Закат Цивилизации

Пиений молча стоял у окна и созерцал окрестности. Вид с вершины храма открывался прекрасный, но любование пейзажами в планы верховного жреца не входило. Да и говоря начистоту, недавние события прикончили в нем последние зачатки стремления к прекрасному, оставив лишь голый прагматизм и желание найти выход из удушающего лабиринта, скручивающегося в бесконечную петлю. Одна решенная проблема порождала десяток других, неприятности тянулись вереницей, требуя непрестанного внимания и не давая ни мгновения передышки. Совсем недавно Пиению казалось, что контроль над ситуацией безвозвратно утерян, но смерть Морриса помогла жрецу оттолкнуться от дна и вернуть крупицу былой уверенности в своих силах. А вместе с уверенностью вернулась и воля к борьбе. Кратковременная точка равновесия была достигнута. Тревога никуда не делась, но рост напряжения среди горожан удалось немного замедлить, выиграв тем самым время для принятия решений. Даже нелепо: столько усилий пришлось приложить, только чтобы отвоевать себе право на небольшую передышку! А чтобы сдвинуться с мертвой точки потребуются кратно большие усилия. От одной мысли о масштабе предстоящей работы начинала кружиться голова. Масштабные затеи, в общем-то, были привычны Пиению, но браться за них в одиночку ему пока не приходилось. Жрецы наверняка считали, что от них есть польза, но любому хоть немного внимательному наблюдателю со стороны представлялась очевидной абсолютная неприспособленность членов Круга к малейшему изменению привычного ритма жизни. Чего уж говорить о нападении пришельцев с небес… Вот только жрецы, пусть даже и бесполезные, были необходимы для поддержания привычного ритма жизни простых горожан. Для шиида Круг всегда являлся хранителем порядка и блюстителем незыблемых законов общества, судьей и палачом, оберегающим город от бед. Отказ от этой роли стал бы последним сигналом для жителей города, знаменующим начало конца и безвластия. Следовательно, нравилось это Пиению или нет, но с Кругом приходилось считаться. Держать его под контролем, пресекать попытки саботажа, но и прежде всего – считаться. Иначе верховный жрец рисковал разделить судьбу Мериана, что в текущих условиях означало бы гибель города. Поэтому Пиений смотрел в окно и безропотно ждал. О собрании было объявлено сразу же после завершения ритуала перерождения, но жрецы рассредоточились по храму, объявив, что им тоже нужно привести мысли в порядок и осмыслить произошедшее. В стороне не остались и стражи врат, потребовавшие небольшой отдых от возложенной на них миссии. В осмыслении не нуждался только Карлис, мысли которого всегда двигались по одному линейному маршруту и потому не знали хаоса, но, не желая коротать время с безумным фанатиком, Пиений отослал жреца охранять вход в храм до начала собрания. И без того хватало поводов, чтобы сойти с ума: от страха бессилия, страха смерти, страха неизвестности… Интересно, Фраус еще жив? Сзади раздался шорох. Пиений повернулся на звук и наткнулся на Виерена, сжимающего в руках небольшую статуэтку. - Что ты делаешь? - Во славу Шиида, - смущенно пробормотал скульптор. – Я почувствовал, что должен сделать… что-то. Кого-то. Одного из нас. Его нет здесь, но все равно я думаю, что он должен присутствовать среди нас. Пусть хоть даже так, в камне. Пиению идея показалась глупой, но возражать он не стал: - И куда ты намерен его поставить? - В центр Круга, - незамедлительно ответил Виерен. Потом сделал небольшую паузу и в некотором замешательстве спросил: - Ты же не воспротивишься? Пиений предпочел бы видеть рядом с собой живое воплощение Фрауса, но, не имея такой возможности, просто развел руками: - Нет. Виерен тут же с геометрической точностью разместил статуэтку в центре комнаты и слегка склонился: - Наверное, мы готовы. - Ты говоришь от своего лица или от лица всех? – уточнил Пиений. - Всех. Мы готовы следовать дальше. - Тогда собирайтесь, - верховный жрец отошел от окна и встал рядом с творением Виерена. – Нам предстоит принять много непростых решений, и я хочу видеть здесь всех без исключения. Виерен кивнул и побежал оповещать Круг, оставив Пиения наедине со статуэткой. Забавный жест, немного наивный, но не лишенный определенной логики. Отличный ход для ценителей символизма, способный при определенных обстоятельствах вернуть отчаявшимся жрецам утерянную надежду. И хотя Пиений не считал себя ценителем символизма, маленькая схематичная фигурка шиида, приютившаяся по левую руку, придавала ему некоторую уверенность. Глупость, конечно. Это ведь всего лишь кусок камня, наскоро обработанный Виереном. Но даже такой пустяк в сложившихся обстоятельствах значил очень много.

