Ты и я

ЧАСТЬ 2

У нас были прекрасные дни

Теперь ты сидишь в моей голове

Сидишь красивая, живя во мне

Ты часть каждого моего слова

— Ты думаешь, что ты единственная, кто прошел через ад?! Я не могу выбросить тебя из головы, Грейнджер! Мне есть о чем беспокоиться, а ТЫ — это все, о чем я могу думать, — крикнул он, срывая с себя пиджак, когда ошеломленная и мокрая Гермиона уставилась на него. Вода медленно капала с ее подбородка. — Каждый раз, когда я открываю глаза, все мои мысли фокусируются на тебе! Ты — это все, что я хочу каждый чертов день, каждое мгновение! И это опасно, Грейнджер! Я не должен думать о тебе, я вообще не могу думать о тебе, но это невозможно! — он остановился через мгновение, задыхаясь, его рубашка была распахнута, а выражение лица было ужасающим от признания. — Черт, Грейнджер, пожалуйста… Перестань сопротивляться и позволь мне уже овладеть тобой, — выдохнул он, шагнул в ванну и сократил расстояние между ними, прежде чем впиться в ее губы.       Гермиона обвила руками его шею и застонала, скользнув руками вниз и стягивая его рубашку с бицепсов.       Она устала отказывать ему. Устала отказывать себе. И отчаянно устала притворяться, что ей все равно…

ОхОхОхОхОхОхО

      Драко потянул молнию ее платья вниз по спине, стягивая с рук, чтобы посмотреть на ее влажную грудь, упирающуюся в черный бюстгальтер без бретелек.       Блондин оторвал свои припухшие губы от ее и уставился, его рот приоткрылся, а глаза светились расплавленным серебром, затем он схватил бюстгальтер и сильно рванул его вниз, освобождая ее твердые соски из пут, и опустился вниз, чтобы втянуть один из них в рот.       Гермиона прижалась грудью к его лицу, схватив серебристые светлые пряди влажными дрожащими руками, пока она терялась от его прикосновений.       Драко сильно укусил ее сосок, заставляя вернуться с небес на землю, в то время как он стал раздеваться стягивая мокрые брюки вниз по бедрам. Он поднял девушку на руки и прижал к бортику огромной ванны. Слизеринец скользнул рукой вниз между ними по ее плоскому животу к кружевным мокрым стрингам и сдвинул их в сторону. Гермиона заскулила, когда почувствовала, как головка его члена движется между ее складок, блестящих от воды и смазки. — О боже… — застонала шатенка, откинув голову назад на мраморный выступ, парень сводил ее с ума, она не могла вспомнить, чтобы когда-либо в своей жизни хотела чего-то так сильно. Если он сейчас остановится, девушка была почти уверена, что умрет от внутреннего самовозгорания. — Тебе приятно, дорогая? — простонал он, сильно прижимая головку своего члена к ее клитору. — Пожалуйста, трахни меня Драко, — застонала Гермиона, и ее грудь выгнулась дугой, когда она закинула ногу выше на его бедро, раздвигая ноги настолько, насколько это было возможно, не отпуская его. — Мммм, черт, ты сводишь меня с ума, когда умоляешь трахнуть тебя, — сказал он низким тембром, его голос стал глубже на несколько децибел. Блондин провел пальцем по линии ее мокрых чулок, прежде чем просунуть запястье под ее бедро, чтобы подтолкнуть ее ногу вверх и перекинуть через свое предплечье. — Я чувствую твой запах, Грейнджер, — простонал он, заставляя ее прижаться к нему еще сильнее, отчего ее глаза закатились от удовольствия. — Держись, — предупредил он, притянув ее за волосы и прикусил нижнюю губу, прежде чем быстро войти в нее, сильно и быстро толкаясь бедрами, когда она вскрикнула, сильно царапая его спину и плечи. — Блять, — простонал он, отпустив ее губы и отстранившись, наклонил голову, чтобы сильно укусить один из ее сосков. Он просунул руку между их телами и начал круговыми движениями массировать клитор. Она почувствовала, как ее стенки непроизвольно сжались вокруг его ствола, вены на его члене терлись о что-то, от чего ей хотелось потерять рассудок. — О… Блять! ДРАКООООО! — она закричала, едва держась на ногах, ее промежность плотно сжалась вокруг него, когда он входил и выходил с такой силой, что девушка могла слышать влажные шлепки, рикошетившие от акустики в ванной. — Мерлин, мать твою… Грейнджер, кончи для меня, милая, кончи для меня СЕЙЧАС! — он застонал, пот катился по его лицу, пока он сдерживался, его член дергался и пульсировал внутри нее от потребности излиться.       Гермиона неконтролируемо стала сжимать его, прижавшись грудью к его лицу, дергая за волосы у корней, ее влагалище сжималось вокруг основание его члена, доводя его до конца. Она обмякла в руках парня, и он тут же вышел из нее и перевернул на спину, усадив задом на своих бедрах, после чего снова вошел в нее, заставляя хныкать от боли в чувствительных точках. — Я еще не закончил с тобой, — простонал он, раздвигая ладонями ее бедра и приподнимая их, а затем снова погладил большим пальцем ее клитор, быстро входя. Другой рукой он сжал ее горло, крепко прижимая к своей груди, пока резкими толчками набирал скорость. — Д-трах Д-Драко оххххх… ЧЕРТ!!! Я… Я сейчас снова кончу! — кричала она, а ее грудь вздымалась от того, что она задыхалась.       Драко зарычал, и его бедра задвигались неровно, когда она почувствовала, как его член набухает и наполняет ее горячим семенем. В глазах потемнело, она подалась вперед кончая одновременно с ним.       Слизеринец облокотился за бортик ванны, чтобы удержать их, его рука обвилась вокруг ее талии, когда они опускались вниз, а затем он медленно погрузил их в воду. Она повернулась в его объятиях лицом к нему, и ее золотисто-карие глаза буравили его сияющие серые.       И как в тот день, когда она стояла с разбитым сердцем и перепачканная грязью… Они смотрели друг на друга.       Прошло мгновение, прежде чем Драко поднял руку к ее лицу, провел большим пальцем по острым скулам и губам, а затем нежно и очень мягко поцеловал. Не тот жест, который был полон жара и обещания удовольствия, а просто поцелуй, который пронзил их, как разряд электричества.       Такой же, как в первый раз, когда они целовались, но что-то было не так.       В этот самый момент, они словно забыли о политике, о том, кем они были: чистокровным и грязнокровкой, префектами и студентами, чьими-то дочерью и сыном.       Гриффиндоркой и Слизеринцем.       Все это отвалилось, как омертвевшая кожа, и они вдруг стали теми, кем были на самом деле.       Просто два подростка, просто мальчик и девочка.

