Место чемпиона

      Тот, кто будучи ребенком ни разу не пытался подражать мушкетерам или храброму Зорро, представляя себя героем сказок и кино, у того вероятно не было детства и мечты, ведь что может быть интереснее чем представлять себя отважным героем, изящно орудуя при этом багетом из ближайшего магазина или удачно подобранной палкой, сражаясь с невидимыми врагами, гвардейцами кардинала?       Детство проходит, а мечты…       А мечты могли бы просто так и остаться мечтами, забавным хобби по выходным, если бы однажды по телевизору он бы не увидел его.       Весь мир перевернулся, когда он увидел его. Двадцатилетнего чемпиона мира по фехтованию Арсения Попова. Он был такой красивый, словно греческая мраморная статуя. Царственный, энергичный, во всём белом с саблей в руке. Его гибкость восхищала, его взгляд, его глаза, в которых застыла уверенность в собственном превосходстве, поражали. Его фехтование было невероятно красивым. Это было почти танцем, самым искусным и сложным танцем из известных человеку. Тогда на финальном поединке он забрал кубок, а Антон пропал в тот момент, когда прозвучал финальный гудок, и Арсений сбросил маску, издав победный клич, торжествующе вскинув руку с зажатой в ней саблей.       С тех пор Антон очень внимательно следил за его карьерой, а забавное хобби по выходным теперь стало не просто хобби, и не до забав теперь было, теперь он мечтал только об одном… хотя нет, он был абсолютно уверен в том, что скоро он и Арсений встретятся на дорожке, и он, Антон, займет если не место чемпиона, то станет с ним в одну линию, а для этого нужно было двигаться вперед к вершинам, и Попов оказался лучшим мотиватором для того, что бы выйти на более профессиональный уровень. Спортивный центр «Щит и Меч», где тренировался Шастун, проводил свой собственный турнир, где победителей отправляли в Турин. Высокий, гибкий, атлетичный, с нескончаемой энергией и невероятной техникой боя Антон очутился в числе победителей без вопросов.       Огромный павильон, в полумраке жужжит от тихих голосов пришедших сюда на турнир по фехтованию, все взгляды направлены лишь на единственную освещенную полосу этакого подиума, где два соперника готовы сойтись в поединке за право быть первым, соприкоснув свои сабли в ударе. Антон не смотрит в зал, все равно ничего не увидит. Он старается освободить голову, привести мысли в порядок. — Перед нами Антон Шастун, до этого выступавший в юниорах. Это его первые взрослые соревнования, — в полголоса вещал паренек в наушниках, ведший трансляцию и по радио в том числе, — Коротко напомню правила: бой длится до пятнадцати ударов, и очко присуждается тому, кто первый коснется соперника.       Соперником Антона был невысокий, но юркий парнишка. Его чернявые глаза блестели, а губы кривились в ухмылке, предвкушая скорую победу. Сергей Матвиенко из команды противника, из команды Арсения Попова, был первым, с кем Шастуну пришлось бороться за звание победителя этого вечера. — En guarde, Allez! — выкрикивает судья, и вчерашний юниор молниеносно делает выпад. Раз. Два. Три. Клинок сабли рассекает воздух, звучит сигнал, и на табло загорается зелёный свет в пользу Шастуна. Ошарашенный Сергей поднимает защитную маску на лоб, не веря в происходящее. Ведь он даже не успел замахнуться. — Один — ноль в пользу Шастуна, вчерашний юниор уверенно занимает место на дорожке. Посмотрим, что будет дальше! — юркий парнишка продолжает вести трансляцию, не сводя глаз с соперников. — К бою, — взмах руки судьи. Выпад, ещё один, высокий соперник подпрыгивает, словно готовится забить трёх очковый, кончик рапиры хлестко бьёт по плечу соперника напротив. Звучит сигнал. Два — ноль. Три — ноль, четыре.       Толпа на трибунах ликует, приветствуя явного фаворита этого вечера. — Разгромный счёт. Разгромный, уважаемые зрители, вы только посмотрите на этого парня, как безжалостно он расправляется с действующим чемпионом. — Арс, Арс глянь, — Стас Шеминов тренер российской сборной обернулся к раздевалкам, подзывая своего лучшего спортсмена и лидера команды. — Ты посмотри, что творит! Какой напор! — Однообразно, техника слабая, — Арсений пожимает плечами, вскользь наблюдая за боем на освещенной дорожке. — А что ты будешь делать с его скоростью? — поинтересовался тренер, и Попов вновь безразлично пожал плечами. — Вызову на борьбу, на ближний бой, особо не разгонится. — Ну давай, даже интересно, — Шеминов кивнул и покачал головой, наблюдая за очередной сменой очков на табло. — Дамы и господа, у нас сенсация! — тем временем в запале тараторил ведущий, — Счёт разгромный, Матвиенко уже ничего не может сделать, его, второй номер сборной, разносит в щепки вчерашний юниор, и выходит тем самым в финал, где встретится с лидером команды.       