***

Жрецы, видимо, и в самом деле были готовы. Иначе Пиений не мог объяснить ту скорость, с которой члены Круга стянулись на вершину храма и заняли свои места в комнате. Растерянные, взволнованные, испуганные, но настроенные идти до конца, и это главное. Поначалу Пиений боялся недосчитаться некоторых из них, но его страхи оказались напрасны: Круг собрался в полном составе. - Во славу Шиида! – произнес верховный жрец, пытаясь придать своему голосу как можно более спокойную интонацию, хотя спокойствием в последнее время и не пахло. – Полагаю, вы понимаете, зачем стоите здесь. Да, мы смогли предотвратить зарождающуюся в народе бурю, но теперь нам необходимо двигаться дальше, быстрее и быстрее, ибо если мы станем медлить буря все же настигнет нас и уничтожит. Улисс тихо охнул и обхватил себя руками. - Мне хочется верить, что волнение среди шиида улеглось, - пояснил Пиений. – Моррис больше не представляет угрозы, но он был лишь слабым дуновением ветра против того урагана, который надвигается на нас. Пока мы лишь слышим его отголоски, но никто не может сказать, как скоро город падет жертвой его разрушительного движения. Мы обязаны приложить все имеющиеся силы, чтобы защитить шиида, но если народ почувствует хоть на мгновение нашу вероятную слабость, лишится веры в нас, то в страхе сможет разрушить результаты наших трудов и обречь всех нас на погибель. Этого нельзя допустить. - Что это значит? – уточнил вечно нахмуренный Праут и нахмурился еще сильнее, раздраженно потирая ладони. – Ты можешь выражаться яснее? - Не перебивай верховного жреца, - предупредил Карлис. Праут буркнул что-то неразборчивое и скрестил руки на груди, обозначив тем самым конец диалога. - Прежде всего – поддержание порядка в городе, - Пиений постарался сократить суть своего выступления до набора простых тезисов. – Строгое соблюдение всех законов. И подготовка к возможному нападению. Солиус же может пока подождать. Его движение серьезная опасность для нас, но оно слишком медленно, чтобы искать спасения от надвигающейся темноты, пренебрегая вторженцами. - А может ли оно ускориться? – спросил Улисс. Верховный жрец замолчал на несколько секунд, размышляя над вопросом, и наконец ответил: - Сомневаюсь. - А может сложиться так, - подал голос Расстор, - что мы подготовимся к нападению, но никто так и не нападет. Верно же? - И это будет огромное благо. - Глупости это! – возразил Праут. – Не может. Конечно, они нападут, вопрос лишь во времени. - Ты не можешь знать, - сдержанно произнес Пиений. – Как и я. Но лучше лишняя бдительность, чем легкомысленная надежда на благоприятный исход. Торопиться из-за Солиуса не нужно, но пришельцы могут прилететь в любой момент. И, буду откровенным, я думаю, мы уже достаточно долго отдыхали. Теперь необходимо действовать, и тем будет лучше, чем быстрее мы предпримем хоть что-то из необходимого. - Что же? – устало спросил Гериел. – Пока что я понял лишь, что нужно обеспечить порядок в городе. Это нам по силам. Но что дальше? - Дальше мы должны подготовить народ. - К чему? - К войне, - лаконично сообщил Пиений. Несколько секунд жрецы молчали, обдумывая сказанное. - К войне? – переспросил Сойрус. - Верно. - Народ? - Вы полагаете, что мы сможем защитить город в одиночку? – вопросом на вопрос ответил Пиений. - Нет, но… - Сойрус задумался. - Народ – огромная сила, - развел руками верховный жрец. – В прошлом именно народ изничтожил тирана. Вы же помните