Мертвый космос. Осколки

Come hear the wisper from the sinner

From the son and Holy ghost

And devouring love in heaven

In the end you'll pray the ghost

And wherever you will run to

And wherever you may hide

They will be always stay, my friend

From the evil by it self

Услышь же шёпот грешника,

Сына и Святого Духа

И всепоглощающей райской любви.

В конце концов ты будешь молиться призраку.

И куда бы ты ни убежал,

Где бы ни спрятался,

Мой друг, они всегда будут избегать

Зла таким, какое оно есть.

(Powerwolf — Mr. Sinister)

      Похоже, технические сбои начались и в этом крыле тоже: стоило Айзеку переступить порог поминального зала, как он услышал запись прощания, видимо, воспроизводившуюся по кругу:       — Дети Обелиска, мы собрались, чтобы отдать дань уважения умершим, тем, кому посчастливилось быть призванным раньше нас. Их тела и души отныне переходят под защиту Церкви, которая присмотрит за ними и позаботится о них. Нет причин для скорби, мы должны возрадоваться, ибо смерть — это благословение, и мы не должны об этом забывать. Обелиск дал жизнь всем нам, и однажды все мы к нему вернемся. И когда наступит день Схождения, души и тела усопших продолжат жить вместе с их братьями и сестрами, семьями и друзьями. Ибо так было обещано нам Обелиском, и мы знаем, что обещанию суждено сбыться. Хвала Альтману.       «Не знаю, кто на самом деле этот Альтман, но наверняка он был порядочным засранцем», — подумал Айзек. Разве мог нормальный человек создать подобный безумный культ, обожествляющий механизм уничтожения? Пока заевшая автоматика гоняла по кругу сектантские бредни, Кларк успел осмотреть помещение и убедился, что никакой видимой опасности рядом больше не было — впрочем, это лишь пока что. А вот двое напавших почти одновременно расчленителей умудрились застать Айзека врасплох, но тот, несмотря на испуг, сумел от них отбиться и теперь стоял один в просторном, но по сравнению с залом со статуями совсем небольшом темном помещении, напоминавшем старинную часовню. Перед поминальным алтарем, в который был вмонтирован подъемный механизм, несколькими рядами стояли массивные скамьи. Но Айзека больше интересовало помещение позади алтаря, а именно — лифт, на котором можно будет спуститься в склеп. Инженеру категорически не нравилась эта идея, и будь у него другой путь — он бы, несомненно, им воспользовался. Рядом с лифтом мигал оставленный передатчик, извещая о непрочитанных сообщениях, и Айзек, недолго раздумав, перекинул их в память ИКСа. Может, там очередной бред юнитологов, но точно так же там может оказаться что-то полезное. Убедившись, что рядом по-прежнему никого нет, инженер открыл первое сообщение:       Оттаявшие тела       Исполнительный отчет: температура усыпальницы       Работник усыпальницы: Сиззл, Дж.       Вновь повторилась компьютерная ошибка, которая привела к размораживанию и потере двух тел на прошлой неделе. Нам удалось перевести большую часть первой секции на ручной режим прежде, чем температура значительно поднялась. Я все еще подозреваю, что представители Комитета, которым на прошлой неделе было отказано в посещении усыпальницы, имеют непосредственное отношение к случившемуся. Возможно, это не так, однако совпадение времени их визита и возникновения ошибки не может быть случайностью.       Сегодня вечером мы отформатируем систему, чтобы исключить возможность заражения компьютера вредоносной программой. Я назначил на работу тройную смену, чтобы все прошло гладко.       Сиззл, конец сообщения.       Айзек передернул плечами. Сам того не ведая, юнитолог, которого уже, возможно, нет в живых, выложил ценную информацию. Да, по сути, совсем незначительную мелочь — однако для инженера, который все сильнее чувствовал себя слепым, пытающимся отыскать хоть искру света в кромешной темноте, и это было важным. Итак, юнитологи замораживают трупы единоверцев. Айзеку придется пройти через один из уровней усыпальницы, где находилось множество замороженных мертвых тел — и вполне возможно, что большинство из них уже нельзя назвать покойными.       К этому стоило подготовиться. Айзек вернулся в поминальный зал и осмотрел механизмы рядом с алтарем. Да, рядом оказалось стазис-устройство, применявшееся, вероятно, для сохранения тела во время церемоний, но самое главное, что его можно было использовать для восполнения пустых батарей стазис-модуля, чем Айзек незамедлительно занялся. Пока шла зарядка, он просмотрел следующее сообщение.       Наряд на выполнение работ: 118745       Проблема: гробы из усыпальницы, застрявшие на конвейерной ленте       Ход устранения: Исследовал конвейер, который доставляет выгруженные с корабля гробы в усыпальницу. Обнаружил один гроб, застрявший в системе. Отключение гравитации позволило высвободить гроб (потребовалось несколько попыток, гроб поврежден).       При дальнейшей проверке конвейера обнаружил несколько сломанных раздвижных опор, деформировавших ленту. Очевидно, сварные швы опор не были предназначены для эксплуатации при столь низких температурах. Починил конвейерную ленту, приварил опоры на место. Запустил пять гробов — система функционирует безупречно.       Работа завершена, наряд закрыт.       Статус и время ремонта: закончен. Пять часов.       