ОхОхОхОхОхОхО

      Было без четверти два, когда Гермиона пробралась обратно в башню. Конечно, полная дама была недовольна тем, что ее сон прервали, но не стала допытывать, где пропадала шатенка в столь поздний час, поскольку рождественская вечеринка у Слизнорта закончилась только полчаса назад.       Медленно зайдя в общую гостиную, девушка почувствовала себя немного грязной после того, как попыталась высушить свою одежду палочкой, но все равно ее платье осталось слегка влажным. Она сделала себе заметку попросить миссис Уизли подсказать ей несколько хороших заклинаний по уходу за одеждой, когда будет возможность.       Гриффиндорка до сих пор не совсем понимала, что происходит между ними. Эта связь, между ней и Драко, была немного сильнее, чем она думала, и этот поцелуй… Он не был похож на другие поцелуи, которые были между ними. Казалось, что за ним стоит нечто большее, чем любой другой поцелуй, который они когда-либо разделяли до этого.       Эта мысль напугала ее.       Девушка немного потрясла головой, чтобы прояснить свои мысли, а затем продолжила подниматься по лестнице в свою спальню.       Она совсем не обратила внимания на Рона Уизли, мрачно наблюдавшего за ней из темноты.       Парень крепко сжимал в руках Карту Мародеров.

