — Это Вадо, один мой старый друг оставил его мне на сохранение. Зоро протянул руку, чтобы коснуться и почувствовать силу великого меча, он слышал зов и желание Вадо оказаться в руках сильного мечника, но он не мог взять меч, у которого был владелец. Ророноа остановился в нескольких сантиметрах от ножен и поднял взгляд на Луффи, тот смотрел уверенно и серьезно, словно знал, что чувствовал Зоро. — Тогда разве ты можешь отдать его мне? Если твой друг вернется за ним? — Мертвецам оружие без надобности, а тебе пригодится, — Луффи улыбнулся слабо и печально, вспоминая бывшего владельца Вадо, пока Зоро смотрит на катану и сжимает ножны в стальной хватке, он ощущает мощь, что течет по его венам только от одного прикосновения к Вадо. Санджи громко выдыхает и щелкает зажигалкой, Ророноа выдыхает и вынимает катану из ножен, сталь клинка сверкает в свете ламп, радостно блестит и зовет — громко и сладко. Зоро впервые в жизни держал в руках оружие, у которого богатая история и кровь сотни жертв на клинке — от этой мысли он вздрагивает и поспешно убирает катану в ножны. — Я знаю, что в бою ты используешь три клинка, но я могу быть уверенным только в Вадо — он не подведет. Остальные клинки тебе придется выбрать самому. Используй чутье мечника. Луффи подмигивает Зоро и возвращается в свое кресло, снова закидывая ноги на стол. Санджи подходит, его рука на плече сжимает сильно и уверенно, от него пахнет сигаретным дымом и потом — Зоро этот запах нравится, он хочет вырвать сигарету из зубов кока и получить горький поцелуй за старания. В кабинете снова тишина, но в этот раз спокойная и легкая. — Зоро, — Монки поднимает на нового члена свой серьезный взгляд и заставляет Ророноа напрячься, Винсмоук убирает руку и делает шаг вперед, становясь плечом к плечу с партнером, они смотрят на Луффи, который глубоко вдыхает и прикрывает глаза. — Ты попал к нам в тяжелое время, и твои тренировки только начались, но я боюсь, что у тебя не будет времени для принятия того факта, что тебе придется забирать чужие жизни. Вадо направит тебя, но, держа его в руках, тебе нельзя забывать о том, что убивать будешь ты и кровь будет литься по твои рукам… Луффи непрерывно вглядывается в глаза Зоро, наблюдает за его лицом и телом, он не пропускает того момента, когда Ророноа вздрагивает и сжимает катану сильнее, Санджи спокойно курит рядом, вот у кого точно нет проблем с убийством. Монки смотрит на Зоро и видит себя, девятилетнего, наконец, понявшего, что в этом мире без силы никуда, что, если не ударишь ты, ударят тебя. Он видит в Зоро мальчика, которому еще многому нужно научиться, но у него как и когда-то у самого Луффи нет времени на осознание всего, что он делает — Зоро должен отнять жизнь быстро и без сожалений, и большинству будет плевать, что после он будет блевать желчью и мучиться кошмарами несколько недель. Все через это прошли, все они это пережили и потому сейчас живы, а не разлагаются в темной канаве под мостом. — Санджи поможет тебе, но не стоит рассчитывать на него слишком сильно, — Луффи хочет сказать что-то еще, но его прерывает резко открывшаяся дверь, в которую влетает Нами, в ее руках телефон, на лице паника смущения с восторгом и предвкушением. — Френки выяснил, что Кайто собирается выкупить партию оружия сегодня вечером в городском казино, — она подсовывает Луффи под нос включённый экран телефона и тычет пальцем в сообщение от Френки. Монки хмурится и забирает из ее рук телефон, читает внимательно — молчит несколько минут, смотрит в экран, потом на Нами, и ловит строгий взгляд Санджи, который, вытащив сигарету изо рта, кивает. Луффи кивает в ответ. — Хорошо, для нас это, как красная тряпка для быка, — Луффи встает, возвращая Нами ее телефон и, обходя стол под взволнованным взглядом девушки, подходит к Зоро и Санджи, его глаза скрыты полями шляпы, но его хватка на плечах друзей сильная и словно извиняющаяся. — Я рассчитываю на вас, Зоро, Санджи, позаботьтесь о том, чтобы Кайто не получил эту партию оружия, — Луффи разворачивается к Нами, которая вмиг становится серьезной и ждет приказа, она смотрит на Зоро и почти открывает рот, чтобы спросить Луффи, действительно ли этот парень готов к настоящей драке, но, заметив в его руках белый цвет Вадо, вопрос отпадает сам собой. Конечно, не готов, но время — валюта, которой сейчас они расплачиваться не вправе. — Нами, приготовь все необходимое. Я хочу, чтобы наши парни знали все, что может пригодиться, подключи всех, кого придется. — Хорошо, — она кивает и, схватив Зоро и Санджи за плечи, потащила за собой прочь из кабинета Луффи. — Если Кайто хочет войны, он ее получит. *** Нами притащила для Зоро идеально выглаженный черный костюм, который стоил — Ророноа был почти уверен — больше, чем он смог заработать за несколько лет своей жизни. Девушка только нагло улыбнулась на ошарашенный взгляд Зоро и всунула костюм в руки, приказав надеть его и ждать ее, не двигаясь — он посчитал угрозу серьёзной и, кое-как нацепив костюм, встал посреди комнаты, не решаясь двигаться. Ророноа осмотрел себя в зеркале, пиджак сидел идеально, не стеснял движения и позволял вдоволь махать руками, брюки прилегали к ногам, были удобны и аккуратны — Зоро не знал, что одежда бывает такой удобной. Вадо лежала на столе, она звала и даже в ножнах ее голос был громким и четким — Ророноа не мог оторвать взгляд от лезвия катаны целый час, Санджи тихо посмеялся над ним и ушел, оставляя в комнате одного. Нами взорвалась неожиданно, распахнула двери и без стеснения отвлекла Зоро, заставляя убрать Вадо в ножны, она вертела его туда-сюда, снимала мерки и бормотала проклятья себе под нос. Кому они посвящались Зоро не понял, уточнять не решился, но те несколько фраз, что он смог разобрать, заставили серьезно напрячься и пожалеть, что Вадо остался в другой части комнаты. — Санджи-кун скоро придет, у него твоя обувь и еще какая-то фигня для меча, — Нами вернулась через несколько минут, она была в красивом красном платье до колен, плечи обнажены, и Зоро смог по достоинству оценить ее бюст — если бы не его любовь к мужскому телосложению, он бы всерьез присмотрелся к этой рыжей бестии. Ее волосы рассыпались по плечам, красиво переливались в свете ламп, приятно отливая медью. — Также тебе нужно дойти до Брука, он даст тебе