Он любил...

…не любил чая с малиной… Семейный ужин, сказала Друэлла через пару месяцев после их свадьбы, чуть улыбаясь чему-то, видимому только ей. Нарцисса восторга не испытала, но не стала возражать. Ужин так ужин. Люциус тоже ничего не имел против идеи встретиться с родственниками жены в теплой неофициальной обстановке. …Нарцисса сидела в своей новой мантии изумительного бирюзового оттенка напротив Беллы, традиционно одетой в черное, и испытывала самую капельку тщеславного удовольствия. Конечно, род Малфоев считается менее древним, нежели Блэки и Лестрейнджи; зато ее брошь работы Клода Баллена Второго так изумительно сочетается с цветом глаз и волос, что одного этого может хватить для счастья. Нарцисса улыбнулась и отпила вина из высокого бокала. Рудольфус был лаконичен и хмур, отец хмур и громогласен, мать блюла этикет и взглядом подгоняла эльфов, а Белла с несгибаемой восторженностью неофитки приплетала свои тирады о взглядах и идеях Томаса Риддла даже к разговорам о малиновом джеме. Нарцисса уводила беседу в русло семейных воспоминаний и погоды. Люциус задумчиво теребил мочку правого уха. Прощались долго и с облегчением. — Нужен приличный предлог на будущее, — сказала Нарцисса, когда они оказались дома, как о чем-то само собой разумеющемся. Впрочем, так оно и было. — Например, что я не выношу пирог с малиновым джемом? — серьезно спросил Люциус. — Это будет ударом для мамы — она обожает его, — улыбнулась Нарцисса. — Но я что-нибудь придумаю. Она ведь теперь была Малфой. А значит, малиновый джем отменялся.