Хэллоуинские истории

Из допросной уже минут пятнадцать раздавалась только нецензурная лексика. Майор Гром сегодня был особенно зол и экспрессивен. Субтильный парень с рогами, торчащими из шевелюры цвета мандарина — вероятная причина негодования Игоря — был доставлен им в скрюченном состоянии в отделение и теперь явно подвергался допросу с пристрастием. Работа в главном управлении полностью встала, потому что весь отдел уже сделал ставки, справится ли майор с этим упрямым чертом-рецидивистом. И теперь коллектив решал, кого безопаснее всего отправить на разведку результатов. — Зайцева, давай ты. Девушку Гром точно бить не будет. — Гром не будет, а вот с рыжего проклянуть станется. Не, мне только новый табельный оберег выдали. — Ксения быстро стрельнула взглядом в стоящего справа. Остальные как по команде уставились на него. — Я вчера на задержание банши ездил, до сих пор не слышу ничего. — Врет конечно, но никто из полицейских не решается вывести коллегу на чистую воду, чтобы самим не попасть под раздачу. — Костян, а может ты? — Вопрос раздался из дальнего ряда, и Цветков, рассчитывавший остаться незамеченным тихо выругался. — Я в прошлый раз был, Гром после этого сигналку на мою ауру подвесил, а этот… — При воспоминаниях о задержанном черте мужчину передернуло. — Этот еще неделю мой кофе в слабительное превращал. Я туда больше ни ногой. Отдел притих. Из-за толстых стен допросной ругань тоже прекратилась. Скорее всего Игорь соизволил-таки закрыть дверь плотнее. — А может Дубину отправим? Парень не успел рта открыть, как его настойчиво вытолкали всей толпой за решетку и закрыли проход. Любопытные лица облепили прутья так плотно, что некоторые особо габаритные полицейские грозились застрять между железок. Назад путь был отрезан. И Дима, как истинный служитель закона, двинулся опасности навстречу. В конце концов, они с Игорем напарники, можно сказать даже друзья. Ну не убьет же он его, правда? Дубин с максимальной осторожностью положил ладонь на ручку двери, ведущей непосредственно в саму допросную. Но сколько бы сильно он на нее не давил — комната открываться отказывалась. Парень уже хотел вернуться обратно, но закативший глаза Цветков ткнул пальцем в соседнюю дверь. С полным обреченности вздохом Дима зашел в комнату за стеклом. Вот за что ему все это? Он ведь даже не участвовал в этих глупых ставках! Не понятно кем и для чего, но микрофон был включен, поэтому Дубин не только видел происходящее, но и прекрасно слышал. Игорь грозно нависал над рыжим чертом, разминая кулаки, но рогатый, даже находясь в кругу пентаграммы, со скованными особыми наручниками запястьями, продолжал самодовольно улыбаться. — Как ты меня затрахал! — Гром склонился непозволительно низко, одно короткое движение, и задержанный мог бы ткнуть его своими рогами в лицо. Дима уже хотел высказать майору за очередное нарушение устава, но черт, вместо того, чтобы атаковать неосторожного полицейского, наоборот запрокинул голову, открывая доступ к собственной шее. — Ну так ответь мне уже наконец-то взаимностью, Игорюш. Выпусти пар, сделай нам обоим приятное одолжение. — Ты человека убил, засранец. — Рука Грома легла на горло аккуратно, но властно. — И что? Я ж его уже воскресил. — Казалось, что рыжий ничуть не смущается своего положения. Дима в этом был уже почти абсолютно уверен. — Да в том и дело, что ты их убиваешь и тут же воскрешаешь. У меня уже очередь из этих немертвых мертвых выстроилась до самого выхода из управления. И все они требуют своего убийцу арестовать, Сереж. — Пальцы чуть крепче сжались и притянули голову «убийцы» еще ближе к лицу майора. — Я как эту хрень оформлять должен?! Шея Сергея грозилась в скором времени переломиться, даже если Игорь прямо сейчас остановится — синяков не миновать. Дубин принялся судорожно искать глазами кнопку связи с допросной: еще одна жалоба на Грома, и Прокопенко обещался лично подписать его разжалование до участкового. А Дима напарником дорожил. Внезапный звук удара привлек внимание парня. Происходящее за стеклом повергло его в ступор. Черт оказался опрокинут грудью на стол, рыжие волосы ореолом разметались по поверхности, а со спины к нему прижимался Игорь Гром, давивший ладонью на чужие лопатки. Слишком интимно, чтобы списать на простой допрос, учитывая, что вторая рука майора уже стягивала чужие штаны. А сам мужчина предвкушающе ухмылялся. Сергей повернул голову к зеркальному стеклу и, безошибочно найдя взглядом Дубина, насмешливо подмигнул ему. Покрасневший от макушки и до самого живота Дима выскочил из комнаты и едва не снес ожидавших его коллег вместе с закрытой решеткой. Он был почти у выхода, когда кто-то все же сообразил его окликнуть. — Ну, и? Что там? — Вся толпа выжидающе уставилась на невольного судью, готовая внемлить каждому слову. — Игорь решил проблему. — Дубин выскочил на улицу, желая освежиться. Это было нужнее, чем смотреть на традиционно разочарованные лица проигравших. Работа в отделении продолжилась в почти штатном режиме.