«Сводный брат»

***

Очередной урок Нурлана — обществознание. Учитель готовил свой класс к ЕГЭ, объясняя основные темы, присутствующие на экзамене. Слушали, конечно же, единицы — кто выбрал этот предмет для сдачи. Среди них был и Лёша, который внимал информацию, записывая её в слегка мятую тетрадь. Голубые глаза пожирали Нурлана, не отрывая взгляда. На что тот лишь смущался. Лёшу это забавляло: — «Ха-ха, недотрога.» — блондин расплылся в улыбке, переведя свой взгляд на окно. Леша частенько начал замечать подобные мысли в сторону брата. До разговора они тоже присутствовали, но не в таких количествах. И снится он ему стал чаще, и сны были самые разные. Он сходит с ума. Под какие-нибудь дополнительные, не нужные разговоры учителя блондин успевал размышлять о 14-м февраля, которое было уже завтра! Он не знал, что его ждёт, ну, кроме одного — Самохиной. Эта стерва точно что-то, да вычудит для Лёхи. Может, валентинка будет, а может что-то по-серьезнее, чем обычное сердце из бумажки. Что будет для него — не знал никто, но что будет для других — знал ещё как: он решил подарить Нурлану открытку и пачку сигарет. Да, Лёша был тот еще романтик. Раздался тяжёлый и серьёзный голос историка: — Щербаков, — окликнули блондина. — Ты слушаешь меня? — А? — Лёша вышел из «транса», похлопав глазками. — Да-да, я слушаю. — Значит напишешь мне тест. Я посмотрю, как ты меня слушал. Ах, да, Сабуров был не в духе. Тот был в ступоре, как и остальные в классе, но деваться было некуда: — Ладно-о, — недовольно, обиженно-по-детски протянул блондин. Он взял из его рук бумагу.

***

— Да, жёстко тебя этот петух подъебал, Лёх, — рассуждал брюнет, покуривая сигарету. — Да, это точно, — Илья был в шоке не меньше друзей. Щербаков сам был на неврозе из-за этого: — Да пошёл он нахер! — громко тот высказал своё недовольство, сжимая сигарету между пальцами. — Эй, тише, если кто-то услышит? — осадил его кареглазый. Смуглая рука резко, но мягко, не спеша, легла на плечо Артура: — Например, я? — прохрипело сзади. Это был Сабуров. Блять. — З-здравствуйте, Нурлан! — оба спрятали сигарету за спину. — Чапарян, Макаров, свободны. Илья и Артур покорно начали уходить, как Лёша было хотел последовал за ними, но старший не дал ему этого сделать, положив ладонь на плечо: — А ты, Щербаков, останься. — Пошёл нахер, Сабуров, — взъерошеный блондин с сигаретой во рту отдергивает плечо и, показав средние пальцы, направляется к друзьям. — «Засранец.» — тот остается около «курилки», простояв ещё пару минут, успокаиваясь.

***

Нурлан давно сидел в своей комнате, работая за ноутбуком, сзади которого было «надкусанное яблоко» производителя «Apple». Брюнет устало вглядывался в монитор не менее уставшими карими глазами, что просто умоляли об 5-ти минутном отдыхе. К сожалению, ему было не до отдыха. Уж слишком много забот на одного учителя по истории. Запрокинув тяжёлую от мыслей и работы голову назад, с губ сорвался томный, хриплый стон. Глаза устремились на окно, за которым валили хлопья снега; а затем на часы, которые показывали 20:00. В голове был только один вопрос: «Где же Лёша?» Уже было достаточно темно, да и местность он не до конца изучил. Повезет, если он гуляет с Артуром и Макаром. Они хоть те ещё раздолбаи без уважения и манер, но верные, и заступиться смогут — обнадёживает. Наконец, историк встаёт с места, откладывает очки на рабочий стол, прикрывает ноутбук и, взяв сигареты с синей обёрткой, выходит на балкон. За окном, как говорилось раньше, был снег. Не успев достать табачное изделие, в голову приходит некая идея, чтобы расслабиться: — «Может, на улицу сходить?» — смотрит тот на площадку, засыпанную белым «порошком». Недолго думая, Нурлан соглашается со своими мыслями и идёт к шкафу, чтобы одеться.

*

Нурлан ходил вокруг многоэтажки, рассматривая небо и пейзажи. Войдя на территорию детской площадки, тот присел на качели, которая, казалось, не была предназначена для взрослого, слегка проскрипев. Потянувшись в карман, он достал пачку желанных сигарет. Подожгя её, тот втянулся изделием, прикрыв глаза. Секундное удовольствие прервали голоса сзади, что окликнули темноволосого мужчину: — Эй, дядь, дашь прикурить?

***