Муза из хрущевки

      Детство Лёши проходило относительно спокойно. В меру шкодливый ребёнок рос под присмотром мамы, бабушки и дедушки. Отец, как повелось во многих российских семьях, ушёл ещё до его рождения со словами, что это не его сын и дал Елене Николаевне, маме Алексея, сумму на аборт.       Выражение "Мой батя ушёл за хлебом и не вернулся", как повелось у многих детей из неполной семьи, устоялось на языке мальчика с самого детства. Не сказать, что уход отца как-то особо сказался на нём или доставлял неудобства, потому что горячо любимый дедушка исполнял роль сразу двух членов семьи — непосредственно дедушки и папы.       Лёша рос и понимание, что отец не особо ему нужен, росло вместе с ним. Иногда он сам шутил об этом, а юмор других его никак не трогал.       Вот мальчику десять. Первая школьная любовь. Девочку звали Машей, он дарил ей на восьмое марта белого плюшевого мишку с красным сердцем в лапках и позвал в кино. Объект симпатии крутил маленьким носиком и всячески отвергал попытки Макарова добиться её. Постепенно наскучило.       Лёше четырнадцать. Впервые он стал подмечать в себе какие-то странные для детского сознания вещи. В то время, когда все ребята замечали изменения в фигурах девушек, он стал посматривать не только на них, но и на развивающиеся юношеские тела парней. Поначалу это казалось чем-то запрещённым, никому старался не рассказывать, лишний раз не смотреть и переодеваться на физкультуру быстрее, чтобы не появилось вопросов.       Вопрос "Что со мной не так?" стал жужжать в голове всё настойчивее, а назойливая вереница мыслей не давала юноше покоя. Макарову понадобился целый год, чтобы тот определился в конце концов с ориентацией. Постоянные поиски в интернете, изучение самого себя, пару раз доходило до тестов "Насколько процентов ты гей". Всё больше загоняло в тупик понимание, что о геях он слышал, но это, кажется, не про него, ведь девушки нравились точно так же.       Всё закончилось осознанием своей бисексуальности.       Вот Лёше шестнадцать. На протяжении целого года он встречается с девушкой по имени Арина. Первое время всё чудесно: совместные прогулки, знакомство с родителями друг друга, цветы по поводу и без. Она подарила ему парные кулончики на магнитиках, в общем — конфетно-букетный период. И вроде бы всё хорошо, но ничто не вечно. Так кажется только первые полгода. Потом начались скандалы и ссоры, к слову, так же, как цветы когда-то — по поводу и без.       Алексей старался вести себя как джентльмен — никогда не закатывал истерик, если нужно было, оставлял девушку наедине с собой, если нужно было, наоборот, выводил на разговор. Каждый раз, когда на него кричали в голосовых сообщениях, он не выходил из сети, а предпринимал попытки успокоить её. В общем, золото, а не молодой человек. Арине же так не казалось.       После каминг-аута Лёши, она сказала, что приняла и постарается понять, но на деле известие о нетрадиционной сексуальной ориентации лишь подогрело и удвоило её ревность. Если раньше были только девушки, то сейчас ко всему прочему добавились ещё и парни. В общем, шаг вправо, шаг влево — расстрел.       Каким бы сдержанным ни был человек, его терпению в любой момент может прийти конец, вот и терпению Лёши пришёл.