это? Конечно, они не помнили. И не могли помнить, ведь из первого состава Круга повезло пережить революцию лишь самому Пиению. Но истории о борьбе с темнотой и невежеством, обильно распространявшиеся победителями, настолько глубоко проникли в сознание шиида, что никому даже и в голову не пришло бы усомниться в истинности этих утверждений. - Помним, - с легкой ухмылкой подтвердил Праут. – Как и помним, что тогда у народа не было сознания. Теперь же ситуация иная. - Согласен, наша задача усложнилась, но не стала невозможной. Тогда хватило лишь двух шиида, сейчас понадобится весь Круг. Это же наш непосредственный долг, разве нет? - Долг? – наморщил лоб Хиз. – Заставлять народ воевать? - Да нет же! – терпение Пиения начало потихоньку заканчиваться. – Защищать их и учить защищаться. Часть города способна управлять энергией, так надо показать им, как можно обратить эту энергию против врагов. Другая же часть, хоть и слабее первой, не менее многочисленна, а значит может повергнуть вторженцев в ужас одним своим количеством. Если народ будет готов, ему не потребуется приказ для отражения угрозы. - И ты считаешь, нас хватает для такой миссии? – скептически уточнил Праут. – Сколько нас и сколько их? - Сколько бы ни было, перед нами стоит вопрос нашего выживания, - оборвал его верховный жрец. – Мы обязаны привлечь к защите города столько шиида, сколько у нас получится, но никаких отговорок и увиливаний я не потерплю. Ясно? Пиений внимательно посмотрел на притаившегося у окна Бардона. Жрец со скучающим видом рассматривал окрестности и, очевидно, не выглядел заинтересованным в защите города. Впрочем, что еще можно было от него ожидать? Его прошлое воплощение тоже никогда не справлялось со своими обязанностями. - Ясно? – медленно повторил Пиений. Сойрус удосужился толкнуть локтем зазевавшегося Бардона. - Да, конечно. Предельно ясно, - немедленно отозвался тот. Верховный жрец покачал головой: - Во имя общего блага мы должны стать единым целым и действовать заодно. Круг не исключение. Если я почувствую, что кто-то отклоняется от нашего общего пути, последствия будут самыми суровыми. - Вы последуете за Моррисом, - пригрозил Карлис. Пиений с легкой неприязнью взглянул на излишне инициативного жреца. Последуют ли за Моррисом другие члены Круга – вопрос дискуссионный, но вот у Карлиса после потери условной полезности были все шансы вернуться в Источник. Пиений терпел его лишь потому, что фанатик являлся послушным оружием и мог пригодиться в сложных ситуациях, но скрывать раздражение получалось все хуже и хуже. - А не слишком ли это? – удивленно спросил Хиз. - Я ни о чем подобном не говорил, - заметил Пиений. – Не стоит приписывать мне чужие слова. Предлагаю лучше сосредоточиться на миссии. - Верно, - согласился Гериел. – Миссия. Подготовить шиида. - Те, кто стоял у ворот, возвращаются на свое место и не покидают его без необходимости. Даже если произойдет нападение или любой другой катаклизм, кто-то из вас обязан всегда находиться возле входа. - А если буря? – спросил Виерен. - Укрываетесь в домах у ворот и не спускаете с них глаз. Мы мало знаем о пришельцах, но не удивлюсь, если они попытаются использовать бурю в своих целях. - И что им мешает перелезть через стены? – пробурчал Праут. - Вы, - ответил Пиений. - Что? - Вы с Бардоном. Ваша задача – находиться на стенах и в случае угрозы поднимать тревогу. Если на горизонте или в небе объявится что-то чужеродное, вы обязаны