два недостающих меча. — Ты с нами идешь? — про остальные мечи Зоро успел узнать у Санджи, который обещал проводить в оружейную и попросить Брука помочь с выбором клинков, Винсмоук дал понять, что рассчитывать на великие мечи не стоит, никто в их семье не даст подобный клинок новичку. Ророноа возмутился, но всерьез возражать не стал. — Не внутрь, — Нами поправила воротник на рубашке Зоро и придирчиво осмотрела, придя к тому, что все выглядит удовлетворительно, вальяжно упала на диванчик, закинув ногу на ногу. Они смотрели друг на друга, изучали и привыкали — за два месяца в семье Луффи Ророноа привык к вечным пристальным взглядом, что изучали его словно изнутри. — Мы с Усоппом довезем вас до казино и поможем ориентироваться внутри, до тех пор, пока глушилки не прервут связь. Зоро кивает, не находясь с ответом, для него все тонкости подобных операций не известны, и он может только доверять Луффи, Санджи и их друзьям — медленно и верно его вера приобретает силу и мощь. Винсмоук появляется неожиданно, как обычно с сигаретой в руках — в этот раз не зажжённой, в его руках пара мужских туфель, блестящих как золото на солнце, и кожаным поясом — его предназначение Зоро понимает сразу. Нами чувствует тепло в груди, когда смотрит на двух парней, что невесомо целуются и выглядят донельзя счастливыми, она не знает, сколько продлится это их хрупкое счастье, но, если у нее есть возможность помочь Санджи, защитить его маленький мирок, она сделает все возможное. Винсмоук отдает Зоро туфли, сам подходит к Нами протягивая руку, та протягивает в ответ, мило улыбаясь — он целует ее руку, рассматривает прекрасный наряд и отличный вырез. — Вы как всегда прекрасны, Нами-сан, — Зоро закатывает глаза, не удивляясь подобному поведению кока, слишком привык за шесть лет знакомства — он помнил, как впервые увидел подобное поведение, это заставило его громко смеяться и подшучивать над Санджи следующие полгода. Винсмоук злился и не скупился на подзатыльники, никогда не бил всерьез, но больно было. — Спасибо, Санджи-кун, — Нами усмехнулась, Зоро видел в ее глазах невысказанный комплимент, она смотрела на Винсмоука, который как всегда был в костюме, в галстуке, что идеально сочеталось с носками, и Ророноа видит, как блестят запонки на манжетах пиджака. Он выхватывает из рук Санджи пояс и надевает его, сразу направляясь к катане, она приятной тяжестью повисает, оттягивая вниз. Винсмоук перекатывает сигарету во рту и улыбается. — Отлично, Зоро, теперь ты выглядишь как нужно. — А ничего, что я приду в казино с катаной наперевес? — Зоро смотрит на Санджи, который вытаскивает из внутреннего кармана зажигалку — привычно позолоченную, что была у него с самого их знакомства, Ророноа не знал, откуда она, но знал, насколько важна, — тот не обращает внимания, прикуривает. — Будь это обычный вечер, не пустили бы, но тут у нас есть фора, — Нами подмигивает Зоро, ничего не объясняя. Он снова смотрит на Санджи, тот в ответ не смотрит, но по всей его позе Ророноа понимает, что этот чертов кок знает, о чем речь. — Так, мальчики, давайте к Бруку за мечами и на выход, солнце уже садится. — Как скажете, Нами-сан, — Санджи направляется к двери, хватая Зоро за руку, чтобы этот топографический кретин не потерялся в трех стенах, Ророноа ворчит, но руку не выдергивает. Они идут молча по коридорам, стены были увешены фотографиями — большими и маленькими, с разным настроением и количеством людей. На некоторых был маленький Луффи, которого выдавала соломенная шляпа и шрам под левым глазом, с высоким человеком афро, Зоро узнал Брука. На других был Санджи с челкой на другую сторону и улыбкой на пол лица, он выглядел совсем мальчишкой, хотя Зоро предполагал, что ему было лет пятнадцать. Ророноа с радостью понимает, что узнал всех, некоторые из фотографий заставляли улыбаться, некоторые напрягаться и задумываться о том, через что всем этим людям пришлось пройти. Брук встретил их веселым смехом и искренней радостью, его длинные руки сняли цилиндр с афро в знак приветствия, он поднялся, вытягиваясь во весь рост, и с добрым смешком в глазах посмотрел на пришедших к нему друзей. — Приветствую вас, Нами-сан предупредила, что вы придёте, — Зоро все еще не мог привыкнуть к гигантскому росту Брука, он не знал точной цифры, но не сомневался, что она ушла за два метра. В тонких костлявых пальцах Брук держал трость ярко фиолетового цвета, она стучала при каждом его шаге, отражаясь от стен. Санджи не обращал внимание на разницу в росте, задрал голову и улыбнулся, вытаскивая сигарету изо рта. — Пойдете со мной, Зоро-сан, я покажу, что могу вам предложить. Выбор мечей был богатым и разнообразным, но Брук прошел мимо самых огромных стеллажей, и Зоро не стал спрашивать причину, просто шел вперед, осматривая помещение, потолки здесь, как и во всем здании, были намного выше, чем в обычных домах, и если сначала Зоро не понимал причину и списывал это на странные замашки Луффи, то, познакомившись с Бруком поближе, понял. Они вдвоем останавливаются у небольшой подставки с несколькими катанами, при первом взгляд на них Зоро понимает, что все те мечи, которые они прошли и в подметки не годятся тем, что стоят здесь. Катаны перед Ророноа имели голос и душу, они кричали и требовали пустить их в бой, дать им испить человеческой крови и забрать чужую душу, Зоро слышал их, ощущал липкие прикосновения метала под кожей. — Хо-хо-хо, не беспокойтесь, Зоро-сан, — Брук невесомо ведет рукой по спине нового друга, улыбается глазами и, поднимая длинную руку, показывает на подставку. Зоро вздрагивает от тяжести воздуха вокруг и не может оторвать взгляда от клинков. — Бояться — это нормально, страх помогает нам. — Как мне выбрать? — Как и сказал Луффи-сан, доверьтесь себе, — Брук подталкивает Зоро вперед, сам отходит назад и смотрит в спину добрым и теплым взглядом. Ощущение чужого присутствия быстро стирается, и остаётся только громкий крик клинков, которые желают вернуться в бой. Ророноа закрывает глаза, прислушиваясь к голосам и зову крови, он чувствует на себе их острые лезвия и, ему кажется, что он сам весь в крови, по спине бегут мурашки вместе с холодным потом. Он открывает глаза, и перед ним катана в темных ножных, залитая кровью, за ней река крови и множество уничтоженных душ, Зоро