Fatum non effuges

- Измерение сисек? Нам точно надо взять Саммер, - говорит Морти и смеётся, доставая телефон. - Блин, не сегодня. У Саммер экзамен, а потом свиданка. Но она говорит, чтобы мы не смели лететь туда без неё, иначе, цитирую, "я вам яйца в желудок через жопу засуну". Рик смеётся. Он даже жалеет, что проводил так мало времени с внучкой раньше. - Она меняет целое измерение сисек на одну свиданку? Я разочарован. - Это особенные сиськи, - говорит Морти, выделяя интонацией. Рик понимает, что это тоже цитата. - Всё ещё ищет родственную душу? - Родственные сиськи, скорее, - смеётся Морти. - Она вспомнила, что на той перемене из спортзала как раз выходила команда черлидерш. Теперь она встречается с каждой по очереди. На этой неделе Бетани: третий размер, языком кубик Рубика может собрать, судя по отзывам. Не думаю, что она о чем-то жалеет. Рик смеётся снова. В конце концов, Морти оставляет право выбора приключения за Риком, несмотря на то, что это как раз десятое. Говорит только, что устал на физре (у него всё ещё уровень мышечной массы примерно -0,3, и столько же выносливости), так что хочет чего-то простого и без погонь. У Рика сегодня тоже какое-то особенное настроение. Он сомневается минуту, прежде чем завернуть на Кракалакс: три Солнца, восемнадцать спутников, 95% планеты покрыто водой, самые лучшие закаты в известной Рику части Вселенной. - Я больше не дам Саммер выбирать фильмы на семейный просмотр, - ржёт Морти, когда узнаёт план Рика, за что получает совершенно заслуженный подзатыльник. Тем не менее, он быстро меняет мнение, когда Рик приземляется на самом любимом из трёх островов: самый маленький, почти полностью покрытый мелким песком, горячий даже ночью. Кроме песка тут только два почти голых кустарника, уродливых отдельно, но странно очаровательно вписывающихся в общий пейзаж. Посреди острова, который едва достигает трёх квадратных метров, стоят два шезлонга. Рик просит подождать мелкого недолго и уходит через портал, выслушав перед этим: "Если ты задержишься, я снова заберу тарелку и покрашу в самый отвратительный оттенок розового. С блёстками". Рик резонно отмечает: "Я всё равно об этом не узнаю" и исчезает до того, как слышит ответ. Он приносит на подносе несколько коктейлей. Морти ржёт, когда видит их: они абсурдно девчачьи, с бантиками, зонтиками, ажурными трубочками и неприличным количеством взбитых сливок. Морти натягивает защитные очки, подаренные Риком, и видит, что они розовые. - Ну после такого ты можешь и до третьей базы дойти, - ляпает Морти, не подумав. А потом думает. Рик прикусывает губы, чтобы не заржать, когда видит, как глаза мальчишки расширяются в приступе паники и как заливается краской его лицо. - То есть, это не то, что ты… Ой, да иди ты к чёрту. Морти замечает лицо Рика и кидает в него зонтик из коктейля, закатывая глаза и обиженно надувая губы. Вот теперь Рик не может сдержать смех. Пиздюк очарователен. - Ой, ну я не могу так быстро, я вообще-то не такой, мы ещё даже за руки не держались, - говорит он, падая на соседний шезлонг и протягивая руку. Делает голос максимально слащавым, как у стереотипного гея из комедий девяностых. - Пупсик. Морти смеётся, хватает его за руку и переплетает пальцы. Это кажется смешным где-то первые секунд тридцать, а потом вдруг становится неловко. Не так, как бывает, когда ты в третьем классе писаешься в штаны на уроке математики, а так, будто на заднем сидении самая горячая девчонка школы кладёт руку на твоё бедро, а ты девственник. Что за ублюдские сравнения, старый мудак. Морти отворачивается к океану, наблюдая закат. Руку он так и не убирает. Рик не убирает тоже. Он не понимает, что происходит, он немножко паникует, он чувствует, как краснеет впервые за очень долгие годы, и ему это не нравится. Он должен был бы убрать руку, но это ощущается почти преступлением. Они сидят полчаса, молча, пялясь в закат, чувствуя максимальный уровень неловкости, пока Морти неожиданно не сжимает руку. Рик быстро переводит на него взгляд и видит, насколько тот напряжён. Его цвет лица становится темнее, Рик