Не родственные чувства...

- Ты обалдела? А со мной посоветоваться? - Кирилл оторопело смотрел на меня, забыв про еду. Я любезно подняла его вилку и всунула ему её обратно в руку. - Да не нервничай ты так, - главное говорить спокойным голосом и не давить на него, - Я уже совершеннолетняя и разумная, сама могу отвечать за свои поступки. Тем более моё обучение будет оплачено институтом, это отличный шанс получить хорошее образование, да и работу найти после Англии куда перспективнее, чем на данный момент... - И на сколько же ты уедешь? Когда? Почему раньше ты не заводила об этом разговор? - Нууу... - на самом деле мне уже три месяца предлагали учебу в Англии, но я тянула с ответом из-за Виталика, надеясь что он все-таки до чего-нибудь созреет. Но на этой неделе моё терпение лопнуло, после каждого сказанного слова моего возлюбленного мне хотелось вставить заветную фразу с таким ярко-розовым оттенком... И вот, я снова обдумала предложение и решила его принять. Я видела только один выход из моей плачевной ситуации. Бежать как можно дальше от кареглазого владельца моего сердца. - Я уеду на полгода, я ж сказала только что, до июля. А вылет завтра в девять часов вечера. - Завтра?! - глаза брата расширились в несколько раз и, кажется, левый даже пару раз дернулся. Виталик, откашлявшись, просто изумленно смотрел на меня, видимо потеряв дар речи, - Клянусь тебе, ты сумасшедшая! Такие дела не решаются вот так... - Да что тут решать, сумку собрала и вперед, - невинно уперлась я, повысив голос на две октавы. - Я не отпущу тебя, - лицо Кирилла приняло то самое выражение, которое я не могла терпеть в нем больше всего. Отцовской строгости и решимости. - Не тебе это решать, я вправе сама распоряжаться своей жизнью, - я отбросила вилку в сторону и ушла в свою комнату. Он не сможет меня остановить. Мне НЕОБХОДИМО уехать. Я больше не могу так жить, я устала... Мне надоело думать о Виталике каждую секунду своей никчемной жизни. Запершись у себя в комнате, я повалилась на пол и горько заплакала. Не хочу быть взрослой, ничего не хочу... Около получаса я просидела уткнувшись носом в коленки и вытирая тыльной стороной ладони слезы. - Можно? - спокойный тон Виталика заставил меня вновь залиться немыми слезами. - Нет, - отрубила я, но испугалась своей грубости, и уже мягче продолжила, - Я все красная и заплаканная. Это некрасивое зрелище. - Ты у нас всегда красивая, - в шершавом голосе сквозила успокаивающая мягкость, и я вспомнила, как однажды, когда мне было пятнадцать, он пошел со мной в школу разбираться с задиристым одноклассником, который не давал мне покоя и постоянно задирал... Ох, как я тогда гордилась, считала его своим будущим мужем. Эти воспоминания заставили меня улыбнуться самой себе, но я упрямо не открывала дверь. - Нет. - А я говорю - да. Раз ты считаешь себя взрослой, нужно стоять до конца, а не убегать в комнату и закатывать истерики, как пятилетний ребенок, - назидательно заметил он, - Но... скажи спасибо за то, что у тебя есть я. Мы с Кириллом решили дать тебе шанс. Но при условии... Я уже вскочила с пола, открыла запертую дверь и с объятиями набросилась на Виталика. Он усмехнулся и крепко обнял меня. Запах дорогого одеколона и сигарет прошел через мои ноздри. Такой родной, привычный... Я не смогу без него. Все бы отдала, чтобы вот так обнимать его целую вечность... - Всё-всё, хватит, - отсторонившись, он посмотрел мне в глаза, - Ты же обещаешь хорошо себя вести без нашего присмотра? - Конечно обещаю, - мои щеки чуть залила краска, и я отвернулась, чтобы он не заметил. Из кухни вышел Кирилл, и я сразу бросилась на него. - Спасибо, спасибо, спасибо, - запрыгала я, опираясь на его накаченные плечи. - Но-но. Звонить мне будешь как можно чаще, поняла? - наигранно-строго промолвил он. - Окау. Буду-буду, - о да, здравствуй, новая жизнь. Англия, надеюсь ты спасешь мою умирающую душу.

***

Уже с вечера я начала собирать сумки, позвонив в институт и подтвердив согласие на поездку. Там мне обещали предоставить в общежитии комнату на двух человек. Со мной ехала девчонка с параллельной группы. Очень надеюсь на то, что мы подружимся. Складывая вещи, я наткнулась на свои старые дневники и, вместе с теперешним, убрала в сумку. Так же туда отправился томик стихов Анны Ахматовой, которую я частенько читала ночью, утопая в своих грёзах... Между страницами лежала совместная фотография с Виталиком. Он протягивал мне своё мороженное, а я с жадностью откусила половину, испачкав губы. Оба смеялись. Я приложила губы к его лицу на снимке и быстро убрала обратно. Не могу с ней расстаться. Возьму с собой. Всю ночь меня переполняло ужасное возбуждение и волнение. Новая жизнь. Не верю в это... Тихо скрипнула дверь, Кирилл вернулся с работы, их с Виталиком вызвали на весь вечер, что-то взорвалось на фирме. Не заходя в душ, он направился к себе в комнату и, видимо, сразу же вырубился, коснувшись кровати. Везет. А я вот не могу. Я закрыла глаза и представила, как сильные руки Виталика ласкают меня, а теплые губы впиваются в мои, а потом скользят по шее и ниже... Я почувствовала в своем теле непреодолимое желание и волну более приятного возбуждения... Мои мысли и руки двинулись дальше. Я поглаживала своё тело, представляя, что это его руки. Вскоре палец скользнул вдоль внутренней части бедра и наткнулся на уже влажный клитор. Пришлось закусить губу, чтобы брат не услышал, чем занимается его любимая сестренка перед сном. Палец легко скользил туда обратно, так как мысленно Виталик уже вошел в меня, и мой организм вполне реально был возбужден до предела. На долго меня не хватило, и я, сжавшись клубком, испустила томный стон, освобождаясь и утопая в сладкой истоме... Пожалуйста, Англия, помоги мне его забыть... Из-за него я стала так делать...