Сила связывает нас

Внутри было темно, только вокруг лечебной капсулы виднелись линии света. С прядей тёмных волос стекали капли специального раствора, а мокрые ресницы подрагивали от мелких брызг. Падме была неподвижна. Сколько раз за эти три дня она находилась в таком состоянии? От этой мысли она внутри себя усмехнулась. Падме чувствовала, что он стоит прямо над ней, всматривается в черты её лица и как нарастает ужас в его глазах. Падме хотела подняться, поговорить с ним, чтобы Энакин объяснил ей своё поведение и почему он чувствует что-то поистине жуткое, когда смотрит на неё. — Следите за ней, — равнодушно произнёс Вейдер, словно увидев свою жену, он не придал этому никакого значения. — Да, Милорд, — проговорил доктор, включая несколько ламп. Вейдер резко развернулся и вышел из палаты. И Падме перестала чувствовать его присутствие рядом. *** Он силой выгребал её тело из-под обломков. И когда сквозь груды металла показалась лекку тогруты, Оби Ван начал интенсивнее убирать осколки. Асока резко пришла в себя, случайно толкая какие-то детали, которые с грохотом упали на её тело. Оби Ван бросился вперёд, притягивая её к себе, и принял удар одной на себя. Зубы клацнули, плечо вспыхнуло от боли. Тяжело дыша, мужчина приподнялся, оглядывая обеспокоенным взглядом Асоку, и почувствовал прилив дикого облегчения — девушка была в полном порядке, разве что несколько небольших синяков проглядывали сквозь плотную одежду тогруты. А потом они оба посмотрели на друг друга обескураженным взглядом. — Оби Ван?! , — вырвалось из губ Асоки, после недолгого пребывания в недоумении. — Я знал, что успею, — он оглядел заснеженные равнины и добавил, — по крайней мере я спас тебя. Оби Ван приподнял тогруту, стараясь не обращать внимание на повреждённое плечо. — Как ты?! Что., — Асока резко обернулась, решив, что увидела чей-то силуэт в отражении глянцевой поверхности отломанного корпуса истребителя. «Странно» пронеслось у неё в голове. Рядом никого не было, лишь Оби Ван стоящий спереди. — Сила даёт нам новые возможности и небывалые знания, — мечтательно произнёс джедай, заметив обеспокоенный взгляд девушки. — Оби Ван, ты только что вытащил меня из-под обломков и я вообще ничего не понимаю! , — воскликнула Асока делая глубокий вдох, — перестань говорить загадками! — Квай Гонн сказал где мне нужно искать вас. — Квай Гонн? , — прищурилась тогрута, — он же давным давно умер. — Он преобразовался в силу. — Что…как? — Давай я тебе об этом расскажу позже, а пока, пойдём на корабль, нужно привести тебя в чувства и найти остальных. — Падме! Она не с тобой? , — обеспокоено проговорила Асока, поднимаясь с заснеженной поверхности с помощью рук Оби Вана. — Нет, — ответил джедай, вмиг поникнув. *** Падме просто всматривалась в матовую поверхность капсулы, а потом перевела взгляд на стоящих спереди людей. Силуэты были мутными и разглядеть кто именно стоит перед ней, было невозможно. Она протянула руку вверх, пытаясь открыть тугую крышку, но сил у неё не осталось и рука небрежно упала на мягкое подобие матраса. Резкий звук, оповестил Падме в том, что капсула начала открываться. Пар начал клубиться вокруг неё. Со своего места Амидала видела напряженных мужчин, которые стояли в тесном кругу. Все эти мужчины собрались здесь, чтобы засвидетельствовать одно событие. Перед ними живая Падме Амидала. Одетая в специальную одежду, с мокрыми распущенными тёмно- коричневыми волосами, падавшими на лицо, Падме попыталась приподняться на локтях. Её грудь поднималась и опадала- она прерывисто дышала, не понимая того, что с ней сейчас происходит. Собравшиеся вокруг неё начали переглядываться. — Вы можете чувствовать тошноту, — подал голос один из них, аккуратно придерживая Падме за спину, — вам раньше приходилось лежать в бакта- камерах? — Нет, но я знаю, как они