ОхОхОхОхОхОхО

— Не могу поверить, что я потратила столько времени на то, чтобы подготовить твой образ, только для того что бы Малфой набросился на тебя. Хотя он даже не должен был видеть тебя прошлой ночью! — Джинни топнула ногой, схватив маленькую сосиску с общей тарелки. — Джинни! Я клянусь… — Гермиона выругалась, быстро оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не услышал, — Ты не могла бы держать свои возмущения при себе или хотя бы делать это потише! С кем бы ты предпочла, чтобы я переспала? С Кормаком? Ты знаешь, что он сделал! И кстати, лучше не говори Гарри или Рону, они снова сломают Кормаку челюсть, если узнают, а мне не нужно, чтобы у них были неприятности из-за драки, как на пятом курсе с… С… О, ты знаешь. — Да, я знаю. Миона, мне очень жаль, — вздохнула она, заправляя прядь волос за ухо, — Но все же… Я не могу дождаться, когда мы разорвем эту дурацкую связь, то, что ты крутишься вокруг него, не сулит ничего хорошего. Гарри теперь еще более подозрителен после этой чертовой вечеринки, он и так слишком внимательно следил за картой, но теперь, черт возьми, не отлипает от нее все утро.       Гермиона в замешательстве нахмурила брови. Что могло произойти между вечеринкой прошлой ночью и тем временем, когда она была вместе с Драко, что сделало его… Глупая. Вот кем она была. Чертовски не в своем уме. Как она могла забыть. КАК? — Миона, ты в порядке?! — обеспокоенно спросила Джинни, размахивая рукой перед бледным лицом Гермионы, — Ты выглядишь так, будто ты сейчас упадешь в обморок. — Джинни… Гарри смотрел на карту после того, как вернулся с вечеринки? — слабо спросила Гермиона, не уверенная, хочет ли услышать ответ. — Я не знаю, Миона, я же не была в его комнате, — проворчала Джинни, ее щеки слегка порозовели. — Да, но он говорил тебе о том, что смотрел на нее прошлой ночью?! — попыталась девушка снова, постепенно начиная терять терпение.       Джинни уставилась на подругу, и тут до нее медленно стало доходить, так как ее лицо из ярко-розового резко стало пунцовым. — Нет, Миона, он мне не говорил, но ты думаешь, он видел вас с Драко на карте? — она задохнулась, крепко схватив Гермиону за руку. — Мы были в ванной префектов! Конечно, он мог нас видеть, если он искал Драко, черт, черт! — она запаниковала, желая выблевать свой завтрак, как она могла быть настолько тупой, чтобы забыть о карте! — Подожди, но разве он не сказал бы что-нибудь? Он ничего не говорил о тебе сегодня утром, — сказала она успокаивающе, но не совсем убедительно.       Гермиона покачала головой и хотела только одного — провалиться сквозь землю. — Я должна найти его, Джин. Где он сейчас? — Он сказал мне, что собирается позавтракать наверху, он все еще собирает вещи для Рождества в Норе.       Гермиона тут же встала и поспешила в общую комнату, оставив Джинни сидеть с открытым ртом.

