Мертвый космос. Осколки

Плохо, коли на связи обрыв.

Тускло на дне колодца.

Встать и выползти из норы —

Что еще остается?

Там, у поваленного столба,

Скорчиться неказисто.

И если медь запоет в зубах —

То значит небо зовет связиста. (Олег Медведев — Марш небесных связистов)

      Несколько секунд Айзек неподвижно лежал на полу коридора, чувствуя, как ноют многочисленные ушибы. Повезло, что рядом с ним в этот момент не оказалось некроморфов или охранников, иначе вряд ли бы он смог дать им отпор. Он аккуратно пошевелил руками и ногами, затем приподнялся и сел. Кажется, ему снова повезло — он выжил. Опять. И, вроде бы, даже ничего не сломал. А что насчет всего остального?       Айзек не без труда поднялся на ноги и первым делом запросил у ИКС отчет о состоянии костюма. Система сбилась, но, к счастью, не смертельно, и инженер сумел перенастроить ее самостоятельно. Он сознательно сосредоточился на насущных проблемах, чтобы не думать о том, чем обернулась его надежда спастись и убраться отсюда. Одно он знал точно: нужно как-то выбираться. Может быть, он сумеет добраться до какого-нибудь челнока — вряд ли все они улетели, только бы найти хоть один…       Но куда идти? Прежде Айзека вел маршрут Даины, и этот путь едва не привел его к гибели или чему-то похуже. Поразмыслив, инженер снова открыл схему и изучил ближайшие помещения. Точно! Ему нужно добраться до транспортного узла… Поезда больше не ходят по расписанию, но, может быть, удастся запустить их с командного компьютера. В Правительственном секторе наверняка еще остались челноки.       Через несколько секунд навигатор построил новый маршрут, и Айзек поторопился к лифту, пока кого-нибудь не принесло на недавний шум. Сейчас единственной его надеждой было добраться до Правительственного сектора. Если же и там не найдется корабля…       И тут подал сигнал передатчик.       — Айзек? Айзек, ты там? — послышался уже знакомый сбивчивый голос Нолана Стросса в наушнике. Опять этот псих!       — Чего тебе еще, Стросс? — Айзек не скрывал горечи. — Послушай, все кончено. Все мои планы унесло в космос.       — Нет, нет, нет! — затараторил Стросс с почти фанатичной убежденностью. — Я украл информацию, когда сбежал… Все еще не кончено! Пока еще не кончено! Айзек, мы построили эту штуку, они вытащили схему из наших мозгов. Мы можем ее уничтожить!       — Ты об Обелиске? — Инженер насторожился. Что такое несет этот псих? Но ведь и Даина говорила что-то подобное — юнитологам Айзек был нужен, чтобы воссоздать Обелиск снова. Какой-то самовоспроизводящийся сигнал голове… — Стросс, ты знаешь, где находится Обелиск?       Айзек чувствовал, что в этот момент готовится шагнуть за край. Но что еще ему осталось сделать? Бежать? Весь транспорт наверняка в Правительственном секторе. И пока чертов Обелиск существует, можно забыть о безопасности, и кошмар будет продолжаться вечно, повторяясь раз за разом. Нет, если есть шанс положить этому конец раз и навсегда, нужно им воспользоваться. Он просчитался в прошлый раз, и теперь должен остановить это насмерть.       — Правительственный сектор! — быстро ответил Стросс. — Он в Правительственном секторе. Но мы должны идти туда сейчас же… Сейчас… Сейчас! Мое время на подходе… как и твое.       — Стросс! — повысил голос Айзек, но ответа не последовало. — Стросс, куда тебя понесло? Черт.       Связь снова прервалась, да и кто мог знать, что на уме у этого безумца? Или не такого уж и безумца? Пока все, что он говорил, совпадало с тем, что успел выяснить сам Айзек — но Стросс явно знал больше. Нужно отыскать его, пока какой-нибудь некроморф не отгрыз ему голову.       Осторожно обогнув поворот коридора, Айзек подошел к лифту, когда Стросс связался с ним снова:       — Айзек! Мы наводили на них ужас после каждого сеанса, я помню. — На этот раз он говорил неожиданно спокойно. — Они помещали нас в темную машину. Чтобы мы повторяли шаги!       — Я не помню никаких сеансов, — ответил инженер. Его память не сохранила о трех последних годах почти ничего, кроме неясных обрывков. Со стороны воздуховода послышался знакомый рык, и инженер поспешил вызвать лифт. Скольких бы монстров он ни прикончил, по возможности лучше избегать встреч с ними. Рано или поздно может и не повезти…       — Тебе повезло, что ты их не помнишь, — тихим голосом сказал Стросс. — Начнешь вспоминать, он вернется.       — Кто? — понять бы еще, что несет этот поехавший! — Кто вернется? Кто?       — Ох, посмотрите-ка, — так же тихо говорил Стросс, обращаясь явно не к Айзеку. — Как же ты вырос! Куда ты уходишь?       «Значит, он тоже видит эти долбаные иллюзии!»       — Не иди за ним! Его там нет!       Но Стросс словно не слышал Айзека. Связь прервалась снова — зато кабина лифта наконец-то приехала. Убедившись, что внутри никого нет, инженер нажал кнопку первого уровня. Похоже, что к транспортному узлу вела относительно знакомая дорога — на первый уровень зала, где находился вход в проклятую церковь Юнитологии, а дальше — через соседний квартал и торговый центр «Конкорс». Не самый приятный путь, но Кларку не приходилось выбирать.       Первое, что услышал Айзек, выйдя из лифта, это повторяющуюся передачу, исходящую от устройства на плече убитого охранника, лежавшего у стены.       — …к Правительственному сектору. Объявляю начало операции «Конец игры». Касательно беглецов приняты особые меры. Говорит директор Тайдманн. Всем оставшимся подразделениям приказываю немедленно отступить. Отходите к Правительственному сектору. Объявляю начало операции «Конец игры»…       — Да неужели, — бросил Айзек вслух, обшаривая подсумки покойника. Он уже истратил немало боеприпасов, отбиваясь от некроморфов, и лишние магазины к винтовке ему очень пригодятся. Тем более что у этого офицера была при себе еще и полная стазисная батарея. Трансляция повторялась по кругу, и вскоре Айзек перестал обращать на нее внимание. По пути он заметил еще двух убитых охранников и еще немного разжился боеприпасами, но осматривать все содержимое подсумков не стал: лучше не искушать судьбу. Он бросился к повороту…       И едва не столкнулся с «мамашей». Айзеку повезло отшатнуться и не угодить под рассекшие воздух костяные клинки. Он тут же вскинул резак, отделяя их от массивного тела. Этот монстр был даже отвратительнее своих собратьев, с которыми Айзеку доводилось встречаться на «Ишимуре», — возможно, потому, что сохранил больше человеческих черт. Вероятно, сутки или еще меньше времени тому назад это была обычная женщина, но она погибла и превратилась в монстра, как и ее еще нерожденный ребенок…       Айзек отсек оба лезвия, но постарался не задеть огромное раздувшееся брюхо — лучше не знать, что за тварь сидит внутри. Инженер только перебил одну из ног некроморфа и бросился дальше, выбегая на первый уровень зала. В нем было темнее, чем в прошлый раз — возможно, потому, что нижнюю секцию иллюминатора закрывала аварийная заглушка после того, как теперь уже мертвый пилот штурмовика пытался прикончить Айзека.       