Легенды миров: Вышедшие из-под земли

      – Ну серьезно? – простонала я, когда Киллиан практически стащил меня, схватившуюся за одеяло, на пол.       – Надо было вставать раньше. – Не имея никакой жалости, ответил Киллиан, и я чувствовала, как он улыбается. – Твой отец приходил и сказал тебя разбудить, поэтому это не обсуждается.       Он все же вырвал одеяло из моих рук, и мне сразу стало холодно, я прижала колени к груди, чтобы хоть как-то согреться.       – Не заставляй меня идти на крайние меры.       – Ну и иди из моей комнаты, чтобы не идти на эти меры. И одеяло мне верни.       И тут понеслось… Киллиан прикоснулся к моей талии и животу, и я снова не могла сдержать истерический смех. Я пинала его, отбивалась кулаками, но это не давало никаких результатов. Он будто ничего не чувствовал.       – Прекрати! – взвизгнула я. – Хватит!       – Прекращу, если поднимешься. – Безапелляционно заявил он и продолжил меня щекотать.       – Киллиан!       – Не кричи так, а то весь дворец на уши поднимешь.       – Буду орать, если не прекратишь!       – Тогда мне придется оглохнуть, потому что я не намерен отступать от цели. Вставай! Два часа дня!       – Не ври!       И он прекратил, а я наконец-то отдышалась. Но цели Киллиан добился – сон полностью пропал. Я села на кровати и посмотрела на Киллиана, скрестившего руки на груди.       – А теперь иди умывайся, король хочет тебе кое-что рассказать.       – Ты про время мне сказал, чтобы я точно проснулась? – поинтересовалась я. Киллиан молча указал на часы на столе. И на них действительно стрелка указывала почти на два часа. Не думаю, что он специально перевел стрелки. – Неужели я так долго спала?       – Неудивительно, если учитывать, во сколько ты легла.       – Мы в одно время заснули.       – Именно, но в отличии от тебя, я проснулся в десять. Хотя встаю в восемь.       – Да ты ранняя пташка… – съязвила я.       – Чего не сказать про тебя. Иди умывайся, или я тебя туда унесу.       Я легла и потянулась вниз, к одеялу, дернула его на себя и накрылась им. Киллиан раздраженно выдохнул и снова схватился за одеяло, вырывая его из моих пальцев, и сразу же схватил меня за талию и закинул к себе на плечо.       Киллиан понес меня куда-то, не обращая внимания на то, что я била его по спине кулаками и кричала. Он открыл дверь и уже в другой комнате опустил меня на пол, резко развернув к раковине, заполненной теплой водой. Киллиан закрыл дверь и оперся о нее спиной, засунув руки в карманы штанов.       – Ты будешь стоять здесь?       – Вдруг тебе захочется поспать в ванне, кто тебя знает?       – Издеваешься?       – Ну, может, совсем немножко… – он поправил волосы.       Я надула губы и запустила руки в воду, набрала ее в ладони и плеснула в лицо, чувствуя на себе пристальный взгляд мужа. Снова запустила в воду руки, делая вид, что мою их, а потом резко развернулась и брызнула в его сторону. Он чуть отвернулся и закрыл глаза, поэтому вода попала только на половину лица.       Удивленным он не выглядел. Киллиан медленно открыл глаза и повернулся ко мне.       – Это было ожидаемо. – Сказал он и сделал шаг по направлению ко мне. – Водные процедуры, как я понимаю, закончены. Пойдем одеваться.       – А это ожидаемо?       Я набрала полные ладони воды и плеснула ему в лицо. Его белая рубашка в момент стала мокрой и облепила часть его груди. Он глубоко вдохнул и посмотрел на меня с выгнувшейся бровью, как бы говоря «Ну и зачем?».       Я отвернулась, понимая, что щеки начинают гореть. За спиной раздалось хмыканье. Терпеть его не могу. Хотя, я сама виновата, стоило думать головой. Киллиан обхватил меня за талию и поднял над полом и понес меня в комнату, затылком я чувствовала влагу от его рубашки и капли с подбородка.       Киллиан опустил меня и пошел к двери.       – У тебя время до тех пор, пока я сам не переоденусь. Не дай Единый, ты будешь в кровати, когда я приду.       – И что ты мне сделаешь? – спросила я, он развернулся и снова засунул руки в карманы.       – Рискни лечь спать и узнаешь. – И он просто вышел из комнаты.       Киллиан вернулся спустя минут десять. За это время я не сделала ничего, даже не выбрала одежду, в которую нужно переодеться. Когда услышала шаги Киллиана за дверью, сразу легла на кровать и укрылась одеялом. Дверь открылась. Я с трудом сдерживала улыбку.       – Ты издеваешься надо мной? – спокойно поинтересовался он и сделал шаг по направлению ко мне.       – Отстань… – попыталась произнести я сонным голосом, но, похоже, это не вышло, потому что он усмехнулся и молча схватил одеяло, сбросив его на пол.       Киллиан поднял меня на руки и вынес из комнаты, выбив входную дверь ногой. Он нес меня по коридорам, не обращая внимания на мои попытки выбраться и просьбы отпустить, не обращая внимания на проходящих мимо людей, которые смотрели на нас.       – Я сейчас тебя на плечо закину и так понесу. – Прошептал он мне на ухо, отдавая его жаром.       – Ты с ума сошел!       – Я потерял терпение, когда пытался тебя поднять. Я же говорил тебе: одевайся, но ты же решила поспать. Два часа дня, а она продолжает спать!       – Да не спала я! Просто хотела узнать, что ты мне сделаешь, если я лягу.       – Теперь знаешь.       – Ладно. Была не права. Ты доволен?       – Да, но уже поздно возвращаться. Все уже заждались.       – Кто «все»?       Киллиан не ответил, быстро идя по коридорам. По направлению я поняла, что он идет в свой кабинет. Уже около двери Киллиан замедлился и также, как и с моей комнатой, просто ударил по ней ногой, открыв ее.       В кабинете сидели папа, Влад, Алекс, два императора – Николас и Алан – и Сирена с Хасаном. Такое наше появление явно их удивило. Киллиан посадил меня на кресло и отошел.       – Что ты устроил? – поинтересовался папа у него.       – Просите, Ваше величество, но мне просто надоело поднимать вашу дочь. Я говорил ей одеваться и ушел переодеться, потому что она облила меня водой, а когда вернулся – она снова лежала на кровати.       – Ты должен был дать ей одеться после своего прихода. – Папа устало выдохнул. – Она босиком, если ты не увидел.        – Я знаю, Ваше величество, поэтому и нес ее на руках, хотя мог вести за руку. Да и тем более после этой выходки я больше ей не доверяю. Вдруг она бы снова легла, стоило мне только выйти за дверь. А переодевания передо мной вы бы явно не одобрили.       – Киллиан! – воскликнула я.       – Что? – он обернулся ко мне. – Неужели я не прав?       Да, он прав. Папа бы его убил.       Хорошо, что моя пижама – это широкие штаны до щиколоток и длинная свободная рубашка из плотной бежевой ткани, а не то, во что я была одета в воспоминаниях Киллиана. Папа устало потер переносицу и выдохнул.       – Ладно. – Сказал он. – Приступим.       – Да, зачем здесь мое присутствие? – поинтересовалась я. – Обычно меня на такое не звали.       – Обычно не было такой ситуации. Но ты должна знать, что магия, украденная слизняками, которых ты уничтожила, вернулась к владельцам. Сегодня пришли письма от этих людей.       – Отлично. – Сказала я. – Скоро все люди, которые лишились сил, скоро обретут ее вновь. Я могу идти? Непривычно ходить в пижаме по дворцу.       – Вам стоило одеться, время было. – Ответил Киллиан.       – Влад, где арбалет? – Обратилась я к Калису. – Хочу в него выстрелить.       – Вы хоть держать его умеете? – поинтересовался, сдерживая улыбку.       – Сомневаешься в Деминиане? Это ведь он меня учил в детстве.       – Что? – папа резко обернулся на меня. – Когда?       – Лет так с восьми. Он просил тебе не говорить, знал, как ты отреагируешь. – Я нервно улыбнулась. И по взгляду папы поняла – был бы Деминиан жив, его бы ничто не спасло от смерти. Медленной и мучительной.       – Так я могу идти? Или есть еще, что вы хотели сказать?       – Есть кое-что. – Ответил папа, все также недовольный подобным знанием. – Но даже я об этом не знаю.       Он посмотрел на Сирену, она кивнула и встала с кресла.       – Начнем с того, что я буду обо всем говорить прямо, не буду медленно подбираться к теме. После уничтожения слизняков они покажутся всем просто вошью. Как вы уже знаете, их создали Пожиратели, живущие в Темном лесу, но я вам расскажу одну вещь, о которой вы точно не подозреваете. Если уничтожить слизняков, Пожиратели смогут пробить защиту и уничтожить барьер, они выберутся и начнут снова убивать людей, как делали тысячи лет назад.       – Что? – Все в кабинете напряглись, даже император Николас, который, я думала, знает об этом. Единственный, кто остался спокоен – император Алан.       – Пожиратели? Это легенды. – Снова сказал Хасан.       – Увы, они существуют. – Ответила Сирена. – И это они создали слизняков.       – Может, тогда не стоит их уничтожать, чтобы не выбрались более опасные существа? – предложил Хасан. Хоть я в этом и сомневалась, но может, нам все же удастся их где-нибудь запереть? Потому что перед Пожирателями мы точно будем бессильны, они нас уничтожат… Сирена покачала головой.       – Слизняки, что вам неизвестно, шейх, имеют способность приспосабливаться к любым условиям, возможно, они даже могут менять свою физическую оболочку, просто нам об этом неизвестно. Они смогут выбраться из любых условий, в которые мы их посадим.       – Но ведь над Лодне есть барьер, который удерживает их в городе. Может, поместить их куда-нибудь и установить такой же барьер? – предложила я. Сирена снова покачала головой и села обратно в кресло.       – Они не выбирались из-под земли многие века, хотя могли это сделать почти с самого начала. Уверена, они могут уничтожить барьер, но пока им нет выгоды с этого, пока они не заберут твою силу. Этот барьер, по своей сути, бесполезен.       – Зачем я тогда четыре года поддерживал его? – возмутился Алекс, я не удержалась от улыбки. Я-то знаю, как он ненавидит делать бесполезную работу, ведь вместо ее выполнения он мог поспать.       – Это не у меня надо спрашивать. Не я тебе этот приказ давала. – Алекс глубоко вдохнул и обиженно скрестил руки на груди. – Если бы это было необходимо, я бы сама поддерживала его с самого их освобождения.       – Так, ладно. – Киллиан сжал край стола до побеления костяшек. – Есть какой-то способ уничтожить Пожирателей, если мы не можем задержать где-нибудь слизняков? И как вообще связано их уничтожение с освобождением Пожирателей?       – Если бы можно было их уничтожить – я бы давно это сделала, а не заточала в лесу.       – Что? – воскликнул Хасан. Он же не знает, что Сирена пленила их, его не было этой ночью с нами.       – Вы верно все услышали, шейх. Я тот самый древний миред, который спас людей от Пожирателей.       Император Николас засмеялся, за что получил подзатыльник от жены.       – Ты сама только что сказала, что ты древняя. – Сказал он, не переставая улыбаться. Сирена хотела испепелить его взглядом.       – Только я могу шутить над своим возрастом. Ты понял меня? – Ответила Сирена.       – Вполне. Я уже давно это понял уже лет… в пятнадцать. Да точно, Шан еще тогда чувствовал себя бессмертным. Да и сейчас чувствует.       Сирена усмехнулась и села в кресло, схватила мужа за ухо и приблизила его голову к себе, он никак не изменился в лице, улыбка никуда не исчезала.       – И ты, по-моему, тоже себя таким ощущаешь. – Сказала Сирена, и Николас повернулся к ней.       – Давай признаем, я таким и являюсь, по крайней мере, до того момента, как наш уговор не будет исполнен. До этого момента ты ничего мне не сделаешь.       