ОхОхОхОхОхОхО

      Гермиона нерешительно провела рукой по двери и осторожно постучала, ее беспокойство усилилось, когда она услышала голос друга за дверью, приглашающий войти. Медленно повернув ручку, она позволила двери приоткрыться и тихо проскользнула внутрь.       Гарри сидел на своем кресле, просматривая карту, с куском бекона, высунутым изо рта. Он поднял глаза от своего занятия, чтобы улыбнуться ей, а затем похлопал по сиденью возле себя. — Эй, незнакомка, ты исчезла после того, как я видел, как МакКлагген пытался загнать тебя в угол у омелы прошлой ночью. Ты его отшила или сдалась? — усмехнулся он, дожевывая остатки еды.       Шатенка почувствовала, как ее желудок немного успокоился. Это была не та реакция, которую она ожидала от человека, увидевшего ее на карте ночью в ванной с Драко Малфоем. — Ни то, ни другое, — он выпил слишком много, упал и сломал себе челюсть, — просто ответила Гермиона, собирая ворсинки со своей белой футболки.       Гарри засмеялся, как будто она рассказала хорошую шутку, но потом понял, что она не смеется, и его лицо стало слегка недоуменным, — Ты серьезно? — его челюсть отвисла. — Ничуть, — отчеканила она, глядя ему прямо в глаза. — О… Что ж, это прискорбно… В любом случае, я слышал разговор Снейпа и Малфоя вчера вечером, очевидно, он вломился на вечеринку, но для чего, никто не знает. Там была лишь горстка людей, которым он действительно нравится.       Гермиона притворилась невинной, — О? Я понятия не имела. О чем Снейп говорил с ним? — спросила она, виновато отводя взгляд от его лица. — Они говорили о миссии, в частности о той, с которой Снейп хочет помочь Малфою, но он сказал, что ему не нужна его помощь, и что Снейп пытается украсть его славу. Малфой что-то задумал, Гермиона, я знаю! Не знаю почему был так невнимателен, но теперь буду следить за ним. Я должен рассказать об этом Римусу и мистеру Уизли, когда мы встретимся с ними на Рождество.       Она задумалась, что имел в виду Драко, когда сказал Снейпу, что собирается украсть его славу, но не стала зацикливаться на этом, отложив мысль на потом.       Вместо этого она кивнула, издав внутренний вздох облегчения, поняв, что он ничего не видел. — Во сколько ты пришел вчера вечером? — спросила она непринужденно, прислонившись к его подлокотнику. — Хм? — он перестал смотреть на карту, чтобы взглянуть на нее, — О, около половины второго. Я решил предложить Слизнорту помочь немного прибраться, когда вечеринка закончится, так как Полумна все равно уже этим занималась. — Все еще пытаешься его умаслить? — Проблема не в том, чтобы умаслить, а в том, чтобы он доверился мне. А зачем ты сюда зашла? — спросил он и внезапно его зеленые глаза стали любопытно смотреть на нее ожидая ответа. — Эээ… Ничего, я просто не успела поговорить с тобой вчера вечером, — она немного смутилась. — Миона, о чем? Мы поболтали с тобой, но ты провела большую часть времени пытаясь убежать от Кормака, — сказал он, подняв бровь. — Ну… Я не успела пожелать тебе спокойной ночи — попыталась она, больше всего на свете желая, чтобы он уже отстал. — Хорошо… Но сейчас утро — сказал он в замешательстве, его лицо скривилось, когда он сел и вытянул свои длинные ноги. — Да… Так что… Доброе утро.       Он уставился на нее на мгновение, затем пожал плечами, — Ладно… Гермиона, я собираюсь доесть здесь, если ты не возражаешь, и у меня еще много вещей, которые нужно собрать. Надеюсь, Малфой ничего не предпримет в это время, — сказал он, убирая карту в сундук. — Конечно! Я пойду, — сказала Гермиона слишком громко, и практически выбежала из комнаты, оставив Гарри в недоумении.