моргает, и в его руках та самая катана, крови нет, но в душе ощущение холода и поглощающего все ужаса. — Китэцу — один из проклятых мечей, у него своеобразный характер, — Зоро не может оторвать взгляд от выбранного клинка, держа его в руках, он чувствовал силу и кровожадность меча. — Прекрасный выбор, Зоро-сан, уверен, вы с ним справитесь. Я дам вам третий клинок, но боюсь он не будет так надежен, как те два, что вы уже имеете. У этого меча нет имени, но он вполне неплох. Брук снимает клинок с верхней части подставки, его руки уверенно и аккуратно сжимают меч, Зоро впервые думает, умеет ли Брук фехтовать или коллекционирование холодного оружие его хобби. Они возвращаются к Санджи, у которого на лице всемирная скука, а пепельница на треть заполнена пеплом — Зоро начинает думать о том, что нужно что-то сделать с вредной привычкой кока. — Вы закончили, я уже перестал надеется, — Винсмоук поднимается, тушит сигарету в пепельнице и потягивается, разминая плечи. Брук возвращается в свое кресло, вытягивает ноги с удовлетворенным вздохом, Зоро улыбается и благодарно кивает. — О и Чоппер искал тебя, Брук. — Чоппер-сан? Что-то случилось? — Брук выпрямляет спину и двигается вперед, в его глазах легкая паника, Санджи только пожимает плечами. — Он не сказал, но взволнованным не выглядел. Ладно, спасибо, Брук мы пойдём, Нами-сан нас уже заждалась, — Брук немного расслабился, поднимая вверх трость, качая ей из страны в сторону. Зоро двинулся вперёд и застыл у приоткрытой двери, когда Брук обратился к Санджи, попросив задержаться. Винсмоук замер, напрягая плечи. — Я догоню тебя, Зоро, — Ророноа смотрит на напряжённую фигуру Санджи и выходит, закрывая дверь, если они не хотят, чтобы он знал, о чем они говорят — Зоро не будет мешать. Винсмоук смотрит на Брука, в его глазах читается напряжение и недовольство. — Что ты хотел, Брук? — Вы опят начали много курить, Санджи-сан, — Брук двигает пепельницу в сторону кока и сжимает трость сильнее, его голос сквозит недовольством и заботой — ему хочется прикрикнуть на члена своей семьи, но Брук помнит, что Санджи давно вырос и больше не маленький мальчишка, впервые взявший в руки сигарету и прикуривший лишь для того, чтобы показать, что он уже вырос. — Это нервы, — Санджи жмется под взволнованным взглядом Брука, вспоминая как в детстве тот ругался из-за сигарет, как пытался заставить бросить, но Винсмоук уже и сам не помнил, почему в итоге пристрастился, и теперь не мог представить и нескольких часов без выкуренной сигареты. — Вам стоит подумать о себе, и о том, что будет с нами, если с вами что-то случится, — Брук качает головой и возвращается в прежнее положение, растекаясь по креслу, Санджи хмыкает и благодарит бога за прекрасного понимающего Брука. — Я всегда об этом думаю. — Хорошо, идите, Зоро-сан вас уже заждался, хо-хо-хо, — Брук улыбается и провожает Винсмоука тихой мелодией, собственного сочинения. *** Нами и Усопп без видимых проблем довезли Санджи и Зоро до дверей казино, Ророноа на секунду ослеп от обилия света, он никогда не был на столь огромных и дорогих мероприятиях — Санджи смотрелся куда более гармонично и чувствовал себя уверенно. Нами всунула им в уши микрофон и запретила вынимать даже, когда связь прервется, слова «на всякий случай» за этот день Зоро слышал больше, чем за всю жизнь. Усопп особо не говорил и выглядел собранным и решительным — совсем не похож на того, что тренировался с ним всего несколько часов назад. Весь путь до казино говорила одна Нами, постоянно уточняя какие-то мелочи, которые Зоро едва был в состоянии запомнить, и спрашивала, есть ли вопросы, получая в ответ полную тишину, Усопп попытался пошутить и получил по затылку, выглядело больно. Нами тяжело выдохнула и посмотрела на ведущего машину Усоппа таким взглядом, что Ророноа захотел выйти из машины — оставив этих двоих. Санджи пихнул его коленом и покачал головой — Зоро смотрел на Нами и теперь видел в ней влюбленную девушку, что вечно смотрит и ничего не говорит. Он думал о них, пытаясь вспомнить все их взаимоотношения на протяжение двух месяцев, и не смог вытащить из памяти ни одного подобного взгляда, Винсмоук, конечно, постоянно говорил, что у Зоро нет никакой чувствительности к любовным вещам, но не заметить настолько влюблённый взгляд даже для него было чертовски странно. Санджи направился к главному входу, улыбаясь — холодно и формально — всем, кто проходил мимо, прикуривая сигарету, Зоро собирался идти за ним, как Усопп схватил его за локоть и потянул в сторону, не терпя возражений. Ророноа непонимающе смотрит на снайпера и переводит взгляд на Санджи, который не обернулся. Поняв, что Зоро за ним не идет, он продолжил идти спокойно и без проблем вошел внутрь. Зоро взглянул на Усоппа и собирался возмутиться, как тот дернул его на себя, скрывая их в толпе. — Ты пойдешь через черный ход, так к катанам будет меньше вопросов, — Усопп вытащил телефон, нажав несколько кнопок, убрал его обратно в карман, осмотрелся, задрав голову, Зоро догадывался, что именно делает снайпер, но уверен не был. — Я буду в здании напротив, прикрою вас, когда вы будете уходить. Зоро открывает рот, собираясь уточнить, куда и как они будут уходить, но сказать ничего не успел, так как наушник в ухе запищал, и из него послышался голос Санджи — довольный и отстранёно веселый. — Мы доверяем тебе, Усопп, — Ророноа хмыкнул — эта слепая вера в семью поражала и восхищала, ему хотелось верить в них так же безукоризненно, как Винсмоук верит Усоппу, Нами и Луффи. Ему бы хотелось прожить с ними намного больше, узнать этих сумасшедших людей получше и быть уверенным в том, что если ему нужна будет помощь, он ее получит. Зоро чувствовал дрожь каждый раз, когда ловил кусочки рассказов о прошлом, они никогда не были подробными и четкими, но этого было достаточно, чтобы сложить картинку прошлого почти каждого из семьи Санджи. Меньше всего Ророноа знал о Луффи, он был открытым и приятным человеком, но почти не рассказывал ничего о своем прошлом, все о Монки Зоро узнавал из рассказов Санджи или Чоппера, когда тот с великим восхищением говорил о Луффи — что такого тот сделал для Чоппера, Ророноа не знал, но по ощущениям это было чудо не менее. — А теперь отойдите от двери, — никто из них не стал уточнять, зачем, просто