Айзек еще несколько секунд смотрел на текст перед глазами, после чего дал команду развернуть схему. Похоже, после крипты ему придется пробраться в технические коммуникации церкви, а сделать это можно будет только через конвейер. Так что, возможно, и эта информация ему тоже пригодится. Вот только зачем юнитологам понадобилось привозить сюда еще тела? Кто в самом деле виноват в случившейся катастрофе — Тайдманн или юнитологи, которые наверняка не остались в стороне?       «К дьяволу все это дерьмо. Для начала нужно выбраться отсюда».       Убедившись, что батареи заряжены, Айзек вернулся к лифту, хоть ему и меньше всего хотелось сделать это. Но он не мог позволить терять себе время просто потому, что боялся. Нет. Перед смертью не надышишься. Лучше поскорее проскочить эту чертову усыпальницу.       Признаться, Ганс Тайдманн был порядком удивлен живучестью Кларка — тот до сих пор не встретил свою смерть и находился теперь где-то в церкви Юнитологии. Такие находчивость и воля к жизни вызывали у директора невольное уважение — конечно, в том случае, если выживание Айзека Кларка — его личная заслуга, а не просто череда удачных совпадений. Но ему помогали, и в этом Тайдманн не сомневался с самого начала. Даина Ле Гуин и ее команда — о, о них директор уже навел справки. Если бы не их вмешательство, Кларк уже был бы покойником, но они вытащили его и помогли сбежать.       Впрочем, спасение обернется погибелью — для всех них. Тайдманн приказал пилоту штурмовика, Эдварду Гифту, находиться рядом и выжидать подходящий момент. Как только вся эта сомнительная компания окажется в зоне поражения, все они будут мертвы. Тайдманн знал, что Гифт расшибется в лепешку, но выполнит приказ. Хорошо. Хватило и одного упущенного объекта… Впрочем, добраться до нее можно будет и позднее, если только госпожа Уэллер не окажется умнее и изворотливее и не найдет надежного способа замести следы. Увы, вмешательство ее теперь уже покойного супруга позволило ей покинуть станцию и скрыться.       А пока стоило завершить сборы и покинуть станцию — уже было ясно, что удержать Мегаполис не получится. Но и погубить плоды трехлетнего труда недопустимо — так что для начала требовалось законсервировать часть комплекса.       Широкий коридор уходил вниз, и, несмотря на отсутствие решеток вентиляции, Айзек чувствовал себя в нем крайне неуютно. Возможно, потому, что понимал, куда этот коридор ведет — там, впереди, были трупы. Много трупов. И если хотя бы часть из них уже превратилась в некроморфов, криокамеры их не удержат. Термоизоляционная дверь в конце спуска была единственным препятствием, отделявшим Айзека от того, что заперто внутри.       Судя по схеме, этот уровень склепа состоял из пяти секций, и каждая из них вмещала по нескольку десятков криокапсул. Если хотя бы половина мертвецов решит вылезти из гробов, этого уже будет слишком много. Надо ли говорить, что Айзеку придется быть очень, очень осторожным?       Из-за открывшейся двери потянулся морозный туман, и инженер, преодолевая страх, шагнул в темноту ледяной усыпальницы. Как хорошо, что костюм защищал от переохлаждения! Айзек не чувствовал смертельного холода, но видел множество покрытых изморозью капсул, скрывавших тела умерших юнитологов. Сколько же их всего было в этом проклятом холодильнике?       Айзек старался держаться середины коридора, но в первой секции на него так никто и не напал. Капсулы оставались невредимы, но это еще не значило, что внутри них покоились безобидные трупы. Чем скорее получится проскочить это место, тем будет лучше.       Он осторожно заглянул в коридор второй секции — и горячая боль пронзила виски. Окружение приобрело уже знакомую резкость — и тогда Айзек увидел их.       Все криокапсулы в коридоре были сломаны и разбиты, и мумифицированные трупы стояли в них, дрожа, словно они были живыми и чувствовали холод. А потом они закричали — все вместе, страшно и пронзительно. Айзек отпрянул, и…       Жуткое видение закончилось. Капсулы в коридоре были невредимыми, как и в первой секции. Кларк едва слышно выругался и помотал головой. Нет уж, скорее бы вылечиться от этого! Пока он окончательно не свихнулся от видений. Кошмары во сне — это еще куда ни шло, но наяву, когда вокруг и так происходил оживший кошмар?       Несмотря на зловещую галлюцинацию, в этой секции тоже не встретилось некроморфов, хотя некоторые капсулы оказались разбиты — и трупы, которые прежде мирно покоились в них, теперь бродили где-то поблизости, пусть с ними и удавалось пока что разминуться. Айзек не позволял себе расслабиться, и не напрасно: уже в следующей секции его встретили знакомые угрожающие вопли.       Дальше началась пляска смерти. Узость коридоров немного играла на руку Кларку, не позволяя некроморфам напасть на него одновременно со всех сторон, но и сам он был лишен места маневра. Вот камера в шаге от Айзека словно взрывается изнутри, и в коридор вываливается блевун. К счастью, этот вид некроморфов, несмотря на пугающий вид и способность плеваться кислотой, не слишком ловок — наученный опытом инженер сразу сносит ему голову и лишает обеих рук. Расчленитель, подкравшийся сзади, бросается на Айзека, скребя броню костяными лезвиями, и тот едва не падает прямо на обрубки, оставшиеся от блевуна. Кларк с силой ударяется спиной о ближайшую капсулу, и, хоть нежить и не чувствует боли, но на секунду ослабляет хватку. Айзеку хватает этого мгновения, чтобы вырваться — спасибо усилителям и сервоприводам костюма. Он оборачивается и отсекает монстру оба лезвия. Подхватив одно из них кинезисом, Кларк швыряет его в идущего на него монстра, пришпиливая его к одной из криокапсул.       …Со сколькими он разделался в итоге — пятью, шестью?.. Айзек облегченно выдохнул, когда увидел вторую термоизоляционную дверь. Наверняка в склепе осталось еще достаточно некроморфов, куда больше, чем инженер только что загнал обратно в могилы. Словно в ответ на его мысли из глубины склепа долетели вопли расчленителей.       До двери Айзек добежал, уже наплевав на осторожность, и практически вылетел на другую сторону. Только когда створки сомкнулись за его спиной, он осмотрелся. Похоже, это помещение предназначалось для транспортировки криокапсул — большой цилиндрической формы зал, в потолке которого находился люк, через который, видимо, капсулы доставлялись с конвейера. Но сейчас он не работал, и в помещении стояла почти оглушительная тишина. Сам Айзек находился на сетчатом балконе, кольцом опоясывающем центр зала. Под ним вращались лопасти вентилятора. Кларк взглянул вверх. Плохо, очень плохо. Тот люк, похоже, был единственным способом отсюда выбраться, не считая уже пройденного пути — и именно на него на схеме указывал навигатор. К счастью, рядом с выходом из склепа мерцала консоль. Айзек метнулся к ней в надежде отключить гравитацию, но ничего не вышло: управление пересекала оранжевая голограмма. Он потратил несколько минут, пытаясь взломать консоль, но не преуспел в этом.       — Даина, кажется, я нашел выход, но он слишком высоко. Управление гравитацией заблокировано, — ответом стала тишина. — Даина!.. — снова позвал Айзек, надеясь, что это лишь временный сбой и что помощница его услышит. Но этого не произошло — он слышал лишь собственное дыхание и шум пульса в ушах. — Черт!..       Стараясь подавить панику, Айзек снова открыл схему помещений и внимательно ее изучил. Установка, отвечающая за гравитацию в этом зале, находилась внизу, под вентилятором, и, похоже, к ней можно было попасть, воспользовавшись открытым подъемником по другую сторону зала. Айзек так и сделал — и, по крайней мере, хотя бы в этом зале его не беспокоили некроморфы. Внизу в центре зала вращались три больших кольца разного диаметра, над ними висели три пары магнитных захватов. Инженеру знакомы были гравитационные установки такого типа, и поэтому он неожиданно сам для себя успокоился. Он знал, что нужно сделать.       Консоль возле установки работала и не была заблокирована. Айзек лишний раз порадовался, что для системы он по-прежнему был инженером пятого класса, поэтому искусственный интеллект принял его за техника, выполняющего свою работу.       — Внимание: система усыпальницы переведена в режим диагностики, — сообщил электронный голос. — Карданные захваты отключены. Вход только для технического персонала.       Теперь, когда он мог взаимодействовать с установкой, Айзек подошел ближе и, дождавшись, когда самое большое из колец приблизится к нужному положению, замедлил его стазисом. Не теряя времени, с помощью кинезиса он подвел к нему оба захвата. Между ними и кольцом замерцали разряды — знак того, что все было сделано верно. Повторив то же самое с малыми кольцами, Айзек наконец-то услышал то, чего добивался:       — Гравитация в шахте отключена.       — Не знаю, слышишь ли ты меня… — послышался сильно пересыпанный помехами голос Даины. — Тебе надо… подняться… наверх… Понимаешь? Ты должен выбраться наверх.       Он и сам это знал. Инженер осмотрелся: при отсутствии гравитации обычно отключались лифты — впрочем, кто сказал, что он не доберется до люка так? Айзек прыгнул и активировал ускорители костюма. Приближались вращающие лопасти вентилятора, но после всех пережитых невзгод они уже не выглядели грозным препятствием — инженер замедлил их стазисом и проскочил между ними, пока они не ускорились снова.       Люк теперь был открыт, и Айзек пролетел сквозь него, оказавшись на верхнем уровне. Из него вела еще одна дверь, но в этот момент она была заперта. Добравшись до нее, он понял причину: дверь автоматически блокировалась при невесомости. К счастью, на верхнем уровне тоже была консоль, и Айзек, воспользовавшись ею, восстановил гравитацию. Различные предметы, до того парившие в воздухе, с дробным стуком и дребезжанием упали на пол.       — Айзек? — снова послышался голос Даины в гарнитуре. — Что за черт! Они глушат мой сигнал с помощью какого-то переносного устройства. Кто-нибудь, определите частоту работы глушилки! — последние слова, видимо, были адресованы кому-то из команды. — Скорее всего, их штурмовик висит где-то рядом с комплексом.       «Естественно — вряд ли он просто сдался и улетел!» — Айзек не стал говорить этого вслух, но, готовясь к худшему, спросил:       — И что теперь? Новый план?       — Нет, — откликнулась Даина после короткой заминки. — Они не знают точно, где мы, иначе уже приняли бы меры. Дерьмо, сигнал опять пропадает! — Ее голос снова перебил ставший привычным, но от этого не менее раздражающий треск. — Просто иди по маршруту. И поспеши!       