Профессор ЗОТИ и его нерадивый студент.

Месяц быстро пролетел. Наступило 1 декабря. За это время мало, что происходило между Гарри и Драко, кроме, конечно, секса. Любовные игры и ласки, горячие ночи и утренние пробуждения не в счёт — с этим все было прекрасно. Чтобы сильно не палиться, Поттер дал мантию невидимости своему мальчику, чтобы он без проблем мог приходить к нему в апартаменты, никем не замеченный. Драко был послушен всегда. Но как-то в пятницу у профессора ЗОТИ был последний урок у второкурсников в 14.00. Блондин знал, что дети сегодня будут писать контрольную работу с зарисовками поз и заклятий, и так далее по теме: «Заклятие Болтливости», «Заклинание Обращения» и Снежный человек. Все описать, зарисовать и так далее. У самого же Малфоя было окно с 14.00 до 14.45, а с трех часов дня до половины пятого пара по Древним рунам. Сегодня он хотел любимого профессора экстремально: забраться под стол Поттера, и пока мелкие пишут контрольную по ЗОТИ, сделать ему минет. Не всё-же Гарри всегда заласкивать слизеринца, ведь и блондин не лыком шит. За семь минут до начала урока Драко залез под стол в мантии невидимости. В класс стали заходить студенты. В конце всех зашёл и сам профессор ЗОТИ. Он написал на доске название тем, которые надо сегодня сдать. — О зачетной контрольной я вас предупреждал, друзья мои! — произнес Поттер и дети закивали. Все ученики, а особенно младшие, Гарри обожали. Он тёплый, очень любит детей, добрый, никогда низких оценок не ставит. — Отлично, приступайте, у вас есть… 44 минуты до конца урока. Со звонком считаю до трех, кто опоздает… Тот останется дописывать, но «Превосходно» не получит. Вперед! Гарри прошёлся по рядам, а потом сел за свой стол. — Я наложил на всех вас сейчас чары, поэтому списывать не получится, — улыбнулся он и открыл журнал, чтобы свериться, все ли пришли сегодня на контрольную, и чтобы заполнить графу нынешнего дня. Тёплые ладони Малфоя легли на колени учителя, спустя минуту, как он начал писать в журнале. Блондин пододвинулся ещё ближе, опустил мантию с головы. Гарри вздрогнул и нырнул головой под стол, увидел довольного, сияющего, словно медный чайник, Драко. Парень прижал свой пальчик к губам, и подмигнул учителю. Одними губами профессор ЗОТИ спросил, без звука: — Ты что тут делаешь? Но слизеринец не ответил. Он провел руками по внутренней стороне бедер Поттера, и сладострастно облизал губы, не отводя глаз от очей Поттера. — Нет! У меня урок, детка. Нельзя! — снова одними губами сказал Гарри. — Сейчас! — ответил беззвучно Драко. — Хочу тебя. Парень взял два пальца Гарри в рот, и принялся сосать, облизывать, покусывать их, пока его вторая рука вжикнула молнию брюк профессора вниз. Поттер загнанно посмотрел на класс. В нем находилось тридцать человек со всех четырёх факультетов Хогвартса. Но второкурсники спокойно рисовали и писали. Кто-то высунул язык и трудился самозабвенно над рисунками в контрольной работе. Гарри знал, кто из ребят хорошо рисует. Кто-то выписывал каллиграфическим почерком буквы, складывая их в слова. Все были заняты делом, как и юный засранец, который пододвинулся ещё ближе, и принялся вылизывать член учителя. Он стал эрогированным, венки набухли от напряжения, головка пульсировала, сердце застучало быстро, разгоняя кровь по жилам всего организма. Гарри задрожал, когда влажный рот Драко накрыл головку, втянул в себя, а голова Малфоя стала плавно то опускаться, беря член до основания, то подниматься. У блондина закружилась голова от нехватки воздуха и немного тошнило с непривычки брать глубоко по самые яйца. Но слизеринец приспособился, и уже через десяток подходов в самое горло брал член любовника. У профессора ЗОТИ пот потек градом, он вынул платочек из кармана, и стал вытирать лицо и шею, пока Малфой наяривал под столом. Он то ласково прикусывал упругий и налитый кровью член, зубками нежно проводил по взбученным венкам, отчего брюнета явно потряхивало, то ласкал место между пенисом и ближе к анусу. Гарри чуть съехал со стула сниз, чтобы засранцу под столом было удобнее. Слизеринец руками залез под мантию учителя, прижимая того ближе к себе, и увеличил темп. Поттер сдался. Он положил руку на голову любимого мальчика, взял в кулак его гриву и стал глубже насаживать рот парня на свой стояк. Глаза брюнета закатывались от блаженства, в очах стоял алый туман желания и страсти. Гарри открыл глаза и посмотрел на часы на своем столе, они показывали 14.25. Ещё двадцать минут осталось до конца урока. Его мальчик совсем разошелся, он применил к себе