Слепо иду за незнакомцем

— Господин, понимаете, он ушёл один, — тараторит Хёнджин, размахивая руками перед лицом угрюмого и невыспавшегося офицера полиции, — совсем один. Он сказал, что вернётся до закрытия общаги, я прождал всю ночь, но его не было. Вы должны найти его. Мужчина, устало прикрыв веки, потирает пальцами переносицу и хмурит брови. Спустя несколько секунд, его хриплый и глубокий голос заставляет плечи Хёнджина дрогнуть от неожиданности: — Вчера к нам поступили четыре заявления о пропаже, — тяжёлый взгляд повис на парне напротив, — сегодня все четверо обьявились в целости и сохранности. Вам нужно ещё немного подождать, может, он сам вернётся. — Может? — негодует Хёнджин, — может не поможет в таких ситуациях! — Послушайте, ваш друг… — Я не хочу больше слушать, хочу видеть, что вы действуете. — Подождите хотя бы до вечера. Приходите завтра утром, если он не вернётся, мы обязательно отправим на его поиски бригаду полицейских, — утверждает офицер, разглядывая лицо Хёнджина, который, кажется, немного успокоился и смирился, понимая, что не сможет переубедить упрямого мужчину. Парень поднялся со стула, поклонился, и двинулся на выход, толкнув тяжёлую стеклянную дверь от себя. На улице дует прохладный ветерок, солнце вновь спряталось за серые облака. Такое чувство, будто они настолько тяжёлые, что ещё мгновенье и рухнут на землю. Упадут на головы всех проходящих мимо людей, в том числе и на Хёнджина, выбив из своего мира, вернув в реальность. Он переживает за своего друга, даже пропустил пары самого злобного и ненависного учителя корейского языка, который ненавидит пропуски студентов на своих парах, чтобы в участок сходить. Джисон не из таких людей, которые легко забывают о своих обещаниях или, даже помня о них — не выполняют. На него можно положиться, это и пугает. Раз Хан дал обещание вернуться, значит, должен был сделать именно так, но не сделал. Неужели с ним случилось что-то очень плохое? Должна быть причина. Хёнджин просто греет в голове мысль о том, что тот живой и здоровый. Возможно, до сих пор наслаждается пучиной леса, отдыхает. *** — Откуда ты столько знаешь о полиции? — спрашивает Хан, разглядывая спину впереди. — Я же попросил без лишних вопросов, — Сухо отвечает Минхо. — Чувак, о чём с тобой вообще разговаривать можно? О погоде? — кривит лицо Джисон, разводя руки в сторону, — класная земля, не так ли? Такая…земляная! — саркастично тараторит парень. — Перестань. — Нет, ну, ты вообще не хочешь ничего рассказывать о себе. Как с тобой иначе разговаривать? — дует губы Хан, — такой упёртый. — Это личное, которым я не хочу делиться с тобой. Хан останавливается на секунду, выпучив глаза и задумавшись, а затем продолжает идти. — Так ты секретный агент? Не можешь разглашать какую-либо информацию? — Может мне опять разозлить тебя, чтобы замолчал хотя бы на некоторое время? — поворачивается Минхо, задерживая взгляд на Джисоне, который тоже остановился и смотрит в ответ. — Нельзя отвечать вопросами на вопросы! — повышает голос Хан, заставляя Мина демонстративно закатить глаза и продолжить идти. — Ты скучный. Джисон словил обидку, впредь не выдал и слова. Минхо совсем не умеет общаться. Вот Хёнджин всегда умел выслушать то, что Хан говорит. Называл его интересным собеседником, а ещё дебилом, но это уже не особо важно. Главное, что Хан мог расслабиться, не переживать о своих проблемах, просто зарытся в воспоминания о прочитанном в книгах и пересказывать всё это Хёнджину, зная, что тот правда слушает и ему интересно. Верно, то, что Джисон читает и правда очень захватывающе, иногда даже смешно и абсурдно. К примеру, перед семестровым экзаменом Хан прочитал интересную, по его мнению, книгу о внеземных цивилизациях. Хёнджин ругал Джисона за то, что