Блок №503. Тараканам вход воспрещён!

      Блочная дверь протяжно скрипит, самостоятельно отворяясь перед Арсением. «И тебе привет», — думает он, доставая из замка ключ. Он чувствует себе уроненным фарфоровым чайником, осколки которого никто даже не думает собирать.       Антон отвлекается от ноутбука и достаёт из ушей наушники. — Привет. Я думал, ты сегодня… — Здесь. Я сегодня здесь, как и завтра, и послезавтра, и далее по списку.       Арсений падает на кровать. Так тошно, что аж сил нет. Они с Тоней расстались. Точнее, расстанутся в ближайшее время.       Арс слышит скрип и шаги у себя за спиной. Это Антон ходит взад-вперёд по комнате и думает, стоит ли подходить к Арсу, стоит ли спрашивать, что случилось. Жалко его. Но от Арса помощи сейчас не дождёшься, ему бы самому кто помог.       Шаги за спиной прекращаются и начинают удалятся. В ванной включается вода, а минутой позже слышно щелчок. Антон поставил чайник. Арс немного отходит. Чай — действительно неплохой выход из ситуации. Посидеть с Антоном, погрызть шоколадку, вспомнить добрым словом их учебное заведение — именно что-то такое домашнее и отвлекающее ему сейчас нужно.       Арс перестаёт играть страдальца. Лезет в коробку за чайным пакетиком, моет свою кружку, смотрит на Антона и спрашивает, как у того прошёл день. Антон рассказывает весёлые истории прошедшей недели и тактично молчит про состояние Арсения. Он благодарен за это. Единственное, что выдаёт, это глаза. Рассказывает Антон что-то смешное, но глаза блестят так, будто случилось что-то грустное. Оно и случилось, но Арс не хочет об этом говорить. Не сегодня.       Он лежит на кровати, смотрит в потолок. Мысли о Тоне снова забираются в голову. И рассказы Шастуна больше не могут их перебить. В перерыве между темами, Арс решается заговорить. — Тох, а вот если бы ты был моей… Моим… Как это правильно сформулировать?       Антон хлопает глазами, глядя на Арса, и не понимает, что у него спрашивают. Он ещё на притяжательных местоимениях провалился куда-то в небытие. — Со мной в общем. И я бы часто пропадал на прослушиваниях, не имел бы нормального заработка… — Как сейчас?       Арсений опешил. Он об этом не думал. — Наверное, как сейчас. Только вместо учёбы подработка какая-то. — То есть деньги ты всё-таки будешь зарабатывать? — Да, но это ведь несравнимо с зарплатой на настоящей работе и ненадёжно. — Не знаю, я не очень разбираюсь во всех этих серьёзных вещах. Что плохого в прослушиваниях и подработке? — То, что я поздно прихожу домой и не имею стабильного заработка, — цедит Арс, будто передразнивает кого-то. — Стабильность обычной работы переоценена, — пожимает плечами Антон, — А подработки бывают разными. Можно работать на полставки, или два через два, а в выходные ходить на прослушивания. Было бы желание, а варианты найдутся. — И ты бы согласился так жить? — Сейчас же я с тобой живу. — Сейчас не считается, у тебя нет выбора. — Почему нет? В соседней комнате есть целая свободная кровать. — Неплохой вариант, — задумчиво тянет Арсений, — Уже продумывал варианты, куда можно от меня сбежать? — Это ты от меня через год сбегаешь. А я пока что никуда деваться не намерен, даже не думай. — Но я ведь не специально сбегаю, и могу тебя навещать. — С едой? Арс, не лишай меня своей еды, пожалуйста. Не знаю, как тут выживу без твоей готовки.       Арс не вспоминает. Его слишком отвлекают разговоры с самым лучшим соседом.