Он едва успел вовремя заметить тень — и прыгуну, подбиравшемуся сверху, не удалось застать его врасплох. Пусть прыгун и не самая серьезная угроза, но эта тварь была здесь не одна. Айзек отпрянул назад, встав к глухой стене — при столкновении с этими тварями лучше не поворачиваться к ним спиной. Некстати вспомнилось, как на «Ишимуре» чертовы прыгуны едва не убили его в отсеке с неисправными гравитационными панелями. Но сейчас Кларк просто не мог позволить их собратьям взять верх — увы, рядом нет друга, который придет на помощь в нужный момент… В этот раз Айзек один в этой передряге, он мог полагаться только на себя. Но три прыгуна, атаковавших его — это не Разум Роя и даже не Левиафан. Наученный опытом, он стрелял по рукам монстров и уворачивался от их ударов, предоставляя когтям и лезвиям стену. Айзеку не раз приходилось вступать в бой с прыгунами, и он хорошо успел запомнить их поведение и слабые места — ему даже не пришлось применять стазис, чтобы отбиться от этой троицы. Убедившись, что на помощь к сородичам не мчатся другие некроморфы, Айзек пробежал зал и, миновав двойные двери, оказался в темном помещении транспортного терминала.       Здесь было пусто, если не считать еще одного убитого охранника, в подсумках которого нашлась еще одна полная батарея к стазис-модулю, и инженер не стал задерживаться здесь, поспешив к двери квартала «Гиперион-холл».       Помещение за дверью было сильно задымленным, а еще в нем отключилась гравитация. Но для Айзека это был кратчайший путь, а что до поломок — он успел повидать их достаточно. Магнитные подошвы прочно держали его, так что из коридора в общий зал инженер все-таки вышел, а не выплыл, но увиденное его отнюдь не обрадовало. Вся секция напротив горела — в том числе и нужный ему коридор.       — Внимание: система пожаротушения вышла из строя, — послышался из динамика механический женский голос. — Пожалуйста, перекройте вручную подачу кислорода, чтобы остановить возгорание. Не задействованный в тушении персонал должен немедленно покинуть зону.       Айзек и сам знал, что нужно делать. Ему уже приходилось проделывать подобное, пусть и с чужой помощью — когда пожар отрезал ему путь к выходу на рудной платформе «Ишимуры». Здесь придется провернуть то же самое, но теперь уже самостоятельно.       Одним прыжком Айзек достиг пульта контроля воздуха и осмотрелся по сторонам. Пока никого — но неизвестно, что будет даже через минуту. Нужно было последовательно отключить четыре батареи, а затем выпустить воздух в космос, чтобы избежать возникновения обратной тяги… Может, здесь и остались еще выжившие, но иного способа потушить пожар не существовало. Да и, к тому же, этот квартал был слишком тихим и слишком задымленным — вряд ли здесь кто-то уцелел.       — Внимание: подача кислорода упала до шестидесяти шести процентов. Технический персонал поставлен в известность.       Айзек мрачно усмехнулся, отключая за первой батареей и вторую. Пожар немного утих — уже хорошо, но если Кларк ошибся — он будет в ответе за каждого, кто здесь погибнет. Он пытался убедить себя, что даже если бы он ничего не сделал, уцелевшие погибли бы в огне или задохнулись — индикатор на внутреннем экране показывал смертельно опасный уровень загрязнения воздуха токсичными продуктами горения. Но убедить себя получалось плохо.       «Простите. У меня правда нет выбора».       — Внимание: концентрация кислорода достигла опасного для жизни минимума в тридцать три процента. Проверьте личные запасы кислорода.       Айзек знал, что при экономном расходовании ему хватит воздуха на несколько минут. Стоило поторопиться. Наконец Кларк отключил последнюю батарею и, поколебавшись, открыл внешний шлюз. Послышался свист выходящего воздуха, пламя погасло, отключились последние источники света.       — Отказ системы жизнеобеспечения: подача кислорода на нулевом уровне. Зона небезопасна. Используйте личные запасы кислорода.       Айзек не дожидался, когда же закончится воздух у него в баллоне — он прыгнул, и отсек завертелся перед ним, низ и верх поменялись местами. Затем подошвы ботинок соприкоснулись со стеной рядом с нужным коридором, и инженер, активировав снова магнитные подошвы, прошел прямо по стене через пожарище и остановился перед небольшой дверью. За ней находился шлюз, в котором Айзек закачал еще кислорода в баллон, после чего вышел в технические помещения квартала. Из них не ушел воздух, гравитация тоже присутствовала, но свет почти не горел. Отсюда вело несколько выходов, в том числе, и служебный лифт, который, как гласила схема, и был нужен Кларку. Айзек вызвал кабину и стал ждать — но, стоило дверям приоткрыться, как в помещение ворвались омерзительные булькающие звуки.       — Чтоб тебя!       В лифте оказался блевун — и, едва завидев Айзека, он изрыгнул в него уже знакомую едкую дрянь. Нужно вывести эту тварь из лифта, если только инженер не хочет его повредить!       Тварь поковыляла следом за подавшимся в сторону Айзеком — створки лифта остались открытыми, видимо, система среагировала на движение, а не на сигнал ИКСа. Не став дожидаться, пока блевун до него доберется, Кларк замедлил его стазисом и снес голову, после чего лишил обеих рук. Отправив пинком все еще ковыляющее тело на пол, он бросился мимо него в лифт. На полу и стенах виднелись потеки уже знакомой разъедающей дряни, под которыми чернела обшивка, но механизмы мерзкая тварь загадить не успела, как и кнопки. Айзеку предстояло спуститься на несколько уровней — и, нажав нужную кнопку, он застыл посреди лифта, стараясь не касаться загаженных стен.       