сделал несколько шагов назад — через несколько секунд дверь с грохотом ударилась о стену. Санджи с не зажжённой сигаретой в зубах, задрав ногу, нагло улыбался, Зоро захотелось сцеловать эту улыбку с его губ. — Прошу проходите, господа. Усопп показал им большой палец и, толкнув Ророноа в спину, закрыл за ними дверь — он проверив, что людей рядом нет, вышел из закоулка и, не спеша, направился к зданию напротив, Нами уже уехала менять машину, она должна будет скоро вернуться, ожидая двух оболтусов через несколько улиц. Вся ситуация была нервозной и напряжённой, Усопп точно знал, что сейчас Луффи сидит в своем кабинете — желательно, чтобы рядом был Ло и в нужный момент успокоил их босса — и, уставившись в одну точку, думает о самом худшем развитии событий — каким бы оптимистом он ни был. Помещение внутри казино было роскошным настолько, что Зоро не мог оценить примерную стоимость даже самой обычной вещи, Санджи по сторонам не смотрел — то ли привык к подобной роскоши, то ли ему было все равно. Они остановились у бара, заказали виски и, сев лицом в зал, осматривали помещение, Винсмоук потушил сигарету, отхлебнул из стакана — Ророноа точно видел, как его глаза бегают по лицам людей. Люди здесь были одеты дорого и красиво, украшения женщин сверкали, отражая свет ярких люстр, украшенных — Зоро бы не удивился — настоящими бриллиантами. Санджи молчал, и Ророноа не решался начать разговор — тут было столько всего, что вызывало в нем резонанс с внутренним представлением о подобных местах и людях в них. Женщины в платьях на грани приличия улыбались гостям, чуть ли не прилюдно лезли в штаны — ни охранники, ни работники казино не обращали на это внимания, Зоро передернуло от осознания, что к ним тоже может подойти такая откровенная женщина — он судорожно осушил стакан одним глотком, за что получил толчок локтем от Санджи. — Не смей напиваться, Маримо, — он шептал, не отрывая взгляд от толпы людей за ближайшим к ним игральных столов, Зоро играть не умел и смотрел на все эти перебросы карт с малым интересом. Санджи же усмехнулся уверенно и, осушив стакан следом, повернулся к Ророноа — хитрый огонек в его глазах заставил Зоро насторожиться. — Людей Кайто еще нет, так что у нас есть время немного расслабиться. И подзаработать. — Что? — Зоро не ожидал подобного, Винсмоук поднялся, засовывая в рот не зажжённую сигарету, и хлопнул себя по карману, нащупывая зажигалку — она сверкает, отражаясь в голубых глазах Санджи, голубой огонек вспыхнул. — Поднимайся, мы идем играть. — Ты знаешь, я не умею, — Зоро встал со стула, поправляя мечи на поясе, и направился за Санджи, который горел энтузиазмом — его плечи расправлены, походка была легкой и слегка неровной. — Тебе никто и не даст, ты будешь строить из себя моего телохранителя, — Винсмоук усмехается, затягиваясь и выпуская облако дыма, Зоро хмурится, но молча идет следом — доверяя без колебаний. Санджи сел за стол в самом углу огромного помещения, рядом с ним сидела женщина с длинными светлыми волосами, ее кожа была приятного смуглого оттенка — Зоро ничего особого в ней не заметил, серые глаза, как у дохлой рыбы, бледные губы. Санджи улыбнулся ей и засветился счастьем, Ророноа только цокнул и съёжился под свирепым взглядом Винсмоука. Крупье — мужчина лет пятидесяти на вид, улыбался гостям сухо и холодно. Зоро встал за спиной Санджи, обведя взглядом подсаживающихся за их стол людей — еще одна женщина в ярко красном платье, мужчина в белом костюме, явно ему большом, и молодой парень — возраста Ророноа. Крупье посмотрев на всех гостей, он объяснил правила — Зоро ничего не понял, но особо не расстроился по этому поводу, женщина с серыми глазами улыбнулась, эта улыбка ему не понравилась. Фишки были расставлены, карты розданы — Санджи крутил в руках одну из фишек стоимостью двадцать пять тысяч долларов, во рту сигарету — полуискуренную, на губах улыбка, довольная и хитрая. Женщина рядом с Винсмоуком усмехается, звеня золотыми браслетами на запястье, Зоро от нее тошнит — Санджи улыбается ей приторно сладко, кидает комплименты через слово и все пытается ухватить за руку, Ророноа уже представляет, как заставить партнера встать на колени — выпрашивать прощения. — Игра начинается, делайте ваши ставки, — крупье ждет, когда все выдвинут фишки, Санджи перекатывает сигарету, задумываясь над начальной ставкой, — наушник в ушах пищит и Зоро едва сдерживает дрожь, Винсмоук в лице никак не меняется, когда в ухе раздается шипящий голос Нами. — Санджи-кун, если ты проиграешь наши деньги, я увеличу твой долг на два нуля в конце, — она звучала угрожающе, но даже Зоро понял, что Нами больше шутила, пытаясь заставить их всех расслабиться, чем действительно боялась, что Санджи потеряет пару тысяч долларов. Винсмоук вскидывается и протягивает несколько фишек вперед, прикрывая глаза на десять секунд — Зоро за его спиной усмехается, зная, что теперь его Санджи будет предельно серьезен. — Ставки сделаны, — игра развивается быстро, стремительно, суммы поднимаются за грань понимания Зоро, но Санджи с каждой ставкой чувствует себя все увереннее и становится решительнее — единственный серьезный противник за их столом оказывается светловолосая женщина, что так не нравится Ророноа. Она смотрела холодно, хотя на ее губах была веселая улыбка, черная кружевная майка с высокой горловиной идеально подчеркивала фигуру и женские прелести, на которые Винсмоук постоянно отвлекался. Санджи смотрит на нее, и взгляд зацепляется за массивную золотую бляшку на черном кожаном ремне — на ней гравировка в виде большой буквы «Д». Игра продолжается, молодой парень выходит из игры быстро, потеряв все свои деньги, женщина в красном платье и мужчина не могут стать реальными соперниками в игре. Зоро усмехается, когда понимает, что Санджи остается наедине с этой странной женщиной, она постоянно смотрит на вход, и он невольно тоже постоянно смотрит туда. Ророноа уверен, что Винсмоук тоже это заметил, но сейчас этот тридцатичетырехлетний играет развязного богатого мужика, что думает только об одном. Зоро выдыхает и качает головой, к такому его жизнь не готовила. — Вы хорошо играете, сэр, — девушка обращается к Санджи, тот улыбается, поправляя лацканы и протягивая ей руку, Зоро кривится, но молчит. — Вы тоже, миледи. — Мое имя