какие-то инопланетяне отобрали у него оценки, ведь тот не учил ничего по теме экзамена. Голова была полностью забита информацией про неизвестных человечеству существ. Полностью осилив книгу, Хан увлечённо рассказывал и уверял Хёнджина в том, что, возможно, инопланетяне, это не просто плод чей-то больной фантазии. Довольно забавно наблюдать за счастливым лицом «сказочника» Джисона и его агрессивными жестикуляциями. Он любит читать книги, любит то, про что в них поведуют. Его фантазии нет границ. Хан — ребёнок, который нашёл своё счастье на страницах книг. — Сейчас бы чайку с малиной, — бубнит сам себе Джисон и плетётся, смотря под ноги, но мельком замечает в стороне что-то большое и поворачивается, понимая, что в память врезается знакомая картинка. — Минхо! — выкрикивает тот, чтобы Мин услышал, ведь он немного оторвался от Хана, точнее, Хан немного отстал. Минхо поворачивается, как только слышит своё имя и видит сидящего на большом старом пне Джисона. — Я нашёл своего друга, — интенсивно машет рукой парень, — иди сюда! Мин направился назад в надежде, что тот нашёл что-то, что поможет им выбраться из этого десятого круга Ада, но как только видит улыбающегося Хана, который хлопает ладонью по пеньку, призывая его сесть рядом, медленно прикрывает глаза и громко выдыхает. Он смирился с безвыходностью, подходит ближе к широкому пню, садясь рядом с, уже не совсем радостным, Джисоном. — Этот дружок, — вновь хлопает Хан по когда-то большому дереву, — он выручил меня в тот дождливый день. Я сидел здесь и попросил его о том, чтобы мы больше не встречались, — грустно улыбается Джисон, поворачивая голову в сторону Минхо, который смотрит на него непонимающим взглядом, — но он снова здесь, точнее, я снова здесь, с ним. Грустно, ведь это значит, что мы ходим кругами. — Ты уверен, что это тот самый пень? — Так точно. — На сто процентов уверен? — На сто и один процент. — Что нам делать? — Ну, не знаю, найти старинную лампу, потереть её, попросить волшебного Джина, чтобы дал нам ковры, а затем мы полетим на них отсюда, выбравшись из леса, — саркастично тараторит Джисон. — Совсем крыша поехала? — изогнул бровь Минхо, уставившись на Хана и всем своим видом показывая, что говорить такое, это уже не нормальная херня. — Это как вариант, — пожимает плечами Джисон, — но, знаешь… Минхо быстро прикрывает рот Джисона ладонью, чтобы тот перестал говорить и он смог сосредоточиться на звуках вокруг. Шелест листьев, где-то далеко слышно чириканье птицы, дыхание рядом сидящего и, немного испугавшегося от действий Мина, Джисона. Это не всё. Был ещё один звук, который Минхо уловил, пока в их разговоре с Ханом ненадолго повисла тишина. Вот он — хруст сухих веток. Минхо судорожно оборачивается по сторонам, заставляя сделать это и Джисона, который понял, что что-то не так и не стал ничего спрашивать, когда Мин убрал руку. Они осторожно поднимаются на ноги, практически беззвучно. Продолжают прислушиваться, пытаясь услышать что-то и одновременно надеясь на то, что ничего не услышат. Неужели опять какой-то волк-одиночка? Наверное, поэтому стоит начать бежать сейчас, пока тот ещё, возможно, относительно далеко от них. Минхо осторожно обхватывает пальцами тонкое запястье Хана и монотонно говорит: — Бежим. Они одновременно сорвались с места, обходя деревья и перепрыгивать сухие ветки. — Я не могу, моя нога… — пыхтит Хан, послушно бежа за Минхо, который по-прежнему тащит его за собой, — Минхо…я, — Джисон решил повернуться, чтобы понять от чего они так удирают и, увидев, как примерно в десяти метрах за ними со всех ног несутся двое довольно крупных мужчин, пытаясь догнать, — я-я могу, Минхо, могу! — Беги, если не хочешь умереть! — кричит Мин, на ходу отодвигая ветки больших кустов, чтобы те не били по