заклинание немоты «Силенцио», и сейчас производил звуки безгласно. Они были окружающим не слышны, но вибрацию на члене любовника создавали колосальную. Профессор ЗОТИ всхлипнул, так как пытка эта была мучительная. Он взмахнул рукой и сейчас же над учительским столом появился незримый защитный купол, чары отвода глаз от себя тоже были не забыты. Малфой взял в рот одно яичко, поласкал его, поцеловал, миновал и пососал, затем принялся и за второе яичко. Гарри едва не свалился со стула, когда увлекся, что ему пришлось сесть нормально на стуле. А Драко все ласкал его и ласкал, гладил ладонями по паху, по животу по бедрам, сводя с ума. Доводил до кондиции и пережимал член профессора, начиная сначала. Играл и таким образом немного издевался, сладко мстя за все разы, когда подолгу Поттер не давал ему кончить. Чувствуя полную сейчас власть над Гарри, слизеринец улыбался и сосал любимого. После пятьдесяти скольжений рта Малфоя по члену профессора, блондин всё-же дал ему кончить, проглотив до капли. Гарри застонал тихо, выстрелив страсть глубоко в горло Драко. Блондин всего его вылизал, поцеловал обмякший член, заправил его в штаны, застегнул ширинку учителя и положил голову на колени Поттера. Учитель загнанно дышал после оргазма, глядя сверху вниз на довольного и сытого слизеринца. Но вот раздался звонок с урока. Драко поспешно накинул на голову мантию невидимости, которая его полностью сокрыла, и тихо притаился под столом, не убирая руку с ноги любимого препода. А Гарри стал принимать тетради студентов. Его руки дрожали, во рту пересохло, как в Сахаре, перед глазами все ещё стояло алое марево, но телу было хорошо после первой разрядки. Сейчас, когда последний второкурсник выйдет из кабинета ЗОТИ, Поттер вытащит из-под стола нерадивого засранца, и трахнет его прямо на своем столе. Давно мечтал вы*бать блондина на учительском столе. — Профессор Поттер, — произнесла вдруг юная пуффендуйка по имени Лола Роза Кумар из Индии, — вы весь красный, у вас не температура ли? Я могу позвать мадам Помфри из больничного крыла. Надо? — Все хорошо, дорогая, мне уже стало намного легче, — возразил учитель. — Написала контрольную? Со всем справилась? — Да, минута в минуту закончила, — улыбнулась девочка с чёрными волосами и сине-зелеными глазами. — Выпейте имбирного чая, профессор, и съешьте шоколад. Профессор Люпин говорит, что шоколад очень полезен во всех случаях жизни. Закрыв за ребёнком кабинет, Гарри наложил на неё и все помещение всевозможные «Заглушающие», «Отводящие внимание» чары и снял с Малфоя мантию невидимости. Он впился в горячий и трудолюбивый, дерзкий рот слизеринца жадным, неистовым поцелуем. Мальчик был сегодня на высоте. Надо же, как в вопросе минета Малфой подрос. Но это не даёт право ему… — Чтобы это было первый и последний раз, Драко, — хрипло произнес профессор ЗОТИ, когда отстранился от мальчишки. — Прости, — прохрипел блондин, — но я так безумно хотел тебя. Утром мы проспали, я не получил, да и ты тоже, порцию ласк и нежности. Пока у меня окно было, я решил не терять время зря. Хорошо, любимый, как скажешь, но мне понравилось. Такой экстрим, такой адреналин, что… Гарри толкнул Малфоя на свой стол и поднял его ноги на свои плечи. Взмах рукой и вот парень уже лежит на учительском столе с голым задом, а брюки валяются на полу. — Я дал сегодня слово, пока ты трудился под столом, что вы*бу тебя жёстко после урока. Держись, детка. Будет глубоко, горячо и быстро. Прости, провокатор, — ответил брюнет. Он смазал слюной свой пенис, немного погладил его, чтобы он воспрянул, и жадно весь вошел. Взял сразу быстрый темп. Малфой вскрикнул и постарался расслабиться. Потом Гарри развернул минуты через три Драко на живот, снова вошел, держа за бедра, и стал неистово вбивался. Малфой лежал на столе, облокотившись на руки головой, и только стонал, подаваясь любимому навстречу. Быстрых и жгучих фрикций сорок, и вот уже Малфой с криком кончил на стол профессора ЗОТИ, так как минет и его завел, а Гарри — в парня, обильно оросив его изнутри. Моментально Поттер наложил несколько «Очищающих» заклинаний на них обоих и на стол, а после руки учителя прижали к себе все ещё дрожащего Малфоя. — Драко, хороший мой, любимый... — прошептал Поттер. — Ты был прекрасен. И сейчас, а особенно, когда отсасывал мне под столом. Мне понравилось, любовь моя, но тебе надо бежать на Древние руны, у тебя две минуты осталось до начала урока. Встретимся за ужином. Но Древние руны отменили из-за простуды учителя, и слизеринцы пошли на Прорицание. Предмет, который