Иши, — ее глаза дохлой рыбы не меняют своего выражения, а на щеках появляются ямочки от улыбки, она кладет свою руку в ладонь Винсмоука, он светится от счастья и целует тыльную сторону ладони. Крупье смотрит на них незаинтересованно, терпеливо ждет пока гости договорят. — Я Санджи, — он убирает руку и засовывает в рот новую сигарету, собираясь вновь закурить, Зоро еле сдерживает порыв вырвать наверное сотую за этот день сигарету изо рта кока. Наушник снова пищит, Винсмоук говорит что-то Иши, но его плечи напрягаются. — Люди Кайто здесь, они на подходе, готовитесь, — голос Нами напряжен, она собрана и уверена, Усопп громко выдыхает и отчитывается о своей позиции. — Они входят, удачи. Зоро поворачивает голову ко входу, смотрит настороженно, в помещение заходят несколько человек, полностью в черном, Ророноа четко видит очертания кобуры под их пиджаками, Санджи смотрит краем глаза, не отвлекаясь от Иши, она смотрит все так же холодно, но что-то в ней неуловимо меняется. Винсмоук видит блеск, и едва успевает увернуться от удара красивой женской руки, стул падает с грохотом, привлекая внимания всех вокруг. Крупье вздрагивает и отступает назад, люди у входа замирают, смотрят точно в их сторону, не двигаются и ничего не предпринимают. Зоро отшатывается в сторону, совсем не замечая движения Иши, Санджи усмехается, выдыхая дым, и смотрит на женщину снисходительно добро. — Не ожидал я от вас подобного, миледи, — Ророноа хватается за Вадо, не спешит его вытаскивать, наблюдает за Винсмоуком и этой девкой. Иши скалится, отталкивая стул подальше и выпрямляясь в полный рост, длинные волосы струятся по плечам, яркий свет отражается в ее пустых глазах. Люди вокруг панически осматриваются, не понимая что происходит и не спешат покинуть помещение, в котором точно запахло керосином. — Зато мы ожидали от вас подобного, Мугивары, — Иши смотрит Санджи в глаза и бросается вперед, в ее руке блестит лезвие ножа, движения резкие и отточенные, Зоро не успевает понять, как она оказывается рядом с Винсмоуком, и тот отскакивает в сторону — он движется плавно, ровно. — Ваш босс всегда сует свой нос не в свое дело. — У нашего босса всегда было шило в одном месте, — Санджи усмехается и продолжает уклонятся от быстрых атак Иши, он поравнялся с огромной мраморной колонной и отскакивает в противоположную от нее сторону — ближе к стене. Зоро наблюдает за ними и не может двинутся с места, ладони дрожат, во рту скапливается слюна, он видел, что Винсмок не атакует, только отходит назад и блокирует атаки. В панике мозг подбрасывает воспоминания о том, что Санджи не бьет женщин, он никогда не поднимает на них руки, кем бы они ни были. — Ты так и будешь уклоняться? — Иши останавливается, опускает руку и смотрит с немым вопросом в глазах, Винсмоук сглатывает и усмехается нагло — Зоро видит, как дрожат уголки его губ, и пытается заставить себя двинутся с места. Санджи смахивает пепел с сигареты и делает очередную затяжку. — Я не бью, леди, — Зоро чертыхается, проклиная чертового кока за его дурацкие принципы. Иши смотрит удивленно, Санджи продолжает курить, больше ничего не добавляет, она начинает хихикать, и с каждой секундой смех набирает обороты — люди пугаются, и самые умные двигаются к выходу. Мужчины у входа наблюдают за этими двумя, Ророноа смотрит на свои руку, потом на Санджи и не может позволить тому взять все на себя — это их битва, и он должен принять в ней участие, как полноценный член семьи Луффи. — Значит ты умрешь от моей руку, — Иши вскидывает руку и дергается вперед, Виснмоук смотрит на прекрасную девушку и чувствует стену лопатками, не развернешься — уйти без травм не получится. Нож девушки звенит о твёрдую сталь Вадо, взгляд Зоро злой и раздраженный сверкает — Санджи за спиной усмехается, докуривая сигарету, этот придурок не собирался уклоняться. — Ты забыла про меня, — Ророноа дергает мечем, и Иши отскакивает назад, мужчины у входа резко достают пистолеты и выпускают пару пуль в воздух — распугивая гостей и работников казино. Санджи уходит из-за спины, задевая ладонью поясницу — вселяя уверенность и силу. — У меня в отличии от кока нет дурацких принципов. Иши хмурится, закусывая губу, ее ровные брови сближаются у переносицы — все лицо хмурое, Зоро усмехается, вытаскивая Китэцу и направляя его на девушку. Санджи мирно вышагивает через толпу убегающих людей, к десятку мужчин с пистолетами в руках, Ророноа видит его идеально прямую спину краем глаза и ни секунды не сомневается в партнере — противники распределены. Он переключает все своем внимание на Иши, не слышит криков простых людей, что не ожидали подобного поворота событий. Зоро втягивает носом воздух, зажимает Вадо зубами, он смотрит на девушку и старается не думать, что, задев ее мечем — убьет. Санджи кладет руку на грудь, нащупывая зажигалку, и спокойно выдыхает — пистолет в руку ложится привычно, прицел настроенный с шестнадцати лет не подводил, два мужчины легли на пол — раньше, чем успели это понять. Он уходит назад, делает сальто, приземляясь за столом для покера, усмехается и ждет, когда огонь из пуль прекратится. Винсмоук вскакивает и выпускает с десяток пуль, попадая и промахиваясь, не особо заботится о точности, гости казино все еще убегают и попадают под раздачу. Женщины в пестрых платьях, мужчины в дорогих костюмах кричат от боли, валятся на пол — заливая кафель кровью. Санджи на них не смотрит, его взгляд прикован к мужчинам с пистолетами в руках, они бросились врассыпную, никто не собирался прикрывать друг друга — Винсмоук сморщился в отвращении и направил дуло на человека, что пробежал в сторону Зоро. Навредить Ророноа он не позволит. Иши скалится и атакует, не задумываясь, Зоро блокирует и не может поймать момент, чтобы нанести ответный удар, он был лучшим в додзе, но здесь среди профессиональных убийц — понимал, насколько жалко выглядели все его достижения. Серые глаза наблюдают внимательно, не позволяя сделать лишнего движения — у нее в руках один нож, идеально заточенный, но Ророноа не мог обойти ее защиту. — Не знала, что у Мугивар появился мечник, — Иши недовольно ворчит, не переставая нападать. — Но ты совсем зеленый — это будет слишком легко. Сердце в груди занялось, сознание билось в панике, ладони вспотели, но крепко сжимали рукоятки