На этом связь оборвалась, и Айзек быстрым шагом направился к двери. Проклятье, он уже потерял слишком много времени! Ему нужно выбираться отсюда — и побыстрее. Выход он разблокировал, так что… За дверью оказалось темное техническое помещение — спасибо встроенному в шлем прибору ночного видения, не пришлось идти на ощупь. Вскоре Айзек нашел и выход — но дверь была заблокирована и перекошена.       — Ладно… — Инженер активировал кинезис-модуль и попытался отодвинуть дверь и открыть проход. Но створка не поддалась — похоже, ее намертво заклинило, и стало очевидно, что этим путем дальше не пройти. Подавив эмоции, Айзек снова открыл схему — и увидел, что из этого помещения как раз в одну из комнат в нужном его коридоре вел технический лаз.       Если бы Кларк не знал об инженерном туннеле, он далеко не сразу сумел бы его обнаружить: люк находился в стене за несколькими свисающими с потолка пустыми криокапсулами, которые пришлось отодвинуть с помощью кинезиса. И в этот момент Айзека одолели сомнения: а стоило ли лезть туда — точнее, а так ли безопасна эта затея? Совсем недавно он видел что-то в темноте коммуникаций, и вряд ли оно повторно позволит ему уйти. Но выбора не было тоже — оставалось лишь уповать на удачу.       Теперь он не чувствовал спокойствия, оказавшись в темном и тесном туннеле. Пока что его стенки были сплошными, но, судя по схеме, этот лаз был довольно длинным и, вдобавок ко всему, несколько раз сворачивал. За одним из поворотов в стене оказалась решетка, из-за которой лился слабый свет.       Который вскоре что-то перекрыло. Айзек замер. Он находился достаточно близко к решетке, чтобы разглядеть то, что за ней находилось. Увиденное заставило его замереть от ужаса: это была конечность, огромная и как будто неряшливо слепленная из нескольких тел — зато с двумя внушительными когтями. Всего несколько секунд лапа находилась в поле зрения Айзека, но ему этого было достаточно, чтобы забыть, как дышать. Существо, которому принадлежала эта конечность, размерами наверняка в несколько раз превосходило треножника. Инженер не шевелился, но и тварь больше ничем не выдавала своего присутствия. Ушла? Или затаилась, дожидаясь добычу?       Но и оставаться на месте Айзек не мог. Так тихо, как только мог, он пополз вперед, стремясь миновать решетку как можно быстрее. Нужно идти дальше, говорил он сам себе. Нужно добраться до команды Даины, и тогда весь этот кошмар окажется в прошлом. Он почти выкарабкался из этой переделки, осталось совсем немного…       Было это удачным стечением обстоятельств, или монстр по каким-то своим причинам не стал нападать, но больше он не показывался. И все же когда решетка осталась за очередным поворотом, Айзек почувствовал толику облегчения. Он, конечно, смог уничтожить Левиафана, гигантского некроморфа с главного продуктового склада на «Ишимуре», и выжить в стычке с исполинским Разумом Роя уже на Эгиде-7, но это не значило, что он рвался в бой с крупной тварью — тем более, в настолько ограниченном пространстве.       Через несколько поворотов Айзек наконец-то добрался до выхода из туннеля — и невольно выдохнул, увидев, что в небольшой темной комнате нет никого, кроме него самого. Судя по всему, это помещение служило кабинетом кому-то из церковников — об этом говорили стеллажи со старомодными бумажными книгами и более современными носителями информации, а также массивный деревянный рабочий стол. Стены здесь, как и в других «парадных» комнатах и коридорах комплекса, были отделаны обтянутыми красной тканью панелями и украшены имитацией витражей. Айзек проверил заряд батарей и запоздало перезарядил стазис-модуль — он станет единственным спасением, если дальше попадется какая-нибудь здоровенная тварь вроде той, какую он мельком видел из технического лаза. Когда все было готово, Кларк вышел в широкий коридор, забиравший вверх.       И тут где-то у потолка пошевелилась маленькая тень. Айзек, давно уже привыкший, что если в кишащем некроморфами месте что-то померещилось, лучше перестраховаться, выстрелил в темноту. Ответом стал угрожающий вопль, отдаленно напоминающий детский плач. Видимо, поняв, что его заметили, затаившийся ринулся в атаку.       Айзеку уже приходилось встречать этих ловко ползающих по стенам и потолкам мертвых младенцев, отрастивших на спине оканчивающиеся острыми костяными наконечниками щупальца. Еще одни жертвы этой катастрофы… Затаившийся ринулся в атаку, занося щупальца для удара, и почти сразу же лишился одного из них — Айзек не медлил и пустил в ход винтовку. Второе попадание сбросило некроморфа со стены, и пока он не успел вскочить, инженер подбежал к нему и со всей силы врезал ногой. Затаившийся отлетел к стене и тут же был добит попаданием почти в упор. И тут же что-то больно ударило Айзека по правому плечу, заставив разжать руки. Винтовка повисла на ремне, и инженер отшатнулся, быстро нашаривая резак: пока он разбирался с одним затаившимся, к нему успел подобраться его собрат. Детское личико скривилось в злобной гримасе, и три щупальца снова яростно хлестнули — но в этот раз они только впустую рассекли воздух. В ответ Айзек рубанул наотмашь резаком, переключенным в режим луча, разом лишив некроморфа щупалец, и тот свалился со стены. Пинок размозжил ему голову, заставив затихнуть окончательно.       