выглядят, — сказала Падме, чувствуя себя более чем хорошо. — Это усовершенствованная версия, — проговорил доктор и кивнул другому мужчине. Тот подошёл к столу и поднял стакан, доверху налитым водой. — Выпейте. Падме послушалась, обескураженная странными ощущениями. Память не хотела к ней возвращаться. Последние дни исчезли, будто краска, которая выцвела на солнце. Но одно она могла вспомнить — непреодолимая злоба на Энакина. — С вами хотят поговорить, — серьезно произнёс доктор, — вы сейчас в состоянии отвечать на вопросы? — Наверное, да, смотря кто именно хочет со мной побеседовать. — Этого я сказать не могу, — мужчина поставил обратно на стол уже пустой скатан и движением руки показал всем, что нужно уходить. Когда дверь за ними закрылась, она вздохнула с облегчением, но не надолго. Руки от чего-то начали трястись. Прекрати! В закрытой комнате, ей казалась, что она в безопасности. Но предстоящий разговор, внушал ей страх. Падме сжала кулаки, чтобы остановить дрожь. Это слегка помогло. Комната казалась огромной и была наполнена разными аппаратами, столами и креслами. Длинный ряд ламп, свисающих с потолка, обдавали тёплым светом, создавая странный, по её мнению уют. Вдалеке Падме могла различить огромное окно и подойдя ближе, увидела бескрайний космос. По телу сново пробежала тревожная дрожь, говорившая, что всё это очень подозрительно. Словно здесь находился кто-то, кого не следовало бы беспокоить. «Энакин?» пронеслось у неё в голове. Падме зашагала обратно к капсуле. И сейчас она поняла, что несмотря на блики света, в комнате стоят холод. Дверь резко распахнулась. С бешено стучащим сердцем Падме обернулась и увидела, что в дверном проёме стоял он — её муж. Будто в ещё более темном костюме, с разными пиликающими аппаратами на груди и с устрашающей маской. Он не проронил ни слова, медленно подходя ближе. Чёрствое, механическое дыхание стало ещё более жутким. Он выглядел бездушным монстром. Падме смотрела на него, чувствуя, как нарастает холодный ужас. Перед мысленным взором встал образ Энакина, с счастливой улыбкой и с растрёпанными волосами. — Вы хорошо себя чувствуете? , — после долго молчания спросил Вейдер. Дыхание резко стало хриплым, ситх всеми силами пытался скрыть, каких усилий ему стоило просто втягивать в себя воздух. — Более чем, — попыталась поверхностно ответить Падме. — Знаете ли вы, где находитесь сейчас? Амидала не ответила, всматриваясь в его красные линзы. Она убеждала себя, что Энакин специально так холодно разговаривает с ней. Несомненно, она чувствовала опасность, исходящую от него. — Спрошу ещё раз, вы знаете, где находитесь сейчас? , — Вейдер сделал шаг вперёд. Падме отодвинулась назад, опрокидывая высоко голову и в этот момент, у неё резко в голове всплыли образы детей. Казалось, время остановилось. Будто в замедленном действии она оглядела комнату. — Где мои дети?! , — она поборола порыв выбежать из комнаты. Вейдер в недоумении посмотрел на неё. Высокие скулы, решительный взгляд вмиг потемневших глаз, длинные чёрные ресницы делали лицо настолько красивым, что все её слова проходили мимо него. — Где дети? , — прошептала Падме. Они оба вздрогнули смотря друг другу в глаза. Сердце колотилось. Вейдер излучал чёрствость, силу, властность по отношению к ней. Рядом с ним женщина чувствовала себя незначительной, но всё же осталась стоять перед ним. — Энакин, где наши дети? , — повторила она. Падме посмотрела на его маску и ощутила прикосновение липкого ужаса, словно он скрывала что-то тёмное, страшное. — Вы должны остаться здесь, — вместо ответа сказал ситх и начал идти к двери. Никогда прежде Падме не испытывала ничего подобного тому отвращению, которое захлестнуло её при виде такого поведения мужа. — Что ты делаешь? , — бросилась на него Падме, приближаясь к двери. — Не вздумай идти за мной, — Вейдер