катан. Эта девка бесит и выводит из себя, своим спокойным голосом и дохлыми глазами. Голос Китэцу громко бился в голове, требуя крови. Зоро делает выпад вперед, отталкивая лезвие ножа, и, выкрутив катану, задевает открытое плечо Иши. Она шипит и смотрит на Ророноа зло. Он слышит выстрелы и крики и стук тел о пол — когда рядом с ухом проходит выстрел и к ногам падает тело, Зоро вздрагивает и смотрит, как из простреленной головы вытекает кровь и пол вокруг забрызгивается ошметками. Ророноа поднимает взгляд и видит Санджи, что спокойно кивает и, перемахнув через стол, направляется к троим оставшимся — он выглядел холодно, в его взгляде не было волнения. Зоро сглотнул и подавил приступ тошноты от вида простреленной головы. — Не стоит отвлекаться, мальчишка! — Ророноа не успевает понять, что произошло, как в его плечо как в масло вошел нож, глубоко и больно, Иши дернула оружие обратно и усмехнулась, когда Зоро дернул раненой рукой. Страх затопил душу и сковал тело. Санджи впереди разбирается с оставшимися людьми Кайто, не жалея никого, а он стоит тут и не может положить на лопатки какую-то девку, что слишком много на себя взяла. Зоро делает глубокий вдох, ощущая, как раненую руку сводит, как по ней течет кровь — теплая и вязкая. Сжав руку на Вадо посильнее, он вспоминает все, что когда-либо делал в додзе, и бросается на Ишию с пугающей скоростью и силой. У него не будет второго шанса. Санджи добирается до ближайшего человека быстро, бьет коленом в живот и вырубает, ударив рукояткой пистолета по затылку, толкнув вырубленное тело вверх, скрывается за ним от града пуль. Под ногами море крови, некоторые гости уже мертвы, кто-то едва живой пытается выбраться и позвать на помощь. Четыре пули в единственном пистолете ощущаются тяжело. Двое оставшихся людей не выглядели сильными, но расслабляться Санджи был не намерен, он выстрелил снова, не жалея пуль — промахнулся, но выиграл себе несколько секунд, достигая второго человека. Пинок ногой заставил мужчину отлететь на несколько метров и врезаться в колонну. — Мугивары как всегда доставляют проблемы, — мужчина с большим шрамом на левой щеке откидывает пистолет в сторону и двигается на Винсмоука, занося кулак. Санджи усмехается и блокирует удар голенью, привычно задирая ногу — он хмурится, от тяжести удара и со смешком думает, что уже стар для всего этого. — Вы, как тараканы, которых сколько ни старайся, не выведешь. — Наш босс постарался, — Санджи улыбается и наводит пистолет на бок мужчины, спуская курок, тот дергается, хватаясь за бок, и отступает. Кровь заливает пиджак и руки, капает на пол, и Винсмоук слышит, с каким грохотом каждая капля разбивается — брызги летят во все стороны, мужчина выпрямляется и бежит, бьет кулаком Санджи в грудь. Винсмоук давится воздухом, хватаясь за грудь — неосознанно проверяя в порядке ли зажигалка, — он кряхтит, пытаясь глотнуть воздух, чувствуя, как ребра горят огнем. Он был почти уверен, что несколько ребер в конце этого дня окажутся сломаны. — Ваш босс помойная крыса, что собрал вокруг себя кучку отбросов и теперь делает все, что вздумается, — мужчина хрипло смеется, его левая нога залита кровью, но на лице сумасшедшая улыбка, а Санджи чувствует, как в груди поднимается гнев. Луффи стал для него лучиком света, когда казалось, что выхода нет, когда все, что оставалось от веры в светлое будущее — это потухший фитиль. Винсмоук вскидывает голову и бьет ногой в лицо, со всей силы, вкладывая всю злость на слова, вылетевшие из этого поганого рта. — Не смей говорить так о Луффи! — мужчина падает, кашляет и задыхается, Санджи пинает его еще раз, наводя пистолет и презрительно смотря в глаза. Человек выглядит жалко, в его глазах нет страха, но Винсмоук не видит в них жажды жизни. Он стреляет без сожалений, бросает взгляд на Зоро и видит только брызги крови, летящие во все стороны из косой раны на груди Иши. Ророноа стоит, судорожно сжимая мечи в руках, Санджи видит, как Зоро мелко трясет, как тот закрывает глаза, чтобы не видеть кровавые разводы и мертвые глаза — с предсмертным страхом на дне зрачка. Винсмоук дергается, шипит от боли в ребрах и идет к Ророноа — им нужно уходить. Он не видит, как мужчина совсем недавно отправленный в полет поднимает пистолет и, едва видя, стреляет. Санджи вскрикивает, падая на колено, правую голень опаляет огнем, боль поднимается по телу — в глазах на секунду темнеет, но Винсмоук быстро смаргивает пелену и видит потерянный взгляд Зоро на себе. Тот не двигается, но Санджи видит ужас и отчаяние в его зеленых глазах. Винсмоук разворачивается, зло смотрит на мужчину у колонны, что не может встать и его рука трясется, как у наркомана — последняя пуля из пистолета влетает в сердце. Винсмоук поднимается и, хромая, испытывая боль, идет к Зоро — застывшему и потерянному. — Нужно уходить, — Санджи хватается за плечо Ророноа, чтобы привести в чувства и, чтобы не упасть, Зоро дёргается назад, испуганно смотрит на Винсмоука, мотает головой и опускает взгляд вниз. Глаза расширяются и возвращаются на быстро бледнеющее лицо Санджи. — Твоя нога… — Ророноа хрипит, вытаскивая Вадо изо рта, Винсмоук кивает и тянет его к выходу — по кафелю залитому кровью. — Не страшно, нам нужно уходить, — голубые глаза горят решительностью и Зоро, убирая катаны, идет за ним, подставляя плечо, заставляя Санджи опереться на него. Ророноа неосознанно сжал плечо партнера, боясь, что тот может исчезнуть, повалится на пол, испачканный кровью, и не сможет дышать. Они вышли из казино через главный вход, люди стояли на противоположной стороне, вдалеке слышались мигалки скорой помощи и полиции, Зоро огляделся, пытаясь найти пути отступления. Санджи усмехнулся и повел их вперед к обочине дороги, не обращая внимания на недовольное бурчание Ророноа. Черная иномарка останавливается прямо перед ними, за рулем взволнованная Нами, она осматривает их, видит дорожку из крови за Санджи, закусывает губу и, опустив окно, громко приказывает: — В машину быстро! Зоро не медлит, открывает дверь и сажает Винсмоука, залезая за ним следом. Машина срывается в ночь, увозя их от казино. *** Ночь длилась безумно долго, Санджи несколько часов провел в медицинском крыле под надзором Чоппера и Ло, Зоро сидел в коридоре на полу — его не пустили внутрь, чтобы не мешал, а