понимает, что он абсолютно красный. Он не смотрит на Рика так упорно, будто готов умереть, если сделает это. У Рика знакомо и не хорошо ёкает сердце. Он сжимает руку Морти в ответ, а потом откидывается на шезлонг и расслабляется. Он просто принимает ситуацию такой, какая она есть. Лучший вариант в бессистемной вселенной - плыть по течению и смотреть, что получится. Так хотя бы жить веселее. *** - Луна сегодня красивая, - говорит Рик и вздергивает бровь в недоумении, когда мальчишка сгибается в хохоте, едва не падая с шезлонга. - Ты ебнулся? - Ты хоть знаешь, что это означает? - Морти вытирает слёзы, выступившие в уголках глаз, смотрит на Рика, а потом снова закатывается. Рик хмурится, он не любит чувствовать себя идиотом. - Это завуалированное "я бы тебе присунул". - Что за долбоебизм? - Рик закатывает глаза. - Если хочешь кому-то присунуть, так и скажи. - А это уже называется харрасмент, ты отстаешь от трендов, старпер. - Морти снова хохочет, и теперь уже Рик кидает в него трубочкой - получается косо, ликёра явно многовато для такого типа коктейлей, но Морти расслаблен и весел, и Рику это нравится. - А как называется, когда собираешься въебать охуевшему внуку? - Спрашивает Рик, вставая с шезлонга. Морти тоже вскакивает, отбегает от него зигзагами, кричит задушенно из-за того, что так и не перестаёт смеяться: - Домашнее насилие! Абьюз! Газлайтинг! А, нет, стоп, это не то… - Морти задумывается над подходящим словом и, не заметив выступающий корень, летит в песок. Коротко болезненно вскрикивает и сразу переворачивается на спину, снова заходясь в хохоте. - Я в говно. - Да уж я вижу, - говорит Рик, пытаясь выглядеть серьёзно и сурово, когда нависает над ним, но мальчишка смотрит на него, широко улыбаясь, и ни капли не боится, так что, похоже, план проебан. Что ж, не жаль абсолютно. - Тебе не обязательно меня спаивать, я бы и так… - Морти не заканчивает предложение, открывает рот, чтобы оправдаться, тут же его захлопывает, а потом просто машет рукой. - Я не контролирую язык, просто забей. - Да уж давно, слишком часто ты его не контролируешь. - Рик ложится на песок рядом с пиздюком. Он чувствует себя абсолютно спокойным впервые за много лет. Абсолютно счастливым. - Язык рабочего характера, получается. - Рик смотрит на него, вздернув бровь. Морти замечает его взгляд. - Блять. - Тебе нужно меньше времени проводить с Саммер и её подружками, - смеётся Рик. Он задумывается, когда в пиздюке появилась эта черта. - Но-но-но! Если бы не подружки Саммер, я бы никогда в жизни не потрогал сиськи. Спасибо им большое, храни их Господь. Они лежат на песке до рассвета, что, по меркам этой небольшой планетки, всего около четырёх часов. Морти садится, опираясь на руки, смотрит на рассвет, абсолютно завороженный. - Ебать, как же красиво. - Абсолютно согласен. - Рик смотрит на Морти. *** - А потом я… - Морти хрюкает от смеха, не успев договорить, и сразу же испуганно икает, когда за дверью они встречают недовольную Бет. За её спиной торчит злой Джерри, но его вообще никто не замечает. - И что это такое, молодой человек? - Говорит она и хмурится ещё больше. Морти прикидывается виноватым, шаркает ножкой, заламывает пальцы. "Переигрываешь, пиздюк" шепчет ему Рик, за что получает якобы нечаянный тычок под ребра. - Прости, мамуль, мы совсем не посмотрели на время. Я сейчас позавтракаю и пойду в школу, честно-честно. Бет очевидно смягчается после этого "мамуль", велит идти мыть руки и просит Рика остаться. Когда Морти убегает, Бет перестаёт играть суровую мать, и тогда Рик замечает, насколько же она уставшая. Она смотрит задумчиво на отца, а потом слабо улыбается: - Он стал выглядеть лучше. - Рик кивает, как будто безмолвно подтверждая, что он приглядит. Бет кивает тоже. - Дорогая! - Возмущённо пищит Джерри сзади. - Дорогой, - явно передразнивая, говорит Бет, но в её голосе больше затаенной угрозы. Джерри затыкается, Бет уходит на кухню доготавливать завтрак. По лестнице спускается Саммер: - Надеюсь, вы не летали без меня. Ну, понимаешь, - Саммер делает движение руками, имитируя минимум