остановил её силой. Дарт Вейдер двигался решительно, твёрдо, но чувствовал какую боль его движения приносят её духовному состоянию. Падме не могла больше приблизиться, она недоверчиво осмотрела мужа. Всё замерло. В воцарившейся, звенящей тишине особенно отчетливо звучало его жуткое дыхание. Падме широко распахнула глаза, полные мучительной внутренней борьбы и прошептала: — Не смей трогать их. Падме с изумлением смотрела, как Вейдер резко отпускает её и закрывает дверь на замок. Она падает на колени. Боль казалась такой сильной, что хотелось выцарапать пальцами металический пол, только чтобы увериться в реальности происходящего. *** — Тебе нужно подлечиться, дорогая, — незнакомка повела Асоку в лечебный отсек корабля. — Я не хочу показаться грубой, но кто вы? , — спросила Асока. — Я Нис, подруга Элин или правильнее называть её Падме, — ответила тётушка, аккуратно обвязывая бинтом ногу тогруты. — Вы знаете Падме? , — удивленно произнесла тогрута, поджимая губы от резкого пощипывания в районе колена. — О да, мы с ней очень хорошие подруги, — подтвердила Нис, — на Набу мы прожили бок о бок целых шесть лет. Я видела как растут её дети, помогала ей с воспитанием и со всеми остальными хлопотами, — испытывая неимоверную гордость Нис посмотрела на Асоку, — знаешь, я всегда думала, что её слова о том, что она была лишь служанкой как-то не клеились с прекрасными нарядами, которые она надевала на семейных ужинах и с особым воспитанием, которое не встретишь у обычного человека. После недолгой паузы Асока немного подвинулась, наполовину скрытая тенями, как и мягким покрывалом, и произнесла: — Видели бы вы её с мужем, как она заливалась неимоверным счастьем, находясь рядом с ним, — Асока опустила голову. — Да, я представляю. — Её муж был хорошим другом, лучшим я бы сказала, — продолжила тогрута, — Падме великолепно справлялась со всеми трудностями и справедливо решала проблемы. — Когда пришла новость о том, что беременная Падме Амидала скончалась, весь народ был в страшном трауре, мне уже и не вспомнить сколько месяцев он продолжался, — Нис осторожно провела ваткой по ране Асоки, — все оплакивали её и ребёнка. Но когда в соседний дом заселились Элин, мне каждый раз приходила в голову мысль, о том, что моя подруга мне откровенно врёт и на самом деле, я не хотела тревожить её душу, по этому не расспрашивала её о прошлом. Оби Ван осторожно зашёл в помещение, снимая с себя потрепанную накидку. Он тоже испытывал странное давящее чувство внутри. — Скорее всего Вейдер нашёл их, — произнёс джедай, а потом добавил, — я надеюсь, что нашёл. — Я конечно не сильна в чувствах джедаев, но надеется на помощь ситха, это как-то…я даже не знаю, глупо, — недоверчиво проговорила Нис. Асока и Оби Ван переглянулись, давая знак не рассказывать этой женщине правду. Если Падме захочет, то сама расскажет своей отважной подруге, которая бросила всё, чтобы отправиться в путешествие. *** Как же он хотел больше не видеть того ужасного состояния своей жены. Дарт Вейдер убил всех на том отсеке. Внушил всем командирам, генералам и солдатам страх и неимоверную боль, сжимая силой их мерзкие тела. Месть за жену, обрушилась на каждого, кто попадался ему на пути. И он приложил все усилия, чтобы стереть этот страшный день из её памяти, как оказалось ему это удалось. Сейчас Вейдер вздрагивал — в её словах заключалась страшная, колющая душу правда. Палпатин снова обманул его. Вейдера опять захлестнуло ощущение, что его окружали призраки прошлого, которых не существовало. — Милорд, двое детей находятся сейчас с Императором, по данным моих проверенных солдат, с ними всё в порядке, — Тайрон обвёл взглядом величественный зал Лорда Вейдера, — их содержат в хороших условиях. — Это хорошая новость, — сказал ситх и в одно мгновение его глаза потемнели, — покажите мне отчёт о