Айзеку жаль было этих детей, чья жизнь прервалась, едва начавшись, но только что он разделался уже не с детьми, а той мерзостью, что заняла и изуродовала их тела после смерти. Вся эта погань словно насмехалась над людьми, превращая трупы в бездумные машины для убийств. По крайней мере, эти двое уже никому не навредят.       Пока Айзек отбивался от затаившихся, из-за поворота над подъемом выскочил расчленитель. Судя по черной с желтым одежде с капюшоном и сложенным в молитвенном жесте человеческим рукам, этот при жизни был монахом-юнитологом. Интересно, был бы он доволен, узнав, что после смерти станет одной из этих тварей и довольно скоро умрет второй раз? Впрочем, Айзеку не было до этого никакого дела. Один-единственный расчленитель не представлял серьезной угрозы для вооруженного человека и быстро присоединился к упокоенным сородичам.       После стычки инженер, убедившись, что больше к нему никто не ломится, проверил костюм в том месте, куда пришелся удар щупалец затаившегося. К счастью, они не пробили броню, хотя на плече Айзека теперь наверняка расползется огромный синяк. Но это было мелочью по сравнению с тем, что было бы, нанеси ему некроморф более серьезную травму.       Но пока что все обошлось — снова. Айзек не стал испытывать судьбу и дожидаться еще кого-нибудь мертвого и агрессивно настроенного и побыстрее поднялся и свернул вправо, пробежав поскорее мимо открытой вентиляционной шахты до преградившей коридор двери. За ней находилось еще одно плавно скругляющееся помещение с красными стенами, а дальше…       — Ни хрена себе! — Айзек все-таки не сдержался и сказал это в полный голос. Внутреннее убранство собора поразило его. Отгрохать такое в космосе? Это же безумие в чистом виде! Объективно говоря, собор был действительно грандиозен и красив. Множество витражей, росписи, статуи, рельефы, выложенный мозаикой пол — все это казалось совершенно чуждым на космической станции, хоть и выглядело в целом гармонично. Но везде повторялся один и тот же мотив — во фресках, в колоннах, отделяющих боковые пределы, и даже на полу. Зловещая рогатая спираль Обелиска. Это был рассадник врагов, решивших, что весь тот кошмар, что нес всему живому их идол — высшее благословение. И, не спрашивая мнения других, чертовы психи решили «наградить» этим «благословением» все человечество. Но хуже было то, что им потворствовали вместо того, чтобы объявить вне закона. Этот собор — прямое тому подтверждение: разве иначе им бы позволили так расходовать место и энергию на космической станции?       Айзек вышел из-за колонны в центральный неф, оглядываясь. Здесь было так много декоративных элементов, что они сбивали с толку — не так-то просто было обнаружить притаившегося врага среди всей этой мишуры.       Свет здесь был, но достаточно слабый, и шел он сверху, сквозь большой стеклянный свод. Только благодаря этому Айзек вовремя успел заметить массивную тень и отскочить обратно за колонну.       В нескольких шагах от него с грохотом приземлилось на пол огромное чудовище, и инженер рефлекторно сумел приложить его стазисом раньше, чем оно успело опомниться и ринуться в атаку. Теперь Айзек видел, что на него напала тварь подобная той, которую он завалил на выходе из госпиталя, но в то же время — иная. Треножник из госпиталя был словно наспех соединен из нескольких изуродованных трупов, туша же этой твари выглядела более однородной, и в центре всего этого находилось увеличившееся в размерах расплывшееся, как кусок воска, тело женщины с чудовищно огромным ртом.       Кларк выстрелил в плечо твари, но короткая очередь лишь оставила неглубокие выбоины на костяном наросте. Айзек выстрелил снова, уже ниже, но снова его ждала неудача.       Проклятые наросты, как броня, покрывали все уязвимые места! Дальше инженеру пришлось отскакивать в сторону, потому что действие стазиса закончилось, и лапа монстра схватила воздух меньше чем в полуметре от Айзека. Тому оставалось только маневрировать между колоннами — массивная тварь не могла пролезть между ними достаточно быстро.       Но долго эта смертельная пляска продолжаться не могла. Одна из лап твари все-таки задела Айзека — не схватила, но ударила по касательной достаточно сильно, чтобы сбить его с ног. Кларк перекатился по полу, и что-то твердое и острое выбило несколько плиток из мозаичного пола рядом с ним. Он снова перекатился и вскочил — только для того, чтобы податься назад, потому что язык треножника прошил воздух, едва его не задев.       «Моя очередь!»       Айзек успел снова притормозить монстра стазисом — и теперь он разглядел еще не втянувшийся язык. Посередине него инженер заметил какое-то утолщение… Нет, не утолщение, а тело младенца, живот которого превратился в знакомый светящийся желтым орган.       «Вот уязвимое место!»       Он успел попасть по языку чудовища только один раз прежде, чем действие стазиса спало. Треножник разразился воплями и отпрянул — Айзек готов был поклясться, что эта тварь чувствовала боль! Теперь их разделяли несколько метров, и инженер готов был постоять за себя, тем более что у него наконец-то появились шансы на победу в этой схватке.       