Сирена сжала губы в попытке скрыть ухмылку и сощурила глаза, отпустила мужа и посмотрела на нас, моментально забывая о разговоре.       – Какой еще уговор? – не забыл об этом Киллиан.       – Это касается только нас. – Ответила Сирена. – Насчет связи слизняков и Пожирателей… – Она прикусила губу и выгнула брови. – Пожиратели создали слизняков, чтобы освободиться из леса, они были уверены, что дали жизнь ужасно тупым существам, которые будут забирать магию у людей, а потом вернутся и, отдав эту силу, умрут, а они смогут уничтожить барьер. Но, как я уже и говорила, слизняки имеют способность приспосабливаться, со временем они умнели, и больше не хотели идти на смерть к своим создателям, поэтому им, по сути, было выгодно находиться в заточении, Пожиратели были уверены, что выбраться они не могут.       Но Пожиратели не учли одного – после создания слизняков они отдали свои силы, которые не восстанавливаются, потому что они поддерживают жизнь слизнякам и не могут их уничтожить, когда они находятся по разную сторону друг от друга. У меня много лет назад произошла одна ситуация, после которой… после которой я лишилась половины своих сил, вместе с этим ослаб и барьер. Но Пожиратели, как я и сказала, тратят свои остатки сил на поддержание жизни слизняков и не могут их уничтожить, поэтому они и не могут его сломать.       – То есть если мы уничтожим слизняков – к Пожирателям вернется их сила, и они смогут разбить барьер, потому что он ослаб вместе с твоими силами? – уточнил Киллиан.       – Именно. Поэтому стоит быть готовыми к этому через несколько лет. Возвращение сил после такого – не быстрое дело. Хотя это относительно, для Пожирателей пара лет – ничто.       – И у нас нет возможности это остановить? – спросил Влад, барабаня пальцами по столу.       – Увы. Предсказатель не видит варианта помешать Пожирателям выбраться. У нас нет человека, который может нам в этом помочь, он появится только через несколько лет. И только тогда мы сможем заточить их обратно.       – У тебя в деревне и предсказатели есть? – спросил Киллиан.       – У меня в деревне есть владеющие исчезнувшей магией, обычной магией, целители, предсказатели. Но этот предсказатель, про которого я говорю, там не живет. У него свой дом есть.       Император Алан засмеялся и ответил Сирене:       – У меня не дом, а целый дворец.       – Точно, я забыла, что ты аж император, господин предсказатель. – Сирена поклонилась, сидя в кресле, а император никак на это не отреагировал, в отличии от нас. Никто не ожидал подобной информации.       – Вы предсказатель? – переспросил папа.       – Да. – Ответила Сирена, когда император открыл рот, чтобы ответить. – Он сильнейший. Будто сам Бог. – Император медленно повернул к ней голову и выгнул бровь. – Что?       Император недовольно покачал головой и сказал:       – Не «будто», Сирена. Не забывай, я и есть Бог. – Он усмехнулся, Сирена повторила его выражение лица.       – Я помню все, Ваше превосходительство, Бог времени, который первый смог справиться с проклятием вашего названного брата, Бога теней.       И тут все замерли. Император Алан – Бог?! Я даже подумать не могла о подобном! Вот откуда Сирене известно о прошлом, о котором никто не подозревает! Да и о прошлой жизни Богов вряд ли бы было что-то известно обычным смертным.       Рядом с нами находился Бог… Долгое время папа имел с ним дело. Вот это на самом деле неожиданно.       – Я надеюсь, что это шутка, просто сарказм… – прошептал Хасан, но в абсолютной тишине, в которой мы оказались, все было хорошо слышно.       – Увы, Ваше величество. – Сказала Сирена. – Это не шутки. Вы имеете дело с великим Богом времени, чье имя при перерождении – Дэниел Холосар.       – Ну это многое объясняет. – Проговорил Киллиан и положил подбородок на сцепленные в замок пальцы. – Например, объясняет то, что тебе известно о далеком прошлом, о котором даже никаких легенд и мифов нет.       – Дэниел вернулся больше тридцати лет назад, а я эту историю рассказывала еще задолго до его появления. – Ответила ему Сирена. – Поэтому не объясняет, Киллиан.       – Твой возраст помог? – спросил Киллиан, и его отец закрыл глаза ладонью, его плечи подрагивали в беззвучном смехе.       – Тебе повезло, что ты нужен мне живым, Киллиан. – Сказала Сирена, и император перестал сдерживаться, он даже чуть со стула не упал.       – Что отец, что сын, оба бесстрашные. В любом случае, я не настолько старая. Мне только пятерка, а вот ему… – она указала на императора-Бога. – Больше пятнадцати точно.       – Где-то около семнадцати. – Ответил он. – Точно не помню.       – И еще говорите, что это я старая.       – Тебя никто так не называл, ты сама себя такой считаешь. – Сказал Бог времени, усмехаясь.       – Тебе тоже повезло, что ты нужен живым. – Ответила ему Сирена.       Дэниел усмехнулся и завел руки за голову, положив ногу на ногу. Почему она так свободно с ним говорит? Будто он обычный человек…       – Так, мы поняли. – Сказал папа и обратился к императору. – Как бы нам ни хотелось узнать о прошлом и том, о чем абсолютно никто не знает, но прежде нам хотелось бы узнать, кто тот человек, который может запереть Пожирателей, и почему мы не можем сделать это без него?       – Я бы мог рассказать вам еще одну тайну, о которой вы даже не подозреваете, но, думаю, вам нужно свыкнуться с этим одним знанием обо мне. Поэтому отвечаю на ваш вопрос: этот человек особенный, и владеет одной способностью, которой ни у кого из нас нет. И второго такого человека, как он, мы не найдем. Черная магия очень редко когда дает одну и ту же способность, если не учитывать те случаи, когда человек сам просит об определенной силе.       – Черная магия? – спросила я. – Нам нужен человек, который использовал ее?       – Да. Но переживать не стоит, он точно будет на нашей стороне и упрашивать его не придется.       – О ком идет речь? Может, мы можем найти его уже сейчас. – Сказала я.       – Не выйдет. Он мертв.       – Тогда как он нам поможет? – спросил папа. Действительно, как? Мертвый человек точно не сможет помочь нам.       – Я не могу рассказать, что произойдет такого, что мертвый вернется в мир живых. Вам стоит ожидать это через два года.       – Вернуть человека из мертвых способен только Бог. – Сказал Киллиан. – Это сделает он?       – Бог вернется через два года? – спросила я. Неужели мы скоро увидимся? Но почему эта мысль не вызывает у меня каких-то чувств, будто это обычное дело? Хотя, может для меня прошлой это именно так.       – В каком-то смысле, так оно и есть, но не мой брат вернет его к жизни.       Но кто тогда может это сделать? Если вспоминать о древних сказаниях, то в них сказано, что те, кто использовал черную магию, и те, кто создан с ее помощью, попадают ни в Свет, ни в Тень. Они отправляются в место под названием Ничто. Об этом месте говорил Кир, когда его призвали, как и всех остальных моих родственников.       – Давайте не будем сейчас об этом. – Сказала Сирена. – Мы пришли, чтобы предупредить всех о наступающей опасности из леса. Чтобы уменьшить потери вам нужно установить по всей территории ваших королевств фонари с магией света, они будут отпугивать Пожирателей по ночам.       – Уменьшить? – поинтересовался Киллиан. – Не исключить потери?       – Увы, это не представляется возможным. Вы знаете, почему.       Император посмотрел на нас с Киллианом. Тот сон! Она будет приманивать к себе людей свои голосом! И почему она сегодня молчит? С самого утра ее не слышу, неужели зелье Сирены еще действует? Или она прочитала мои воспоминания и не хочет отвечать на мои вопросы.       – Это все, что ты хотела нам рассказать, или есть что-то еще? – поинтересовался Киллиан.       – Ты хочешь узнать не это, Киллиан. – Ответила ему Сирена. – Ты хочешь знать, что произошло этой ночью.       – Что произошло ночью? – спросил Влад, папа тоже выглядел удивленным. – Вроде ничего такого не было.       – Что было ночью? – папа посмотрел на Киллиана и на меня.       – Мне приснился странный сон, и я встала и пошла, Киллиан успел поймать прежде, чем я вышла в окно.       – Что тебе снилось?       – Сложно объяснить… Я будто смотрела глазами другого человека, девушки, которая находится в Темном лесу, она пела, и к ней как под гипнозом пришел человек. Потом его убила какая-то сущность, похожая на рыцаря в темной броне, и она, похоже, забрала его душу.       – Это был Пожиратель. – Сказала Сирена. – Рыцарь, состоящий из теней.       – Эта девушка – причина, по которой смерти не остановятся? Она будет звать их к себе? – Спросил Влад. – Как я понял, она как-то их подчиняла себе.       – Именно. – Сирена кивнула. – Но… это только часть. Когда к Пожирателям вернется их сила, они смогут управлять ей не только ночью, но и днем. Возможно, она будет звать людей в определенное место, где они будут находиться до ночи, пока не объявятся Пожиратели.       – И не убьют их… – продолжил за нее Киллиан. – Тогда нам нужно ее найти и запереть, чтобы у них не было такого преимущества.       – Если бы это было так просто… Я пыталась запирать ее, пока она еще не попала в руки Пожирателей, но… она оказалась слишком сильна, ее дар оказался слишком силен, ни один миред не мог ее удержать, она всех гипнотизировала, мои зелья не помогали сопротивляться ее воздействию.       – Кто она? Она живой человек или еще одно их создание? – спросила я. Раз она сама не хочет ничего о себе рассказывать, то придется выяснять через другого человека, который с ней знаком. И что неудивительно, никто уже не реагировал на ее слова о том, что она знакома с «прислужницей» Пожирателей.       – Она… что-то среднее между этими понятиями. Родилась человеком, но потом… стала их созданием.       – О чем ты говоришь? – задал вопрос папа. – Как Пожиратели сделали ее своим созданием, если она уже существовала на этом свете?       – Я не могу рассказать. Вы узнаете об этом потом, когда придет время. Потому что, если я расскажу всю правду, некоторые из присутствующих, в том числе вы и ваша дочь, могут погибнуть.       – С чего ты это взяла? – спросил папа.       – Я рассказал. – Ответил Бог времени. – Я все видел, видел ваши смерти в Темном лесу при определенных условиях. Вам нельзя знать.       – На данный момент мы можем сделать только одно – справится со слизняками. – Сказала Сирена, и на столе образовалась печать, на которой появился мешок с теми мечами, с заточенной силой слизняков. Глаза Сирены окрасились голубым, и к каждому из нас полетело по одному мечу. Ко всем кроме меня. Она, что, тоже считает, что я ни на что не способна?       – Мне тоже нужен меч. – Сказала я.       – Принцесса, у тебя есть кое-что получше. – Сказал Кай, все это время прятавшийся в тенях, и появившийся только сейчас, с мечом в руках. – У тебя в твоем мешке есть меч, в котором таится сила моего отца. Он помощнее этих будет. – Он помахал своим мечом. – Просто нам самим нужно было хоть какое-то оружие.       – Меч Бога? – переспросила я. Я ведь не могу справиться с его силой, она просто начала разрывать меня, когда он оказался у меня в руках. – Не думаю, что я справлюсь с ним…       – Ты о чем? – поинтересовался Кай.       – Мой дар. Я не могу удержать в себе такую силу, она распространяется по телу и разрывает меня изнутри. Я в прошлый раз не могла долго его держать.       – Ты поэтому почти выбросила его тогда. – Сказал Кай, я кивнула. – Тогда лови. – Кай кинул мне свой меч, и не знаю, как, но я его поймала. – А тот меч отдай Киллиану.       – Мне? – Киллиан привстал. – Меч Бога – мне? Ты сейчас серьезно?       – Ну вообще, я думал, что этот меч изначально будет у тебя, а не у нее. Скажу так, отец тебе доверял так же, как и себе. – Кай посмотрел на меня и кивнул в сторону Киллиана, все такого же непонимающего ничего. Как и все в этой комнате.       Я встала на ноги и открыла мешок, представила, как достаю тот самый меч, и мое тело начало наполняться огромной силой. Руки дрожали, когда я передавала его Киллиану, который сам не решался брать его несколько секунд, но вскоре все же взял его. И в тот же миг чужая сила покинула меня, и сразу стало легче.       Киллиан обхватил меч двумя руками и осмотрел его с двух сторон, покрутил, посмотрел на Кая.       – Чем я заслужил то, что я могу взять меч? – спросил Киллиан у него.       – Вспоминай. – Ответил Кай с усмешкой. – Есть вещи, про которые я просто не могу говорить. – Киллиан кивнул и достал свой меч из ножен, засунув в них новый, Кай забрал у него меч с силой слизняков. – Теперь у каждого есть оружие, мы готовы к битве.       Не у всех. Я посмотрела на Алекса, он даже пальцем не коснулся меча, весь побледнел. Он ведь всегда просил подавать уже нарезанную еду, потому что даже к обычному столовому ножу не мог прикасаться. В детстве у него могли даже случаться истерики из-за вида острых предметов, сейчас он себя контролирует.       Я не помню, чтобы у него не было этого страха, потому что его мать, та, из-за кого у него появился этот страх, покончила с собой и убила его брата по отцу, Рэйна. Она перерезала себе вены, и Алекс видел окровавленный нож, лежащий между ними, и записку, в которой она обвиняла Рэйна в ее смерти. Писала, что это он ее убил.       Мне тогда было пять лет, и я слышала, как кричала мать Рэйна, когда узнала о смерти сына… Казалось, этот крик слышал весь дворец и округа, как и ее рыдания. У нас с Рэйном было чуть больше пяти лет разницы, и мы не очень-то сильно дружили, он постоянно надо мной подшучивал и как-то задевал. И если его мать это пресекала, то отец и вовсе не занимался его воспитанием. Но когда Рэйн погиб, и я слышала крик его матери, не смогла сдержать слез. Как бы то ни было, он был ребенком, который не заслуживал подобной участи. И мать Алекса не имела никакого права поступать так с чужим ребенком из-за своих мыслей.       Не знаю, что с ней произошло, но я слышала, благодаря своему умению бесшумно ходить и подслушивать, что говорят работники, что она стала полнейшим параноиком, когда родился Рэйн. Когда она только была беременна, ей казалось, что полуторогодовалый Рэйн хочет убить ее ребенка, потому что Алекс заберет все внимание отца. По-видимому, на счет Эриона она была права. Он не обращала никакого внимания на старшего сына, как бы он ни пытался это изменить.       Когда Алекс увидел нож и кровь, он больше не смог прикасаться к острым предметам, потому что помнил, что с ним можно сделать.       – Мы можем перенести силу из одного меча во что-нибудь менее острое? – спросил папа, поняв состояние Алекса, мой друг благодарно посмотрел на него. – Просто один из нас не сможет сражаться им в силу некоторых обстоятельств.       – Увы. Я сомневаюсь, что неострый предмет что-то сможет сделать с телом слизняка. – Сирена покачала головой. – Этому человеку придется прятаться. Где-то запереться, чтобы твари до него не добрались.       Алекс закрыл глаза и слабо кивнул. Я прикоснулась к его плечу в успокаивающем жесте, но несмотря на это его мышцы остались такими же напряженными. Ему не нравилось, что придется прятаться, пока все остальные будут сражаться. Но выбора не было.       Мы не одни, с нами будут десятки людей, наверняка, хорошо обученных. Не просто же так мы создали столько мечей. Справимся.