Толпа ликовала в тот момент, когда Антон тяжело дыша пожимал крепкую руку побежденного соперника.       Короткий перерыв, в который Антон остервенело сжимал рукоять сабли, пролетел как один миг, а после сердце бешено забилось в груди, когда из полумрака на свет вышел Он, и ведущий затараторил: — Итак, у нас финал, на дорожку выходит лидер нашей сборной Арсений Попов. Легендарный саблист, тридцать пять лет, чемпион мира и Европы, и единственная непокоренная для него вершина — это золото Олимпиады. Опытный Арсений Попов против двадцатилетнего Антона Шастуна. — К бою! — звучит сигнал.       И Арсений первым делает выпад, Антон отклоняется, сердце пропускает удар, а сабля его отбивает. Волнение. Эйфория разливается жарким теплом, он один на один с тем самым легендарным Поповым и… Клинок сабли ощутимо мажет по плечу, и Антон отскакивает под звук протяжного сигнала. — Уважаемые зрители, безупречная контратака Попова, по-другому и быть не могло. — К бою! Клинки скрещиваются в воздухе, с едва слышимым лязгом, Арсений делает шаг вперёд, подпускает ближе, но ударить не даёт, бьёт сам наотмашь в грудь, там где защита. Два-ноль. Судья вновь даёт отмашку.       И Антон уже выверенным движением делает выпад, раз, два, три, атакует, но соперник не так-то прост. Подпустив ближе, Арсений вновь уходит от удара, отпуская свой клинок на плечо оппонента. Звучит сигнал. — Ноль-три в пользу Попова, и это уважаемые зрители похоже на разгром. Впрочем, это неудивительно.       Антон тем временем, тяжело дыша, поднял маску, вытирая рукавом влажные щеки, перехватил поудобнее свое оружие, и когда раздался сигнал к бою, жёстко и решительно пошел в наступление. Больше не реагируя на уловки соперника, провел серию жёстких ударов, а после выдохнул и, увернувшись от очередного выпада, выбросил вперёд руку с саблей на уровне лица соперника. Удар пришелся по незащищённой маске, и Арсений отпрянул, согнулся пополам, сабля выпала у него из руки, и он сдёрнул маску, прижимая ладонь к разбитому носу. — Шастун не рассчитал удар и случайно попал гардой по маске Попова, — тут же среагировал ведущий, а толпа зароптала, и к Попову бросился врач и тренер. — Арс, как ты, голова кружится? — Все нормально, — мужчина выдохнул прижимая к носу протянутый тампон и салфетки, — просто кровь остановить нужно. Их глаза на мгновение пересеклись. Во взгляде Шастуна, ходившего неподалеку, сочувствие плескалось с твердой решимостью, и Арсению на миг стало не по себе. — Арс, продолжать сможешь? — Шеминов похлопал его по плечу, и тот кивнул. — Да, нормально, — он вытер оставшуюся кровь и выпрямился, толпа грянула аплодисментами. — Да, дорогие друзья, Арсению надо отдать должное: продолжить бой после такого удара не каждый решится! — вновь ожил комментатор в наушниках, — А вот Шастуну кажется придется за это заплатить — судья принимает решение выдать бойцу желтую карточку.       Антон на это только фыркает, натягивает маску и вновь готовится к бою. — Начали! — взмах руки судьи дает сигнал к началу, и Антон вновь буквально кидается в наступление, проводит молниеносную атаку, через мгновение звучит сигнал: Шастун наконец открывает счет. Сигнал к бою. И снова выпад, жесткий решительный, сокрушающий. Антон больше не ведется, он атакует. Звучит сигнал. Арсений оступает, поднимает маску перевести дух. Смотрит в глаза напротив. Сигнал к бою. И снова атака соперника не позволяет даже выдохнуть, звучит сигнал. — Вот это скорость! Вы только посмотрите на этого парня! Он стремительно вырывается вперед! Похоже, падение выбило Попова из колеи, и ему будет очень трудно вернутся в борьбу. Посмотрим, что же будет дальше, — бодро вещал комментатор.       Взмах руки судьи, и соперники снова сходятся. Атака со стороны Антона мощная, но Арсений в какой-то момент уклоняется от удара, наносит свой, отскакивает в сторону. Звучит сигнал. — Дорогие зрители, а вот и тот самый Арсений Попов, которого мы знаем! Вы посмотрите, какая техника! Сигнал к бою, и Попов на долю секунды становится первым, клинок сабли хлестко бьет в защищенную грудь соперника. Звучит сигнал.       Далее серия выпадов и ударов, от которых Антон ожесточенно отбивается и едва не рычит, когда на табло счет становится 13:14, а после сигнал к бою. Попов молниеносным взмахом руки заканчивает этот бой, принося баллы своей сборной.       