ОхОхОхОхОхОхО

      Гермиона провела остаток дня в поисках Драко по всему замку, жалея что не спросила Гарри, где он его видел, прежде чем спрятал карту. В конце концов, она сочла слишком подозрительным, интересоваться таким.       Это был день перед тем, как все должны были уехать на Рождество, и ей почему-то не хотелось покидать его, не попрощавшись. Прошедшая ночь была, мягко говоря, несколько запутанной, но девушка хотела убедиться, что они в хороших отношениях — в их собственном понимании хороших отношений, до того, как они уедут на две недели.       Она искала его все утро, и к позднему вечеру так и не смогла отыскать. Шатенка уже почти сдалась, когда ей пришла в голову мысль проверить астрономическую башню, ведь именно оттуда он шел, когда встретил ее в тот вечер во дворе.       Поднимаясь по последним ступенькам, девушка его заметила. Парень сидел на полу в черных потертых джинсах, ботинках и черном джемпере. Его ноги свисали с выступа, одной рукой он обхватывал стальную перекладину балкона, а другой держал тлеющую сигарету и смотрел вниз. Малфой выглядел изможденным… Больше, чем обычно. Выражение его лица было полным печали, а синяки, которые начали формироваться под глазами, стали становиться глубже.       По какой-то причине ей захотелось обнять его, прогнать всю печаль, но девушка знала, что он никогда не примет от нее утешения.       В конце концов, она была для него просто грязнокровкой, сколько раз он говорил ей, что она ниже его…       Прочистив горло, он быстро взглянул на нее, приподняв свою идеальную бровь, и, бросив сигарету вниз, повернулся к ней. — Я не знала, что ты куришь, — тихо сказала шатенка, сцепив руки за спиной и пиная ногами один из своих кроссовок о каменную стену рядом с ним. — Я не совсем курю. Я просто вроде как… Недавно начал, — ответил он, оглядывая пейзаж перед собой, — Как ты меня нашла? — Я вспомнила, что видела, как ты шел отсюда той ночью. Мне стало интересно, будешь ли ты здесь, но я не знала наверняка, — ответила она, устраиваясь рядом с ним у стены. — Ах… Верно. Так чего же ты хочешь, Грейнджер? Как ты уже поняла, я очень занят, — саркастически заметил он, пиная носком ботинка воздух. — Я просто хотела поздравить тебя с Рождеством, — наконец выдавила из себя она, потирая пальцем грязь на каменном полу, чтобы нарисовать звезду, — И убедиться, что у нас все в порядке?       Драко медленно повернул голову, внимательно глядя на нее. Его глаза на секунду вспыхнули. — Мы в порядке, Грейнджер. Настолько в порядке, насколько это вообще возможно в наших обстоятельствах. И это будет не очень-то счастливое Рождество, потому что я не поеду домой в этот раз.       Гермиона прекратила рисовать и пристально посмотрела на него. — Ты останешься в замке? На Рождество? — Да. Дома сейчас не очень хорошо со всем этим хаосом из-за моего отца, поэтому мама решила, что будет лучше, если я останусь здесь. Это менее опасно, так как нам часто угрожают из-за его действий.       Гермиона обеспокоенно посмотрела на него, положив свою руку поверх его, — Но здесь почти никого не будет… Кто-нибудь из Слизерина останется? — мягко спросила она.       Драко посмотрел на ее ладонь и медленно убрал свою, это движение ранило Гермиону больше, чем она могла подумать, так как она не сводила глаз со своей пустой руки. — Нет, — просто ответил он. И снова посмотрел на горизонт.       На этом он закончил разговор и больше не смотрел на нее. Парень доставал очередную сигарету и зажег поднося ко рту.       Какой дурой она была, что сочувствовала ему, ей не стоило так переживать, ведь это явно его не колышело.       Кивнув, она отвернулась и встала на налитые свинцом ноги. Глупо было приходить сюда, шатенка даже не знала, зачем она это сделала. За прошедшую ночь между ними ничего не изменилось. Гермиона все еще была грязнокровкой, а он все еще был чистокровным снобом. Она никогда не будет достаточно хороша для него.       Это был всего лишь секс. И все, что их связывало, это связь обстоятельств.       Это всё заставляло ее быть более решительной, чтобы разорвать их связь и навсегда вычеркнуть его из своей жизни.