Тварь снова ринулась на него, но, как и ее сородич, не могла изменить направления движения мгновенно — она была для этого слишком тяжела. Пользуясь этим, Айзек отскочил в сторону и снова попытал удачу, выпустив очередь по ближайшей конечности. Стрелять в тело бесполезно, это он знал. Но и лапы слишком хорошо были защищены.       Но зато попадания явно разозлили некроморфа, и тот, снова выпростав жало, попытался пришпилить Айзека к полу. Тот только этого и ждал: снова замедлив монстра, он всадил очередь в уже поврежденный желтый пузырь на языке.       Тот лопнул, и большая часть жала, дергаясь, упала на пол. Айзек попятился, глядя, как чудовище, с которого спал эффект стазиса, зашаталось и испустило пронзительный вопль. Инженер прицелился было в голову треножника, но тот, не умолкая, неожиданно резко развернулся и вскарабкался прямо по стене наверх и быстро скрылся из виду.       — Что, сука, съела? — бросил Айзек вслед монстру для острастки. Но обрадовался он рано: воплям треножника вторил многоголосый визг, на перила второго уровня вскочили несколько невысоких щуплых существ, каких Кларк уже видел возле начальной школы Титана. Дети, погибшие и превратившиеся в чудовищ — и теперь их свора была куда больше, чем при первой встрече.       Несколько мгновений они смотрели на Айзека — а затем, как по команде, ринулись вниз. Первым трем инженер успел снести головы, но дальше они набросились на него толпой, буквально облепив. Если бы не усилители костюма и броня, у инженера не оказалось бы ни единого шанса выжить, но он сумел отпустить винтовку и дотянуться до резака. Самое главное теперь — не зацепить себя… Он с трудом поднял руку, на которой висели два мелких некроморфа, пытавшихся раскурочить броню, и неловким движением снизу вверх разрубил тело еще одного, вцепившегося в набедренные пластины костюма. Затем с силой ударился о колонну и с удовлетворением услышал хруст тонких костей. Наконец-то он сбросил одну из гадин с руки! Тяжелый ботинок опустился на голову некроморфа раньше, чем тот успел вскочить. Минимум две твари хозяйничали на спине, еще одна вцепилась в левую руку — и, оглядевшись, Айзек увидел, что еще минимум пять сородичей напавших на него некроморфов бежали в его сторону. Нужно срочно избавиться от тех, что уже вцепились в него — пока они не повредили броню и не догадались, как открыть шлем! Повисший на левой руке некроморф стал следующим, благо, хотя бы живучестью они не отличались. Зато имели острые крючковатые когти, которые уже скребли возле шеи… Но подбежавшая свора держалась достаточно плотно, чтобы разом замедлить их стазисом. Пользуясь передышкой, Айзек снова ударился о колонну и, заведя руки за спину, сорвал мелкую щуплую тварь и швырнул ее через себя. И тут же еще раз угостил стазисом свору. Последнему забравшемуся на спину некроморфу удалось еще одним ударом сломать шею, и он свалился на пол. Теперь — те, что бежали к нему. Двоих Айзек успел пристрелить. С оставшимися вновь пришлось вступить в рукопашную схватку, но Кларк хотя бы старался держать дистанцию. Громкие гортанные вопли дали понять, что одной лишь сворой дело не кончится — в центральный неф собора ворвались один за другим и трое расчленителей.       Видимо, смертельная чехарда в несколько раундов не самым лучшим образом сказалась на рассудке Айзека — иначе почему он, отчаянно ругаясь, вновь переключил резак в режим луча и сам ринулся на монстров? Еще несколько секунд — и все враги были окончательно мертвы. Отдышавшись, инженер перезарядил резак — он истратил почти весь заряд батареи. Хорошо, что на смену ему у Айзека имелись при себе пистолет и винтовка. Надо бы перезарядить и ее…       — Надеюсь, теперь-то вы все кончились?.. — произнес он в пространство. Мозаичный пол собора был усеян разрубленными телами и их фрагментами. Простой обыватель наверняка пришел бы в ужас от этой картины, но Айзек, как бы это страшно ни звучало, уже привык к подобным зрелищам. Сейчас он думал только о том, как выбраться из этого проклятого места.       Навигатор указывал на двери на втором уровне над алтарем. Инженер убедился, что больше никто не спешил на него нападать, и поспешил наверх по изящно изгибающейся лестнице. Шум побоища наверняка привлечет внимание сородичей упокоенных некроморфов — и не стоило забывать про треножника. Интересно, эта тварь могла управлять своими собратьями и в самом деле позвала их на помощь, или же те просто находились поблизости и примчались на звуки борьбы?..       Слуха коснулись мученические стоны внизу, в центральном нефе собора. Подойдя ближе к перилам, Айзек увидел их источник: нелепо перекрученное тощее существо брело, волоча за собой левую руку, представлявшую собой сплошное нагромождение из светящихся желтых наростов. Заметив живого человека, оно издало громкий крик и стремительными прыжками помчалось к лестнице. Айзек аккуратно прицелился и выстрелил в наросты — и «мешок» на руке некроморфа буквально взорвался, заодно разорвав на куски и самого подрывника. Решив не дожидаться дальше, пока в собор сбегутся все некроморфы из окрестностей, Кларк поспешил к дверям.       