***

      Октябрь. Четыре часа вечера. На телефон Макарова приходит входящий звонок от Арины и у молодых людей завязывается не то чтобы диалог, потому что говорила кричала в основном девушка. — Моя одноклассница сказала мне, что видела тебя с Алисой! Ты сказал мне, что не можешь гулять, потому что помогаешь маме дома! — Это и правда было так, я шёл в магазин и случа... — попытки объясниться прерваны очередным шквалом ругательств. — Да не оправдывайся! С меня хватит! Ты любишь меня вообще, скажи!? — Дай объяснить. Я шёл в магазин и случайно встретил её на обратно... — снова перекричать не удалось. — Я не нужна тебе, так бы и сказал! Зачем врать вообще, ну зачем?! Хочешь расстаться? Удачи! — девушка продолжала стоять на своём, выкрикивая слова обвинений. — Дай мне объяснить! — не сдержался в конце концов юноша, как на обратной стороне послышались гудки, оповещающие о сброшенном разговоре, — чёрт! — Лёша пытается набрать ещё раз, на что лишь слышит слова оператора. — Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Попробуйте повт... — дослушивать Макаров не стал и сбросил трубку.       Взвесив все "за" и "против", он выкатил велосипед из квартиры, сел и поехал в сторону дома Арины, чтобы продолжить разговор вживую. Что-что, а с глазу на глаз у него больше шансов объясниться.       Пасмурный октябрьский вечер, плавно перетекающий в ночь. На небе не видно ни одной звезды, всё затянуло тучами. Понемногу начинают барабанить капли дождя, зажигаются фонари и свет в окнах многоэтажек.       Лёша изо всех сил крутит педали, вкладывает в эти незамысловатые телодвижения всю ярость, скопившуюся в нём за последние полгода. Вот-вот и будет последняя капля. Отношения и так держатся на добром слове.       Парень доезжает до дома девушки, почти на ходу спрыгивая с велосипеда, застёгивает на спицах замок и заходит в подъезд с помощью магнитного ключа-дубликата, который когда-то дала ему сама Арина, чтобы лишний раз не спускаться и не открывать. Макаров почти прыжками поднимается по лестнице вверх, добирается до двери нужной квартиры и, собрав волю в кулак, тихонько стучит.       Дверь открывает мама девушки, одаряя юношу лучезарной улыбкой. На поясе у неё завязан фартук, сама она немного перепачкана в муке. — Привет, Алексей! — не перестаёт улыбаться она, — Арина не говорила, что ты зайдёшь, проходи. — Нет, спасибо, Анна Степановна, можете позвать её саму, пожалуйста? — кажется, позитивный настрой женщины передался по воздуху, потому что и сам парень из уважения начал легонько улыбаться, — нам нужно поговорить. — Ох, что-то стряслось? — озабоченно спросила она. — Нет, не переживайте, — соврал Лёша. — Ну и отлично. Арина, выйди, к тебе пришли здесь! — крикнула женщина, упорхнув вглубь квартиры.       Через пару мгновений дверь снова открылась, а из-за неё вышла сама виновница событий, тут же закрыв за собой. — Чего тебе? — высокомерно спросила девушка. — По телефону говорить ты не захотела, поэтому пришлось прибегнуть к каким-то мерам, — нарочито официозно объяснил парень, — видишь ли, твоя ревность снова необоснованна, я действительно помогал дома, ходил в магазин. Лишь на обратном пути мы с Алисой встретились и пошли вдвоём, потому что живём в одной стороне. — Видишь ли, твои слова для меня ничего не значат, — спародировала Арина, — я устала от твоих выходок. — Какие такие выходки ты устала терпеть? — недоумевающе переспросил он. — Ты такой же, как твой отец — поматросишь и бросишь.       Фраза ввела парня в ступор. Никогда ещё слова, касающиеся его отца, не скребли душу так, как сейчас. Усугубляло ситуацию то, что сказаны они были не чужим человеком, имеющим значимость в жизни. — А вот и последняя капля, — монотонно, вполголоса проговорил юноша, как бы поставив точку.       Не желая ничего больше говорить, он развернулся на сто восемьдесят градусов и молча начал спускаться вниз по лестнице. — Что это значит? Ты что, бросаешь меня? Да меня же ещё ни разу не бросали! Подожди, Лёш, вернись! — Макаров даже не обернулся. Увидев это, девушка продолжила, — ах, вот так, значит! Ну и катись!       Раздался громкий хлопок дверью, но оскорблённый снова остался непоколебим.       Простояв под подъездом ещё немного и начав мокнуть, Алексей разблокировал телефон и открыл диалог с любимой девушкой.

От: Алексей Макаров 18:44 Расстаёмся.

***

      Одинокий парень, промокший уже почти до нитки, едет на велосипеде домой, заткнув уши наушниками, в которых играет оглушающая музыка, включенная так громко с намерением заглушить эмоции. Шестнадцать лет, чувства кипят, любимая девушка в очередной раз закатила истерику, а у сентиментального парня осталось ещё меньше желания продолжать отношения.       Мимо проносятся огни почти ночного города, цветные вывески закрывающихся магазинов и светофоры. В лицо дует ветер, а его поток усиливает воздух, обдувающий парня из-за агрессивной езды. Капли дождя вместе с сыростью всё сильнее пропитывают красное худи и коричневую куртку, забираясь под одежду, но, кажется, парень не особо это замечает. "Когда правосудие тонет в собственной лжи, Законы меняя под шорох долгих купюр" — Нет, ну неужели я правда заслуживаю такого отношения к себе, а!? "Из воздуха появляются камни, палки, ножи В руках обманутых дураков и дур." — Да почему всё не может быть как у людей? "Справедливость грохочет стеклом витрин Льют свет полночные фонари" — Нет и знает же, на что надавить! "И множество становится как один, крик бесконечный "Гори всё к чертям, гори!"       "Да пошло оно всё", — проносится у Лёши в голове и он ещё агрессивнее начинает крутить педали.       Светофор. Зелёный для пешеходов. "Вот же блять!". Парень предпринимает попытку затормозить, но велосипед не слушается, а мокрый асфальт лишь усугубляет ситуацию. Удар.       Какие-то извинения на автомате вылетают у него изо рта. Паника. На дороге сидит испачканный парень лет семнадцати. — Тебя вперёд смотреть не учили!?