увидеть его первыми. В случае бури… что ж, соорудите убежище на стене и продолжайте смотреть, насколько хватит сил. - О Шиида! – всплеснул руками Праут. – С ним?! Бардона сложно было назвать достойным кандидатом для выполнения хоть каких-либо заданий, но Пиений испытывал жгучее желание найти занятие бесполезному жрецу. Если он не справится, появится повод поискать замену. Одного члена Круга вполне хватило бы для обеспечения непрерывного наблюдения за городским периметром, однако у верховного жреца еще теплилась надежда, что импульсивный и нетерпеливый Праут сможет хоть как-то заставить работать инертного Бардона. Ну или столкнет его со стены, чем не вариант? - Да, - подтвердил Пиений. – Это мое окончательное решение. - Ни за что! – продолжал протестовать Праут. – Он не заметит пришельцев, даже если они похитят его! - Да все нормально, - неожиданно спокойно отреагировал Бардон. – Всего лишь ходить по стене и смотреть по сторонам. Ничего сложного. Почему ты так уверен, что я не справлюсь? - Да разве же ты хоть с чем-то справлялся?! - Замолчи, - оборвал спор Пиений. – Вам еще предоставится множество шансов прийти к согласию. На стене. - Не хочу я приходить с ним ни к какому согласию, - не останавливался Праут. - Тогда согласие установлю я, - пригрозил верховный жрец. – Или ты пропустил все, что я сказал ранее? Праут обиженно отвернулся к окну. - Придется смириться с неприемлемыми для нас вещами, иного пути нет, - Пиений не видел смысла подогревать бессмысленный конфликт. Будто бы более важных дел не было. - Смирюсь, - бросил через плечо Праут. – Смирюсь, но пусть не ждет от меня снисхождения. Бардон удивленно пожал плечами: - А я его ждал? - Прекратите провокации, - поднял руку Пиений. Жрецы замолчали. - Достаточно. Продолжим, - верховный жрец сделал глубокий вдох. – Оставшимся членам Круга придется взять на себя обучение горожан. Расстор и… Улисс? Улисс потупил взор. - Вы занимаетесь шиида, лишенными магического дара. Да, оторванные от народа они мало что способны сотворить, но ваша миссия убедить их в необходимости держаться вместе. В случае угрозы они должны собраться единой группой и прикрыть магов. - А они согласятся на это? – фыркнул Праут. – Я бы не согласился. - К счастью, ты не они, - прошипел Пиений. – И советую заниматься своим делом, а не оспаривать задания других жрецов. - Не спорить! – взвигнул Карлис. От резкого звука члены Круга вздрогнули и с ненавистью посмотрели на Карлиса. - Тихо! – Пиений начал злиться. – Если еще хоть кто-нибудь поднимет шум, я передам ему символ власти и покину храм. Жрецы молчали. - Что касается обучения шиида, вопросы есть? - У меня нет, - едва слышно промямлил Улисс. - У меня тоже, - немногим громче ответил Расстор. – Убедить их стать единым целым и прикрыть магов. Мы справимся. - Оставшиеся примутся за магов, - закончил раздачу указаний Пиений. – Хиз, Сойрус и я. Это самая сложная, но и самая важная часть подготовки. От наших усилий, от того, сможем ли мы проникнуть в души одаренных горожан, зависит исход возможной войны. Маги – наша основная сила, которая способна нанести поражение пришельцам. Тут, надеюсь, возражений нет? К огромному удивлению верховного жреца, возражений на этот раз не оказалось. Жрецы ли проявили наконец здравомыслие, или страх перед угрозами Пиения все-таки взял верх, но в комнате царила долгожданная тишина. - В таком случае, принимаемся за дело, - сложил руки Пиений. – Во славу Шиида.

