Fatum non effuges

- С Рождеством! - Рик поправляет неудобную бороду, лезет в мешок за подарками. Джерри он дарит новые клюшки для гольфа, которые сделают его чемпионом; Бет - сертификат в лучший салон красоты в Галактике; Саммер - крутой навороченный телефон, где уже скачан межгалактический тиндер. На заставке Саммер читает: "Судьба никуда не денется, а сиськи-письки могут". И глупое, пошлое сердечко в углу. Она прыскает в кулак, отбивает Морти пять, когда тот читает рождественское пожелание, благодарит деда. Морти он дарит складную лабораторию. В сложенном состоянии она размером с пятицентовик, а если её разложить, занимает примерно половину пиздюковской комнаты и содержит в себе всё, что только может понадобиться. Лучше даже не знать, сколько времени Рик потратил на конструирование и сбор всевозможных ингредиентов с разных концов галактики. - Если уж собрался творить науку, то будь серьёзен, малой. Отринь планетарное мышление, - говорит Рик в напутствие, протягивая справочник, который тоже, вообще-то, написал сам, какой он охуенный дедушка, вы только поглядите. Морти выглядит счастливым, даже целует деда в щёку на эмоциях, и собирается убегать наверх разгребать завалы в комнате, но Рик ловит его за локоть: - Сначала семейный ужин, молодой человек. Они как раз нарезают индейку, когда на крыше слышится грохот. Морти выдыхает "ахуеть", когда спотыкается о толстого мужика в костюме и видит на крыше сани. Саммер говорит: "Поздравляю, Рождество сдохло", когда видит дыру в седом черепе и снег, стремительно окрашивающийся в красный. - Ну что, пиздюки, время спасать Рождество! - Рик сдергивает с трупа Санты шапку и натягивает на себя. Морти морщится, а Джерри блюет в кусты, когда по щеке тестя стекает маленький кусочек мозга с застрявшей костью, оставляя кровавый след. *** - Рик, я больше не могу, - говорит Морти, разваливаясь грудью на стойке. Он тяжело дышит, по его вискам течёт пот, он сжимает пальцы на столешнице до побелевших костяшек. - Давай, пиздюк, ещё чуть-чуть. - Рик прижимается к нему сзади, хватает рукой за горло, сжимая совсем слабо, поднимает, прижимая костлявой спиной к своей груди. Морти стонет. Рик снова вкладывает в руки пушку. - Ты должен научиться стрелять, а иначе мы рискуем сдохнуть, просто отправившись в кино. - Ну, мы могли бы этого избежать, если бы ты не пересрался со всей ебучей Вселенной, - ворчит Морти, прицеливаясь. - Надо было говорить это лет сорок назад. - Рик окидывает критическим взглядом пиздюка, пинает его слегка по лодыжке, чтобы он шире расставил ноги, сам облокачивает его на стойку, надавливая на лопатки. Морти опирается на локти, прогибаясь в спине. Рик нависает над ним, говорит прямо в ухо: - А теперь уже поздно. Так что я хочу, чтобы мой напарник прикрыл мне спину. Морти вздрагивает и рефлекторно нажимает на курок. Раздаётся короткая очередь и почти сразу над мишенью начинает мигать лампочка с противной трелью. 100 из 100. Абсолютная победа. - Ты… - как-то задушенно, нервно пищит подросток. Рик переводит на него удивлённый взгляд. У мальчишки горят уши, Рик не видит, но точно знает, насколько они красные. - … слишком близко. Только тут Рик замечает, что он прижимается пахом к чужой заднице, грудью - к чужой спине. Руки Рика сжимают торчащие бедренные косточки. Тёмное, горячее ухо прямо возле тонких, сухих губ. - Прости, - хрипит Рик. Морти тихо пищит и резко сжимается, становясь ещё меньше. Рик медленно отлипает от него, отходит подальше. А потом вообще выходит из тира и идёт прямиком в бар. Что за хуйня это только что была? Морти находит его через час. Он выглядит нормально. Даже не злится на Рика за то, что тот опять пьёт. - Что, и даже никаких нотаций не будет? - Рик вскидывает бровь. Морти смеётся, заказывает себе молочный коктейль. С тех пор, как они наладили мир, Морти почти не пьёт (только разве что иногда и с Риком, но это не считается, отстаньте). - Я не против того, что ты пьёшь. Я против того, что ты нажираешься, как скот, и бросаешь меня одного на потенциально смертельно-опасной планете. - Ауч, - говорит Рик, вспоминания то давнишнее "приключение". Над новой печенью тогда пришлось постараться. - Я же тебе не мамочка, в конце концов. - Ага, скорее папочка, - говорит Рик, смеясь. Алкоголь несколько развязал ему язык, но он не видит в этом проблемы. - У тебя очень