Он прошел через отделанный резным камнем небольшой зал с низким сводчатым потолком и двумя рядами колонн, путь из которого перекрывала кованая решетка. Сверившись со схемой, Айзек убедился, что почти выбрался — лифт, ведущий на верхние этажи, находился в соседнем помещении. Он открыл решетку — и вышел в круглую комнату, посреди которой стояла скульптура, изображающая Обелиск. Кларк обогнул ее, как вдруг голову пронзила такая знакомая резкая боль.       — Что с тобой творится, Айзек? — раздался вместе с нарастающим шумом в ушах искаженный, хриплый голос Николь. — Ты пытался наложить на себя руки. Что тебя так гнетет? — Айзек замотал головой, стремясь развеять галлюцинацию, но без толку. — Правильно. Игнорируй боль. Похорони ее глубоко внутри. И пусть я сгнию, пусть истлею.       Писк в ушах стал невыносимо громким — и отступил. Айзек облегченно выдохнул. Это просто очередная чертова галлюцинация… Скоро он избавится от них раз и навсегда.       Он остановился возле лифта и решил сначала сообщить Даине о том, что почти добрался — наверняка она и ее товарищи по команде сейчас держат ухо востро и, может статься, предпочтут сперва стрелять, а потом проверять.       — Даина, ты все еще там? Я добрался до лифта к верхнему уровню.       — Ты почти у цели, — незамедлительно откликнулась та. — Я буду ждать тебя у челнока.       Эти слова словно оживили Айзека. Спасание совсем рядом — осталось только подняться на лифте, и инженер распрощается с этим местом навсегда. Оказавшись в кабине, он вдавил нужную клавишу и расслабленно привалился к стене. У него получилось. Он смог. Он дошел.       И эта расслабленность едва не сыграла с ним злую шутку. Лифт вдруг остановился — и сверху что-то заскребло. Айзек вскинул резак — и кто-то, спрыгнувший на крышу кабины, выворотил люк. Инженер не удивился, услышав торжествующий вопль расчленителя, который тут же спрыгнул в лифт. И хотя одиночный некроморф — это не толпа его же собратьев или умеющая регенерировать тварь вроде Охотника, Айзеку пришлось не только отбиваться, но и быть очень аккуратным, чтобы не повредить механизм.       — Какого вы ко мне прицепились? — выдохнул он, отпихнув ногой отрубленное лезвие. Лифт снова заработал — и через несколько секунд выпустил Айзека в очередной коридор.       Дальше он не шел, а почти бежал, даже почти не глядя по сторонам. Может, за дверями, ведущими в, вероятно, кабинеты высокопоставленных церковников, и могло попасться что-то полезное и нужное, но Кларк об этом не думал. Только бы добраться, только бы…       Нужная дверь находилась в конце коридора. Открыв ее, Айзек шагнул в комнату с иллюминатором во всю стену…       …И тут же двое незнакомцев схватили его за руки. У иллюминатора спиной к Айзеку стояла светловолосая женщина в изящном синем брючном костюме — и держалась она так, будто ничего особенного не происходит.       — Даина?! — вырвалось у Айзека, когда он сообразил, кто перед ним. Он мотнул головой, бросив с усталой злой горечью: — Выходит, ты юнитолог? Я должен был догадаться. Зря я тебе поверил.       Пазл мгновенно сложился в его голове, и надежда на спасение разбилась на осколки. Черт, да как он не догадался?! Он должен был все понять еще из-за того, как много его «помощница» знала об этом проклятом комплексе! А теперь он попался, как полный болван, угодив в лапы этих помешанных вместо спасения.       — Не скажу, что у тебя был выбор, Айзек, — насмешливо ответила женщина, даже не обернувшись. — Стоило пообещать тебе лекарство, как ты сразу ринулся за ним сломя голову.       — Зачем я вам сдался? — Кларк рванулся всем телом, стремясь высвободиться, но, несмотря на усилители, потерпел неудачу — незнакомцы держали его крепко и тоже были облачены в броню, хоть и без шлемов. — Почему вы не оставите меня в покое?       Даина обернулась через плечо, смерив Айзека снисходительным взглядом:       — Ты — очень опасный секрет, Айзек. Комитет охотится за тобой, так как боится, что ты можешь уничтожить Обелиск. Ведь это ты создал его, если на то пошло. — Она издевательски улыбнулась и снова повернулась к нему спиной.       — Что?! О чем ты вообще говоришь? — Инженер не понимал ровным счетом ничего. Что вообще несет эта сумасшедшая? Как он мог создать Обелиск?       Даина, наконец, соизволила обернуться и подойти ближе и встала напротив Айзека, глядя в визоры его шлема.       — Ну же, мы ведь притащили тебя сюда именно за этим. Чтобы построить для нас еще Обелиски. Чтобы начать великое Схождение по всей галактике! — в ее голосе появились нотки безумного фанатизма. Айзек мотнул головой:       — Да вы просто форменные придурки! — рявкнул он, не сдерживаясь. — Отдай мне чертово лекарство, и я сваливаю отсюда!       Даина подошла ближе и протянула руку к нему — то ли чтобы убрать шлем, то ли пытаясь коснуться закрывающей лицо пластины, но Кларк отдернул голову.       — О, мы не собирались лечить тебя, Айзек! — сложно было не заметить, насколько откровенно глумливым сделался ее голос. — Твоя безумная головушка нужна нам именно в том виде, в котором находится сейчас. — Следующие слова предназначались уже охране: — А теперь будьте любезны проводить Айзека к челноку и поместить его в стазис. Не хватало еще, чтобы он умер…       И тут в иллюминатор ударил свет мощных прожекторов. Айзек порадовался, что шлем мгновенно автоматически выставил светофильтры, и его зрение не пострадало — в отличие от глаз юнитологов. Зато теперь он видел, что по ту сторону иллюминатора завис уже знакомый штурмовик.       