***

Члены Круга разбились на небольшие группы и рассредоточились по городу в соответствии с миссиями, возложенными на них верховным жрецом. Виерен и Гериел, подгоняемые неутомимым Карлисом, вернулись к воротам и застыли в ожидании новостей, чем-то напоминая уничтоженные Моррисом статуи, а дымящийся от злости Праут отправился на стены в сопровождении смущенно улыбающегося Бардона. Остальным же жрецам требовалось несколько больше усилий, чтобы приступить к работе, и потому они собрались на центральной площади, дабы выступить перед народом. Слово, по старой традиции, взял Пиений: - Во славу Шиида! Несколько горожан, бродивших по площади, заинтересовались делегацией из храма и подошли поближе. Этого было вполне достаточно: услышит один – услышат все. - Мы спустились сюда, дабы провозгласить важную новость, - Пиений протянул руки к своей немногочисленной пастве, – и попросить вас донести ее до всех жителей города. Мы спустились, дабы отыскать силу, достаточную для отражения любой угрозы, нависшей над нами, и, должен сказать, уже нашли ее. Эта сила заключена в ваших руках и, что более важно, в ваших душах. Мы спустились, потому что пришло время предпринять следующий шаг для спасения города, но этот шаг должны сделать вы. Шиида переглянулись. - Вы и ваши сородичи. Нам уготована роль вождей, и в случае нападения, мы поведем воинов в бой, но прежде необходимо убедиться, что вы способны стать воинами. Что вы способны подняться на защиту города. Не только лишь бдительность и осторожность спасут нас, но, к сожалению, и умение обратиться в оружие. С этой целью мы и спустились сюда – чтобы научить вас защищаться. Нас много. Мы – народ, созданный Источником. И нашей мощи хватит, чтобы остановить любое вторжение, какие бы хитрости ни применяли враги. Да, я искренне желаю верить, что никому из вас не придется прибегнуть к этому умению, но мы обязаны смотреть в лицо правде: опасность существует и она очень серьезна. - Так ли это? – внезапно подал голос один из слушателей. - Так ли? - вторил ему другой. – Так ли серьезна опасность? Или мы просто неверно истолковали их поступки? Новый виток обсуждений? Это уже слишком. - Как можно неверно истолковать похищение верховного жреца? – полюбопытствовал Пиений. – Подойдите ближе и назовитесь, как предписывает закон. Двое шиида почти синхронно сделали шаг вперед и в унисон ответили: - Лусс. - Зариус. - Превосходно. Я жду ответа. - Если они хотят уничтожить нас, зачем им оставлять свидетеля? – спросил Зариус и развел руками. – Нет же! Им надлежало поглотить… ну или убить Морриса вслед за верховным жрецом. - И в то же время, они могли искать именно нашего предводителя, чтобы поговорить с ним, - тут же подхватил Лусс. – Им не нужен был Моррис, они его и оставили. Фраус не желал войны, ведь так? - Так, - неожиданно поддержал Сойрус. Пиений бросил испепеляющий взгляд на жреца, но промолчал. - Быть может, он и достиг своей цели? И скоро вернется к нам с добрыми вестями. - Или вернется в Источник, - мрачно возразил верховный жрец. - В таком случае, мы признаем свою неправоту, - объявил Лусс. - Вот только будет уже поздно. Или, что вероятнее, опасность придет раньше, чем мы получим ваше признание. - В самом деле, разве является грехом обучение шиида самозащите? – примиряюще спросил Сойрус. – Народ приобретет ценные знания, которые спасут им жизнь в самых разных ситуациях, далеко выходящих за границы нападения пришельцев. - Приношу свои извинения за грубость, - слегка склонился Зариус, - но вы плохо знаете нас. С вершины храма слабо слышен глас народа, но с городских улиц хорошо видны изъяны наших соседей. Трусость или озлобленность, подкрепленная вашим обучением, сведет на нет саму возможность переговоров с чужаками. Шиида начнут искать малейший повод, чтобы применить полученные умения. Если пришельцы лишь приблизятся к стенам, народ сразу нападет на них, минуя даже донесение жрецам. Пиений мысленно отметил, что подобная реакция горожан была бы чрезвычайно