странные фетиши, - говорит Морти, кивая на бар. Рик смотрит туда же и видит там зеркало. Несовершеннолетний "папочка" и престарелый "сын" и правда выглядят странно, и Рик ржёт, сгибаясь над барной стойкой. - Ну да, хуйню спизданул. Так уж и быть, папочка тут я. - Да что у тебя за фиксация на дэдди-кинк? Неразрешенная травма? Хочешь об этом поговорить? - Тебя этим подлым приёмам на терапии научили? - Морти хихикает, Рик даёт ему щелбан, чтоб слишком сильно не выёбывался. - Кто бы говорил, любитель ошейников и бондажей. - Откуда ты… - Морти смотрит на него недоуменно, коротко вздыхает, а потом тычет в него пальцем, возмущённый до глубины души. - Ты лазил на моей странице в порнхабе! Какой ужас! Я оскорблен и унижен! Да, люблю такое, и че? - Мы так и будем обсуждать фетиши? - Спрашивает Рик, подпирая голову рукой. Ему, в целом, забавно, и алкоголь вытравил любое чувство стыда или неловкости, но он не хочет доставлять мальчишке неудобств. Тот открывает рот, коротко темнея щеками, а потом пожимает плечами. - Спорим, я угадаю твой фетиш? - На что? - Рик склабится, широко и азартно. Пиздюк не понял главного о Рике - никогда (никогда!) не втягивайте его в пари. - … ну блин, я уже не знаю. Только не говори, что это анрождение или эрогуро какое-нибудь, - глаза мальчишки расширяются в ужасе. Рик выдерживает драматичную паузу (Морти выглядит так, будто готов упасть в обморок), а потом ржёт, сгибаясь пополам. Трясёт головой отрицательно. - Ну, блин, всё, не знаю я. - Сдаёшься? - Ухмыляется Рик, покачивая стаканом в воздухе. Бармен понятливо обновляет ему виски. - Сдаюсь, - сквозь зубы говорит Морти. - И что это? - Всё гораздо, гораздо проще, пиздюк, - Рик делает глоток, а потом вдруг резко подтягивает стул Морти к себе, говорит на ухо, низко и хрипло: - Доминирование. Подчинение. Служение. - И кто… - Морти спотыкается, резко вздыхает, - … кто должен подчиняться? - А ты угадай, - хрипит Рик, слегка проводя губами по горячему маленькому уху. Он подносит свой стакан к губам Морти, и тот без возражений делает два больших глотка. Часть виски льётся мимо, тонкая струйка течёт по шее и теряется в вороте футболки. Рик хочет её слизать, но он достаточно себя контролирует. Поэтому он отстраняется, слезает со стула и идёт на выход. Не оглядываясь, он манит Морти к себе двумя пальцами, и тот бежит без малейшего протеста. *** В субботу происходит сразу две вещи, и обе не нравятся Рику: 1. Бет сообщает, что Морти возобновляет свои сеансы у доктора Вонг. Морти говорит, что он не хочет, что ему они не помогают. Саммер говорит, что нельзя на него давить. Даже Рик вставляет свои пять копеек. И только Джерри не обращает на происходящее внимание, лопая шарики на планшете. Бет непреклонна - долго скрывать от неё состояние Морти не получилось. 2. Саммер спрашивает: "Что между вами происходит?" Рик давится пивом, когда внучка произносит это, строго, как школьная училка, и неумолимо, как понос. - Не понимаю, о чём ты. - Рик пытается стереть мокрое пятно с водолазки рукавом, но, очевидно, это бесполезно. Но это лучше, чем посмотреть на Саммер, когда она так пялится на него. - Мне-то не ври, - Саммер закатывает глаза, садясь рядом, щёлкает жестянкой. Рик ей не отвечает - он сам не знает ответ на этот вопрос. - Береги его. Рик чувствует себя так, будто получил благословение родителей своей девчонки, которую повёл на выпускной. Рик не знает, чувствует он радость или панику. Наверное, и то, и то. Это первый рассвет, который они встречают в тишине. *** - Блядский боженька, ненавижу это дерьмо. Мне нужно выпить, - говорит Морти, хлопая дверью тарелки, когда Рик встречает его после очередного сеанса. Тарелка возмущённо сигналит датчиками, проводит два раза по стеклу дворниками туда, обратно. Морти гладит её по приборной панели и просит прощения: искреннее, чем когда-либо просил у отца. Рик ржёт в кулак. - Бар? - Бар, - благодарно кивает Морти. Этой ночью ему снова снится кошмар, но всё идёт совсем не по сценарию. Рик почти готов заорать, когда продирает заспанные глаза и видит Морти, зависшего над ним. В темноте, почти чёрный в слабых отсветах всего лишь нескольких тусклых лампочек приборов, тощий и угловатый, он выглядит, как персонаж немецких сказок, которые мама читала ему в детстве. Рик чувствует, как тяжело, загнанно стучит сердце о грудную клетку. - Что - что тако… - Почему ты меня бросил? - Голос Морти, тихий и хриплый, звучит потусторонне в абсолютной тишине дома. Рик ведёт плечами, прогоняя неприятный холодок, прошедшийся по позвоночнику. Он включает ночник над кроватью, заглядывает в глаза, абсолютно пустые. - Что?.. - Почему ты отказался от меня? - Морти тянет к нему руки, тонкие, бледные. На короткую секунду Рик чувствует присутствие чего-то постороннего в комнате. Он перехватывает их за запястья, опрокидывает мальчишку на кровать, нависая сверху. Встряхивает за плечи. Глаза мальчишки немного проясняются, он смотрит по сторонам, будто не понимая, как тут оказался, снова смотрит на Рика. - Рик? Что - что происходит? - Что тебе приснилось, Морти? - Я… - мальчишка запинается, моргает, и его взгляд становится полностью осмысленным. Он хмурится. - Я не помню. - Это пиздец, М-Морти, - говорит Рик и тянется к халату, достаёт фляжку трясущимися руками. Он немножко презирает себя за то, что эта хуйня так напугала его, но он ничего не может с собой поделать. Часы на тумбочке показывают зловещие 3:15. Рик моргает раз, другой, пока не понимает, что часы остановились. Нервный смешок вырывается против воли. - Может - может, слезешь с м-меня? - Даже в неярком свете ночника Рик замечает, как его щеки заливаются румянцем. Рик усмехается и садится по-турецки, откидываясь на стену. - Пиздуй уже, - говорит он, выпивая полфляги за раз. Но Морти не двигается с места. Рик окидывает его взглядом: уставленные в потолок глаза, закушенную губу, пальцы, нервно теребящие низ пижамной кофты, ходящие ходуном пальцы правой ноги в смешных носках с Суперновой. - Че такое? - Мне страшно, - говорит Морти, упорно смотря в потолок. Он быстро, глубоко вздыхает, как перед прыжком в воду, и добавляет: - Можно я посижу тут немного? - Давно пора бы научиться спать без мамочки, пиздюк, - говорит Рик, тем не менее, закидывая на него ноги, чтобы было удобнее сидеть. Старые сосуды не выдерживают, ноги затекают. - Мы уже вроде решили, что ты папочка, - пищит Морти и темнеет ещё сильнее. Рик ржёт, протягивая ему флягу. - Расслабься, пёс. - Когда Морти делает два глотка, Рик забирает фляжку обратно, добавляет: - Все свои. Морти расслабляется, даже находит в себе силы на слабую улыбку. В голове вдруг всплывает вопрос Саммер: "Что между вами?" А сразу следом: "Почему ты отказался от меня?" Рик трясёт головой. Что за пиздец. - Итак… Что тебе снится? - О, ты серьёзно хочешь устроить сеанс психотерапии? Ты? - Говорит Морти, закатывая глаза. Его это даже немного злит. Рик знает, что Морти не любит мозгоправов так же, как и он сам. - Ты припёрся ко мне посреди ночи и, кажется, пытался задушить, или я не понял, че ты там хотел. Хотелось бы быть готовым, если в следующий раз ты припрёшься с ножом, сечёшь, о чем я? - О, - говорит Морти, как будто для него это открытие. - Я… я не помню этого. Я не - я - я… - Расслабься, пиздюк, - говорит Рик, треплет мальчишку по волосам. - Я не - я не пытаюсь обвинять тебя в чём-то или типа того, я хуй знает. Просто хочется разобраться. - Я не помню, - снова говорит Морти, и Рика уже начинает это немного раздражать. Морти смотрит прямо на него, впервые за разговор. Хмурит брови. - Сны, в смысле. Я их не запоминаю. Иногда мне кажется, что - что я вспоминаю какие-то образы, но - но я не уверен. Иногда я вижу какой-то стол, как в морге, знаешь. Мне кажется, что я прикован к нему, и мне больно… - Морти морщится, как будто ему больно даже сейчас. - Но я не уверен. И мне кажется, в этих снах есть ты, но - но - но… Рик треплет его по волосам опять, снова протягивает фляжку. Морти делает глоток, только сейчас морщится от крепости, но выглядит чуть расслабленнее. Рик чувствует, как неясная тревога сдавливает грудь. - Что говорит твой терапевт? - Она не знает, - отвечает просто Морти, пожав плечами. - Думает, мне снятся монстры и пришельцы, ну, знаешь, стандартная хуйня из приключений. В последний раз я описал ей зигерионцев. - Морти хихикает, когда замечает взгляд Рика. - Не люблю, когда кто-то копается в моих мозгах. - Ебать, мой внучара, - ржёт Рик, и они стукаются кулаками. - Ты пьёшь колёса? - Смываю в унитаз. Они не помогают, только заторможенным делают. Говно земное. Они разговаривают почти до рассвета, и сами не понимают, как засыпают в одной кровати. Всё становится только хуже.