Пискнул передатчик — и Кларк не удивился, когда снова услышал голос Стросса:       — Айзек, шаги. — Он снова говорил часто и сбивчиво. — Он хочет, чтобы я следовал шагам. Шаг первый — забраться в темную машину.       — Стросс, упокойся, — попытался вклиниться в его монолог Кларк. — Он тебе не навредит.       Лифт остановился, и Айзек вышел в темный пустой коридор. Неприятное место, вызывающее не самые лучшие ассоциации… А впрочем, какая разница, раз Мегаполис превратился в филиал Ада пострашнее, чем Эгида-7.       — Он хочет, чтобы я забрался в темную машину, — похоже, убеждения Айзека никак не подействовали на Стросса. — Но я не могу. Она там. Она ждет меня.       — Стросс! — повысил голос инженер. Не хватало еще, чтобы этот тип совсем свихнулся прежде, чем расскажет все Айзеку! Но тот только испуганно забормотал:       — Господи… О, Господи Боже…       — Стросс! Слушай меня! — Кларк постарался говорить уверенно и твердо. — Мы должны двигаться дальше. Ты сможешь добраться до вагонеток?       По ту сторону несколько секунд было слышно только тяжелое дыхание. Потом Стросс быстро произнес испуганным тоном:       — Он возвращается. Не могу говорить… — и прервал связь, снова оставив Айзека в недоумении. Да о каких шагах постоянно говорит этот псих?!       Коридор, действительно оказавшийся пустым, привел Кларка к большому складу — похоже, здесь хранились товары для торгового центра. Инженер вышел на подобие решетчатого балкона, протянувшегося над половиной зала. Внизу грудились контейнеры. Света катастрофически не хватало, и Айзеку показалось, будто внизу промелькнула какая-то тень. Он прислушался — благо, несмотря на извечный шум машинерии, в зале было достаточно тихо, чтобы услышать… знакомые ворчание и пощелкивание.       Инженер выругался сквозь зубы: только этого еще и не хватало! Эти стайные монстры здесь — и кто знал, насколько большая стая. Лабиринт контейнеров — идеальное место для них. У Айзека не было ни малейшего желания сталкиваться с этими тварями. Он отступил ближе к стене и внимательно осмотрелся, сверяя то, что видел, со схемой. Нужная ему дверь была внизу, в коридоре на другой стороне зала. Но между Айзеком и выходом оказались контейнеры, среди которых притаились некроморфы. Пытаться пройти через них — игра со смертью в чистом виде. Инженер внимательнее осмотрелся по сторонам — и выдохнул: решетчатый балкон был достаточно длинным, чтобы можно было спрыгнуть с него на контейнер, стоявший у самого выхода в коридор, только и твари наверняка не захотят упускать добычу… Но и оставаться на месте долго не стоило. Айзек достал из подсумка пустую батарею и, размахнувшись, бросил ее в противоположный выходу угол склада. Выждав пару секунд, он сорвался с места. Ограждение было низким — Айзек легко перемахнул его, спрыгнул на крышку контейнера, а с него — на пол. А теперь — скорее, к двери!       Но раньше, чем он коснулся голограммы, за спиной послышались угрожающие вопли. Инженер обернулся и увидел дух тварей, которые неслись на него, опустив увенчанные наростами головы. Кларк не стал их дожидаться — просто приложил стазисом и, больше не мешкая, открыл дверь. Еще несколько мгновений — и та захлопнулась, отрезав стайных некроморфов от Айзека.       — Пошли нахрен! — бросил он в ответ на негодующие вопли тварей с той стороны. — Я не нанимался драться с каждой гадиной!       В служебном туннеле, куда попал Айзек, освещение тоже едва работало. Вдобавок, что-то постоянно искрило, хотя до возгорания дело пока еще и не дошло. Потом снова пискнул передатчик, и инженер уже догадывался, кого услышит.       — Айзек?! Он ушел. — Стросс шумно выдохнул. — Слушай, шаги могут разрушить Обелиск. Шаг первый — забраться в темную машину. Шаг второй — туго закрутить винты…       — Я не понимаю. — Айзеку все эти бредни ничего не говорили. Ясно было, что Стросс в самом деле что-то знал об Обелиске, но как понять, где он говорит что-то дельное, а где придуривается? Вот и сейчас вместо ответа Стросс вскрикнул:       — Господи, он вернулся! Нет! Нет-нет-нет! — и снова пропал, отключился, оставив Айзека в тишине коридора. Тот постепенно забирал вверх — если инженер нигде не ошибся, то вскоре он должен был выйти на верхний уровень торгового центра. Кажется, откуда-то впереди доносились приглушенные звуки борьбы — реву некроморфов отвечали выстрелы и крики. Инженер ускорил шаг и, миновав двери, почти выбежал на верхний уровень торгового центра.       — Давайте, ублюдки! — послышался женский голос, в котором, несмотря на напускную смелость, явно звучали нотки отчаяния. Взревели несколько расчленителей, ответом им был звук, издаваемый плазменным резаком в режиме стрельбы. — Я все еще стою на ногах!       Выбравшись из коридора, Айзек увидел, как на противоположной стороне зала-колодца женщина в спецовке без куртки, вооруженная резаком, отбивается из-за массивной решетки от лезущих к ней некроморфов.       «Надо ей помочь!» — тут же вспыхнула в голове мысль, и инженер огляделся в поисках кратчайшего пути. Такой, к счастью, быстро обнаружился — мост соединял противоположные стороны зала.       — Ну же, давай, подходи! — Женщина лишила одного из некроморфов лезвия, которое он просунул между прутьями решетки. Еще один гад попытался достать выжившую, но та вовремя отскочила назад. Айзек не решился стрелять с большого расстояния, опасаясь зацепить ее. Стоило подойти ближе — что он и поспешил сделать. Своей мишенью Кларк выбрал еще целого монстра, лишив его ноги, и тот шлепнулся среди нескольких расчлененных тел своих собратьев, но тут же поднялся на лезвиях и пополз к Айзеку. Тот не стал дожидаться, пока некроморф доползет до него, и отсек ему оба лезвия.       И тут случилось то, чего Кларк никак не ожидал: мимо, едва не задев его, пронесся сгусток плазмы. Айзек отпрянул.       — Эй-эй! — Он поднял руки, оставив винтовку висеть на ремне. Как оказалось, женщина успела прикончить второго монстра и теперь целилась в инженера.       — Не подходи! — Несмотря на угрозу, ее голос заметно дрожал. — Хочешь говорить — говори оттуда! Только не заливай, что хочешь помочь. Последний такой помощник пытался меня замочить.       Айзек слегка опешил. Кому она так досадила, что ее попытались убить? Чему стала свидетельницей? Или просто столкнулась с каким-нибудь помешанным? Впрочем, сейчас это было неважно — главное, чтобы она не выстрелила сейчас. Нужно как-то убедить ее в своих мирных намерениях.       — Успокойся, — как можно тверже произнес Айзек. — С чего мне тебя убивать?       — Вот. Правильно. — Женщина все-таки прекратила целиться в него. — Только попробуй, и я тебе башку снесу. — Она отступила от решетки к дверям лифта, и инженер медленно подошел ближе. Теперь он рассмотрел выжившую лучше — судя по внешности, ей можно было дать от двадцати пяти до тридцати лет. Довольно красива, но сам вид ее говорил, что недавно она побывала в серьезной переделке. Кровавые брызги и разводы покрывали ее руки, лицо и одежду, темные волосы, заплетенные в две косы, растрепались, голубые глаза смотрели со страхом и подозрением. Девушка отступила ближе к лифту, не сводя взгляда с Айзека. Тот вдавил кнопку у ворота, убрав шлем, и снова попытался наладить контакт:       — Слушай, начнем разговор сначала. Я Айзек.       Девушка несколько секунд сверлила его взглядом, но все-таки представилась в ответ:       — Элли. Чего тебе надо, Айзек?       — Я пытаюсь добраться к транспортному терминалу. — Инженер решил, что лучшим вариантом в этой ситуации будет прямой и честный ответ. — Хочу попасть в Правительственный сектор.       «Если Обелиск там, я должен до него добраться! Понять бы еще, что имел в виду Стросс…»       Девушка — Элли — вскинула брови, а затем подозрительно прищурила глаза.       — А я, по-твоему, чем занимаюсь?       — Слушай, я могу помочь, — тут же предложил Айзек. В конце концов, сейчас у него та же цель, а Элли явно способна за себя постоять. Вдвоем они справились бы лучше, чем поодиночке. — Шансов спастись больше, если держаться вместе. Разве не так?       Элли горько усмехнулась.       — Ага, как же. — Она покачала головой. — Сейчас любой лишний человек обуза. Я открою решетку, но дальше каждый сам по себе. И сделай одолжение: не ходи за мной. Усек?       Снова целясь в Айзека, она отошла к консоли и одной рукой быстро ввела команду. Решетка поползла вверх, девушка же отпрыгнула обратно к лифту, все также держа инженера на прицеле.       — Подожди!.. — выпалил Айзек, но Элли уже была в кабине лифта. Через секунду створки закрылись. При желании Кларк мог бы остановить лифт и вернуть кабину обратно, но не стал этого делать. Он видел, что эта девушка настроена решительно, и меньше всего Айзек хотел вступать в схватку с ней. Он может и подождать…       …Только не забывая об осторожности. Кларк поспешил снова надеть шлем. Шум схватки наверняка привлек внимание тварей. К счастью, ждать долго не пришлось — прошло чуть больше минуты (и за это время Айзек успел заметить немало подозрительных теней на нижних уровнях), и вызванная им кабина лифта вернулась. Предстояло спуститься на самый нижний уровень и выйти к коридору, где Айзек был совсем недавно, тому самому, рядом со школой. Кларк выдохнул сквозь зубы. Ему не нужно там задерживаться. Ему просто нужно пройти мимо.       На нижнем уровне Айзек почти бегом свернул к нужным дверям, через которые вышел в коридор — и едва не выругался от отвращения. За ничтожно малое время здесь разрослось заражение, изменив место до неузнаваемости. Несколько дверей оказались заблокированы мерзкой серо-коричневой органикой, напоминающей даже не просто бесформенную массу, а подобие гигантских склизких корней или щупалец. И, что хуже всего, двери к техническому помещению тоже оказались заблокированы.       «Вот же погань!»       Придется искать новый путь — к счастью, Айзек мог воспользоваться локатором. Он уже разобрался, как работает эта программа, и потому быстро ввел изменения в маршрут. Схема мигнула несколько раз — и локатор проложил новую дорогу. Инженер судорожно выдохнул: кратчайший путь проходил через начальную школу Титана.       Первым порывом было поискать другой маршрут. Но Айзек все же сумел убедить себя, что нельзя тратить время попусту. Он уже видел множество страшных и отвратительных картин, так что еще может случиться, чтобы ужаснуть его? Нужно было поторапливаться. Промедление и эмоции сейчас были недопустимой роскошью.       Тяжело вздохнув, он коснулся украшенной ярким мозаичным узором двери.       Несмотря на аварийное освещение, яркие цвета внутренних помещений школы сразу же бросились Айзеку в глаза. Цветные стены и полы, улыбающиеся звезды, свисающие с потолка, детские рисунки — в этом месте совершенно чужеродно выглядели уже знакомые бурые кляксы и разводы. Смерть, пришедшая на станцию Титан, не делала разницы между жертвами и не щадила никого. Впереди послышался женский голос, и Айзек ускорил шаг, хоть его сразу насторожили интонации: не испуганные, не гневные, а ласковые. Через несколько шагов Айзек увидел окно одного из классов, а по ту сторону — женщину, с широкой улыбкой подзывавшую кого-то:       — Иди к мамочке! Да, да, вот так. Иди же к мамочке, прямо сюда. Иди сюда, малыш!       В следующее мгновение Айзек похолодел — к женщине быстро подползало существо, бывшее недавно младенцем, но теперь его ноги срослись в подобие короткого хвоста, а тело вздулось большим желто-оранжевым пузырем.       — Бегите оттуда! — Кларк заколотил по стеклу, но женщина словно не слышала его: она присела, протягивая руки к некроморфу и, как только тот оказался рядом, подхватила его на руки и прижала к себе.       Айзек отпрянул — в следующий момент раздался громких хлопок и омерзительных хруст. Окно заляпало кровью и ошметками плоти и самого некроморфа, и его жертвы. Инженер невольно выругался и потряс головой, словно так можно было выбросить из памяти только что увиденное.       «Нужно идти», — напомнил он сам себе, и очень вовремя: это зрелище, конечно, не деморализовало его и не потрясло до глубины души, но несколько секунд Айзек не решался двинуться дальше. Но ему нечего дожидаться здесь, он должен пройти через школу и попасть на станцию…       Он дошел до конца коридора, когда из динамиков послышался синтезированный женский голос, куда более мягкий и живой, чем у основной системы станции:       — Внимание всем, перерыв пятнадцать минут. Не баловаться.       В этот же момент Айзек услышал звук, похожий на детский плач — и из открытой двери выполз точно такой же взрывоопасный младенец, как тот, которого он видел через окно. Инженер не мешкал — отбежав назад, он выстрелил в светящийся желтый нарост, и некроморфа разорвало на куски так же, как недавно жертву его собрата. Айзек крепче стиснул в руке резак. Ну, что еще придумает эта мерзость?!       