кстати, но вслух произнес другое: - Вы полагаете, что они приблизятся к стенам, чтобы вести переговоры? - Такое уже происходило единожды. Может случиться и впредь. С твоих же слов, о верховный жрец, мы ничего не знаем о целях и стремлениях чужаков. - И сколько же шиида им потребуется похитить, чтобы вы вспомнили, какое из событий произошло позже? - А если их следующим шагом станет уничтожение Источника и всего народа? – поинтересовался Хиз. - Не надо сеять панику, - тихо заметил Расстор. – Нас слышат не только эти двое. - Возможно, остальные с ними заодно, - также тихо прошептал Улисс. – Они не выглядят испуганными. Не прошло и доли секунды, как один из горожан подтвердил версию Улисса внезапным вопросом: - А могли ли они похитить нашего лидера для своей защиты? Не могли ли они видеть в нем угрозу? - Верно, - подхватил вопрос Зариус. – Не они напали на нас, Фраус сам отправился к ним. Все это могло быть нелепой случайностью! Пиений нахмурился. Дело принимало неприятный оборот: в городе, похоже, зародилась группа шиида, всецело разделяющих позицию Фрауса, даже после того, как жизнь доказала ее ошибочность. Вольнодумцы могли стать серьезной помехой, но что с ними можно было сделать? На площади собралось не меньше двух десятков горожан. Это не жалкий безумец Моррис, исчезновение которого заметил только Источник. Такое количество шиида безболезненно убрать с дороги не получилось бы. Оставалось только… - Хорошо, - Пиений тяжело вздохнул. – Так мы ни к чему не придем. Но раз вы столь упорно отстаиваете свои идеи, то, видимо, у вас есть и какие-то предложения, помимо покорного бездействия и ожидания? Мы готовы их выслушать. - Предложения? – уверенность Зариуса несколько ослабла. – Верно… Мы думали над этим. - И почти придумали, - подтвердил Лусс, бросив растерянный взгляд на своего связанного. – Остался лишь сущий пустяк. - Скоро мы их озвучим. - Надо лишь слегка подождать, верховный жрец. - Иными словами, предложений нет, - подвел итог Пиений. – Но мы не можем ждать. Я понимаю, наш народ привык к неторопливому образу жизни, ведь ничего опаснее песчаной бури нам никогда не угрожало, но времена меняются. И, сколь бы ни было это тяжело, нам придется меняться вместе с ними или же погибнуть. Мы не можем ждать, и потому я не отступлюсь от изначального плана, пусть даже он несовершенен и рискован. Все же этот риск не так велик, как риск от бездействия и ожидания милости от чужаков. - Но мы можем оказаться правы! – упрямо продолжал гнуть свою линию Зариус. – Вы можете ошибаться! - Я всегда признавал возможность нашей ошибки, - Пиений развел руки, с удовлетворением отметив оживленные перешептывания последователей Лусса и Зариуса. Похоже, в стане вольнодумцев намечался раскол. – Но и вы пока что ничем не смогли подтвердить свою правоту. Когда вы предоставите нам свои мысли, заключенные не в форму бесплотных возгласов, а в твердый и осязаемый план действий, мы незамедлительно выслушаем их и, возможно, найдем решение, способное угодить всем. - Возможно, - промямлил Лусс. – А возможно – нет. - Мы обязаны поступать так, как лучше для народа. Не для одного шиида, а для всех, - объяснил Сойрус. – И потому, прежде чем делать какие-то выводы, я предлагаю выслушать верховного жреца. Пиений осмотрел горстку шиида и едва заметно улыбнулся. Слова Сойруса определенно возымели эффект: глаза горожан были прикованы к жрецам. Они приготовились слушать, а следовательно борьба за внимание увенчалась успехом. «Стоит отдать ему должное, он умеет говорить. Ценный навык в нашем мире», - подумал верховный жрец и перевел взгляд на две фигурки, отделившиеся от общей группы. Похоже, Лусс и Зариус спешили покинуть площадь. Пусть идут. Пока они не могут ничего предложить, они неопасны, а ежели они смогут выдавить из себя хоть сколь-нибудь полезную идею, то и вовсе замечательно. Возможно, их бессмысленное сопротивление удастся удержать под контролем или даже направить на благо общей цели. А если нет? Что ж… тогда будет видно.