Айзек, пользуясь случаем, снова рванулся из рук охраны, и на этот раз сумел высвободить правую руку. Одновременно с этим штурмовик открыл огонь.       — Нет!.. — взвизгнула Даина, за миг до того, как один из сгустков плазмы угодил ей в грудь. Юнитологу рядом снесло половину головы, и Айзек, активировав магнитные захваты, собрался с силами и отшвырнул от себя второго охранника — прямо в пробоину навстречу пушкам.       Он пригнулся, озираясь, как загнанный зверь — и увидел то, что могло его спасти. У самого иллюминатора находился люк вентиляции. Штурмовик временно прекратил обстрел — вероятно, из-за вылетающих в пробоину предметов обстановки — и Айзек прыгнул. У него была только одна попытка. Спасение — или смерть.       По крайней мере, в случае неудачи это будет быстро…       Он успел уцепиться за скобу люка, когда плазма пронеслась над головой. Сбив резаком замок, Айзек с силой потянул люк на себя — и провалился в темноту вентиляционного хода.       К счастью, падать пришлось недалеко, но удар об пол, несмотря на защиту костюма, ненадолго оглушил Айзека. Он поднялся и обнаружил, что, должно быть, попал в один из залов контроля воздуха — вокруг высились толстые трубы, напоминающие колонны. Но через мгновение инженер понял, что он в этом месте не один.       Из широкого туннеля ему навстречу неслось существо, размерами намного превосходящее треножника, но по виду напоминающее больше огромную многоножку с очень длинными конечностями. С ужасом Айзек узнал его передние лапы, заканчивающиеся двумя когтями — это его он видел из технического хода! И, что еще сильнее дополняло уродливый облик, над подобием мандибул на голове этой твари сохранилась верхняя часть человеческого лица, только словно расплывшаяся и почти бесформенная.       Айзек едва успел податься в сторону, когда здоровенная лапа рассекла воздух рядом с его головой. Чудовищный удар сломал одну из труб, и Кларк едва успел шарахнуться в сторону прежде, чем она бы его придавила. Из разорванной трубы повалил пар. А затем на голени сомкнулись, сжав до боли, когтистые пальцы — и Айзек, в первые мгновения дезориентированный, не сразу понял, что его схватили за ногу и, держа вниз головой, тянут в пасть.       Кларка спасли только быстрая реакция и стазис-модуль: замедлив некроморфа, он активировал резак и разрубил чересчур хлипкое подобие запястья. Он едва успел сгруппироваться, когда рухнул на пол, перекатиться, вскочить и отбежать в сторону, несмотря на звон в ушах. Монстр рванулся следом, сокрушив еще пару колонн, и Айзек снова активировал стазис-модуль, с ужасом понимая, что заряд почти иссяк. Ему не справиться с этой тварью без стазиса — надо проваливать!       К счастью, путь отхода нашелся — и Айзек со всех ног бросился в пустой коридор с наполовину закрытой дверью — похоже, ее заклинило в таком положении, но инженеру это, возможно, позволит выиграть еще несколько драгоценных секунд. Эта здоровенная скотина не протиснется в лазейку мгновенно, и на то, чтобы выломать дверь, ей тоже понадобится время. Считанные секунды, да, но это тоже фора. Позади раздался визг монстра, и Айзек поднажал.       Увы, коридор привел его в тупиковое помещение с иллюминатором. Не успел Кларк ни отчаяться, ни сообразить, что делать дальше, как снова увидел свет прожекторов. Опять этот чертов штурмовик, чтоб его! Выстрелы лишь чудом не задели Айзека, но стекло, не рассчитанное на обстрел из корабельных орудий, почти мгновенно разрушилось, и инженера выбросило в космос. Станция, звезды, раскаленная плазма и штурмовик завертелись перед глазами безумным калейдоскопом — но Айзек понял, что его отбросило в сторону корабля. И вот он уже оказался вне досягаемости пушек — но это ненадолго. Тогда в голову Кларку пришла безумная идея: активировав ускорители, он зацепился за ребристую обшивку борта штурмовика.       И тут он увидел, что преследующее его чудовище точно так же вылетело в космос — и через секунду ударилось всем могучим телом о штурмовик.       «Черт! Только не это!»       Айзек попытался увернуться, но одна из лап чудовища с неожиданным проворством схватила его поперек тела. Орудие развернулось — пилот явно собирался избавиться от безбилетника, но одновременно с выстрелом еще одна лапа чудовища ударила по стволу. В безмолвии космоса вспыхнул огненный шар — и тут Айзеку повезло: его от обломков разорвавшегося орудия прикрыло тело твари. Но та снова тянула инженера в пасть. Истратив последний заряд стазиса, Кларк снова замедлил монстра, затем ударил по лапе, и…       …Его отшвырнуло прочь — вместе с лапой. Через мгновение пальцы разжались, и Айзек с удивлением отметил, как его относит в сторону от миниатюрного солнца, в которое на несколько секунд превратились штурмовик и прицепившийся к нему некроморф, которые оба пытались его убить, и оба же сыграли роль в его спасении.       Но не успел Айзек скорректировать курс с помощью ускорителей, как с силой врезался в иллюминатор. Стекло, в основном довольно хрупкое в районе Башен Кассини, на этот раз спасло Кларка. Он рухнул на исписанный символами пол темного коридора, оглянулся назад — но вместо обломков в космосе увидел только закрытую аварийную заглушку.