На грани слуха тихий детский голос напевал песенку о кольце из роз, полных цветов карманах и пепле, но стоило инженеру обернуться на звук, как его снова окружила тишина.       Он быстро прошел через комнату, больше напоминавшую ясли — к счастью, больше взрывоопасных ползунов в ней не обнаружилось. Зато в смежном помещении находился медицинский кабинет. Айзек старался не думать о судьбе медсестры и учителей, но, вероятно, большинство из них, как и их подопечные, утратили человеческий облик и бродят по станции, охотясь на живых. Инженер задержался в кабинете на несколько минут, забрав кое-что из медикаментов на всякий случай. Тут же он нашел и последний отчет школьной медсестры — и, не удержавшись, открыл его:       Дети ведут себя слишком жестоко на игровой площадке! Вчера перед моим кабинетом в буквальном смысле слова выстроилась целая очередь детей с синяками и ушибами, некоторых из них пришлось даже отправить в лазарет. Может быть, это консервативная точка зрения, но космические станции — не лучшее место для воспитания. Детям необходимы открытые пространства и свежий воздух. В противном случае они начинают сходить с ума и колошматить друг друга. Я считаю, что космос и семья — понятия не совместимые.       — А Обелиск и жизнь — тем более, — негромко продолжил Айзек, дочитав. Собственный голос показался ему неправильно громким в гнетущей и во всех смыслах мертвой тишине школы. Словно опомнившись, он быстро вышел в следующий коридор, вдоль стены которого протянулись шкафчики для вещей. Окружение вдруг снова стало невыносимо-контрастным, и шкафчики с громким стуком открылись один за другим…       …Нет. Это было лишь видение, быстро отступившее. Шкафчики остались запертыми, но внутри одного из них послышались стук и возня. Айзек резко обернулся на звуки.       — Если здесь есть кто-то живой — отзовитесь, — громко и четко произнес он, но ответа не было — только что-то продолжило возиться в закрытом шкафчике. Айзек прошел мимо, не оглядываясь. Прошел через еще один класс — здесь, помимо кровавых разводов на полу, нашелся и еще один отчет, теперь уже одного из школьных учителей:       3 семестр, 381-3       Я знаю, что дети отличаются богатым воображением, однако это уже не вписывается ни в какие рамки. Почти у половины моего класса есть некие воображаемые друзья, сами дети говорят, что это их умершие бабушки или что-то в таком духе. В других обстоятельствах можно было бы закрыть на это глаза, однако в данном случае дети попросту не могут сосредоточиться. Только в этом семестре я отправил в «угол раздумья» больше детей, чем за двенадцать лет своей педагогической практики. Возможно, это результат неурядиц в семьях учеников — не случайно в нынешнем семестре снизилась и родительская заинтересованность.       Уолтер Блейк       Педагог-инструктор третьего класса       Прочитанное оставило чувство горечи и бессильной злобы. Неужели этих чертовых исследователей Обелиска так ничему и не научили прошлые трагедии? Кто вообще додумался притащить эту погань на многолюдную станцию и надеялся, что ничего не случится? Конечно, что вообще тут могло пойти не так — всего лишь притащили в Мегаполис артефакт, способный устроить зомби-апокалипсис! И за глупость и недальновидность Правительства Земли заплатили жизнями простые люди — мужчины, женщины, дети, старики. Все население станции Титан, окунувшееся сегодня в кошмар наяву. Айзек размеренно задышал, успокаиваясь. Его гнев ничего не исправит и никому не поможет. Все, что он может сделать — это уничтожить Обелиск. Если чертежи как-то извлекли из его головы, то в произошедшей здесь трагедии есть и его невольная вина…       Нет. Не думать об этом. Просто идти дальше.       Темный актовый зал, стоило Айзеку в него войти, наполнился визгом и тонкими криками: это место уже облюбовала свора и парочка затесавшихся среди них ползунов. Не позволяя себе задумываться, инженер выстрелил в одного из ползунов — и тот с хлопком разорвался, искалечив или сбив на пол окружавших его низкорослых некроморфов. Более того, он задел своего собрата — и тот лопнул тоже. Айзеку осталось только расправиться с оставшимися некроморфами, стараясь не обращать внимание на рваную и окровавленную школьную форму и рюкзачки за спинами мертвяков, после чего он поспешил выйти из зала, пока на шум схватки не примчались еще твари. Еще один коридор — и Кларк вышел на игровую площадку, потолок и стены которой были разрисованы под ясное голубое небо и деревья. У выхода стояла детская карусель, и стоило Айзеку моргнуть, как возле нее появилась женская фигура. Виски заломило, и мертвая Николь, жутковато улыбнувшись, толкнула карусель рукой. Игрушечная ракета проплыла мимо инженера, но тот ни двинулся с места. Тогда призрак прошипел:       — Все еще не желаешь признать очевидное? Боишься, что если прислушаешься ко мне, то вскроешь себе вены?       Айзек позволил себе вымученно улыбнуться. Он не собирался поддаваться Обелиску, чего бы тот ему ни показал.       — Со мной этот трюк не пройдет, — сказал он ровно. — Можешь дурачить Стросса, но я точно знаю, что ты не настоящая.       — Если я не настоящая, кто же стоит перед тобой? — Николь снова толкнула карусель, и та скрипнула. Айзек поморщился от резкого звука.       — Всего лишь галлюцинация, — припечатал инженер. — Стросс знает, как тебя уничтожить. Знает, как уничтожить Обелиск. И мы тебя уничтожим. — С каждым сказанным словом его уверенность крепла. Черт возьми, он однажды уже уничтожил Обелиск и сделает это снова — другого не дано! Призрак, неотрывно наблюдающий за Айзеком, ухмыльнулся — во всяком случае, больше всего это напоминало именно ухмылку.       — Как это удобно. Уничтожь Обелиск, и все боль и печали уйдут без следа. И знаешь что, Айзек? Тебе ведь больше не надо будет прислушиваться к своему сердцу.       Головная боль стала сильнее, по стенам, полу и потолку заскользила россыпь странных символов — а потом боль резко ушла. Вместе с призраком. Помотав головой, Айзек осмотрелся — и его взгляд упал на неподвижную карусель.       А теперь — к лифту. Он и так задержался здесь, споря с собственными видениями.       