вела Трелони, Драко не любил, ведь именно Прорицание Сибиллы о Мальчике-Который-Выжил изменило все в его мире много лет назад. На уши подняло Мародеров, профессоров, Министерство Магии, все богатые и значимые чистокровные рода в магическом мире. Это пророчество Трелони дало новый виток в Первой Магической Войне, во Второй. Исчезновение, возрождение Тёмного Лорда, а после и его окончательная смерть. Гибель профессора Снейпа, Сириуса Блэка и Люпина с Тонкс. Не было бы этого пророчества, то жизнь в маг мире была бы другой. Драко не знал, какой бы она была, но многие бы остались в живых: родители Гарри, его друзья, крёстный Блэк… Он, задумавшись, сидел и смотрел в окно, пока женщина что-то вещала. А потом вдруг мадам Сибилла вздрогнула, её глаза стали, словно не от мира сего, и она хриплым голосом произнесла на всю аудиторию, схватив за руку Малфоя: — Тебе не место в нашем мире, Дра-ак-ко-о! Твой мир и далеко от нас, и близко, только руку протяни, только попроси. Тебя ищет тот, кто готов свою жизнь за жизнь твою отдать. Он скоро придёт за тобой, а ты, немедля, отправляйся с ним. Здесь не твоё место, здесь тебя ждёт мучительная смерть. Прочь из нашего мира, Малфой! Я призываю Древнюю Магию и силу Чародея Мерлина, пусть они переправят тебя туда, откуда ты прибыл к нам. Ты чужой нашему миру. Закончив вещать, мадам Трелони закашлялась, зачихалась и отпрянула от Малфоя. — Что такое, мой дорогой мальчик? — спросила она у блондина. — Я что-то сказала? — Все хорошо! — выдохнул Драко. Он побледнел, его затрясло. — Профессор, я, наверное, пойду… — Плохо себя чувствуешь? — участливо поинтересовалась ведьма. — Иди, конечно, если надо, дитя. Естественно, вся школа через час уже знала, что Драко Малфой — Чужак. Студенты не понимали, как это не принадлежать их миру, их вселенной, их реальности, но профессора смекнули сразу. Вечером, когда Драко пришёл в апартаменты профессора ЗОТИ, тот стал ласково спрашивать у слизеринца, что произошло на уроке Прорицания? Малфой был не в силах открыть Гарри всю свою жизнь. Он только плакал в объятиях Поттера, прося целовать его и крепче обнимать. — Малыш, я не осужу тебя, если ты все мне расскажешь, что случилось. Я не хочу слышать о тебе что-то от посторонних. Сам расскажи. Все эти нелепые слухи и сплетни. Откройся мне, Драко, доверься. Я очень сильно, безумно люблю тебя, детка, — произнес брюнет. — Мне нет дела каким плохим ты был до нашей встречи. Для меня главное — настоящее. Не бойся, все мне расскажи. — Я оставлю тебе мой старый дневник, который я веду с одиннадцати лет, Гарри. Я, Драко, оставлю во флаконе мои воспоминания. Сегодня у меня нет сил оставаться с тобой. Я приду завтра. «Утро вечера мудренее». Я не в силах смотреть в твои честные и ясные глаза, мой Потти. Я совсем не тот человек, за которого себя здесь выдаю. Да, мадам Трелони права, любимый, я из другого мира, из иной параллельной вселенной, Гарри Поттер. Но я здесь из-за тебя. Не перебивай меня сейчас, хороший мой. Прочитай все сначала, посмотри все мои воспоминания в «Омуте памяти». Не торопись отвечать, все взвесь. Прости меня, если сможешь за ложь… Малфой приготовил заранее флакон с воспоминаниями. Сейчас он вложил в руку Гарри этот пузырек, оставил на столе толстую тетрадь в 250 страниц, и вышел прочь из комнаты Поттера. — Не смей идти за мной! Слышишь меня, Потти? Не смей! — крикнул он на прощание. Он выбежал из замка и понесся на «Чёрное озеро». Подальше от всех. Подальше от чужих глаз. За один вечер школа превратилась в улей ос и шершней, все только и обсуждали, что сказала Трелони о Драко. Одни спорили, что Сибилла права, а другие защищали Малфоя. М-да, школа разделилась за пару часов на два лагеря. Гарри, конечно же сел читать дневник. Он провел за ним до трех часов ночи, а потом погрузился в «Омут памяти», чтобы увидеть все своими глазами. За час до завтрака профессор ЗОТИ пришёл к мадам Трелони, поговорил с ней, потом отправился к директору МакГонагалл, и попросил закрыть это дело. Мадам Сибилла в школе не особенно была в почете среди студентов, да и предсказания её не всегда были точны и верны. В этом мире было так, поэтому за завтраком Минерва объявила, что предсказания прорицательницы не имеют силу, что студент Драко -- самый обычный ученик Хогвартса, а не какой-то пришелец. МакГонагалл предупредила, что такими речами они могут разгневать Министра Магии, Люциуса Абраксаса Малфоя, лишившись его покровительства и попечительства. Сам же профессор ЗОТИ не остался на завтрак, он пошёл искать любимого мальчика.