***

Связанные укрылись в доме на окраине площади: достаточно близко, чтобы наблюдать за происходящим на ней, но и достаточно далеко, чтобы не привлекать лишнее внимание. Их затея с треском провалилась, но кто виноват и как это исправить? - Мы плохо подготовились, - после короткого молчания озвучил Лусс. – Очень плохо. И поэтому потеряли всех, кто усомнился вместе с нами. - У нас не было времени, - незамедлительно продолжил Зариус. – Это не оправдание. Это просто… данность. - У Круга есть план. Они знают, что делают. - А мы нет. Мы слишком спешили изложить свою идею… - …и теперь вынуждены начать с самого начала. - Нам нужен план. - Нужен план… Связанные застыли, пристально глядя друг на друга, и синхронно воскликнули: - План! - План есть у Круга, - пробормотал Лусс и выглянул из окна. – Нам нужно узнать план Круга. - Не надо было уходить! - схватился за голову Зариус. - Не беда, не беда! - обхватил себя руками Лусс. – Еще же не поздно? - Конечно, не поздно. Возвращаемся обратно, узнаем план и придумываем свой. Такой же, но лучше. - А если у нас появится план, шиида вновь пойдут за нами. Как просто и как прекрасно! - Пошли, - Зариус выскочил из хижины. – Вперед! Если мы что-то пропустим, спросим у кого-нибудь. И едва покинув площадь, связанные немедленно поспешили назад, чтобы все-таки услышать план жрецов.

***

Сколько прошло времени? Фраус с огромным трудом открыл глаза. Тепло… Живительное тепло разливалось по телу, возвращая из темноты забвения. Что-то изменилось? «Кассета! Где кассета?» Фраус медленно поднялся на ноги и замер на месте, переводя дыхание. В глазах помутнело, но через несколько секунд зрение восстановилось, позволив ему оценить ситуацию. Кассета исчезла. Фраус не помнил, когда именно потерял свое сокровище, но догадывался, что времени с того момента прошло изрядно. Конечно, она не могла исчезнуть сама по себе. С чего бы? Кто-то ее забрал, воспользовавшись бессознательным состоянием шиида, и, на самом деле, нетрудно было догадаться кто именно. Фраус поднял взгляд на прозрачную стену, за которой скрывались пришельцы, но, как ни старался, так и не смог увидеть, что происходило снаружи. Стоило хоть слегка напрячь глаза, пытаясь всмотреться в тусклую картинку потустороннего пространства, как немедленно пробуждалась головная боль и звон в ушах. Нет уж, кассета пока подождет. Прежде стоит восстановить силы. Ведь откуда-то же идет тепло, верно? Подчиняясь внутренним инстинктам, Фраус поднял голову и уставился наверх. Источник света присутствовал и раньше, вот только сейчас что-то изменилось в нем. Свет стал более… живым? Чужаки насытились страданиями своей жертвы и снизошли до желания помочь ей? Или причина скрывалась в чем-то другом? Фраус протянул дрожащие руки к потолку. Мотивы чужаков, как и пропажа кассеты, его уже не волновали. Может быть потом он вспомнит, какую идею преследовал ранее, но сейчас все житейские волнения отошли на задний план. Остался только свет – ласковый, согревающий, возвращающий к жизни. Воистину божественный.