потом он сам боялся зайти. Перед глазами стояло разрубленное тело Иши, из которого медленно вытекала горячая кровь. Ророноа старался не думать о ней, но мысли каждый раз возвращались к крови на белом кафеле, пустым рыбьим глазам и не дышавшему телу — если не думать об Иши, то приходилось думать о бледном Санджи, который улыбался и всю дорогу держал за руку, пытаясь успокоить то ли себя, то ли Зоро. Луффи встретил их, помог добраться до Чоппера — стоял рядом с Ророноа, сжимая плечо стальной хваткой, и это касание помогало Зоро не думать о мертвом теле, оставленном в казино. Руки тряслись, сердце билось в груди, затрудняя дыхание — страх бился в сознании ужасающей картиной. Зоро крупно вздрагивает, когда рядом падает Санджи, громко шипя — его нога плотно забинтована, и Ророноа почти уверен, что тому нельзя было вставать. — На кой черт ты встал? — Винсмоук недовольно цокает, отмахиваясь, в его руках пачка сигарет — почти пустая, и Зоро хочет ее вырвать, швырнуть в стену и кричать на придурка, который необдуманно повернулся спиной к врагу, встал с кровати сразу после того, как ему зашили ногу. Ророноа готов возмущаться долго, без перерыва, но продолжает сидеть, смотря, как Санджи хлопает себя по карманам, в поисках зажигалки. — Твой взгляд я чувствовал на себе даже за дверью, Маримо, — Санджи закуривает и расслабленно выдыхает, Зоро забыл о его возможности расслабиться — дым в легких впервые за долгое время ощущается приятной горечью. Поцелуй выходит горьким и пылким, Ророноа ведет руками по спине, груди и лицу Винсмоука, он пытается доказать себе, что тот в порядке — что глаза Санджи не станут такими же мертвецки пустыми, как у Иши. — Успокойся, я в порядке. Зоро смотрит удивленно, чувствует тяжелую руку на своем затылке — твердое плечо Винсмоука воспринимается как единственная константа в жизни, вздох полной грудью отпускает дрожь. Санджи курит над ухом, целует в висок, как какого-то мальчишку, и Ророноа правда себя им чувствует — маленьким и беспомощным. — Я тоже прошел через это, Зоро, — его рука, уверенная и теплая, массирует голову, Зоро расслабляется, хватаясь за расстёгнутую рубашку Санджи, сжимает кулаки и слышит, как трещит ткань. — Мы все прошли, ты справишься. Они просидели в объятьях друг друга, до тех пор, пока их не нашел Чоппер, и не отчитал Санджи за подъем с кровати, да еще и без костыля. Смотря, как скривилось лицо Винсмоука, Зоро едва сдержал смех. *** Зоро проснулся резко от чувства удушья, в комнате было темно и пусто, вторая половина кровати была пустая и холодная — страх заставил сердце бешено колотиться в груди, в руках ощущалась тяжесть Китэцу, который лежал в другой части комнаты и громко звал. Ророноа опустил ноги на холодный паркет, по телу пробежали холодные мурашки, он видел, как из-под кровати вытекает кровь и в воздух взмывает металлический запах. Зоро встаёт на дрожащие ноги и ему кажется, что он слышит, как кровь под ногами хлюпает — путь до двери тяжелый и долгий, тело покрывает пот и приступ тошноты застывает на языке. Ророноа толкает дверь и дергается вперед, облокачиваясь на створку, дерево прохладное — позволяет дышать увереннее, он слышит шаги тихие и медленные, тяжёлые. Зоро боится оборачиваться, он слышит дыхание над ухом и, вдыхая воздух, чувствует запах крови и плоти — перед глазами сверкает светлая прядь. — Завитушка, — Ророноа почти улыбается, но облегчение быстро сменяется леденящим ужасом, когда вместо искрящихся голубых глаз, перед ним возникает блеклый, мертвый взгляд, золото волос покрылось пылью и больше не переливалось. Зоро давится воздухом, опуская взгляд на грудь Санджи, его идеально белая рубашка разорвана и залита кровью, косой порез поперёк груди — пугает Ророноа, он отшатывается и падает, ноги не держат. — Нет, нет, нет… Санджи! Зоро подскочил на кровати, тяжело дыша, он перебирал руками простыни, выискивая твердое тело рядом — кровать была пуста, и сердце в груди остановилось. Окно в комнате оказалось открытым и струи прохладного ночного ветра обволакивали разгорячённое тело Зоро, покрытое потом. Он поднялся с кровати, нашел взглядом Вадо и выдохнул, страх немного отпустил, но отсутствие Санджи в постели напрягало и настораживало. Ророноа вышел из спальни, в коридоре горел тусклый свет, его хватало, чтобы освещать путь тем, кто почему-то по ночам не спит. Он блуждает по коридорам по ощущениям не меньше часа прежде, чем слышит вдалеке знакомый, родной голос — идти на голос ни капли не легче, и он теряется еще несколько раз, прежде, чем подходит к приоткрытой двери медблока. — Так значит оружия там не было? — Зоро не видел Санджи и того, с кем он говорит, голос Винсмоука хриплый и уставший, Ророноа сжал ручку двери, но не спешил заходить и прерывать диалог. — Не было, это была формальная встреча, — Луффи говорил спокойно, и в отличии от Санджи его голос не звучал устало, а как-то слишком бодро. Зоро прикрыл глаза, не жалея пропустить ни единого слова — даже, стоя у двери, он чувствовал запах табака. — Но мы избавились от Иши, так что нельзя сказать, что мы ушли совсем с пустыми руками. — Ты слишком оптимистичен, Луффи, — Санджи выдохнул, и Зоро захотелось рвануть дверь и прекратить этот тяжелый разговор, все, что его останавливало, так это точный гнев Винсмоука за вот так не тактично прерванный диалог. — Мы в дерьме, даже зная, что Кайто готовится атаковать нас, мы не подготовились достаточно хорошо. — Не правда, у нас теперь есть Зоро, он отличный воин, — Луффи явно улыбался, его голос сочился гордостью и самодовольством, но по тяжелому выдоху Санджи, Ророноа понял, что его такой аргумент не устроил. — Прекрати дурачиться, Луффи! — Зоро не слышал никаких движений, хотя в гневе кок вечно размахивал руками, активно жестикулируя и бросаясь вещами — похоже на разговоры со своим боссом это не распространялось. — У нас есть союзники, но наша боевая мощь в десятки раз меньше, чем у Кайто, так что прекрати выглядеть так беспечно. В комнате повисла тишина, и Зоро почти видел, как Санджи стыдливо закусил губу и опустил взгляд, поняв, что перегнул палку. Каким бы добрым и веселым Луффи ни был, Ророноа понял за два месяца нахождения здесь, что остаётся таким до тех пор, пока ситуация не принимает серьезный оборот. Они молчали, тяжёлая атмосфера