Толпа взрывается овациями, и Арсений победно вскидывает саблю вверх, улыбается, хоть этот бой дался ему с большим трудом, а после делает шаг вперед, протягивая ладонь для рукопожатия. Впрочем, Антону похоже все равно, он сжимает губы и молча уходит с площадки. Этот бой он проиграл, хотя по очкам оказывается на втором месте, и теперь вынужден стоять на пьедестале по левую сторону от победителя. Арсений Попов получает золотую медаль и букет цветов, с радостью машет им, приветствуя публику. — Поздравляю, — цедит Шастун не отрывая глаз от трибун со зрителями, — На следующий чемпионат можешь не приезжать. Все равно победу тебе присудят. — На следующем чемпионате ты можешь даже не оказаться, чтобы это увидеть, — меланхолично произносит Арсений, не без удовольствия глядя на то, как высокий парень соскакивает с пьедестала, спешно покидая зал. Здесь ему больше делать нечего.       В общаге для спортсменов чемпионата он оказывается еще до полуночи, с грохотом распахивает дверь, но не смотря на время обитатели комнаты спать и не собирались. Лучшие друзья Антона — Димка Позов, на всю голову шахматист, и Илюха Макаров, самбист от бога, — явно готовились к ночным приключениям. — О, чемпион вернулся, — пробасил здоровяк Илья, поднимая голову от телефона, — Медаль покажи. — Я ее выбросил, — буркнул Антон, бросая сумку с саблями на пол. — Значит, проиграл, — Илья вздохнул, — Печально, но ладно, погнали с нами, там девчонки из сборной по прыжкам в воду зовут в бассейн поплавать. — Я не пойду, — тут же заявил Позов, отрываясь от каких-то расчетов, — Я плавать не умею. — Ага, понятно. Ну а ты, Шаст? — Я в зал, — Антон стянул с себя толстовку, надевая вместо нее футболку, — Сегодня без меня, лады?

***

      Примерно же в это время где-то в центре, в освещенной многоэтажке строил планы на эту ночь еще один человек. Арсений вот уже около полутора часов сидел на диване, вперившись в одну точку, — вернее, в экран телевизора на стене, где раз за разом транслировался сегодняшний матч. На журнальном столике лежал раскрытый ежедневник, на листах которого размашистым почерком было написано всего несколько строк. Антон Шастун, двадцать лет, левша. Несколько строк, обведенных несколько раз по кругу жирным маркером, с тремя восклицательными знаками. Попов походил, постоял, то и дело бросая взгляды на включенный экран, и наконец прошел на кухню. Замер, опершись руками о столешницу, и кажется забыл, зачем сюда пришел. — Арс, — из оцепенения его вывел знакомый голос, и мужчина резко обернулся, встречаясь взглядом с темноволосым парнем в дверном проеме. — Черт, Серега, ты меня напугал. — Ну, зная твою молниеносную реакцию, звучит как комплимент, — Лазарев усмехнулся и подошел ближе, легонько целуя мужчину в висок, — А ты что тут делаешь? Только не говори, что начал готовить. — Как концерт? — Арсений выдыхает, позволяя себе расслабиться в чужих объятьях. — Были все, кроме Моргенштерна, — Сергей тянется к бутылке шампанского, стоящей тут же, и двум бокалам, — Кстати, поздравляю с победой. Это какой по счету кубок? — Седьмой, — Попов оглядывается уже в дверях кухни и снова выходит в гостиную к дивану и мигающему экрану телевизора. — Слушай, а они не хотят тебе его на совсем отдать? — доносится в следующий миг, а после появляется Сергей с двумя бокалами шампанского, присаживается рядом на мягкий диван и оглядывается, оценивая обстановку. Кивает на блокнот: — Неужели нашелся кто-то, достойный страниц твоего ежедневника? Арсений кусает губы, его взгляд устремлен на экран, и Сергей оборачивается: — Что за мальчик? — Этому мальчику я сегодня едва не проиграл, — Арсений одним махом осушает содержимое протянутого ему бокала и со стуком ставит его на журнальный столик. — Настолько сильный? — Сергей щурится всматривается в кадры на экране — А так и не скажешь, на первый взгляд щуплый. — Может это я слабее стал, а? — Арсений оборачивается, ища поддержки, и Сергей обнимает его, прижимается губами к горячему виску и шепчет: — Перестань, сколько таких мальчиков было в твоей жизни? — Не знаю, двадцать лет, техники никакой, несется сломя голову, не раздумывая, — Арсений выдохнул и прикрыл глаза. — А сегодня… сегодня был момент, когда он просто начал меня убивать. Удар, за ударом, удар за ударом, — сжатый кулак Арсения с каждым словом очень ощутимо впечатывался в грудь Лазарева, и тот не выдержал и перехватил его руку. — Прекрати, слышишь? Тебе надо отдохнуть. Пойдем я полежу с тобой, пойдем. Влажные губы скользнули по колючему подбородку, заставляя спортсмена расслабленно выдохнуть. Экран телевизора погас одновременно со светом в гостиной, и наступила расслабляющая темнота.