четверочку. Рик усмехается. - Как мы могли? Ты меня обижаешь. - Мы ездили на планету слащавых закатов, - хихикает Морти, за что снова получает подзатыльник. - Фу, что за сопли, - говорит Саммер, но когда Морти проходит чуть вперёд, останавливает Рика за рукав и шепчет: - Ты должен отвезти меня туда с моей девушкой. *** - Нет, Рик, ах! Мнх, си-сильнее! Саммер распахивает дверь в гараж, привлеченная звуками, и замирает на пороге, ошеломленно распахивая глаза. - Пиздец. - И не говори, бля, - ворчит Рик, завязывая девчачий бантик на бинтах, которыми замотан весь торс Морти. Кое-где проступают тёмные пятна крови и немного посветлее - сукровицы. - Этот долбоеб пролил на себя кислоту. Мне понадобится час, чтобы сварить лекарство. - У тебя есть лекарства почти от всех болезней, но нет от этого? - Стонет Морти недовольно, сморщив лицо. Он почти готов зареветь. Держится из последних сил, только потому что знает, что Саммер будет ржать над ним до скончания веков. Она всё ещё припоминает ему случай на английском во втором классе. - Я же не предполагал, что кто-то из моих внуков еблан криворукий! - Этого бы не случилось, если бы ты не заваливался в мою комнату через порталы каждый раз, как тебе приспичит! - Лучше б ты письку дрочил, как любой другой пиздюк, если шуганый такой! - Ругаетесь, как женатики, - почти ласково говорит Саммер, но на неё никто не обращает внимания. Наклоняется ближе к бинтам. - Больно? - Нет, бля, щекотно. Ты ещё пальцем тыкни. - Морти абсолютно не мужественно, высоко взвизгивает, соскакивая со стула, когда Саммер действительно тянет палец к особо большому кровавому пятну. Рик с Саммер ржут над ним на пару, Морти обиженно топает ногой. - Ладно, я зашла сказать, что меня ночью не будет. Передайте маме. - Нашла соулмейта? - Интересуется Морти, аккуратно садясь обратно, всё ещё следя за руками сестры подозрительно. Та поднимает их и отходит на несколько шагов, чтобы не нервировать лишний раз. - Пока, кажется, нет, но перепроверить стоит. Возможно, несколько раз. Язык там и правда… - Фу, бля, вали уже. - Ворчит Морти, но не может сдержать улыбку. Саммер смеётся и даёт ему пять, Морти морщится от боли, когда задевает локтём прожженый бок, сестра делает виноватое лицо и выходит из гаража. - Мне кажется, она уже не так сильно ищет соулмейта. Просто трахаться хочет. - Вся эта хуйня с соулмейтами переоценена, - говорит Рик, не смотря на него. Морти не может понять, почему интонации деда кажутся ему странными. - А ты уже… - Морти заминается, Рик отвечает слишком быстро: - Нет, - потом смягчается. - Я б не пользовался очками. - А не хотел бы, ну… найти его? Ты же смог бы, если бы захотел. - Никогда об этом не думал. Вся эта идея с родственными душами переоценена. Родственными нас делает не судьба или прочее дерьмо, а мы сами. - Морти хмурится непонимающе, и Рик терпеливо поясняет: - Ну вот смотри. Тебе от 16 до 25, ты на вершине статистического столбца, ты ещё молод, наивен и полон гормонов. Ты веришь в идею родственных душ и вечную чистую, дарованную тебе судьбой. И тут твой мир вдруг расцветает. Ты переполняешься гормонами, заставляющими тебя идеализировать партнёра и вечно хотеть ебаться. Конечно ты хочешь, чтобы это чувство было с тобой всю жизнь. И твой партнёр хочет. Поэтому вы стараетесь. У соулмейтов бывают кризисы отношений. Их отличие от не-соулмейтов в том, что они рука об руку решают их у, простите научные данные, психотерапевта. Это - причина, по который среди них меньше разводов. Но дерьмо случается. - А если ты его вдруг встретишь? - Безжалостная статистика говорит, что я опоздал лет так на пятьдесят. Возможно, я слишком часто прыгал между измерениями, и она осталась где-то, куда я никогда больше не попаду. В любом случае, пока получалось отвертеться. - От Судьбы не убежишь, Рик. - Нахуй судьбу, Морти, я женился на науке. - Слишком много ты знаешь о соулмейтах для человека, который никогда не хотел его найти, - говорит Морти и спрашивает до того, как Рик успевает запаниковать: - Я мороженое хочу. Полетели? - Подожди хоть, пока я тебя вылечу.