днк. — Эти останки принадлежат поварихе, работавшей на разрушителе около восьми лет назад. — Можете идти, — прохрипел ситх, уходя в камеру для медитации. Вейдер опустился на кресло, склонил голову и прижал к сердцу правую руку. Перед глазами вспыло воспоминание, как Падме рыдала, прижимаясь к его костюму. Вейдер будто находился в другом измерении, снимая маску чтобы немного отдохнуть от костюма, он обернулся к глянцевой стене. На него смотрело чудовище: мерзкие шрамы покрывали область возле глаз, когда само лицо было усыпано затянувшимися ожогами. О бровях и ресницах и речи не шло, их попросту не было. «Если бы Падме увидела его таким… Если бы она увидела…» Вейдер попытался посмотреть на свою шею, расчесанную длинным красно коричневым шрамом, попытался притронуться к ней, едва отдавая себе в этом отчёт. Горло зашипело от боли. Вот что теперь чувствует Энакин Скайуокер. Вот кем на самом деле был Энакин Скайуокер. И вот почему Энакин Скайуокер не хотел больше жить на том операционном столе, но мысли о Падме придавали ему настолько сильную жизненную силу, что он был готов на всё, только бы увидеть её в целости и сохранности. *** Попробовав обед, который ей принесли минут двадцать назад и к которому она не хотела притрагиваться, Падме убедилась, что еда была неплоха. Пища была простой, но питательной, чем всё то, что ей приходилось есть на Илуме. Суп с искусно приготовленной лапшой и с маленькими ломтиками овощей. Свежий, ещё тёплый хлеб, завёрнутый в бумажный пакет. И три яблока и когда Падме надкусила одно из них, его вкус оказался таким свежим, будто она только что сорвала его с яблони на планете Набу. Наверное именно из-за еды все идут служить Империи думала Амидала, либо такой вкусный обед принесли ей из-за привилегий присущих её прошлому. *** Вейдер помедлили на пороге, боясь заходить внутрь, но механическая рука будто сама потянулась к ручке, распахивая дверь. Она сидела за столом и надкусанное яблоко сама выпало из её рук. Вейдер уже пожалел, что вошёл, отвлекая её от обеда. Внутри всё сжалось. Он совсем не испытывал уверенности, но хотел казаться холоднее камня. — Вы как всегда внезапны, Лорд Вейдер, — произнесла Падме, поднимая с пола яблоко. — Идите за мной. Падме не знала, что именно Энакин хотел сделать, но чувствовала тяжесть его взгляда, полного ожидания, а потому сделала глубокий вдох и встала. — Когда я узнаю, что мои дети в безопасности и увижу их своими глазами, только тогда я пойду с тобой, — твёрдо произнесла Падме. — Если хотите оставаться тут, ваше право, я лишь хотел предоставить вам более хорошие покои, -в глазах Вейдера Падме видела что-то, о чём тот не хотел говорить, но она отчаянно хотела узнать это. — Энакин, почему ты так со мной разговариваешь? , — она говорила тихо, хотя в комнате находились только двое. — Энакина Скайуокера больше нет, перестань думать о нём, — такова была правда — ужасающая правда, которая еле связывала их. — Что с тобой стало? , — Падме стало больно от его слов, — Энакин, не повторяй ошибок прошлого. Я знаю, что там скрывается человек, который любит меня, если не меня, то своих детей, которых нужно спасти. Без тебя я не справлюсь, — она чувствовала, как слезы покатилась из глаз, Падме осмотрела его непоколебимый вид и произнесла, — отправь меня обратно, откуда ты меня забрал. Она отвернулась от него, смахивая горькие слёзы с щёк. Ей стало страшно от вида своего мужа. Падме провела с ним совсем мало времени, но сама мысль о том, что Энакин закроется от неё навсегда, причиняла боль. Вейдер подошёл к стене, у которой находились какие-то коробки и провёл по ним рукой, смахивая пыль. — Ты никуда не поедешь, — сказал Вейдер и всё внутри Падме сжалось. Преодолевая страх она тихо подошла к нему, осторожно кладя голову на его спину. Вмиг она почувствовала, как Вейдер вздрогнул.