лицу. — Причина по которой ты не хотел сидеть на месте сейчас бежит за нами? — тяжело дыша спрашивает Хан. — Возможно. — Твою ж мать… — Джисон снова поворачивается, но в тот же миг жалеет об этом, начиная бежать быстрее, вырывая руку из хватки Минхо, — они быстрее! — Конечно быстрее! У тебя есть время болтать? — грозно говорит Мин. Если бы только Хан понял, что он только что сказал, было бы очень классно. Из-за сбившего дыхания он не расслышал и слова. Да и не очень-то важно было разбирать слова бегущего впереди, намного важнее было быстрее перебирать ногами, чтобы не попасться тем, кто бежит сзади. Мужчины с каждой минутой подбираются всё ближе и ближе, их телосложение крупнее, чем у Минхо и Джисона, но догнать желающих жить не так уж и легко. Тот, кто бежит быстрее, в чёрных как уголь штанах и серой футболке, выглядит очень злобно: он кряхтит, пыхтит, пропускает мат за матом себе под нос, агрессивно размахивает руками, будто профессиональный бегун. У него коротко подстрижены коричневые волосы. Второй мужчина, пытаясь не отставать от первого, поправляет свои длинные волосы, что лезут в глаза. Он в тёмно-зелёной футболке и таких же чёрных штанах. Но характер у них, наверное, совершенно разный, ибо этот не такой эмоциональный, с татуировками на каменном лице и накачанных руках. Выглядят как те, кто отсидел на зоне приличное количество времени. Они грозно сверлят взглядами впереди бегущих парней и пытаються догнать. Джисон начинает бежать медленнее из-за резкой боли в ноге, он физически не может быть на ровне с Минхо. Мужчины видят слабину и пытаются бежать ещё быстрее. Мин замечает оставшегося позади Хана спустя некоторое время и останавливается, чтобы помочь тому, придерживая за руку. Они спускаются вниз по холму, он не такой крутой как прежний, но бежать сложно. Такое чувство, будто на планете резко пропал весь кислород, ибо дышать невыносимо тяжело. Грудь взрывается, хочется засунуть туда руку и вытащить кусок раскалённого угля, который обжигает лёгкие. Не самое приятное ощущение. Кривя лицо и тяжело выдыхая, опираясь на Минхо, Хан практически шепчет: — Больше не могу. — Не смей подставлять меня! Ещё немного, видишь впереди эти заросли, мы сможем скрытся от них там, давай! — говорит Минхо, а Джисон слушается, пытаясь хватать новые порции воздуха. Они забежали в высокие и колючие кусты, которые даже смогли разодрать кожу в некоторых местах своими шипами и колючками. Парни продолжали бежать, разгребая ветки кустов впереди, чтобы те не били по лицу. В какой-то момент Джисон просто падает от нехватки сил и невыносимой боли в ноге, которая становилась только сильнее с каждой минутой, тем самым он заставляет Минхо так же остановится. Они присели в кустах, старались не шевелится, но громко дышали, потому что тихо просто не получается из-за отдышки. — Я вижу, что спорт, это не твоё хобби, — тихо говорит Минхо, уставившись на Хана, который одной рукой хватается за грудь, чтобы выровнять дыхание и убрать этот несчастный ком в горле, а второй за больную ногу, где рана просвечивается сквозь порваную синюю штанину. — Я тебя убью…– хрипит Джисон, — во что ты меня втянул? — Хан устремляет взгляд на сидящего парня напротив, который, услышав этот вопрос, забирает с лица свою маску под названием «подъебать Хана» и замирает на месте даже не моргнув. После долгого молчания, Джисон смог выровнять дыхание и сейчас, готовый отчитывать и требовать ответов от Минхо, он по-прежнему выжидающе смотрит на него, а затем произносит: — Ты кто, блять, такой? — Я не должен рассказывать тебе это. — Ты сейчас угораешь надо мной или как? — рявкает Хан. — Ты втянул меня в какую-то поебень, я обязан знать! — ему кажется, что он злится так сильно первый раз в своей жизни, но даже не может