ощущалась даже Зоро, но он продолжал стоять в ожидании ответа Луффи. — Ты правда хочешь, чтобы я начал вести себя так? — Зоро не знал, что скрывается за этой интонацией, но по его спине побежали мурашки, страх встал в горле, и ему искренне не хотелось знать, что Монки имел виду под «вести себя так». — Нет, — Санджи сказал это слишком резко, и это только усугубило атмосферу. Тишина в следующие несколько секунд была настолько говорящей, что Зоро почти слышал, как они вдвоем вспоминали прошлое. — Но и вечно выглядеть позитивным нельзя. — Тебе не стоит думать о моем поведении, Санджи, — Луффи усмехнулся, и было ощущение, что он потрепал Винсмоука по голове, как маленького, ничего не понимающего ребенка. Зоро бы не удивился, будь это так на самом деле. — Единственное о чем тебе стоит думать сейчас, так это о себе и о Зоро. — Он справится, — Ророноа почувствовал, как алеют щёки от такой непоколебимой веры Санджи в него. — Я знаю. Зоро вдохнул и, отпустив ручку двери, тихо ушел от двери, возвращаясь в комнату — он не знал, сколько всего, недоступного ему, услышал, но больше влезать в их разборки не хотел. Утро на подъем вышло тяжелым, Зоро едва смог разлепить глаза и, ориентируясь на разнесшийся по всем этажам вкусный запах, добирался до кухни. В столовой его встретила Нами — она была причесана, аккуратно одета и, посмотрев на нее, Зоро побоялся представить, во сколько она встала, ведь было семь утра. Луффи развалился на диване тут же, он выглядел самым бодрым из всех, кто собрался в комнате, хотя Ророноа не уверен, сколько именно часов Монки спал. — Доброе утро, Зоро-кун, — Нами улыбнулась ему почти добро и мило, он только кивнул и сел рядом. Один из поваров подбежал и поставил перед ним тарелку, Зоро не обратил внимания на ее содержимое, сразу приступая к еде. Еда была вкусной, но никак не могла сравниться со стряпней кока. Все ели молча, Луффи наблюдал за ними из-под полей своей шляпы, Ророноа точно ловил на себе его взгляд. Санджи в комнате не было, это не удивляло — вероятно он спал, для него это было странно и непривычно, Зоро мог найти логичное объяснение, так что не волновался. Поели все быстро и разбежались по делам, Ророноа не знал, чем заняться, что вообще делают ничего не умеющие — кроме махания мечом — люди в подобных организациях? Он вышел из столовой, посмотрел по сторонам и решил, что пройтись по зданию будет не лишним, за все время находящийся здесь Зоро был едва-ли в десятке комнат. Ророноа бродил, заглядывая в приоткрытые и казавшиеся ему интересными помещения, но через полчаса он понял, что заблудился и понятия не имеет, где находится. Коридоры ничем друг от друга не отличались, людей нигде не было, и спросить было не у кого. — Санджи говорил, что у тебя редкая форма топографического кретинизма, но я не поверил, — Луффи напугал знатно, он появился из-за спины, Зоро совершенно его не заметил. Монки улыбался широко и довольно, поправляя соломенную шляпу на голове. — Ты на пятом этаже, здесь в основном технические помещения. Френки и Усопп используют их для создания своих изобретений. Обычно тут жутко шумно, но сегодня этих двоих тут нет. Луффи прошел мимо Зоро, начиная рассказывать веселые истории о первых изобретениях Френки и Усоппа, которые закончились взрывам и проблемами. Ророноа искренне смеялся, когда Монки особенно эмоционально вспоминал ситуации из прошлого то одну, то другую, некоторые его истории казались Зоро почти нереальными, но вера в них быстро появлялась, стоило заглянуть Луффи в глаза, тот сверкал чистотой и искренностью. — Вы сумасшедшие! –Монки в очередной раз дергает Зоро за ворот кофты, направляя в правильную сторону, тот возмущенно восклицая, что знает куда идти, но все равно поворачивает. — Не без этого, — широкая улыбка на губах Луффи становится тепло-спокойной, Зоро затихает и смотрит на него, ожидая чего-то. Они идут в тишине несколько мину, Монки натягивает шляпу на глаза, дёргает плечами, и Ророноа напрягся, он вспоминает ночной разговор, и ему хочется задать сотню вопросов, но так спалиться он не готов. — Ты скоро привыкнешь. Это не так трудно, как кажется. — О чем ты? — Зоро чувствовал, как сердце начало биться быстрее, отзываясь на слова Луффи. — Санджи тоже не сразу стал таким, — Монки игнорирует вопрос Ророноа, он смотрит на него пристальным взглядом, что все тело сковывает холодно — странное чувство в груди распространяется по всему тело. — Когда-то он был тихим мальчишкой, что ни в какую не желал влезать в драку. Санджи впервые ввязался в серьёзную драку уже будучи Мугиварой, он выглядел так круто. — Что тогда случилось? — Зоро ощущал колики в кончиках пальцах, ему хотелось узнать как можно больше о прошлом Санджи — все, связанное с юностью, было больной темой для Винсмоука, и он старался не ковырять в ней ножом. — Тот парень, что решился выйти против Санджи, был погребен под ударами. Я не ручаюсь, что у него осталось хоть одна целая кость, — Луффи усмехается, пожимая плечами, Ророноа кажется, что он не договаривает целую тонну информации, но спрашивать у него еще более странно, чем у Винсмоука. — И знаешь, Зоро, взгляд Санджи в тот момент пугал. Что бы ты ни увидел в казино, это было не сравнимо с тем моментом. Ророноа и не сомневался в словах Луффи, но, вспоминая, как Винсмоук, не жалея стрелял без разбору, убивая всех, не мог представить, что тот мог быть еще более жесток — картинка давно знакомого чуткого и доброго не хотела накладываться на холодного и жестокого Санджи из казино. — Расслабься, все не настолько плохо, — Монки смеется, похлопывая Зоро за плечо, а тот смотрит растерянно и улыбается неуверенно. — Я просто хочу, чтобы ты это понял. Жизнь ни одного из нас не была простой. Нам пришлось выбирать между жизнью и человечностью. Ты тоже уже сделал этот выбор, осталось только принять его. Зоро остановился, наблюдая как Луффи, раскрыв плечи, уверенной походкой уходил вперед — он выглядел как дьявол, вылезший из преисподней, чтобы превратить жизнь людей в ад. Ророноа был уверен, что если бы поделился своим впечатлением с Санджи, тот бы избил его, не жалея, Луффи был для него спасителем и великим человеком — Зоро вдруг понял, что тоже вязнет в этом представлении. Луффи нес в себе целый мир, и люди тонули в нем без возможности вернуться.