ОхОхОхОхОхОхО

— Гермиона, ты закончила собирать вещи, поезд отправляется через час? — напомнила Джинни, садясь на сундук, чтобы закрыть его. Она переполнила его, как делала это каждый год и теперь он едва мог закрыться без применения физической силы.       Гермиона рассмеялась, натягивая на голову белую шапку с помпоном, — Не понимаю, почему бы тебе не попробовать расширительные чары на своем сундуке, у тебя там и так слишком много всего. — И отправить все мои вещи в пустоту? Думаю, нет! Может, я и умна, но у меня все еще нет такого большого мозга, как у тебя, не говоря уже о том, что я только на пятом курсе, я еще не знаю этих чар. — Ну, я обещаю, что когда мы вернемся, я помогу тебе их выучить, и смогу зачаровать твой сундук, — предложила она, протягивая подруге ее голубую шапочку. — Буду очень благодарна, — прохрипела Джинни, выхватывая шапку из рук Гермионы.       Вскоре они уже спускались вниз, встретившись с Гарри, который ждал их в общей комнате. Несмотря на то, что Грейнджер все еще злилась на него, она искала Рона и впервые после последнего матча увидела Лаванду одну. — Где Рон? — спросила она Гарри, нахмурив брови в замешательстве. — Не знаю. Он ведет себя странно с воскресенья. Не сказал мне и двух чертовых слов, заперся в своей комнате и трахается с Лав… — Фу, Гарри, как мерзко, — пробурчала Джинни, шлепнув его по руке. Гарри сильно покраснел, не понимая, что она стояла позади него. — Прости, Джинни, — извинился он, с тоской глядя на нее, пока она шла к Дину Томасу, чтобы поцеловать парня на прощание перед отъездом на Рождество. — В конце концов, тебе придется рассказать ей, — мягко вмешалась Гермиона, положив руку ему на плечо. — А ты собираешься в конце концов рассказать Рону? — огрызнулся он в ответ и тут же пожалел об этом, когда она опустила глаза, — Миона, прости, я просто немного на взводе. Извини. — Не волнуйся, Гарри, все в порядке. Честно говоря, мне уже все равно, что делает и думает Рон. — Правда? — спросил Гарри, поправляя очки. — Да, если он ни с того ни с сего завел отношения с кем-то, кому он никогда не уделял времени, пока она не начала трахаться с ним, то очевидно, он не стоит моего времени. — Верно… — согласился Гарри, следуя за потоком студентов, выходящих через портретный проем.       Через десять минут все выстроились в очередь, чтобы начать забираться в кареты на вокзал. Гарри догнал Симуса и Джинни, чтобы обсудить недавние матчи квиддича когда как Гермиона одиноко стояла в стороне ожидая следующей кареты. Неожиданно она почувствовала, что кто-то резко схватил ее за руку и потянул в высокие кусты за воротами замка. — Что за…! — Шшш Грейнджер, это я, — прошептал Драко ей на ухо, прикрывая рот рукой, чтобы она не закричала.       Гермиона вывернулась из его хватки на своем лице, ее глаза сияли и были полны ярости. — Какого черта, Малфой?! — зашипела она, ударяя его в грудь, чтобы оттолкнуть от себя. — Не уезжай домой, — прошептал он, обхватывая ее за талию и притягивая к себе. — Ты что, совсем больной?! — полукричала она, пытаясь укусить его за руку, когда он снова закрыл ей рот, а затем поднял и потащил ее глубже в лес, прижав к дереву. — Послушай меня, — умолял он, все еще закрывая ей рот рукой. Ее глаза сверкнули на него, но она перестала бороться, позволив своим ногам упасть по обе стороны от его ног, когда он шагнул ближе. — Просто останься, я знаю, что это звучит безумно, и я был не совсем добр с тобой вчера, но, пожалуйста… Просто останься… И не спрашивай меня зачем и почему, — умолял он, его серые глаза были цвета грозовых туч.       Он опустил руку, чтобы она могла ответить, все еще прижимая ее к дереву. — Я не могу, — сразу же сказала она, — Меня ждет не только семья. У Гарри есть карта, Драко. Карта замка, которая позволяет ему видеть, куда все ходят, каждую комнату, и он следит за тобой в последнее время…       Глаза Драко превратились из грозовых туч в чисто черные, его зрачки расширились от ярости и она больше не могла видеть его радужки. — У.НЕГО.ЕСТЬ.ЧТО? — вмешался он слишком тихо, чеканя каждый слог.       Драко наконец отпустил ее и хрустнув шеей сильно напрягся. Когда он повернулся и широкими шагами направился обратно к воротам, его цель стала очевидной. Гермиона увидела, что Гарри стоял прямо в направлении Драко. В панике Гермиона бросилась на него со спины, ее разум переполняли мысли о том, что он может сделать с Гарри.       Малфой упал обратно в кусты, а Гермиона переползла и села ему на грудь, тяжело дыша. — Просто подожди! Я попрошу Джинни украсть ее… Я останусь! Только не нападай на Гарри! Ты все испортишь! — воскликнула она, задыхаясь от напряжения. — Уизли?! — Она знает, ясно?! Она единственная, кто всё знает, потому что я должна была кому-то рассказать, потому что не могла справиться со всем этим одна! Она не проболтается, я обещаю!       Драко смотрел на нее, задыхаясь, его глаза были дикими, а волосы в полном беспорядке, он лежал на земле под ней, сцепив руки на ее талии.       Гермиона почувствовала прилив возбуждения, когда поняла, в каком положении они находятся, и через мгновение неловко отодвинулась назад. — Хорошо, — ответил парень, убирая руки и отталкивая ее от себя, чтобы он мог встать и почистить свое черное зимнее пальто, — Но ты расскажешь Уизлетте все прямо сейчас.