накричать, выплеснуть свою злость, ибо если те люди не ушли слишком далеко, они могут услышать. — Это с тобой никак не связано, — понуро отвечает Минхо, — они ничего тебе не сделают. — Минхо, они видели меня. Сомневаюсь, что те неандертальцы страдают какими-то проблемами со зрением, из-за чего не смогли меня увидеть. Теперь, если они ищут твою жопу — ищут и мою! — яростно шепчет Хан, — мне нужна причина. Причина по которой они нас преследовали. — Я не могу… Джисон перебивает Мина, не дав договорить и, взрываясь от накопившейся злости, он практически выкрикивает: — Это важнее наших жизней? Минхо вновь перестал моргать, вновь застыл на месте уставившись на разъярённого парня напротив. Он думает стоит ли сообщать информацию, которую не знает никто. Стоит ли рассказать всю правду. Но в конце концов, после нескольких секунд молчания, он выдаёт лишь одно слово: — Наркотики. — Наркотики? — повторяет Хан, хмурит брови и пытается поймать взгляд Минхо, который после сказанного бегал туда сюда, лишь бы не задерживатся на Джисоне, — это всё? — Долги, — Мин опускает голову, чтобы точно не встретится глазами с Ханом. — Что-то ещё? — Нет. — Отлично, — кивает Хан, невольно упираясь языком в щеку, — так ты наркоша? — Нет! Нет. Я не… — моментально реагирует, поднимает голову и судорожно машет руками перед парнем, ошарашенный Мин, — я не употребляю! Только доставляю. — Правда? Ты левша или правша? — Зачем… — Отвечай! — Правша. Хан хватает левую руку Минхо и быстро поднимает грязный рукав по локоть, чтобы убедиться в правдивости сказанного ранее. Там правда нет следов от игл, покраслений или синяков, но что-то всё равно заставляет Джисона медленно поднять недоверчивый взгляд и тихо произнести: — Я в восторге. — Перестань. — Нет. С хера ли? Я не перестану! — Какая тебе разница кто я? Какая разница сижу я на наркоте или нет? — На тебя мне плевать с высокой колокольни! Хоть пойди и захлебнись в наркоте. Мне не всё равно на свою жизнь, ибо теперь те отстающие от жизни дегенераты подумают, что я твой напарник по белому порошку, шаришь? Теперь они подумают, что я тоже потягиваю или перевожу чёртову наркоту, — шипит Хан, — если я скажу им, что это не так, мол: " — ребят, я чист», то они мне поверят? Как думаешь? — Просто успокойся. — Это всё, что ты можешь сейчас сказать? Ты не особо многословен однако. — Джисон! — Да, что? Что ты можешь сделать? Они найдут нас, мы ведь не будем сидеть здесь вечно. Выйдем и умрём за твои долги, вот только с какой стати я должен умирать за проёбы какого-то незнакомца — непонятно. — Даже если они нас найдут — я всё улажу. — Какой же ты хороший, спасибо, от души душевно в душу, — кривит лицо в фальшивой улыбке Хан, — твои слова прям как валерьянка для меня — пиздец успокаивают! Знаешь, если бы я сейчас встретил волка, то не стал бы притворяться берёзой. Предпочту умереть от зубов хищника, чем от рук каких-то дрочил. — Мы должны двигаться дальше, — напоминает Минхо, медленно поднимаясь на ноги, но, не успев полностью выпрямиться, тут же падает обратно на землю от резкого удара по голове. Джисон инстинктивно закрывает лицо руками, испугавшись громкого звука. Спустя несколько секунд, он смотрит на лежащего на земле Минхо и стоящего над ним мужчину, одного из тех, кто так яро бежал за ними, пытаясь догнать. — Как дела? — с ухмылкой на лице и неприятной хрипотой в голосе, спрашивает тот, заставляя Хана поёжится от неприязни. — У него всё отлично, — где-то из-за спины Джисона, второй, такой же отвратительный голос отвечает на вопрос первого. Хан моментально поворачивается, испуганно смотря снизу вверх на высокого, накачанного мужика. Перед тем, как отключится от такого же удара по башке, как и Минхо, он успевает произнести только три слова: — Вот же срань!