Элли едва успела остановиться и податься назад, прежде чем в нее врезался бы некто, выбежавший из коридора ей наперерез. Девушка вскинула резак, но, как оказалось, напрасно: это был человек, а не монстр. Бледный худой мужчина в больничной одежде — перепуганный и вообще какой-то дерганный: при виде направленного на него резака он закрылся руками и вскрикнул:       — Нет! Не надо! Не стреляй!       — Ты еще кто такой? — Элли не убрала оружие. Кто угодно мог прикинуться безобидным придурком, а потом выстрелить в спину. Хотя у этого выжившего не было при себе хоть чего-то, что сошло бы за оружие.       — Я… я с Айзеком, — выпалил незнакомец, и Элли удивленно и недоверчиво воззрилась на него. Айзек. Это имя было ей знакомо — так представился тот мужчина в броне охраны, которого она встретила в торговом центре. Сначала Элли подумала, что он из службы безопасности станции, но впоследствии решила, что своим поведением он мало походил на охранника. Хотя, кто знает. Сейчас Элли отлично понимала, что, несмотря на ее браваду, Айзек мог легко вернуть ее назад и если не убить, то помешать — если бы хотел. Экипирован и вооружен он был куда как лучше. Но он, похоже, в самом деле не желал ей ничего плохого. А этот дерганный тип? С виду он явно перепуган до смерти и не в себе. Откуда он знал недавнего знакомого Элли — может, тот пытался собрать выживших? Где же он был пару часов назад?!       Но кем бы ни был Айзек, дерганный незнакомец не внушал девушке доверия.       — Спокойно, — отрывисто произнесла она, не отводя резак в сторону. — Сейчас ты скинешь мне координаты этого Айзека. Так, чтобы я видела. Выкинешь что-нибудь — пристрелю. Это ясно? — Выживший нервно кивнул. — Тогда приступай.       Едва лифт сдвинулся с места, как пискнул сигнал передатчика. Айзек ожидал, что это снова был Стросс, и удивился, услышав на том конце женский голос:       — Айзек, это Элли. Я тут кое-кого нашла. — Откуда у нее взялись его контакты? Стросс хотя бы говорил что-то об украденной в госпитале информации. — Говорит, что знает тебя.       — А-айзек!.. — послышался на заднем фоне знакомый сбивчивый голос, и Элли тут же резко бросила ему:       — Я же сказала — не рыпайся!       — Элли, полегче. — Не хватало еще, чтобы она сгоряча пристрелила человека, знания которого так нужны Айзеку! — Это Стросс, я знаю его.       — Он какой-то дерганный. Я ему не доверяю, — ответила девушка и тут же добавила, обращаясь уже к Строссу: — Сказала же: не рыпайся!       — Элли! — поспешил вмешаться Айзек, надеясь, что его слово сейчас хоть что-то решает. Двери лифта открылись, и Кларк вышел в темный прямой коридор. — Он нужен мне… не мертвым. Он мне нужен, ясно?       Только бы его болтовня не привлекла какую-нибудь тварь!       — Черт… — Похоже, такой ответ не слишком понравился девушке. — Ладно, Айзек. Я выведу его к терминалу, но если он выкинет что-то, хоть что-то, я его пристрелю.       — Договорились. Вы далеко от терминала?       — Нет. Мы почти на месте, — с секундным промедлением ответила девушка. Видимо, она нашла более короткий маршрут. Впрочем, его мог найти и Айзек, если бы прокладывал путь из торгового центра, а не попытался пройти уже знакомой дорогой…       — Хорошо, — сказал он. — Давайте пошевеливаться.       Вскоре Айзек увидел, как впереди что-то искрит. Подойдя ближе, он смог рассмотреть большое круглое отверстие в стене коридора — как будто стену пробило что-то изнутри. Вероятно, так оно и было, инженеру уже приходилось видеть подобную дрянь. Гигантские щупальца, то ли принадлежавшие какой-то твари, то ли сами по себе — Айзек не знал, хотя однажды едва не стал жертвой этой пакости. Айзек пригнулся и пробежал опасный участок, надеясь, что щупальце не выстрелит из проделанной им дыры в самый неподходящий момент.       Зато он, наконец, достиг нужного места: коридор привел его в большой двухъярусный зал транспортного терминала. Оставалось только найти состав или хотя бы вагонетку и запустить — и он попадет в Правительственный сектор.       — Айзек! Мы здесь, — негромко окликнули его сверху, и инженер увидел, как на втором уровне зала Элли жестом подгоняет Стросса: — Давай же, двигай!       Тот, обнимая себя худыми руками за плечи, подошел ближе к ограждению и вяло махнул Кларку:       — Привет, Айзек…       — Знаешь, мне тут не по себе. — Девушка осмотрелась и указала жестом на ворота комплекса CEC, тоже выходящие в зал: — Мне с трудом удалось сбежать из комплекса этим утром.       — Так ты работаешь в CEC? — спросил Айзек. Девушка невесело усмехнулась и представилась:       — Пилот грузовой платформы Элли Лэнгфорд. А ты?..       — Айзек Кларк, инженер.       — Ботан. — Плечи девушки обреченно поникли. — Блеск… Я-то думала, ты из охраны.       Может, она сказала бы что-то еще, но в этот момент в зале резко погас свет. Айзек потянулся за оружием, одновременно с этим отпрянув к стене.       «Спокойно. Вероятно, это просто сбой…»       — Вот дерьмо!.. — выдохнула Элли. Ее голос эхом отразился от стен, и только в этот момент инженер понял, что сектор погрузился в гнетущую противоестественную тишину. На космических объектах никогда не бывало так тихо — всегда мерно гудела машинерия, работала система жизнеобеспечения. Сейчас же в транспортном терминале воцарилось полное безмолвие — не считая голосов выживших.       — Темно, — послышался дрожащий голос Стросса. Попадавшего сквозь стеклянный потолок света хватало, чтобы разглядеть обоих выживших на втором ярусе. — Они отыщут меня в темноте!       — Заглохни! — одернула его Элли. — Все нормально, только свет вырубился.       — У вас там все в порядке? — на всякий случай спросил Айзек, и тут же пожалел об этом: что за дурацкий вопрос, вот же они, перед ним!       — Нет. — Элли оперлась на перила и озвучила то, что уже понял Айзек: — Кажется, система жизнеобеспечения тоже накрылась.       — Это плохо… — Айзек не успел договорить: мертвую тишину разорвал голос, донесшийся из динамиков под потолком:       — Ну-ну, наши два попрыгунчика, Кларк и Стросс. — О, этот голос, принадлежавший директору Тайдманну, Айзек уже успел запомнить и крепко невзлюбить. — Так и знал, что рано или поздно вы доберетесь до терминала. Вагонетки больше не ходят.       — Ты в своем уме?! — рявкнул в полный голос Айзек, надеясь, что этот засранец его все-таки услышит. — Зачем ты отключил систему жизнеобеспечения?! Тут ведь могут быть и другие выжившие!       Как оказалось, услышал — наверняка Тайдманн наблюдал за Айзеком и его попутчиками откуда-нибудь из безопасного места.       — Условия в гражданском секторе уже давно несовместимы с жизнью, — отбрил директор. — А я не могу позволить вам сбежать. Так что прощай, Кларк.       — Сука! — выпалил инженер, но его восклицание осталось без ответа. Он не успел обдумать ситуацию — со второго уровня послышался отчаянный крик Элли:       — Эти твари лезут сюда! Твою мать, Айзек, осторожно! Оно идет к тебе!       Инженер стремительно обернулся — и увидел массивную тень, до того почти неслышно кравшуюся вдоль галереи второго уровня. Крупный зверь, поняв, что его заметили, издал низкий утробный рев и бросился к Айзеку со скоростью пушечного ядра. Тот едва успел отскочить в сторону и вскинуть винтовку — короткая очередь угодила в локоть чудовища. Сверху послышались выстрелы и крик Элли:       — Черт! Они повсюду!       Несмотря на опасность ситуации, первым, что пришло в голову Айзеку в этот момент — Стросс безоружен. Вероятно, громкоговоритель привлек внимание некроморфов, и теперь они рванули сюда. Элли вооружена, однако спецовка не защитит от лезвий, зубов и когтей. А значит, нужно поскорее прикончить зверя и помочь ей и Строссу.       Айзек вовремя увидел движение краем глаза — из темноты к нему рванула тварь, подобная той, которую он видел прибитой к стене. Айзеку повезло увернуться от ее ядовитого плевка, дальше же мысль сложилась сама собой: затормозив плевальщицу стазисом, Айзек зашел ей за спину — и в следующую секунду ее практически снес зверь, рванувшийся следом за инженером. Кларк метнулся вдоль стены, развернулся и снова выстрелил в уязвимое место на плече. Желтые наросты взорвались, почти лишив некроморфа конечности — теперь массивная бронированная лапища держалась на ошметках плоти. При резком рывке монстра к Айзеку послышался влажный хруст — и конечность, оторвавшись окончательно, шлепнулась на пол.       Тем не менее, зверь очень ловко передвигался, опираясь на одну лапу. Не говоря о том, что, кроме него, Айзека пытались прикончить и некроморфы помельче — как будто у них была цель убить в первую очередь именно его. К счастью, зверь не отличался разборчивостью: бросаясь на Кларка, он сметал на своем пути все, включая своих же собратьев помельче. Пусть некроморфам и не грозило умереть второй раз, но с переломанными костями и оторванными конечностями они представляли куда меньше угрозы.       — Айзек, берегись!       Инженер пригнулся и отпрыгнул вправо. Мимо пролетело что-то желтовато-оранжевое, ударилось о стену впереди, оставив вмятину с будто бы обожженными краями. Если бы не предупреждение Элли, все закончилось бы в этот момент. Айзек обернулся и увидел, что зверь стоит на месте и с помощью второй пары конечностей, длинных и тонких, взялся швыряться светящимися образованиями из раскрытой грудной клетки. Видимо, гадине надоело гоняться за непокорной добычей по залу, и он прибегнул к уловке, о которой Кларк, признаться, успел забыть. Зверь сейчас представлял собой хорошую мишень, но рванувший наперерез расчленитель не позволил избавиться от зверя парой метких выстрелов. Наученный опытом, Айзек замедлил расчленителя и бросился за него — через секунду некроморфа разорвало на части. Самого Кларка не задело только чудом, но еще два расчленителя дали ему понять, что эту схватку не удастся закончить быстро.       Со второго яруса зала Элли отлично видела все происходящее внизу. Ей приходилось больше оглядываться по сторонам и валить лезущих к ней и Строссу тварей до того, как те подберутся вплотную — увы, ни сама девушка, ни чокнутый не были облачены в броню, как Айзек, и их жизни мог оборвать один-единственный удар. Но почему-то к ним, явно более легким жертвам, монстры не лезли так яростно, как к Кларку — если бы Элли верила в подобные вещи, она бы решила, что кто-то дал им команду прежде всего уничтожить именно инженера. Но с чего именно он? Чертов директор тоже хотел прикончить и Айзека, и Стросса, но что те такого сделали, что он ради их устранения обесточил целый сектор? Почему Тайдманн так стремился их угробить, что не считался с возможными жертвами среди не успевших эвакуироваться людей?       «Потом тебе придется объяснить мне, Айзек, что это была за хрень!» — мысленно подвела черту Элли, метнув взгляд вниз. И увидела, что ситуация складывается явно не в пользу Кларка: здоровенная тварь швырялась в него непонятными, но взрывоопасными штуковинами, которые вырывала из раскрывшейся грудной клетки, в то время как две твари помельче с руками-косами наседали на инженера, сковывая его подвижность. Если так будет продолжаться дальше, его попросту растерзают.       Нет уж. Элли успела за сегодня стать свидетельницей множества смертей — в том числе, и людей, которых она хорошо знала. Еще одна смерть за этот кошмарный день… Нет. У нее был шанс выручить Айзека. Она успела заметить, что желто-оранжевые образования на телах монстров взрываются. У здоровяка, похоже, полна грудная клетка этих странных органов. И он открылся.       Прицелившись, девушка дважды выстрелила в грудь монстра.       Черт, как же это было некстати. Один расчленитель — это еще куда ни шло, но два разом, когда и одного зверя хватало за глаза? Пусть тот и перестал гоняться за Айзеком, вместо этого швыряясь в него «бомбами», расчленители здорово мешали уйти в сторону или найти укрытие. Тем более неожиданным стал громкий хлопок и хруст рвущейся плоти. В стороны разлетелись ошметки. Инженер рефлекторно обернулся. По шлему ударило костяное лезвие, только чудом не угодив в визор, и Кларк пригнулся, резко развернувшись. В тот же момент снова послышались выстрелы. Брюшные конечности твари скребнули по броне, и Айзек, развернувшись, выхватил резак, на ходу переключая его в режим луча.       Перерубленный пополам некроморф упал на пол, и одновременно Айзек почувствовал сильный удар в правый бок. Он развернулся, отталкивая от себя однорукого монстра… Однорукого? Сейчас инженеру некогда было задумываться над этим. Превратив второго монстра в безобидный обрубок, он обернулся к ползущему в его сторону безногому монстру и отсек оба лезвия.       — Кажется, эти были последние, — услышал инженер голос Элли: девушка перегнулась через ограждение второго яруса и махнула ему рукой. — Будешь мне должен.       — Спасибо, — искренне поблагодарил Айзек, сообразив, что это она прикончила зверя, выстрелив ему в открытую грудную клетку — останки монстра лежали в стороне уродливой грудой. И Элли же помогла Кларку в схватке с расчленителями, и хотя в этом плане он не мог назвать ее помощь необходимой, он все равно был благодарен. — Вы сможете спуститься?       — Да, — ответила она. В воцарившейся с отключением питания тишине ни ей, ни Айзеку даже не приходилось повышать голос. — Кажется, подъемник еще работает…       — У лифтов есть резервные источники энергии, как и у системы экстренного оповещения. — Айзек огляделся. — Но их нельзя направить ни на что другое.       Подъемник, спустивший к инженеру его спутников, гудел слишком громко. Может, некроморфы нагрянули сюда именно из-за того, что услышали голоса или громкоговорители, а других живых рядом не осталось? Вряд ли кто-то мог бы дать Айзеку ответ на этот вопрос.       — Ты цел? — подошедшая ближе Элли окинула Айзека быстрым взглядом. Стросс, обнимая себя за плечи, следовал за ней. — Думаю, мы отбились… пока что…       — Боюсь, это ненадолго, — покачал головой Айзек. Элли поджала губы.       — Какого черта Тайдманн отрубил питание? Чем ты ему так насолил? — спросила она, невольно повысив голос. Инженер на мгновение растерялся. Как объяснить все то, что произошло с ним и чего он сам еще не понял толком?       — Элли… Ты знаешь, что такое Обелиск?       — Да. — Глаза девушки удивленно округлились. Она явно ожидала услышать вовсе не это. — Юнитологи из моей команды только о нем и говорили. Так он что, существует?       — Да, существует. — Айзек кивнул. — Тайдманн создал его, используя чертежи, которые хранятся у нас в головах. У меня и у Стросса. Все, что происходит на станции сейчас, происходит из-за Обелиска. Поэтому я должен добраться до него и уничтожить. И поэтому мне так необходим Стросс — он знает, как это сделать.       — Мы должны следовать шагам… — тут же выпалил Стросс. Элли перевела взгляд на него, затем снова взглянула на Айзека. Судя по выражению ее лица, она не слишком-то поверила в услышанное. Инженер ее не винил — он и сам бы не поверил в подобное, если бы не прошел уже через порожденный Обелиском ад.       — А ты занятный тип, Айзек.       В ответ Кларк пристально взглянул девушке в лицо и спросил:       — Ты поможешь мне?       — Или помогу тебе, или задохнусь, — пожала она плечами. — Не вижу особого выбора.       — Хорошо. Тогда нам нужно как-то восстановить подачу энергии, или останемся и без транспорта, и без воздуха. У станции точно где-то должен быть альтернативный источник питания.       — Только давайте сначала уйдем отсюда. — Элли оглянулась. — Пока сюда не примчались твари из всего сектора.       — Разумно, — согласился с ее доводом Айзек.       Примерно через десять минут было найдено помещение, относительно годящееся в качестве убежища. В нем было два выхода, а размер воздуховода давал понять, что по вентиляции не пролезет ничего крупнее личинок — даже для монстров-детей он был слишком маленьким.       Айзек порылся в подсумках и протянул товарищам по выживанию по питательному батончику.       — Стоит восстановить силы — нам они еще понадобятся. — Тем не менее, сам он своему совету не последовал, а вот спутники не отказались от еды. Пользуясь передышкой, он принялся изучать схему сектора. Система жизнеобеспечения продержится еще несколько часов, но все поезда в направлении Правительственного сектора сейчас — просто бесполезные железки. Надо восстановить питание, причем быстро.       «Не может быть, что у Мегаполиса не было резервного источника энергии!»       — Кстати, — Айзек обернулся к Строссу, — а как ты попал в эту историю? Ты тоже работал в системе Эгида?       — Да. — Стросс нервно закивал. — Я служил на «О’Бенноне», мы искали осколки Обелиска… Нашли один, я исследовал его. Я не буду, не м-могу говорить о том, то было дальше… Ты и с-сам представляешь, наверное… И моя жена с ребенком… Я не хочу вспоминать! — Он не договорил, отвернулся и обнял себя за худые плечи. Воцарилось тревожное молчание. Кларк замер в растерянности — он не знал, что тут вообще можно было сказать. Тишина давила — она стала почти осязаемой.       — Есть мысль, как включить жизнеобеспечение. — Голос Элли разрезал молчание. Похоже, все вопросы она решила отложить до лучших времен, хоть и явно внимательно прислушивалась к разговору спутников. Девушка взглянула на Айзека: — Наверху есть солнечный кластер. Но его не использовали уже много лет.       Солнечный кластер! Ну, конечно же! Как инженер сам не вспомнил о нем? Да, он не так хорошо знал станцию, в отличие от Элли, но знал, что до постройки реакторов станция получала энергию от солнечных батарей. И, насколько было известно Айзеку, пусть солнечный кластер и не использовался по прямому назначению, его содержали в исправном состоянии.       — Ага… ясно. — Хорошо, что они находились в посещениях транспортного терминала — значит, лифт к солнечному кластеру должен быть здесь же. — Я посмотрю, что с ним можно сделать. Только бы получилось привести его в порядок, чтобы энергии хватило для вагонеток.       — Тебе понадобится помощь, чтобы перенаправить энергию, — заметила Элли. — Беру это на себя.       Айзеку не хотелось заставлять бродить ее одну по темным помещениям станции, тем более что у Элли даже не было защитной экипировки. Хоть она и успела доказать, что отнюдь не беззащитна, инженер не мог забыть, как еще недавно он один отбивался от некроморфов самодельным резаком, когда единственный удар костяного лезвия мог запросто отправить его на тот свет. Стросс же и вовсе безоружен — и явно не в себе. Он производил впечатление балласта, несмотря на то, что сумел дожить до этого момента. Но Айзеку нужны были его знания об Обелиске…       Но сам он тоже не мог находиться в двух местах сразу. Тем более, долго оставаться на одном месте тоже было небезопасно.       — Хорошо, — подытожил Айзек. — Только присматривай за Строссом.       Двери, ведущие к комплексу сооружений солнечного кластера, работали, и даже не были заперты. Почти сразу же команда разделилась, и Айзек в одиночестве направился вниз — к шахте лифта, ведущего к солнечным батареям. Если все получится, инженер и его товарищи по выживанию смогут запустить транспорт и добраться до Правительственного сектора. Если же нет… О подобной перспективе Айзек старался не думать вовсе. Они выберутся отсюда — других вариантов просто нет.